Самолет приземлился только за полночь. Пересев в лимузин, Рейф и Софи направились к особняку его брата в Котсуолде.

Софи смотрела в окно машины на ночную сельскую местность Англии, думая, что в любой другой раз насладилась бы завораживающим зрелищем снежных полей, особенно после жаркой Австралии. Но сейчас она просто радовалась тому, что окна большого дома, расположенного впереди, темны. Это означает, что все легли спать. К счастью, Софи не была уверена, что готова к встрече с родственниками Рейфа. И она подозревала, что он нарочно настоял на том, чтобы они по пути поужинали в небольшом пабе. Возможно, он старался отсрочить неизбежную встречу с собственной семьей, потому что не знал, как представить Софи своей родне. Она впервые попробовала английскую еду, с удовольствием съела пастуший пирог по рекомендации владельца паба и выпила теплого пива по настоянию Рейфа.

Софи переоделась в изысканное кашемировое платье, которое облегало ее фигуру, и красивые кожаные сапоги. Она пялилась прямо перед собой, понимая, как радовалась своей простой жизни в Австралии.

— Ты в порядке? — спросил Рейф, когда автомобиль плавно остановился у дома.

— На самом деле нет. Я ужасно нервничаю, — честно призналась Софи.

— Да? — Он прищурился. — Но ты годами встречалась с сотнями незнакомых людей.

Вероятно, с тысячами незнакомцев. Но ни разу при нынешних обстоятельствах. Чаще всего люди знали, кто она такая, и заранее готовились к встрече. И они всегда были предельно вежливы с принцессой. Софи снова посмотрела в окно. Спящий дом показался ей иллюзией, потому что, как только автомобиль остановился, открылась входная дверь и появилась женщина. Ее седеющие волосы были почти одного цвета с серой униформой. Софи сразу увидела в открытую дверь гигантскую елку, доминирующую в большом и внушительном зале, обитом деревянными панелями.

Рейф улыбнулся, когда женщина в униформе шагнула вперед.

— Софи, познакомься с Бернадетт, нашей экономкой, — сказал он. — Она служит разным членам нашей семьи многие годы. И если бы не ее благородство, она заработала бы целое состояние, описывая подвиги печально известной семьи Картер. Верно, Бернадетт?

— Конечно, но кто бы захотел читать о вас так много? — ответила Бернадетт с мягким ирландским акцентом. — Но где твои манеры? Кто эта красивая молодая леди?

Рейф представил ее просто как Софи, и Бернадетт не стала задавать лишних вопросов. По крайней мере, Софи сможет непринужденно разговаривать с экономкой. После работы на ферме Рейфа она научилась общаться с простыми людьми и очень этому радовалась.

— Уже все приехали? — спросил Рейф.

— Нет. Вы первые. — Бернадетт закрыла тяжелую дубовую дверь. — Кое-кто прилетит завтра. Твой отец решил приехать на внедорожнике, поэтому доберется сюда без проблем. Звонила Шарла и сообщила, что прилетит на вертолете сегодня примерно в полдень.

Шарла.

Имя показалось Софи смутно знакомым, но ее внимание привлекла внезапная напряженность Рейфа. Она подняла глаза и увидела его суровое лицо и мрачный взгляд. Он показался ей незнакомцем.

Но Софи тут же напомнила себе, что она и правда ничего о нем не знает. Они просто переспали, и он пробудил в Софи желания, о которых она не подозревала.

Чувствуя неловкость, Софи поднялась с Рейфом по парадной лестнице в огромную спальню с кроватью, застеленной парчовым покрывалом в темно-бордовых и золотых тонах. У кровати стояла большая бронзовая ваза с малиновыми розами, бархатные шторы на огромных окнах были задернуты. В большом камине потрескивал огонь, и отблеск его пламени отражался в потолочной люстре. Обстановка в комнате казалась почти средневековой. Софи сняла пальто и повесила его в старомодной шкаф, а потом медленно повернулась к Рейфу.

— Кто такая Шарла? — спросила она.

Рейф что-то читал в своем мобильном телефоне и не поднял головы, когда ответил:

— Ты, наверное, слышала о ней. Раньше она была моделью.

Софи кивнула, поняв, почему имя этой женщины показалось ей знакомым.

— Ты имеешь в виду ту самую Шарлу? — произнесла она. — Супермодель с бесконечными ногами, которая вышла замуж за рок-звезду?

— Она самая. — Рейф поднял голову и равнодушно посмотрел на нее серыми глазами. — Только она больше не замужем.

— Понятно. — Софи взглянула на него. — А зачем она приедет сюда? Я думала, соберется только твоя семья.

— Она член семьи. — Помолчав, он прибавил: — Она сестра-близнец Молли, хотя я не считаю ее родственницей.

Софи хотелось узнать, кем он считает Шарлу. Почему резкость внезапно исказила его голос и отчего он напрягся, когда Бернадетт упомянула имя супермодели? Но это не ее дело. Она здесь, чтобы оказать Рейфу услугу. Да, они занимались сексом в самолете, но это не значит ничего. Рейф не оттолкнул ее после, но держался с ней холодно. Вернее, безразлично. Поэтому секс с Рейфом не дает Софи права копаться в его мыслях и чувствах.

Софи выглянула за тяжелую бархатную штору. Шел сильный снегопад, на земле образовались большие сугробы. Рейф включил одну из прикроватных ламп, и Софи осторожно наблюдала в оконное стекло за тем, как он двигается по элегантной комнате. Рейф держался с ней так отстраненно. Он не прикасался к ней в машине, и теперь она должна ночевать с ним в одной кровати. И она понятия не имела, что они будут делать. Как поступают другие женщины в подобной ситуации?

Софи сняла резинку с волос и распустила их по плечам.

— Что ты сказал им обо мне? — спросила она.

— Ничего. Я сообщил брату, что приеду с женщиной, вот и все. Они узнают тебя, когда увидят. — Его глаза блестели. — Учитывая твою большую любовь к таинственности, ты вряд ли захочешь, чтобы я заранее предупредил их о том, кто ты.

— А они не удивятся, что ты приехал с беглой принцессой?

Рейф едва заметно улыбнулся:

— Я вырос в необычной семье, Софи. У нас странности считаются нормой, а правила постоянно нарушаются. Родственники могут сделать замечание, но не станут сильно удивляться. И не волнуйся, тебя не побеспокоят и не станут задавать предсказуемые вопросы. — Он мягко прибавил: — Уже поздно. Ты не собираешься ложиться?

Его слова испугали Софи. Странно, если вспомнить, как она лежала на полу самолета в спущенных до лодыжек джинсах. Разволновавшись, Софи отправилась в ванную комнату. Среди привезенной к самолету одежды ночной рубашки не оказалось, поэтому Софи надела трусики и футболку. Рейф удивленно поднял брови, когда она вернулась и быстро забралась в постель. И все же он ничего не сказал, направляясь в ванную комнату.

Выключив лампу, Софи, дрожа, лежала под одеялом, слушая плеск воды. Минуты тянулись мучительно долго. В конце концов, свет в ванной комнате погас, и обнаженный Рейф вернулся в спальню.

— Почему ты прячешься от меня в темноте? — спросил он.

— Я не прячусь.

— Разве нет? — немного весело произнес он. — Ты стала меня стыдиться, Софи?

— Конечно нет. — Как сказать ему, что ситуация казалась странной? Софи не хотела включать свет, потому что не знала, что сказать или делать. Она не понимала, куда подевалась та женщина, что так раскованно вела себя в самолете. Почему она вдруг стала скопищем всевозможных страхов? Кровать прогнулась под тяжестью тела Рейфа, и Софи затаила дыхание, услышав шорох постельного белья.

— Ты устала после перелета?

— Немного, — сказала она с надеждой, решив, что сон избавит ее от напряжения, которое росло с каждой секундой даже от малейшего звука. Лучше всего закрыть глаза и уснуть, а утром встать свежей и готовой к событиям нового дня.

Но сон не приходил. Софи лежала, боясь пошевелиться и прикоснуться к мускулистому телу Рейфа. Она не понимала, как переживет эту ночь. Внезапно Рейф тихонько рассмеялся.

— Я знаю, что ты не спишь, — уверенно заявил он.

— Откуда? — рассерженно спросила она и только потом поняла, что выдала себя.

— Ты пытаешься выровнять дыхание, но спящие люди дышат иначе.

— О, ты просто настоящий эксперт по женскому дыханию в постели.

— У меня есть некоторый опыт.

— Я не сомневаюсь, — сказала она.

Рейф обхватил ее рукой за талию, и Софи замерла.

— Расслабься, — тихо произнес он и другой рукой обхватил ее грудь. — Лежи и думай об Изолаверде.

Неожиданно Софи захихикала:

— Ох. — Его большой палец задел ее сосок, и она сглотнула. — Ты невыносим.

— Так говорят. Разве тебе не полегчало? — Он провел рукой по ее животу, потом его пальцы скользнули ниже. — Зачем ты надела трусики? Они могут порваться.

— Рейф, — хрипло произнесла она.

— Тсс. Что я только что сказал?

— Я… не помню.

— Постарайся вспомнить.

Стянув с нее трусики, он стал ласкать Софи между ног. В комнате слышалось только ее прерывистое дыхание.

— Рейф? — снова позвала она, и от вожделения ее голос надломился.

— Что?

Постанывая, она вонзила ноготки в его плечи.

Софи приподняла бедра, ее тело содрогалось, когда Рейф опустил голову и поцеловал ее в губы. Она почувствовала сладкое тепло, когда реальность разлетелась на бесчисленные, нестерпимо яркие фрагменты. И уже через несколько мгновений Софи погрузилась в чувственное оцепенение. Позже она лежала, ощущая приятную усталость и удовлетворение.

— Ты должен научить меня… — Софи не договорила, застыдившись.

— Как доставить мне удовольствие? — спросил Рейф.

Она облизнула сухие губы:

— Да.

— Спи, Софи, — почти нежно произнес Рейф, отвел прядь волос от ее щеки и быстро поцеловал Софи в нос. — Спи.