Райкер лежал в постели и не мог успокоиться. То ли это было последствием эйфории от нахождения пропавших свитков, то ли от того, что он обнимал Лейни, пока она не уснула. Прошлым вечером, когда они уехали из дома Брейдена, Райкер был решительно настроен ехать к себе, но Лейни, практически забравшись к нему на колени в машине, уговорила его отправиться к ней, потому что так ближе. Райкер не смог с ней спорить.

Теперь он сожалел, что приехал в ее дом. Сидя в центре одной из спален, Райкер посмотрел на отдельные детали детской кроватки. Он не понимал, как их собрать. На большой картинке в углу коробки была указана последовательность сборки, но Райкер никогда еще не собирал кроватки. Черт побери, он вообще никогда ничего не собирал своими руками. Его руки всегда использовались для других, не всегда безобидных целей.

Райкер свирепо уставился на описание сборки, пытаясь понять смысл этих жалких рисунков. Почему, черт побери, магазин не прислал специалиста для сборки кроватки?

Он знал, что Лейни ищет мебель для детской, но увидел купленную кроватку только утром, когда проходил мимо спальни на кухню, чтобы выпить кофе. Он не мог уснуть и не хотел будить Лейни, поэтому решил собрать кроватку.

Он долго стоял в дверях и просто оглядывал спальню. Он не задумывался о том, в чьем доме будет детская комната: в его доме, в доме Лейни или в обоих домах. Размышляя об этом, он сильнее помрачнел. Он не хотел думать о том, что у него что-то не получится.

Тем не менее он не мог об этом не думать. Спокойствие, которое он испытывал рядом с Лейни, таило нечто гораздо большее. Он проводил ночи в ее постели не просто потому, что не хотел сдерживать желание. Он слишком долго держался от Лейни на расстоянии, по многим причинам. У него было ужасное детство, и он не знал, что такое быть семейным человеком. Отец Лейни всегда доверял ему и верил, что он поступит правильно. Кроме того, Лейни на десять лет моложе его. Список причин не быть вместе с ней можно продолжать и продолжать.

Разочарованный собственной неуверенностью в себе, он взял две длинных доски и упаковку винтов. Он быстро соединили доски. Возможно, ему удастся собрать кроватку до того, как проснется Лейни.

Солнце пока не вставало, поэтому она наверняка еще поспит. Ей нужно отдыхать. Их ребенок нуждается в отдыхе.

Может быть, если кроватка будет собрана и не развалится, Райкер отведет Лейни прогуляться, а потом в магазин, чтобы она купила себе то, что хочет. Он еще не купил ей рождественский подарок. Он даже не знает, что ей подарить.

Пусть они общаются долгие годы, но они вышли из разных миров.

К тому времени, когда Райкер начал собирать боковины старинной белой кроватки в форме саней, он был готов выбросить ее в окно и купить новую, уже собранную кроватку.

– Я собиралась вызвать сборщика.

Райкер резко обернулся. Лейни стояла в дверях, шелковый халат был подпоясан вокруг ее по-прежнему тонкой талии, ее темные волосы были взъерошены и ниспадали на плечи. К горлу Райкера подступил ком. Почему он решил, что впишется в мир этой принцессы? Не физически, а морально.

– Почему ты не спишь? – спросил он и повернулся к странной конструкции, которая должна была стать детской кроваткой.

Он не знал, сколько времени собирал кроватку, но ему необходимо сделать перерыв. Райкер поднялся на ноги и провел руками по трусам-боксерам.

– В кровати пусто без тебя, – сказала она ему, оглядывая его почти обнаженное тело сонными глазами. – Что с тобой? – Она наклонила голову набок и подошла к нему. – Ты нашел свитки, но выглядишь так, словно держишь на плечах все тяготы мира.

Возможно, так и есть. Ребенок, желание быть с Лейни. Райкер понимал, что Брейден и Мак по-прежнему не одобряют его отношений с их сестрой. Но с последним он справится.

– Райкер?

Он закрыл глаза, желая побороть демонов души, но их уродливые голоса звучали в его голове громче обычного.

– Нам нужно время, – сказал он.

– Что? Ты всерьез говоришь, что тебе нужно время? – Лейни скрестила руки на груди. – Не будь банальным, Райкер. Я уже сказала тебе, что буду тебя ждать и всегда буду рядом с тобой.

По крайней мере, один из них прямо сейчас должен был сильным.

Он пригладил руками волосы, его глаза саднило от недосыпа.

– Я не могу собрать эту чертову штуку.

– Кроватка? – Она сдвинула брови. – Ерунда какая.

Для Райкера это имело большое значение.

– Ты знаешь о том, что мой отец швырнул в меня стеклянный стол, когда мне было семь лет? – спросил он, желая, чтобы она его поняла. Он провел пальцем по шраму на своей груди. – Осколок рикошетом отскочил от стены и врезался мне в грудь. Это был не единственный раз, когда отец терял терпение, Лейни.

– По-твоему, это как-то изменит мое отношение к тебе? Ты совсем на него не похож.

Фыркнув, Райкер покачал головой:

– Я определенно похож на него. Ты ведь знаешь, чем я годами занимался ради твоей семьи, верно? Когда ты училась чистописанию в школе, я уже выполнял всю грязную работу.

Лейни прищурилась, прижала ладони к его обнаженной груди и толкнула его.

– Если ты собираешься трусить и бояться потерять самообладание со мной или с нашим ребенком, то убирайся. Я не стану терпеть от тебя подобные выходки. Я знаю, какой ты на самом деле, но ты, вероятно, еще этого не знаешь.

Его образумил ее гнев.

– Ты готова рискнуть? – спросил он. Я не знаю, что такое быть хорошим семьянином, у меня только негативные воспоминания о первых двенадцати годах моей жизни.

– Тогда ты должен сильнее желать, чтобы у твоего ребенка были счастливые воспоминания о детстве.

Сумеет ли Райкер это сделать? Он понятия не имеет, чего хотят дети. Он просто знает, чего заслуживает Лейни.

Он уставился на нее, желая, чтобы она принесла ему из спальни его вещи и он смог уйти. Ему было трудно игнорировать румянец на ее щеках, обиженный взгляд и мрачно поджатые губы.

– Тебе необходимо понимать, что я дистанцируюсь ради тебя и ребенка. – Он хотел протянуть руку и прикоснуться к ней. И доказать ей, что она ему совсем небезразлична. Просто он должен разобраться со своими чувствами. – Мне нужно знать, что ты в безопасности. Я занимался этим на протяжении многих лет, но теперь я должен знать, что тебе ничто не угрожает с моей стороны.

– С твоей стороны? Тогда перестань меня обижать! – закричала она со слезами на глазах. – Ты можешь выйти в эту дверь в любое время, но не думай, что я буду всегда принимать тебя обратно. Ты знаешь, что я люблю тебя, черт побери, ты тоже меня любишь. Я это вижу. В противном случае ты бы не отталкивал меня как одержимый.

На этот раз он взял ее за руки и крепко удержал их, когда она попыталась от него вырваться.

– Мне нужно многое обдумать, – произнес он. – На меня все так неожиданно навалилось.

Он покачал головой, глядя на их соединенные руки:

– Твой отец и твои братья были моей единственной семьей, которую я любил. Но в глубине души я остался двенадцатилетним мальчиком, лишенным любви и защищенности. Мне нужно взять эмоции под контроль, пока они не одержали надо мной верх.

– Ты уже во власти эмоций. – Лейни постаралась высвободить руки, и он отпустил ее. – Ты так долго отгораживался от реальных чувств, что не имеешь ни малейшего представления о том, как с ними справиться. Ты нашел свитки, выполнил свое обещание, данное моему отцу, и теперь на тебя снова навалились сомнения.

Лейни оказалась права. Она попала в самую точку.

Плотнее запахнув халат, она отвернулась:

– Уходи, Райкер. Ты хочешь уйти. Ты жаждешь сбежать, спрятаться и отгородиться от всего, что угрожает твоему комфорту.

Черт побери, только с ней он чувствует себя комфортно. Просто он знает, что если он пробудет с ней слишком долго, то в конечном счете все разрушит, если не разберется со своим прошлым.

– Сейчас так будет лучше. – Он наклонился, чтобы поцеловать ее в голову, но Лейни шагнула назад, и ее глаза сверкнули.

Сглотнув эмоции, он обошел Лейни и быстро вернулся в спальню, чтобы одеться. Он надеялся, что поступает правильно, потому что хотел быть с Лейни и своим ребенком. Но он не может впускать их в свой мир, пока не научится жить в ладу со своими эмоциями.

Возвращение в южную часть города было не лучшим решением. Но Райкер подумал, что если он хочет избавиться от прошлого, то обязан справиться с демонами своей души как можно скорее.

И вот он стоит возле старого жилого дома, в котором когда-то жил.

Здание стало еще потрепаннее, чем он помнил, хотя ему казалось, что такое невозможно. С одной стороны свисал водосточный желоб, деревянные ступеньки покосились, половины перил не было. Жить в таком доме было нельзя. Если он снаружи так отвратительно выглядел, то что у него внутри, Райкер даже знать не хотел.

Кружился снег. Здание рядом с жилым домом был ненамного лучше, но кто-то попытался его украсить разноцветной гирляндой, которую повесили по периметру дверного проема.

Засунув руки в карманы джинсов, Райкер смотрел на дверь, которая вела в его полуразрушенную квартиру. Первые двенадцать лет жизни он называл это место домом. Он не знал ничего другого. Как и многие дети в этом районе. Конечно, у некоторых из них было счастливое детство, потому что деньги не ключ к счастью. Жить в разваливающемся доме не то же самое, что жить с отцом-наркоманом, которому наплевать на своего сына.

Райкер коснулся кончиками пальцами монетки в кармане. Он действительно не знал, где сейчас его отец, и ему было на это наплевать. Скорее всего, этот человек угробил себя наркотиками.

Райкер плакал после смерти Патрика, но, думая о своем биологическом отце, не чувствовал абсолютно ничего.

Старый дом пробудил ненавистные Райкеру воспоминания.

Он повернулся и пошел по улице. Он припарковался в квартале от дома, желая прогуляться. Опустив голову, чтобы защититься от холода, он направился обратно к своему огромному внедорожнику. Если бы Райкер увидел подобный автомобиль в детстве, то решил бы, что в район приехал сам президент.

Не успел он сойти с тротуара и пересечь улицу, как краем глаза заметил какое-то движение.

– Мистер Барретт?

Райкер посмотрел на старое здание, пустующее уже несколько лет. Раньше там располагался магазин, затем ресторан, а потом здание, судя по всему, выставили на продажу.

– Я так и думал, что это вы.

Райкер смотрел на человека, отпирающего дверь в здание. Подойдя ближе, он увидел, что это мистер Паули – известный строительный подрядчик в этом районе Бостона. В прошлые годы семья О'Ши несколько раз заключала с ним контракт. На грузовике позади автомобиля Райкера была знакомая эмблема компании мистера Паули.

– Как поживаете, мистер Паули? – спросил Райкер.

– Хорошо. Вы пришли проверить имущество?

Озадаченный, Райкер остановился у своей машины:

– Простите, что?

– Мисс О'Ши обещала сегодня приехать. – Он придержал открытую дверь ногой и засунул ключи обратно в карман пиджака. – Я подумал, раз вы здесь, значит, она вас сюда послала.

Мисс О'Ши? Лейни? Что, черт побери, происходит?

Райкер был членом семьи О'Ши по умолчанию, поэтому неудивительно, почему подрядчик решил, будто Лейни послала его сюда. В Бостоне все отлично знали эту пресловутую семью и то, что Райкер на них работает.

Решив подыграть мистеру Паули и выяснить, что затеяла Лейни, хотя после сегодняшнего утра у него не было такого права, Райкер направился к открытой двери. После того как оба вошли в дом, Райкер огляделся. Помещение было пустым, если не считать паутину, в которой могли жить только тарантулы, старые коробки и доски.

– На днях я уже сказал мисс О'Ши, что я готовлюсь к замене электрической проводки. – Мистер Паули шел по дому и говорил, словно Райкер точно знал, что происходит. Я не уверен по поводу кухни. Ее, вероятно, придется переделать, особенно под приборы, которые она предлагает использовать. Здание, безусловно, не рассчитано на две большие кухонные плиты, которые она предлагает установить.

Какого черта Лейни собирается делать со зданием в южной части Бостона? Райкер шагал за мужчиной средних лет в комнату, которая должна была стать кухней.

– Она рассчитывает, что здесь будут подавать еду несколько раз в день. Я восхищаюсь ее сообразительностью, но на это потребуется много денег.

Взглянув на сломанные столешницы, ржавый холодильник и раковину, которая когда-то была белой, Райкер начал прокручивать в голове разные идеи. И все они вращались вокруг невероятной щедрости Лейни.

– Если кто и поможет этим детям, так это она. Патрик всегда спасал людей. – Мистер Паули оглянулся на Райкера и усмехнулся. – Во всяком случае, кухонные плиты лучше установить на этой внешней стене, но здесь нет проводки. Ее можно провести. Просто стоимость сметы повысится. То же самое с вентиляцией. Цена вырастет не намного, но…

– Я все оплачу, – сказал Райкер.

Его голова шла кругом, а сердце колотилось как сумасшедшее, пока он пытался представить, что заставило Лейни захотеть такое сделать.

Ох эти чертовы эмоции, которые она в нем пробудила! Ее нет рядом с ним, а он сталкивается с тем, о чем не желает знать. Он чувствовал так много. Но уже не боялся, как раньше. Лейни приехала в его старый район и решила реконструировать старое здание, чтобы помочь детям из неблагополучных семей.

Он рассказал ей о своем жутком детстве всего несколько дней назад. Но она не могла так быстро купить здание и нанять подрядчика, даже с ее фамилией.

Райкер пытался сосредоточиться на том, что говорит мистер Паули, показывающий на различные комнаты в здании. Он отчетливо понимал, что поддержит любой проект, который придет Лейни в голову.