Открыв глаза, Лиза обвела взглядом тускло освещенную комнату и почувствовала рядом с собой теплое тело Макса, к которому она прижималась спиной. Она была абсолютно уверена в том, что по-прежнему его любит. Во время их близости прошлой ночью ей показалось на мгновение, что он испытает к ней то же самое, просто сопротивляется своим чувствам. Она прекрасно понимала, что выдает желаемое за действительное, но разве могла она устоять перед мужчиной, которого любила и от которого ждала ребенка?

Она потерлась о него, наслаждаясь теплом его тела, и внизу ее живота снова все запульсировало. Они занимались любовью, пока не выбились из сил, но разве одна ночь могла удовлетворить безумное желание, которое вызывал у нее этот мужчина?

Сейчас было рождественское утро, и проснуться в объятиях Макса в загородном доме, где царила праздничная атмосфера, было для нее лучшим подарком. Не в силах сдержать радостное волнение, она повернулась к нему лицом.

— С Рождеством, — прошептала она, и его темные глаза открылись.

Макс прижал ее к своему обнаженному телу:

— Теперь я знаю, чего мне до сих пор не хватало в рождественское утро. Тебя.

— Но ведь ты не любишь Рождество, — заметила Лиза и тут же пожалела о своих словах, потому что его глаза перестали блестеть, а выражение лица стало отчужденным.

— Я просто имел в виду, что в Испании рождественское утро не такое, как здесь. Мы дарим друг другу подарки, но только пятого января, на День волхвов.

Лиза знала, что он что-то скрывает. Что он, как обычно, отгораживается от нее защитными барьерами.

— Тогда зачем ты все это устроил? — спросила она, обведя взглядом украшенную спальню.

Она думала, что он сделал это, чтобы убедить ее остаться с ним и после наступления нового года. Разумеется, ради ребенка.

— Потому что я знал, что это сделает тебя счастливой. Потому что, хотя я и не могу сказать тебе то, что ты хочешь услышать, ты мне небезразлична.

Это действительно были не те слова, которые она хотела услышать от него сейчас, но она не собиралась портить себе праздник. То, что он для нее сделал, вселяло в нее надежду.

* * *

Макс почувствовал облегчение, когда Лиза молча согласилась с тем, что он ей сказал. Поднявшись, он с удовольствием отметил про себя, что ее взгляд скользнул по его обнаженному телу. Ему захотелось снова заняться с ней любовью, но он надел джинсы и свитер и сказал:

— Сюрпризы еще не закончились.

— Правда?

— Я заказал для нас праздничный обед в ресторане отеля, который находится неподалеку отсюда. Мне сказали, что после обеда мы сможем отдохнуть у большого камина.

Лиза улыбнулась ему. Ее улыбка была теплой и искренней и выражала удовольствие. Он понял, что смог проникнуть сквозь ее защитные барьеры. Она пыталась заставить его сделать то же самое, но за долгие годы его барьеры стали непроницаемыми. Расскажет ли она ему, почему в детстве она была лишена волшебного зимнего праздника?

— Что случилось? — спросил Макс, понимая, что рискует установившимся между ними хрупким перемирием. Но ему нужно было знать, как события, произошедшие в ее детстве, влияют на ее нынешние решения.

— Случилось? Когда?

Лиза стояла у кровати, завернутая в плед из искусственного меха. Она выглядела напуганной.

— Когда ты была ребенком. Почему ты не праздновала Рождество?

— Думаю, это мне следовало бы задать тебе подобный вопрос. — Она снова улыбнулась, но он видел, как ее защитные барьеры возвращаются на место. — По-моему, это ты не любишь Рождество. Что касается меня, я просто никогда не праздновала его в подобной обстановке.

Если он хочет узнать, что она от него скрывает, ему придется сказать ей всю правду о своем прошлом.

— У меня есть веская причина для того, чтобы не любить это время года, — сказал он.

Лиза опустилась на край кровати. Ее рыжие волосы были взъерошены, из-под белого пледа были видны ее стройные ноги. Она, как всегда, выглядела сексуально, но сейчас она была какой-то другой. Ранимой — вот подходящее слово. Он всегда считал ее сильной женщиной, которая не пасует перед трудностями.

Глядя на нее, Макс понял, что пришло время быть с ней откровенным. Она недвусмысленно заявила, что ее ребенку нужен такой отец, который будет с ним постоянно, а не такой, который будет появляться в его жизни от случая к случаю. Он все еще не знал, сможет ли стать хорошим отцом для своего ребенка, но он будет стараться. Он определенно не хочет быть таким, как его собственный отец.

Повернувшись, он посмотрел в окно на покрытую снегом лужайку:

— Все плохое, что произошло в моем детстве, произошло в это время года.

— Ты говоришь о своем отце? — мягко произнесла она, и он услышал, как она поднялась и направилась к нему.

Макс напрягся. Он не был готов к сочувствию.

— Он ушел за пару недель до Рождества. Мне было восемь лет, и я убедил себя в том, что он меня за что-то наказал. Я понятия не имел, что у него была еще одна семья и еще один сын.

Она подошла ближе, и он почувствовал аромат ее волос и тепло ее тела. Ее присутствие было своего рода якорем, который удерживал его в настоящем и не позволял ему полностью погрузиться в прошлое.

— Ты видел его после этого?

— Нет.

Все же Макс не мог не перенестись в мыслях в тот вечер, когда уходил его отец. Он видел, как его мать гордо стояла посреди комнаты, а отец, открыв входную дверь, обернулся и посмотрел на нее. Мать вскинула голову. В ее позе чувствовались гнев и вызов, но Макс, даже будучи ребенком, понял, что за этим прячется боль.

Оба его родителя молчали. Они уже все сказали друг другу во время ссоры, свидетелем которой стал Макс. Сидя на холодной мраморной лестнице, он всей душой желал, чтобы они перестали ругаться и смотреть друг на друга с ненавистью. Понимая, что его мать нуждается в поддержке, Макс подошел к ней, встал рядом и с яростью посмотрел на отца. Тот бросил на него мимолетный взгляд, полный раздражения и презрения. Макс почувствовал себя жалким и ненужным. Этот взгляд преследует его до сих пор.

— Я хотела, чтобы мой отец вообще не приходил и не использовал меня как средство, с помощью которого он досаждал моей матери.

Голос Лизы вернул его к реальности. Повернувшись, Макс посмотрел на нее, но ее взгляд был по-прежнему прикован к заснеженному саду. Ее тоже не отпускало прошлое.

— Он ушел, когда мне было пять лет, — тихо произнесла она, но он услышал в ее голосе гнев. — Я не видела его два года. В течение этих двух лет моя мать сводила концы с концами, а я думала, почему она все время грустит и ругается на меня. В конце концов я решила, что она винит меня в уходе отца. Затем он вернулся.

В комнате повисло напряженное молчание. Макс понимал ее боль. Он знал, что такое чувствовать себя виноватым и отвергнутым.

— Что было потом? — спросил Макс.

— Он говорил, что хочет видеться со мной, водить меня на прогулки. — Отойдя от окна, она вернулась к кровати, забралась на нее и притянула колени к груди.

— Но это же было хорошо, — сказал Макс, но, когда она подняла на него глаза, полные печали, понял, что ошибся.

— В этом не было ничего хорошего. Он использовал меня, маленького ребенка, чтобы причинять боль моей матери, — ответила Лиза. — Я была нужна ему не больше, чем матери. Я была просто помехой, но, когда им было удобно, они использовали меня как оружие друг против друга. В остальное время им было на меня наплевать.

— Твоя мать определенно… — начал Макс, но тут же замолчал, поняв, что ему повезло, что он до последнего дня не участвовал в родительских ссорах.

— Я была не нужна матери. Ее бросил муж, а я была всего лишь довеском к неудачному браку. — Лиза сильнее обхватила колени руками, и у Макса защемило сердце. Она выглядела ранимой и потерянной. Ему хотелось подойти к ней, обнять ее и утешить. Но как он может это сделать, когда сам до сих пор не примирился со своим прошлым?

— По крайней мере, твой отец вернулся, — сказал Макс, сев на край кровати. — По крайней мере, он хотел тебя знать, видеть, как ты растешь.

Она подняла на него взгляд, и ее зеленые глаза яростно сверкнули. Ее лицо было очень бледным, и Макс забеспокоился, не больна ли она. Его мать была больна, когда носила под сердцем Анджелину. Очень больна.

Прогнав эту мысль, Макс снова подошел к окну. История не может повториться. Он не может потерять еще одного близкого человека. Именно поэтому он эмоционально отдалился от Анджелины. Когда во время своего последнего телефонного разговора они согласовывали детали приема по случаю ее совершеннолетия, она назвала его тираном. Что она сказала бы ему, если бы узнала, что у них с Лизой будет ребенок? Что он не имеет права быть отцом, потому что не справляется с ролью брата?

— Значит, ты предпочла бы, чтобы твой отец никогда не возвращался в твою жизнь? — спросил он.

— Ты даже представить себе не можешь, как сильно я хотела в детстве, чтобы он не приходил.

Макс повернулся и посмотрел на нее. Как она может выглядеть ранимой и одновременно с этим злиться? Их взгляды встретились, и, пока она с трудом боролась со слезами, он понял, почему она хочет от него уйти и почему она не готова доверить ему роль отца.

— Значит, вот почему ты не хочешь, чтобы я принимал участие в жизни нашего ребенка? Почему тебе нужно либо все, либо ничего?

Ярость в голосе Макса заставила Лизу содрогнуться. Она вдруг осознала, что поделилась с ним самым сокровенными переживаниями. Она дала ему понять, почему не хочет, чтобы он был приходящим отцом.

Лиза молча уставилась на него. Он была не в состоянии что-то сказать в ответ. Она никогда ни с кем не обсуждала свои личные проблемы. Многие молодые женщины обсуждают их со своими матерями, но у нее никогда не было такой возможности. Она была нежеланным ребенком, из-за которого матери пришлось перестать ходить на вечеринки и развлекаться. Матери было на нее наплевать.

— Сегодня Рождество, Макс, — смогла наконец ответить она. — Нам не следует сейчас разговаривать о подобных вещах.

Макс подошел к кровати, сел на нее и посмотрел Лизе прямо в глаза. Ей захотелось, чтобы он крепко ее обнял и сказал, что все будет хорошо. Что прошлое не имеет значения и он всегда будет рядом с ней и ребенком.

— Следует, и мы продолжим этот разговор, — произнес он тоном, не терпящим возражений. — Мой отец ушел, когда мне было восемь лет. Я винил в этом себя, но хуже этого было то, что я не мог помочь матери. Я не мог сделать так, чтобы она снова начала улыбаться.

— О, Макс. — Она приложила ладонь к его щеке, и плед соскользнул с ее плеча. — Ты ни в чем не виноват. Ты был ребенком.

— Я почувствовал себя еще большим неудачником, когда она познакомилась с моим отчимом и ее глаза снова заблестели.

Лиза представила себе Макса несчастным маленьким мальчиком, и у нее защемило сердце.

— Вот что с человеком делает любовь, Макс. Любовь твоего отчима вернула твоей матери улыбку, а твоя любовь поддерживала ее каждый день, придавала ей сил.

Он резко отстранился, словно обжегшись, его взгляд стал холодным и мрачным.

Лиза пришла в замешательство. Почему его разозлили ее безобидные слова?

— Любовь? — прорычал он, снова соскочив с кровати и направившись к окну. — Моя любовь ей не помогла.

— Конечно помогла, — ответила Лиза и присоединилась к нему у окна. Как жаль, что она не может перенестись в тот момент, когда проснулась этим утром в его объятиях. Когда впервые в жизни получила такое Рождество, о каком всегда мечтала.

Макс повернулся к ней лицом, и от гнева, который она увидела в его глазах, у нее перехватило дыхание.

— Любовь не предотвратила тех трагедий, которые произошли в моей жизни. Уверен, что она не помогла и тебе.

— Я… — пролепетала она, сделав шаг назад. — Я не…

Внезапно у нее закружилась голова, и ноги налились свинцовой тяжестью. Чувствуя, что вот-вот потеряет равновесие, она добрела до кровати, плюхнулась на нее, и у нее перед глазами все начало вращаться.

— Лиза. — Опустившись рядом с ней на корточки, Макс заглянул ей в глаза: — Тебе плохо?

Его лицо выражало искреннее беспокойство.

— Я в порядке, — заверила его она, приняв сидячее положение. — Думаю, мне просто нужно поесть.

В его глазах промелькнуло облегчение. Прежде чем его защитные барьеры вернулись на место, она увидела на его лице что-то еще. О чем он ей не рассказал? Что продолжает его мучить? Она была уверена, что уход отца не единственная причина его страданий.

Он медленно поднялся:

— В таком случае я тебе что-нибудь приготовлю.

— Спасибо. Я приму душ и спущусь.

Время откровений прошло. Макс снова закрылся, и она почувствовала, что ее внутренние барьеры тоже встают на место.

Заварив чай и пожарив тосты, Макс услышал, как Лиза спускается по лестнице.

— Тебе лучше? — спросил он, когда она вошла в маленькую кухню в деревенском стиле.

— Да, спасибо. Выглядит аппетитно. — Сев за стол, она начала есть тост, запивая его чаем.

— Ты достаточно хорошо себя чувствуешь, чтобы поехать в ресторан?

Наверное, ему следовало заказать обед сюда.

— Да. Я ни за что его не пропущу.

Ее тон был бодрым, и он расслабился.

Когда Лиза позавтракала, он взял ее за руку и помог ей подняться.

— Перед тем как мы поедем в ресторан, давай откроем подарки.

— Подарки? — Она весело рассмеялась: — Ты хочешь сказать, что сюда приходил Санта-Клаус?

— Если тебе нравится так думать, то да, он здесь был.

Испытывая радость впервые за долгое время, Макс отвел Лизу в гостиную. Огонь, который он разжег в камине, пока она была в душе, наполнял комнату теплом. Разноцветные лампочки, горящие на елке, создавали атмосферу волшебства.

— К сожалению, мне нечего положить под елку, — грустно сказала она. — Я не приготовила подарок для тебя.

Подумав о ребенке, который растет внутри ее, он посмотрел на нее с нежностью. Ему хотелось положить руки ей на живот и сказать, что ребенок лучший подарок, но он, испугавшись этого неожиданного порыва, сдержался. Неужели на него так действует праздничная атмосфера?

— Значит, Санта решил, что я плохо себя вел, и принес подарки только тебе. Ты их посмотришь до поездки в ресторан?

Он достал из-под елки плоскую коробку в яркой оберточной бумаге и протянул ей.

— Почему-то мне кажется, что то, что находится внутри, понадобится тебе через несколько дней.

С заинтригованным видом Лиза взяла у него коробку, села перед камином и стала медленно ее разворачивать.

— О, Макс. Какая красота, — произнесла она, достав из коробки черное платье.

— Ты его наденешь на прием по случаю дня рождения Анджелины.

— Там есть еще одно. — Повесив черное платье на подлокотник кресла, она достала изумрудно-зеленое. — Оно просто великолепно. Но как ты выбрал эти платья?

— С помощью Лидии. Я отправил ей несколько фотографий платьев из интернета, и она посоветовала мне купить для тебя эти два. Она сказала, что зеленое прекрасно подойдет для празднования Нового года.

— Возможно, тогда мы уже не будем вместе.

Ее слова задели его, но он не подал виду.

— После того, что между нами было прошлой ночью, я думаю, что такой вариант развития событий маловероятен. Я не позволю тебе уйти. Мы с тобой договорились, что будем вместе до наступления нового года. Это включает праздничный прием.

Он старался говорить непринужденно, но ее неуверенный вид говорил, что ему не удалось ее обмануть.

— Но что, если у нас ничего не получится?

— У нас может что-то получиться только в том случае, если мы это попробуем.

Повернувшись, он достал из-под елки еще один подарок, чтобы ее отвлечь.

— Санта принес тебе еще вот это.

Взяв у него подарок, Лиза развязала ленточку, затем развернула золотистую бумагу и осторожно открыла синюю бархатную коробочку, которая оказалась внутри.

— Это уже слишком.

Чуть не уронив коробочку, Лиза посмотрела на Макса. Почему он сделал ей такой дорогой подарок? Такие вещи дарят, когда любят, но она знает, что он ее не любит.

— Бриллианты, — пояснил он, пока она изумленно рассматривала комплект из ожерелья, серег и кольца.

— Но… — прошептала она, проведя пальцем по блестящему ожерелью. Ее рука дрожала, и она поспешно опустила ее.

Это был прощальный подарок. Она знала, что богатые мужчины вроде Макса при расставании с очередной женщиной дарят ей дорогое украшение в качестве компенсации.

— Бриллианты будут прекрасно смотреться с зеленым платьем, — сказал он. — Так сказала Лидия.

Лидия знает об этом подарке? Может, она в курсе всех их проблем? Мог Макс признаться Раулю, что не хочет сохранять их с Лизой брак и становиться отцом ребенка, которого он не хочет?

— У нее отличный вкус.

При виде довольного выражения его лица у Лизы пересохло во рту. Если он думает, что его план сработал, он заблуждается. Совсем скоро он это узнает.

— Я хочу, чтобы мою жену украшали бриллианты, которые своим блеском затмят новогодние фейерверки.

Захлопнув коробочку, она посмотрела на него:

— Я не знаю, что сказать.

— Тогда не говори ничего. Просто будь вместе со мной на праздновании дня рождения Анджелины и на новогоднем приеме.

Лиза задумалась. Если она согласится, тогда она сможет со спокойной душой начать новую жизнь. Она будет знать, что пыталась сохранить свой брак с Максом, и сможет потом посмотреть в глаза своему ребенку и честно сказать ему, что она давала его отцу шанс.

— В таком случае я надену зеленое платье и бриллианты и пойду с тобой на новогоднее мероприятие.