Мак наблюдал за тем, как Дженна обнимает невесту. Церемония получилась великолепная, конечно, если любить свадьбы. Мак определенно не любил, зато с огромным удовольствием наблюдал за Дженной в светло-сиреневом платье, ладно облегающем фигуру.

Он не знал, сколько еще сможет выдержать. Находиться в опасной близости от Дженны и не прикасаться к ней. Мартину, к счастью, в основном удавалось отводить взгляд.

Дженна пересекла посадочную зону, специально организованную для гостей снаружи. Даже то, как она скользила между белыми стульями, заставляло Мака внутренне сжиматься. Все в ней трогало его: движения, взгляд, улыбка, которую она посылала ему во время церемонии. Еще ни одна женщина не овладевала его мыслями настолько, заставляя желать большего.

– Готов проводить меня в банкетный зал. – Дженна подошла к Маку.

Он согнул руку в локте и улыбнулся ей.

– Не думаю, что нам там будет так же весело, как вчера вечером.

Она взяла его под руку и засмеялась.

– Я тоже.

Не в состоянии удержаться, он наклонился и прошептал:

– Я сорву с тебя это платье, как только мы вернемся в бунгало, и покажу, какая ты сегодня сексуальная. – По ее телу пробежала дрожь. Мак улыбнулся. – Может, не пойдем?

Дженна посмотрела на гостей, направляющихся к банкетному залу.

– Мне нужно туда, хотя бы на минутку.

– Только не тяни, иначе все заметят, как сильно я тебя хочу.

– Пойдем. – Она потянула его за собой к открытым дверям. – Один тост, кусочек свадебного торта, и мы исчезнем.

Мак засмеялся ее игривому тону. Как бы поскорее улизнуть отсюда. Ему вдруг захотелось оказаться с Дженной в постели и не торопясь ласкать и исследовать ее тело.

Сначала ее желания. Раньше он никогда не медлил. С любой другой женщиной он был по единственной причине: чтобы освободиться. А с Дженной выдохнул. С ней его жизнь полностью изменилась. Мак до сих пор не представлял, как сможет отпустить ее завтра.

Но и держаться за нее тоже не выход. В конечном итоге все обернется катастрофой. Дженна ничего не скрывает и не лжет. Не занимается темными делами. Она – солнце, цветы и счастье.

Возможно, он поступил подло, когда украл немного ее свежести, но Мак вообще не умеет противостоять соблазнам, а Дженна просто олицетворяет собой искушение.

Когда они вошли в просторный зал, залитый солнечным светом, который проникал через огромные, во всю стену, окна, он заметил, как взгляд Дженны метнулся к бару в углу.

– Возьми это себе на заметку на потом.

Мак старался игнорировать образ перед глазами. Они вчера, на этой барной стойке. Однако воспоминание было слишком ярким, а пережитое слишком эмоциональным. За последние два дня Дженна очень раскрылась. Одна мысль о том, что по возвращении в бунгало он сможет исследовать каждый дюйм ее тела, казалась почти любовной прелюдией.

– Место выглядит великолепно.

Мак обернулся и увидел Мэри, та улыбалась во весь рот. Дженна отпустила его и обняла маму.

– Идеальный день, не правда ли, – поинтересовалась она.

Мак услышал в ее голосе легкую тоску и задался вопросом, не думает ли она о собственной свадьбе. С каким-нибудь безликим ублюдком, которого он заранее возненавидел. Да, Дженна будет двигаться дальше и выйдет замуж, потому что семейная жизнь – это то, чего она хочет. Какое право он имеет препятствовать ее счастью, исполнению мечты?

Это, впрочем, не значит, что подобное развитие событий должно ему нравиться.

Мак извинился и оставил обеих женщин обсуждать впечатляющую церемонию. Нужно выпить. Он предпочел бы что-нибудь пнуть или ударить, но, учитывая обстановку, напиток должен помочь. Когда вернется в Майами, он наверстает все со своей боксерской грушей.

Бармен поставил перед ним любимый бурбон. Опершись локтем на край барной стойки, Мак болтал янтарную жидкость в бокале, наблюдая за женихом и невестой, которые как раз вышли в центр зала для первого танца. И заметил кое-что еще. Мягкий, мечтательный взгляд Дженны, каким она смотрела на пару, подействовал на Мака, словно удар в живот.

Она вообще понимает, какое излучает сияние? Как изумительно выглядит в своей задумчивой мечтательности? Мак даже не сомневался, что мысли, крутящиеся сейчас у нее в голове, связаны с этим прекрасным днем.

Он наблюдал за ней до конца танца. Когда музыка сменилась, больше не смог ждать ни секунды. Не сводя с нее глаз, поставил бокал на барную стойку и пошел через весь зал. Дженна поймала его взгляд, тень улыбки заиграла у нее на губах, которые так хотелось поцеловать. Мак ничего не сказал, просто приобнял ее и принялся кружить в такт музыке.

Цветочный аромат Дженны обволакивал его. Она положила голову ему на грудь, нежные руки обхватили его талию. Почему сжимается сердце, когда он держит ее вот так? До сих пор все в жизни, что касалось женщин, было просто. Мак видел то, что хотел получить, брал это и уходил.

Но расстаться с Дженной казалось холодным, жестоким решением. И речь не о физических отношениях, а о душевной составляющей. Эта неделя с Дженной стала очень освежающей. Мак не ожидал, что будет таким расслабленным в одних вещах и возбужденным в других. У этой женщины получилось то, чего старались добиться многие. Она овладела его мыслями, чувствами, и он не знал, что делать дальше.

Хотя нет, он знал, как хочет поступить.

Мак обхватил ее обнаженную спину там, где заканчивался глубокий вырез. За эту неделю Дженна стала уверенней, можно сказать, расцвела. А ведь раньше переживала по поводу своего тела, шикарного сексуального тела. Он доказал ей, что женщина с такой фигурой – мечта любого мужчины.

Его мечта.

Черт. Ему не нужна женщина-мечта. В его мире такого понятия не существует.

Мак закрыл глаза и отогнал сомнения и беспокойства. Сейчас он просто хотел наслаждаться Дженной в своих объятиях, пусть всего несколько мгновений.

Песня закончилась. Дженна отстранилась и подняла на него глаза, горящие страстным желанием. Не говоря ни слова, взяла его за руку и повела из зала. В ночь. В их бунгало.

Он вытащил ключ из кармана и отпер дверь. Дженна втянула его внутрь и, когда дверь у них за спиной захлопнулась, повернулась. Мак оказался словно в ловушке. Прижавшись к нему всем телом и обхватив ладонями лицо, она притянула его голову к себе и прижалась к губам.

Еще никогда в жизни агрессивная женщина так сильно не возбуждала Мака. Он всегда хотел контролировать все сам, на работе и в спальне. Но Дженна полностью раскрепостилась, и он гордился ею, черт возьми.

Схватил ее за талию и рывком прижал бедрами к себе. Как бы ни хотелось сделать это быстро и жестко, Мак планировал нечто другое, нечто большее. Дженна этого заслуживает. Он сам постоянно так говорит.

Пусть он не может ничего обещать, зато в состоянии подарить сегодняшнюю ночь и хочет, чтобы Дженна запомнила эту ночь. Запомнила его. Навсегда ли?

Навсегда – не из его словаря.

Сосредоточившись на Дженне, Мак провел ладонями вверх по ее спине и нащупал широкие лямки, сдвинул их в стороны. Дженна стащила с себя платье. Оно сползло на пол и сбилось вокруг лодыжек. Она осталась в белом бюстгальтере без бретелек и сногсшибательных трусиках.

Хотя сегодня Мак не собирался торопиться, но не стал останавливать Дженну, когда она расстегнула бюстгальтер. А всего несколько дней назад она бы ни за что не сделала этого перед ним. Его сердце забилось быстрее, когда она откинула бюстгальтер в сторону и стянула кружевные трусики вниз по красивым ногам.

Потом вытащила несколько шпилек из прически. У Мака чуть не задрожали колени, когда шикарные волосы упали на ее обнаженные плечи. Ничего более прекрасного он еще не видел.

Дженна приподняла бровь.

– Твоя очередь.

Черт, она не такая, как все.

– А что, если я хочу еще посмотреть на тебя?

Мак услышал, как у Дженны перехватило дыхание, увидел, как ее глаза расширились, а губы сложились буквой «О». Он оттолкнулся от двери и одним движением поднял ее – одна рука на спине, другая под коленями.

– Ты не можешь.

– Могу, – оборвал он. – И сделаю. Я хочу заниматься с тобой любовью в постели, нашей постели. Всю ночь.

Дженна положила руку ему на затылок. Мак чувствовал, как затрепетало ее тело, прижимавшееся к нему. Значит, она говорит, теперь его очередь? Наконец-то! Следующие несколько часов он проведет так, чтобы сделать последнее впечатление от совместно проведенного времени на Бора-Бора незабываемым.

Дверь на террасу была открыта, гардины чуть колыхались от легкого ветерка, через всю кровать белела лунная дорожка. Мак положил Дженну, желая, чтобы она была одета только в лунный свет и ничего больше. Дженна приподнялась.

– Не двигайся. Хочу смотреть на тебя, пока буду раздеваться.

Медленно, не отрывая от него глаз, она снова легла. Теребя пуговицы на рубашке, он улыбнулся, когда заметил, что ее взгляд скользит по его телу. Это еще сильнее возбуждало. Впервые за все время Мак хотел одобрения в постели. Одобрения от Дженны.

Он швырнул рубашку куда-то в угол комнаты, стянул брюки и боксеры. Сделал шаг к кровати, пробежал кончиками пальцев по колену Дженны и вверх по бедру. Шелковистость ее кожи под его руками, теми самыми, которые в его мире творят ужасные вещи, явилась напоминанием, насколько все-таки они разные. Но сегодня они не Мак Мафиозная Шишка и Дженна Нежная Флористка. Они мужчина и женщина, наслаждающиеся друг другом, желающие одного и того же и не думающие о завтрашнем дне.

Что касается Мака, то завтра его вообще не интересует. Сейчас он согласен даже на конец света, поскольку умрет счастливым и ему не придется уходить.

– О чем ты думаешь, когда смотришь на меня вот так? – Дженна вторглась в его мысли, теснившиеся в голове.

Ложась рядом, Мак продолжал изучать ее тело.

– Думаю, как мне повезло, что ты попросила меня приехать сюда. – Он провел пальцем по ее бедру, вздрагивающему животу. – Касаться тебя – единственное, что мне сейчас важно.

Дженна коснулась его подбородка, скользнув ладонью вверх по щеке.

– Что мы здесь делаем, Мак?

Он сглотнул, не желая, чтобы подобные вопросы без ответа мешали им в постели. Он жаждал Дженну, хотел показать, насколько она восхитительная женщина. Ничто не должно понижать ее самооценку. Ни вес, ни, уж тем более, мужчина.

– Мы собираемся провести незабываемую ночь, – прошептал он, наклоняясь к ее груди и одновременно лаская пальцами впадинку на талии. – Будем игнорировать внешний мир, притворяться, будто больше ничего не существует.

Дженна запустила пальцы ему в волосы. Слегка потянула. Мак улыбнулся:

– Ты со мной, Джен?

Она выгнулась, дотянувшись до его губ.

– С тобой. Я больше нигде не хочу быть.

Мак проигнорировал внезапно накатившее чувство вины и смутный страх от этих ее слов. Они просто оказались в нужный момент в нужном месте. Дженна в курсе его жизненной позиции и понимает, что это их последняя ночь вместе.

Он сосредоточился на ласках и том, чтобы его имя не сходило с ее губ всякий раз, когда она стонет или вскрикивает, склонился над ней. Она положила ладони ему на бицепсы, поглаживая их и глядя ему в глаза.

– Сегодня хочу без презерватива, – прошептала она. – Я принимаю противозачаточные и здорова.

Мак никогда, никогда в жизни не занимался незащищенным сексом. Это стало его основным правилом. Он не очень хорошо знал большинство женщин, с которыми спал, а за время коротких знакомств они не успевали завоевать его доверие. Правда, с Дженной все иначе, ей он полностью доверяет. Тем более она уже обхватила ногами его талию, и он молча вошел в нее одним резким толчком.

Вцепившись в одеяло, Мак закрыл глаза и заставил себя замереть. Хотел максимально насладиться этим моментом с Дженной. Без всякой защиты. Сделал глубокий вдох и принялся двигать бедрами. Она буквально обвилась вокруг него.

– Смотри на меня. – Он всегда хотел видеть ее глаза, но эта секунда была особенно важна. – Только я, Дженна.

Она вся сжалась вокруг него и вскрикнула:

– Только ты!

Мак почувствовал, что вот-вот кончит, и припал к ее губам, желая слиться с ней, стать единым целым, чтобы этот момент длился как можно дольше. Дженну сотрясали конвульсии, она впилась ему ногтями в плечи, пока наконец не обмякла под ним.

Мак перекатился на бок и прижал ее к себе. Ее рука легла ему на грудь там, где сердце. Он вдруг осознал всю иронию этого жеста. Дженна украла его. Лучшая подруга забрала то единственное, что он клялся никому не отдавать.

Так не должно быть. Он не хочет отдавать ей сердце и вообще не видит ее в своем мире. Как он защитит ее от своих сомнительных дел? Господи, да он только что заказал человека. Дженне просто необходима защита от его грязного, мерзкого образа жизни.

Мак никогда не причинит ей боли. Ни физической, ни душевной. И убьет любого, кто хоть пальцем ее тронет.

На него навалилась тяжесть, когда дыхание Дженны выровнялось и стало мягче. Мак накрыл ее ладонь своей, желая продлить этот момент, насладиться им. Но замигавший экран сотового телефона на тумбочке вернул его к реальности. Дела зовут. Его время в сказочной стране подошло к концу.