Черные Храмовники выстроились по обе стороны от своего командира, не прекращая стрелять. Братство меча окружило маршала, готовясь защищать его в бою.

Орки приближались. Огнеметы затянули свою смертоносную песнь, превращая ксеносов в пепел десятками. Нескольким, однако, удалось пробраться сквозь огненный вал. Их кожа обуглилась, но жажда драки не угасла. Они упали, скошенные выстрелами из здания, или повисли, нанизанные на соскучившиеся по битве клинки Храмовников. Как только пространство впереди очистилось от врага, космодесантники снова открыли огонь из болтеров. Четкие, дисциплинированные залпы разрывных снарядов создавали непроницаемый заслон.

Магнерик увеличил громкость своих вокс-динамиков до максимума.

— Не оставлять никого в живых! Уничтожить всех! Тот, кто убоится колдуна, признает поражение, даже если его болтер все еще зажат в руках! В атаку! В атаку!

Дредноут шел на острие клина, поливая врага огнем штурмовой пушки. Разбежавшись, он ворвался в ряды орков, круша их громадным силовым кулаком. Стволы его орудия раскалились, выплевывая последние несколько тысяч снарядов великолепным веером огненной смерти и создавая широкую просеку в рядах зеленокожих. Те, кто оказался ближе всех к вращающейся штурмовой пушке, превратились в кровавую кашу и красный туман. На сорок метров вокруг дредноута ксеносы оказались разорваны на части. На землю падали головы, руки и ноги, отделенные от тел.

Поворачиваясь из стороны в сторону, Магнерик прокладывал свой кровавый путь к псайкеру. Огонь Черных Храмовников и Железных Воинов, укрывшихся в здании, не позволял оркам навалиться всей толпой. За спиной дредноута наступали остальные Астартес. Магнерик неудержимо прорывался прямо к колдуну, снося всех встававших на его пути зеленокожих с такой силой, что они перелетали через головы задних рядов. Последним залпом штурмовой пушки Храмовник уничтожил телохранителей твари, но не более. Снаряды, летевшие четко в цель, были отклонены так же, как лучи лазерных пушек минутой ранее, — или исчезли в ярких зеленых вспышках света. Псайкер что-то бормотал и подпрыгивал, размахивая медным посохом над головой, бросая маршалу вызов. Безумная свита ринулась вперед, скрючив пальцы, как будто собираясь рвать ими керамит брони дредноута. Откуда-то из задних рядов вышла троица грубо сваренных шагоходов и направилась наперерез Черному Храмовнику.

Штурмовая пушка замолчала. В сенсориуме зазвенел тревожный сигнал, возвещающий о том, что боеприпасы закончились. Пятизначный счетчик патронов на дисплее зажегся красным и показал пятерку больших нулей.

— Тебе не уйти от моего гнева! — взревел Магнерик и ринулся вперед.

Орки, словно вода, затекающая в сосуд, тут же попытались заполнить пространство, только что расчищенное очередью. Однако маршал уже двигался, перебирая короткими ногами, разгоняя громаду своей бронированной гробницы, переходя на бег. Орки разлетались в стороны и превращались в кашу под металлическими стопами. Даже самые крупные враги падали со множественными переломами. Ничто не могло остановить его натиск.

По следам Магнерика наступали его боевые братья. Обычно эти воины старались с осторожностью демонстрировать свою новую веру, но сейчас они громко распевали хвалебные гимны Императору и читали молитвы, которые никогда раньше никто не слышал от космодесантников. Огнеметы выплевывали раскаленные потоки ослепительно-белого прометия, сжигая орков в огромных количествах, когда те попытались отвоевать потерянные метры поля боя. Те, кому удавалось проскочить между огненными валами, падали изувеченными грудами мяса, сраженные болтами. Но напор зеленокожих оказался столь мощным, что даже Храмовникам не удалось бы сдерживать их вечно. Однако это и не входило в планы космодесантников. Все происходящее было лишь прелюдией к настоящей схватке. В этих воинах пылала ярость Дорна. Пусть их братские ордены занимаются планированием и укреплениями. У Храмовников иной путь.

— Сигизмунд! — закричали они. — Во славу черного креста! За Императора, святого Владыку Терры! Слава!

После этого последовало пять дисциплинированных залпов болтерного огня, и над полем битвы разнесся оглушительный боевой клич:

— Без жалости, без сожалений, без страха!

Воины выхватили цепные мечи и топоры и пошли врукопашную, славя Императора, обгоняя тяжеловесный дредноут и врываясь в толпу орков.

Заточенный в глубине саркофага под толстыми слоями адамантия, Магнерик ощутил, как его сердца наполняются восторгом от этого зрелища. Он также удвоил усилия, уничтожая чужаков вместе со своим братством меча. Залпы болтерного огня сбивали орков с ног. Зеленокожие бесновались вокруг, неудержимые, как морские волны. Но он был подобен скале, и их ярость бессильно разбивалась о металл брони. Храмовники быстро и уверенно прорезали строй ксеносов. Бывалые ветераны бросали вызов стихийной ярости врага.

— Император защищает! — вскричал Магнерик. Его штурмовой болтер грохотал, будто бы выражая одобрение набожности хозяина. — Да святится Владыка Людей! Возрадуйтесь, братья мои! Помните о том, что истинно и вечно! Слава Богу-Императору, слава Спасителю Человечества! Слава! Слава! Слава!

— Слава! — откликнулось множество голосов.

По орочьей орде пробежали странные разряды. Извивающиеся стрелы молний ударили в небо, пробивая рваные дыры в облаках. От уродливых морд зеленокожих поднимались потоки энергии. Ярость этой мерзкой расы подпитывала силы их шамана. Вереща проклятия, орк-чудила взмахнул посохом и изрыгнул поток зеленого варп-пламени, испепеляя незадачливых ксеносов, оказавшихся между ним и дредноутом. Ни человек, ни машина не смогли бы выдержать удар такой мощи, и колдун хохотал, ожидая увидеть, как сила его богов уничтожит врага. Но зеленый огонь столкнулся с незримым барьером и угас, разлетевшись в стороны. Дредноут остался невредим.

— Я не боюсь тебя! — взревел Магнерик. — Ибо Император направляет мою руку! Его взор обращен на меня и слава Его осеняет меня. Узри же светлую силу Владыки Терры! Узри мощь Его воителей! Возненавидь колдуна, отринь колдуна, истреби колдуна!

— Слава! — закричали Черные Храмовники.

Орк отскочил назад. Воздев лапы к небу, он начал призывать бурю мистической энергии, питаясь от окружавших его воинов. Призрачный свет, зеленый и зловещий, озарил поле боя. Начал завывать ветер, вытягивая призрачные фигуры орков из их тел, жадно поглощая силу их душ. Зеленокожие завыли еще громче и начали скандировать:

— Горк! Морк! Горк! Морк! Горк! Морк!

Гортанное бормотание становилось все быстрее и быстрее, пока имена варварских богов не слились в единое целое:

— Горкаморкагоркаморкагоркаморка!

Магнерику оставалось всего несколько метров до цели. Псайкер орков стоял, подняв руки. На безумной морде плясали бело-зеленые отсветы. Вокруг колдуна вращалась воронка мерзостной психической энергии, такие же потоки лились из его глаз, ушей и рта.

Один из братьев меча Магнерика пал под ударами врагов. На руке космодесантника, сжимающей клинок, повисли враги, болтер выдернули из ослабевших пальцев, шлем сорвали с головы. Еще один рассыпался водопадом искр, убитый выстрелом из странного энергетического орудия. Остальные оказались в окружении и сражались спина к спине. Магнерик остался один.

Три шагохода выросли перед дредноутом, заслоняя дорогу к псайкеру. Первый погиб сразу — цилиндрическая кабина пилота разлетелась от одного удара четырехпалого кулака дредноута. Маршал отбросил искореженные обломки, истекающие кровью и смазкой. Второй враг вцепился грубой клешней в стволы замолкшей пушки. Заскрежетал металл. Магнерик освободился, скрутив корпус, и несколько раз ударил более мелкого противника кулаком в спину. После четвертого удара силовая установка орочьей машины не выдержала и взорвалась. Храмовник прошел сквозь чадящее пламя и увидел, что последний шагоход пытается, ковыляя, сбежать с поля боя. Он не стал пускаться в погоню. Псайкер стоял прямо перед ним.

— Горкаморкагоркаморкагоркаморка! — вопили орки.

Сила колдуна вгоняла зеленокожих в исступленную ярость, и они рубили, кололи и бросались на Черных Храмовников очертя голову, и эти атаки для многих космодесантников стали роковыми.

— Пришло время покончить с этим! — объявил Магнерик. — О Император Терры, повелитель звезд! Осени меня Твоей защитой еще один раз, чтобы сразил я врага Твоего.

— Слава! — отозвались Черные Храмовники.

Воинов в черной броне осталось немного, но благодаря силе их веры слова прозвучали так, будто были произнесены бесчисленным легионом.

Дредноут шагнул вперед. Луч света вырвался из глаз псайкера и рассыпался прежде, чем долетел до Магнерика. Маршал потянулся вперед и схватил чудилу за голову. Энергия бесконтрольно струилась из черепа твари, вгрызаясь в пластины брони.

— И такая смерть ждет всех нечестивых колдунов! — объявил Магнерик и сжал кулак, раздавив череп зеленокожего.

Мощь, накопленная псайкером, освободилась в момент его смерти, ударив по дредноуту с такой силой, что могучая боевая машина едва не опрокинулась на спину. Зеленые молнии веером разлетелись от трупа, пронзая орков.

И они начали умирать.

Ксеносы падали на землю сотнями, их головы взрывались от психической отдачи, а души вырывались из тел. Они гибли, как только ударная волна добиралась до них. Шагоходы со скрипом останавливались. Машины теряли управление и переворачивались.

Свечение угасло. В темных небесах по-прежнему змеились молнии.

Магнерик повернулся и осмотрел поле битвы. Половина его бойцов погибли. Остальные стояли посреди моря трупов в поврежденной броне и покрытых кровавыми пятнами накидках, измотанные, но живые. Ни один орк не мог похвастаться тем же.

— Колдуны… — пророкотал Магнерик, и его голос разносился над внезапно затихшим полем битвы подобно раскатам грома. — Колдуны — это их слабость! Братья мои, Император указал нам путь! Он даровал нам победу и в своей бесконечной щедрости указал дорогу! Вот зачем Он послал нас сюда! Вот зачем Он привел нас на Джеленик-Четыре. Слава!

Черные Храмовники, все как один, опустились на колени, сложили руки на рукоятях мечей, вонзенных в землю, и склонили головы.

— Слава! — воскликнули они, и пламя веры в их душах разгорелось еще ярче.

Калькатор укрылся от ударной волны в здании. Когда все закончилось и он поднялся с пола, то, к своему удивлению, обнаружил перед глазами целое поле дохлых орков. Дредноут брел по этому морю трупов, выкрикивая религиозные лозунги, а собравшиеся вокруг него воины распевали гимны во славу Императора. Магнерик остановился у стены и повернул смотровую щель вверх.

— Что это? — спросил Калькатор. — Культ Императора как бога стал так силен, что заполучил и вас в свои лапы?

— И что с того? Я не откажусь от своей веры! Узри, кузнец войны. — Магнерик поднял громадный силовой кулак и триумфально обвел им поле битвы. — Как это можно отрицать? Ты сам видел свет Императора и то, что Его сила позволяет преодолеть все препятствия! Даже смертельно раненный и сидящий на Золотом Троне, Он обладает мощью, против которой не устоит ничто! Ничто не остановит Его и тех, кто служит Ему с пламенем веры в сердце. Однажды Он очистит Галактику от зла, ибо, в отличие от существ, которым присягнул ты, Он справедлив. Правосудие ждет тебя, Калькатор, и это будет правосудие Императора. И ты, и все остальные предатели поплатятся за свои гнусные поступки. Посмотри на это поле, взгляни на учиненную бойню. Все это произошло по Его воле. Вот почему мы следуем за Ним.

Калькатор оперся руками на парапет, разглядывая врага, который когда-то был его другом.

— У меня буквально нет слов. Твои братья-лоялисты знают, что вы подхватили безумие, поразившее массы смертных, и отринули уложения Имперской Истины? Той самой лжи, за которую вы так яростно сражались? Что вы отказались от нее ради величайшей ереси из всех?

— Император защищал нас Своей ложью, — ответил Магнерик, — и Он так же защищал нас, отрицая Свою божественную сущность. Но наши глаза открылись! Он — Бог. И доказательства тому можно найти везде, даже на этом поле!

В небе появились огни, постепенно становясь все ярче. Приближались «Громовые ястребы».

— Так вы отказались от всего, что клялись почитать, а после этого ты называешь меня предателем? — покачал головой Железный Воин. — Подобная ирония нечасто встречается в этом мире, Магнерик. И что, все твои воины исповедуют эту же безумную философию?

— Все до единого, — гордо заявил Черный Храмовник.

— Тогда вы идете по той же кривой дорожке, что и Лоргар. Как на это посмотрят другие космодесантники? Простой люд уже поклоняется Императору, словно богу, и, я повторюсь, это напрямую противоречит его прямым указаниям. Все это — проявления слабости, Магнерик. И желания быть под чьим-то контролем, равно как и доказательство того, что Император желал поклонения, несмотря на публичные протесты. Похоже, Лоргар просто слегка поторопился со своим выражением преданности. Но что бы сказал тебе сам Император? Протянул бы он ладонь, чтобы ты мог облобызать ее, ползая в грязи на коленях? Или он ударил бы тебя в лицо железным кулаком, как когда-то Лоргара?

— Мы приняли бы и то и другое с радостью, — ответил Магнерик, — если бы наш владыка снова смог жить среди смертных.

Послышался рев двигателей. Эскадрилья из семи транспортов прибыла и начала посадку на неровные дюны, залитые кровью. «Громовые ястребы» Железных Воинов опустили аппарели, и воины Калькатора начали покидать здание. Черные Храмовники не пытались их остановить. Они так и остались стоять на коленях, склонив головы, пока все космодесантники-ренегаты не прошли мимо.

— Какое преданное служение, — протянул Калькатор. — Возможно, Император и правда бог, если он может заставить людей так себя почитать.

— Прими истину, и твоя душа будет спасена! — радостно воскликнул Магнерик.

Калькатор рассмеялся:

— Я не собираюсь принимать твою жалкую философию, Магнерик. Потому что если я не могу верить человеку-лжецу, то уж богу-лжецу — и подавно! — крикнул он, прежде чем покинуть крышу и присоединиться к своим воинам на борту корабля.

Ралстан подошел к командиру. С его брони и оружия стекала кровь. Корабли Калькатора отрывались от земли и устремлялись ввысь. Черные Храмовники также готовились покинуть планету и отдавали последние почести погибшим братьям, читая короткие молитвы над телами, собирая их оружие и извлекая геносемя, чтобы сохранить его в будущем.

— Мы можем сбить их, как только они покинут атмосферу, — сказал кастелян.

Магнерик отклонил корпус назад, наблюдая, как корабли Железных Воинов уменьшаются, постепенно превращаясь в светящиеся точки в ночном небе.

— Нет. Пускай охота начнется заново. Мы должны чтить клятвы, данные в бою, или мы ничем от них не отличаемся.