Когда игра подошла к концу, дети засыпали, стоя на ногах. Кристи забрала их в номер по соседству через коридор, пообещав им ванную с пузырьками и сказку на ночь. И Ти Джей, наконец, остался с Сэйдж наедине.

В номере имелось две спальни, но он не собирался использовать вторую.

– Нам сейчас принесут поесть.

– Тебе не хватило хот-догов и шоколадных шариков? – снимая кроссовки, спросила Сэйдж.

– Я не их имел в виду, когда планировал эту поездку.

– Но нам было весело, – улыбнулась она и прошла в гостиную.

– Не спорю, – согласился Ти Джей, откупоривая бутылку вина.

Они развлекались целый день. Сначала сходили в зоопарк, где Хайди не могла оторваться от кошечек. Ти Джей купил ей плюшевого снежного барса, а Элай выбрал резиновую змею. Хайди и Сэйдж вздрогнули, когда он повесил этого желтого питона себе на шею. А Ти Джей совершенно по-другому взглянул на разницу между мальчиками и девочками.

– Пить не хочешь? – предложил Ти Джей, наполняя бокалы красным вином.

– Это вино, которое утоляет жажду? – пошутила она.

– Оно прекрасно подойдет к мясным закускам, которые нам сейчас доставят. И я поставил охлаждаться шампанское к клубнике в шоколаде.

– Хочешь напиться?

– Нам не нужно выпивать все.

– Тебе это кажется нормальным?

– Что именно?

– Этот номер. Вино. Клубника.

– Вино я еще не пробовал. – Ти Джей внимательно посмотрел на этикетку. – Но Калеб очень рекомендовал его.

– Ты консультировался с ним насчет вина?

– Просто позвонил ему вчера, когда ты согласилась поехать со мной.

– До того, как дети решили сорвать нам вечеринку.

– У нас вся ночь впереди. – Ти Джей поднял свой бокал и подождал, пока Сэйдж сделает глоток.

Странно, хоть он и радовался, что теперь мог побыть с ней наедине, его совсем не сердило то, что они провели весь день в компании детей и Кристи. Им было весело. Просто великолепно. Ти Джей считал, что день удался на все сто.

– Вкусно?

– Да, – кивнула Сэйдж.

Ти Джей тоже сделал глоток и понял, что Калеб говорил правду.

Вино оказалось восхитительное.

Раздался стук в дверь, и на пороге появилась горничная. Она вкатила в гостиную тележку и быстро накрыла на стол, стоявший рядом с окном с видом на парк.

Ти Джей проводил ее до двери и дал чаевые. Повернувшись, он обнаружил Сэйдж, откусывающую клубнику, покрытую шоколадом.

– Вообще-то ее следует есть с шампанским.

– Я бунтарка, – широко улыбнулась Сэйдж.

– Ты не прочувствуешь вкус.

– Мне и так вкусно.

– Богема.

– Сноб.

Она явно подшучивала над ним, но удар попал в цель.

– Ты так считаешь? – Он забеспокоился, что перестарался.

– О да, мистер Позвони-Знатоку-Вин.

– Это не самая дорогая бутылка из погреба.

– Изворачиваешься?

Он легкой походкой подошел к ней и обнял за талию.

– Я не могу быть в выигрыше с тобой, не так ли?

– Я бы так не сказала. – Она прильнула к нему, и в ее нефритовых глазах полыхнула страсть.

– Беру свои слова обратно.

– Еще бы, – улыбнулась Сэйдж и попыталась высвободиться.

– Ты куда?

– Хочу переодеться.

– Зачем?

– Просто хочу сменить одежду.

– Пожалуйста, не надо ничего менять. Ты и так хороша. – Даже если его слова прозвучали как шутка, ему в самом деле не хотелось, чтобы Сэйдж изменилась хотя бы чуточку.

– Я послушалась твоего совета.

Он подошел к ней, но она снова попятилась.

– Похоже, я дал тебе очень плохой совет.

– Ти Джей, я воспользовалась твоей кредиткой.

– Она твоя.

– И кое-что купила.

– Например?

– Думаю, тебе понравится, – сладко улыбнулась Сэйдж.

– Так чего же ты ждешь?

– А ты не хочешь перекусить?

– Еда подождет. – А вот ждать, чтобы посмотреть, что она там купила, было выше его сил.

– Я бы не хотела лишать тебя возможности прочувствовать тонкий вкус заказанных тобой угощений.

– Ты можешь делать со мной все, что хочешь.

Сэйдж звонко рассмеялась и исчезла в спальне.

Ти Джей сделал глубокий вдох и приказал себе успокоиться.

Он сел в кресло и сделал глоток вина.

Как бы она ни выглядела, когда вернется обратно, Ти Джей настроился не торопиться. Он будет действовать медленно, как и планировал, и добавит побольше романтики. У них вся ночь впереди, чтобы…

Но когда Сэйдж появилась на пороге гостиной, он чуть не выронил свой бокал.

На ней была лиловая шелковая сорочка с кружевом по подолу и в зоне декольте. Плечи Сэйдж были гладкими и узкими, а золотисто-каштановые волосы в приглушенном свете ламп отливали медью. Ти Джей с замиранием сердца провел взглядом по ее стройным бедрам и икрам, опускаясь к ее обнаженным ступням.

Он отставил бокал с вином в сторону и бросился к Сэйдж, на ходу стягивая футболку.

– Что скажешь? – выдохнула она.

– Что? – словно в тумане переспросил Ти Джей.

– Тебе нравится? – Сэйдж развела руки в стороны и покружилась.

Через секунду она уже была в объятиях Ти Джея. – Очень.

– Ты толком ничего не рассмотрел.

– Займусь этим позже, – пообещал он и жадно набросился на ее губы.

Она вцепилась в его плечи, а Ти Джей сминал ее шелковую сорочку, поглаживая ее по животу, груди, ягодицам.

Сэйдж судорожно задышала, отчего ее грудь тяжело вздымалась. Она страстно отвечала на поцелуи Ти Джея, переплетая свой язык с его языком. Ее губы были такими сладкими, а бедра упругими и гладкими. Он жадно проводил рукой по ее груди, чувствуя, как от его прикосновений набухли ее соски.

Сэйдж изогнулась и тихо застонала.

Сгорая от страсти, Ти Джей подхватил ее на руки и понес обратно в спальню, где опустил на белоснежные простыни. Лунный свет, просачивающийся сквозь прозрачные шторы, отсвечивал на ее атласной коже.

Ти Джей снял брюки и лег рядом с Сэйдж, стягивая тонкую бретельку с ее плеча и покрывая его поцелуями, опускаясь к ее груди и обхватывая губами твердый сосок.

Она погрузила пальцы в его коротко стриженные волосы и снова застонала, мягко прогнувшись под ним.

Шелковая сорочка сбилась у нее на талии, и Ти Джей чуть приподнялся, чтобы насладиться чувственной картиной, которую представляла собой раскинувшаяся на белых простынях Сэйдж с запрокинутыми над головой руками.

– Ты прекрасна, – прошептал он, поглаживая ее тело и любуясь ее затянутыми поволокой нефритовыми глазами и разметавшимися волосами.

Ти Джей мягко провел пальцами по ее груди, опускаясь к животу, а потом еще ниже, и погружаясь все глубже и глубже.

Сэйдж закрыла глаза и раздвинула бедра.

Его дыхание стало прерывистым, когда он нежно ласкал ее жаркое лоно.

Когда сил сдерживаться больше не осталось, он разделся догола и накрыл ее своим телом.

Сэйдж обняла его и жадно поцеловала, водя пальцами по его мускулистой спине. Когда ее плоть поглотила его, он со стоном выкрикнул ее имя, сжимая руки в кулаки и призывая на помощь все свое самообладание.

Он твердо решил никуда не спешить. Сэйдж заслуживала романтики и того, чтобы почувствовать себя единственной. Хотя бы на одну ночь. Всего на одну ночь Ти Джей запретил себе думать о ком-то другом, кроме Сэйдж.

Он снова посмотрел на нее. Она лежала под ним вся раскрасневшаяся, с закрытыми глазами и припухшими от поцелуев губами.

Сэйдж двигалась с ним в одном ритме, и он чувствовал, как в его теле нарастает напряжение. Ти Джей начал двигаться все быстрее и быстрее, уносясь выше и сдерживаясь до последней секунды, пока его мышцы не расслабились, а его вселенная не озарилась тысячей ярких огненных вспышек.

– Сэйдж! – Ее имя сорвалось с его губ, а потом эхом отдалось у него внутри.

Время близилось к обеду, и в доме царила абсолютная тишина. Сэйдж стояла на пороге гостиной и наслаждалась покоем.

Начался учебный год. Дети отправились в школу, Ти Джей уехал на работу, а Кристи вернулась продолжать учебу в университете. Верена должна была прийти не раньше чем через час.

Сэйдж уже и не помнила, когда в последний раз оставалась совершенно одна. В кабинете лежали два отчета, присланные университетским советом попечителей, и еще пара документов, требовавших ее внимания. Но пока ей хотелось хотя бы пять минут насладиться окружавшим ее покоем.

Она прошла в комнату, закрыла лежавшую на столе книжку с раскрасками Хайди и глянула на свернувшегося на диване резинового питона Элая. Сэйдж только недавно перестала вздрагивать при виде его.

На спинке одного из кресел висела футболка Ти Джея. Вчера он с Элаем играл в мяч на заднем дворе, и, когда солнце стало припекать слишком жарко, ему пришлось снять ее.

Потом они вчетвером поджаривали на гриле бургеры и ели мороженое. И вчерашний день показался Сэйдж почти идеальным.

Сэйдж взяла футболку в руки и прижала ее к лицу, вдыхая едва уловимый запах тела Ти Джея. Ее сердце учащенно забилось. Сам Ти Джей был почти идеальным.

А может, и не почти.

Для нее он был само совершенство.

– Есть кто дома? – послышался голос Мелиссы.

– Я в гостиной! – крикнула Сэйдж.

Она до сих пор не могла привыкнуть к тому, что местные жители могут заглянуть в гости без приглашения, и пока не решалась повторить такой маневр.

– Как дела?

– Хорошо.

Мелисса вопросительно посмотрела на футболку в ее руках.

– Стирка, – неожиданно для себя самой покраснела Сэйдж. – Как насчет чая?

– С удовольствием, – кивнула ее подруга и последовала за ней на кухню. – Когда начинаются занятия в университете?

– В четверг.

– Ты выглядишь какой-то задумчивой. Что-то случилось?

– Да нет. Ничего.

– Все дело в Ти Джее? Какие-то… проблемы?

Мелисса знала правду об отношениях Сэйдж и Ти Джея. В конце концов, она сама подала идею физической близости между ними.

– Нет. Все хорошо. Даже очень хорошо.

– Может, слишком хорошо? – пристально глянула на нее Мелисса.

– Он… Наверное, ты права. Он не поддается описанию. Он невероятный. И превосходно ладит с детьми. Элай боготворит его. И Ти Джей очень мягок и терпелив с Хайди. Она с каждым днем становится все более уверенной в себе.

– А как насчет тебя?

– Он очень заботлив. Ты даже не представляешь. Я… Мы…

– Ты влюбилась в него, – мягко обняла ее за плечи Мелисса.

– Не могу поверить, что позволила этому случиться, – закрыв глаза, выдохнула Сэйдж.

– А что он?

– Кажется, его все устраивает. Ти Джей очень внимательный. Нам очень интересно общаться друг с другом. У него есть чувство юмора. Он доверяет мне свои деньги. И у нас потрясающая сексуальная жизнь.

– Ты признаешься ему в любви?

Сэйдж резко покачала головой и отстранилась от Мелиссы.

– Нет. И еще раз нет. Мы так не договаривались.

– Условия договора можно изменить.

– Только не этого. У нас совместная опека над детьми.

– А еще вы вместе живете. И спите друг с другом. И у вас общий банковский счет. Разве это не настоящий брак?

– Дело не в браке.

– Я видела, как он смотрит на тебя.

– Это всего лишь физическое влечение, – возразила Сэйдж.

– Могу поклясться, что тут нечто большее.

– Я не могу читать его мысли.

– Мне кажется, я видела любовь в его глазах.

Сэйдж тяжело сглотнула. Ей очень хотелось надеяться на взаимные чувства, но она не осмеливалась.

– Этого никогда не случится.

– Ты не можешь говорить с уверенностью.

– Все дело в Лорен.

– Люди справляются со своей потерей и продолжают жить дальше.

– Думаешь? Ты правда считаешь, что это возможно?

– Да.

– Даже не знаю…

– Просто подумай над моими словами.

Сэйдж молча кивнула.

Она действительно решала, стоит ли говорить Ти Джею о своих чувствах. Сэйдж рассеянно вела разговор с Мелиссой, а сама думала о том, какую реакцию вызовет ее признание. Может, он смутится. Или ужаснется. А может, наоборот, придет в восторг. Сэйдж хотелось верить, что Ти Джей ответит, что тоже любит ее.

Он улыбнется и обнимет ее. А потом поцелует и скажет, что любит ее больше всех на свете.

Образ получился таким убедительным, что к тому времени, когда Мелисса ушла домой, Сэйдж готова была рискнуть.

Она прижала футболку Ти Джея к груди и снова вдохнула его запах. А потом тихо рассмеялась. Сэйдж решила, что она не будет слоняться по дому до самого вечера как влюбленная девчонка, и храбро зашагала по коридору в спальню Ти Джея. Дверь, как обычно, была открытой, но Сэйдж немного помедлила на пороге.

Она никогда не заходила в его комнату. Они не спали в одной постели. Сэйдж оставалась наверху с детьми, а Ти Джей уходил к себе.

Поначалу она с уважением относилась к его личному пространству, чтобы вторгаться в него, а потом это вошло в привычку. К тому же у нее не было причин заходить сюда.

Но сегодня она переступила порог его спальни.

В комнате было темно, поэтому она подошла к окнам и распахнула шторы. Открыв дверь в ванную, Сэйдж бросила футболку, которую держала в руках, в корзину для белья. И тут ее взгляд упал на маленькую стеклянную бутылочку, стоявшую на столике рядом с раковиной. Она выглядела как женские духи.

С замиранием сердца Сэйдж повернулась и увидела рядом с бутылочкой мыльницу с душистым мылом, стеклянную баночку с ватными дисками для снятия макияжа, розовую соль для ванн и три свечи медного цвета. Создавалось впечатление, что Лорен только что вышла из комнаты и вернется сюда в любую минуту.

Сэйдж попятилась из ванной. Когда она снова оказалась в спальне, ее внимание привлек комод, на котором она увидела кучу снимков Лорен, начиная от свадебного фото и заканчивая снимком с пикника, где они с Ти Джеем лежали в обнимку на пледе и весело смеялись. В центре стояла шкатулка с драгоценностями.

Предчувствуя неладное, Сэйдж подошла ближе и открыла шкатулку. Внутри находилось еще три шкатулочки, и на самой большой было выгравировано имя Лорен. В самой маленькой лежали кольца: помолвочное кольцо с бриллиантом, женское обручальное кольцо, а рядом с ним мужское. Сэйдж внутренне похолодела.

– Что ты делаешь? – раздался за спиной голос Ти Джея.

Сэйдж резко развернулась, но не нашлась что ответить. Она не знала, что говорить. Может, ей следовало почувствовать себя виноватой. Но вместо этого она задыхалась от ярости, ощущения того, что ее предали, и невыносимой горечи.

– Ты по-прежнему хранишь ее вещи?

Ти Джей только крепче стиснул челюсти.

– Твоя комната больше похожа на алтарь. Ты хранишь все, что когда-то принадлежало ей?

– Это не твое дело, – огрызнулся он.

– Я твоя жена.

– Это не одно и то же, – помедлив, ответил Ти Джей.

– Хочешь сказать, я не настоящая жена. – Ей казалось, что ее сердце не выдержит.

– Я был с тобой честным с самого начала.

– Значит, я права.

Он вел себя так, будто она небезразлична ему, будто она значит для него больше, чем просто мать его сына.

– Насчет чего? – смутился Ти Джей.

– Точнее, я ошибалась, – бросила Сэйдж и направилась к двери.

– Ошибалась в чем?

Сэйдж широко раскинула руки.

– Во всем этом. В тебе. В нас. Ти Джей, я думала, у нас что-то получится.

– А разве нет?

– Нет. Мы с тобой живем в абсолютно разных мирах.

– Ты говоришь глупости.

– Я ухожу.

– Куда? Зачем?

Она не ответила и вышла из комнаты.

– Я никогда не притворялся, что забыл ее! – крикнул ей в спину Ти Джей.

Ей нечего было возразить. Он никогда не делал вид, что Лорен осталась в прошлом. Похоже, слишком бурное воображение Сэйдж сыграло с ней злую шутку.

– Скажи, что ты преувеличиваешь, – ужаснулся Мэтт.

– Скажи, что ты не такой глупый, – вторил ему Калеб.

– Я был честен с ней, – защищался Ти Джей. – Она с самого начала знала, что мы вместе только ради Элая.

– Ты спишь с ней, – повысил голос Мэтт.

– Это была ее идея.

– Люди начинают принимать слишком близко к сердцу такого рода вещи, – заметил Калеб.

– Хотите сказать, я больше не должен спать с ней? Но Ти Джей ни за что бы не отказался от нее.

Близость с Сэйдж была одной из немногих вещей, которые помогали ему не сойти с ума. В ее объятиях он чувствовал себя самим собой. Он больше не был одиноким.

– Я говорю о том, что ты должен прекратить врать ей.

– Но я не вру ей, – вскинулся Ти Джей. – Повторяю, я был честным с ней с самого начала и не нарушил ни одного условия нашего договора.

– Ты говоришь о деньгах.

– Да. Хотя ее невозможно заставить потратить много. Разве только на других. Мне пришлось хитростью заставить ее купить себе машину и кое-что из одежды. А Мелисса чуть ли не силой вынудила ее купить новую мебель.

– Но ей нужно больше, чем твои деньги, – возразил Мэтт.

– Она нуждается в твоей любви, – пояснил Калеб.

– Но я люблю Лорен.

– Лорен больше нет.

– То, что она умерла, не значит, что я перестал любить ее.

– Может, и так, – не стал возражать Калеб. – Но это не значит, что ты не можешь любить Сэйдж.

– Я не люблю Сэйдж, – резко бросил Ти Джей, а потом запнулся. – То есть я люблю ее. По-своему. Но я никого не буду любить так, как любил Лорен.

– Никто ведь и не говорит тебе забывать ее, – вздохнул Мэтт. – Но Сэйдж здесь. Рядом. Она присутствует в твоей жизни. Ты можешь либо пойти вперед, либо вернуться назад. Но ты не можешь делать и то и другое одновременно.

– Ты хочешь потерять Сэйдж? – спросил Калеб.

– Нет, – моментально отреагировал Ти Джей.

– Ты хочешь, чтобы она страдала?

– Нет.

Ти Джей вдруг вспомнил, с какой болью она посмотрела на него, после того как увидела его свадебные фотографии, кольца, весь его мир с Лорен, и ему показалось, что его ударили по голове чем-то тяжелым.

Он позволил Лорен обидеть Сэйдж.

Как он мог?

Только теперь до него дошло, что он любит Сэйдж по-настоящему. Лорен навсегда осталась его прошлым. Но Сэйдж… Сэйдж находилась рядом. Она была его будущим. Она была такой нежной, любящей и…

Он поднял глаза на своих друзей и болезненно поморщился.

– О нет.

– Кажется, до него дошло, – заметил Калеб.

– Ага, – кивнул Мэтт.

– Я люблю Сэйдж, – вздохнул Ти Джей. – И мне нужно извиниться перед ней.

– Но не на словах.

– И не с помощью денег.

Ти Джей все понимал.

– Я должен показать ей, что в моем сердце есть место для нее.

– Он не такой уж глупый, – рассмеялся Мэтт.

– Хвала небесам, – невозмутимо добавил Калеб.

Ти Джей криво улыбнулся, испытывая благодарность к друзьям за их привычную прямоту. Хоть иногда она была несколько болезненной.

Он попрощался с ними и решительно зашагал к своему дому. Сэйдж все еще не вернулась, но он и не ожидал чего-то другого. Он даже обрадовался, потому что ему предстояло проделать кое-какую работу, а уже потом они смогут поговорить.

Она точно появится, когда дети вернутся из школы, а значит, в его распоряжении оставалось пару часов. Ти Джей спустился в кладовую и, взяв несколько картонных коробок, направился в свою спальню.

Он начал с простых вещей, ароматного мыла Лорен и ее духов. Потом достал из шкафов ее вещи. И чем больше он опустошал ящики и шкафы, тем легче становилось у него на душе. С Лорен его связывали сотни счастливых воспоминаний. Но они оставались счастливыми воспоминаниями, не больше.

Когда Ти Джей убрал последнюю фотографию с комода, за окном начало вечереть. Он посмотрел на часы и помрачнел. Ни Сэйдж, ни дети домой не вернулись.

Тошнота подступила к его горлу. Куда они запропастились? Неужели она увезла их и он слишком опоздал?