На саммите ООН, в Вене.

Прямо перед взрывом.

* * *

Вена, Австрия, саммит

Организации Объединенных Наций

– Для человека, который идеологически против дипломатии, – говорил Т’Чака сыну на национальном вакандийском языке, – ты становишься все лучше и лучше в переговорах.

Мужчина положил руку на плечо принца, тепло улыбаясь.

Это правда. Т’Чалла сомневался в' разумности решения открыть границы Ваканды внешнему миру. Но своему отцу он верил больше, чем кому-либо другому. А его отец верил, что это очень важно, и поэтому Т’Чалла тоже боролся за подобную идею.

Принц улыбнулся в ответ:

– Я счастлив это слышать, папа. Я верю в то, что делаю. Я верю в тебя.

– Спасибо, – ответил Т’Чака.

Он хотел, чтобы страна наконец, сняла с себя завесу секретности. Он верил, что в целом Ваканда нужна миру, а Ваканде нужен внешний мир. Т’Чака будет направлять свой народ, но ему требуется помощник, Т’Чалла, который и отправится с ним в это путешествие.

Это были последние слова, которыми обменялись отец и сын.

Потом раздался взрыв.

* * *

– Принц Т’Чалла, вы меня вообще слушаете? – произнес Росс, проводя рукой туда-сюда перед его лицом. – Я спрашиваю, согласны ли вы нам помочь?

Т’Чалла вернулся к реальности и посмотрел агенту прямо в глаза:

– Мой отец хотел бы, чтобы я вам помог, – ответил юноша. – Но почему я? У вас же огромное количество людей.

– Да, вы правы, их бессчетное число. На самом деле это неправда, у меня их сорок восемь. Но никто из них – не вы. Никто из них не является Черной Пантерой, – ответил Росс. – А мне что-то подсказывает, что для этого заседания подходит именно Черная Пантера.

Т’Чалла переварил полученную информацию, а потом произнес:

– Хорошо. Но еще у меня есть долг перед моим народом.

Росс кивнул:

– Разумеется, разумеется. Поверьте, это не займет много времени. Все, что нужно, – это чтобы вы отследили, куда направилась Зюнд, и вернули нам дневник.

– А мы знаем, куда она могла бы направиться? – решил уточнить Т’Чалла.

Агент развел руками:

– И да, и нет. Она все еще в Берлине. Никакого ее следа на границах или в аэропортах, – ответил он. – У меня есть примерное направление, по которому имеет смысл идти. И я держу пари, что у вас очень неплохо получается идти по чьим-то следам.

Т’Чалла кивнул.

– В конце концов, я – Черная Пантера, – ответил он.

– Именно так, – подтвердил Росс. – Вперед, Черная Пантера, нам предстоит выдвигаться.

ГЛАВА 4

– Мне нравится то, как организовано автомобильное движение в Берлине, – сказал Росс, сидевший за рулем невзрачного черного седана. – Они все время поворачивают направо. Прямо как у нас дома.

Т’Чалла расположился на пассажирском сиденье рядом с ним, одетый в шлем Черной Пантеры. Он прислушивался к шуму машин снаружи. Сквозь тонированные стекла прорывались солнечные лучи, и Т’Чалла по ним определил, что день уже близится к концу.

Росс взглянул на напарника, потом перевел глаза обратно на дорогу. «Что за парочка из нас получилась!» – подумал он.

– Возьмем, к примеру, англичан, – продолжал агент, пока они пробирались через пробку на Унтер-ден-Линден. Улица вела к центральному округу Берлина, Митте, и на ней всегда было много автомобилей. Росс нажал на клаксон, но Т’Чалла заметил, что ни одна другая машина не засигналила в ответ. – В Англии левостороннее движение. Я чуть с ума не сошел. Каждый раз, когда я оказываюсь там, попадаю в аварию. Просто не могу уместить эти правила в мозгу. Так что вам повезло, что миссия у нас в Берлине.

Т’Чалла отвернулся и посмотрел в окно, и Росс тут же почувствовал, что его вниманием завладело что-то другое.

– Что это за «направление», по которому мы с вами следуем, – спросил вакандийский принц, – и почему именно в этой машине?

Росс, продолжая следить за дорогой, наклонился к собеседнику:

– Расскажу вам один секрет. Каждый из работников нашего ведомства оснащен микрочипом, чтобы мы могли отслеживать их, если они теряются, их крадут или же...

– ...или они предают агентство, – закончил за него Т’Чалла.

– Именно. Самое крутое в этих микрочипах – то, что никто из работников о них даже не догадывается.

– Тогда откуда вы о них знаете? – спросил принц.

– Это, – ответил Росс, – очень хороший вопрос. Один из лучших. И ответ на него такой: потому что мне это знать необходимо.

Т’Чалла кинул на соседа взгляд, означавший: «Как я вообще могу доверять человеку вроде вас?». «А может, этот взгляд просто показался мне слишком многозначительным», – подумал Росс.

– Знаю, звучит довольно отвратительно, но, поверьте, мы делаем это не без причины.

– Я даже не знаю, что и думать об агентстве или о вас, если вы так легко нарушаете чужое личное пространство, – ответил Т’Чалла, поглядывая в окно. – Где сейчас Шармань Зюнд?

Росс взглянул на экран телефона:

– Если судить по микрочипу, то вот здесь, – ответил агент, махнув вперед через лобовое стекло. Он указывал на большое здание с каменным фасадом.

Росс не успел больше ничего сказать, как Т’Чалла произнес:

– Это Берлинская государственная опера.

– Видите, – шутливым тоном ответил Росс, – работая со мной, можно еще попутно с культурой познакомиться.

Т’Чалла как раз пытался улыбнуться, когда внезапно в лобовое стекло ударило несколько пуль.

* * *

Все произошло так быстро, что Росс еле отследил этот момент.

Сперва были пули. Они били по лобовому стеклу, заставив его покрыться паутиной трещин. В итоге они прошили пуленепробиваемое стекло, будто его вообще там не было. Броня должна была защищать от любых снарядов, кроме разве что танковых, но Росс уже не успевал задавать сам себе эти вопросы.

Потом пришел черед колес. Звук спускаемых шин – всех четырех – ворвался в уши агента. Он тотчас же потерял контроль над машиной. Седан заскользил по улице, врезался в другой автомобиль и перевернулся.

И, наконец, сама машина. Росс и Т’Чалла обнаружили себя под опрокинувшимся седаном, а пули продолжали врезаться в корпус и осыпать все вокруг. Принц отстегнулся, заодно освободил от ремня и Росса. Он схватил агента, а потом выбил боковую дверь со стороны водителя. Прикрывая Росса своим телом, Пантера убрался из-под обстрела. Точнее, из его эпицентра.

Т’Чалла вздрогнул, почувствовав, что в его левую руку попали, и яркая вспышка горячей красной боли пронзила все его тело. Вибраниумовый бронекостюм должен был защитить от любой обычной пули. Но, похоже, в сплаве этих снарядов было что-то особенное.

Скрючившись под все еще перевернутой машиной, Росс пытался определить источник огня.

– Пули летят из окна. Опера, верхний этаж, – выкрикнул он.

– Не высовывайтесь, – проинструктировал Т’Чалла, аккуратно сжимая левую руку и проверяя ущерб.

Кровь.

– Возьмите! – закричал Росс и кинул воину небольшой девайс в виде трубочки. – Это для связи.

Не сказав ни слова и не думая о том, что ранен, Т’Чалла бросился в бой. Он перепрыгнул через перевернутую машину и побежал через улицу по направлению к опере. Ноги мелькали все быстрее и быстрее: он набирал скорость. А потом принц невероятным, невообразимым прыжком поднялся в воздух, ухватился за выступ на здании и начал подниматься по отвесной стене, держась когтями.

ГЛАВА 5

Т’Чалле хотелось поверить в то, что его отец прав: что Ваканда должна занять место в мире, которое она заслуживает, и вступить в международное сообщество. В этом Т’Чака был полностью уверен. Можно даже сказать, что за эти убеждения он и умер.

Принцу хотелось верить, что отец прав, но полностью он в этом не был уверен.

И ненавидел себя за это.

Все это и многое другое промелькнуло в сознании Т’Чаллы, пока он карабкался по фасаду Берлинской государственной оперы. Его острые как бритва когти из вибраниума врезались в облицовку здания, а мускулы, натренированные десятилетиями упражнений, делали остальную работу. Это получалось почти без усилий.

Черная Пантера оказался наверху за несколько секунд, прямо у окна, из которого стреляли. Быстрым движением он провел когтями правой руки по ближайшему стеклу, а потом надавил на него. Стекло выпало, и Т’Чалла запрыгнул в свободный теперь проем. Он собрался в комок, а потом встал на ноги и занял оборонительную кошачью позицию.

В комнате никого не было.

Т’Чалла резким движением открыл дверь и выглянул в длинный коридор. И справа, и слева – пусто. Казалось, все было в полном порядке.

Разве что на полу обнаружилось нечто похожее на фрагменты или осколки. Т’Чалла наклонился и поднял один из них. Похоже, то, что они приняли за пули, врезавшиеся в машину, вовсе ими не являлось. Но, прежде чем он успел осмотреть этот предмет, в коммуникаторе прорезался голос.

– Ответьте, что вы нашли?

Агент Росс.

Т’Чалла сделал глубокий вдох и ответил:

– У нас здесь призрак. В здании пусто, – произнес он, смотря на фрагмент, который держал в левой руке. – Стрелок ушел. Куда именно, не могу понять.

– Мне ты можешь сказать, я обладаю всеми полномочиями агента Росса, – произнес Росс, пытаясь немного разрядить ситуацию.

Т’Чалла не рассмеялся.

– Извини, – произнес агент, – я потерял след Зюнд. Кто-то поработал над микрочипом. Моя команда обыщет район. Кажется, нам пора возвращаться в штаб.

– Я сказал, что стрелок исчез. Но он кое-что оставил, – принц еще внимательнее рассмотрел фрагмент, лежащий в руке. Что-то в нем казалось ему знакомым. И когда вакандиец понял, что это, то сперва не поверил.

Пули были сделаны из вибраниума.

Т’Чалла почувствовал, как дрожит его левая рука.

* * *

– Знаете, признаюсь честно, я разочарован. Я надеялся получить лучшие места, следя за вашей погоней за стрелком, – произнес Росс.

– Жизнь состоит не только из погонь, – угрюмо произнес Т’Чалла, пока они с агентом забирались в новенький черный седан, возникший как будто из ниоткуда. – Мой отец это отлично понимал.

Район прочесывала местная полиция, а отряд Росса уже стремительно осматривал соседние дома в поисках каких-нибудь улик.

– Я тоже это отлично понимаю, поверьте, – ответил агент, открывая водительскую дверь седана. Т’Чалла же быстро забрался внутрь и захлопнул свою за собой.

– Снаряды, которые использовал стрелок, сделаны из чистого вибраниума, – резко произнес он.

– Вот почему они так легко пробили бронированную машину и ваш костюм, – догадался Росс. Т’Чалла кивнул. – Интересно, где эта чертова Шармань Зюнд могла достать вибраниум?

– В мире есть только один источник вибраниума, – медленно произнес Т’Чалла. – Ваканда. И вы знаете, что мы не производим его на экспорт. Я располагаю сведениями лишь об одном человеке, который совершал сделки с вибраниумом.

– Кло? – спросил Росс.

Он имел в виду Улисса Кло, бесчестного, беспринципного убийцу и спекулянта, который, помимо всего прочего, украл из Ваканды запас вибраниума какое-то время назад. Этот вор навлек на себя гнев отца Т’Чаллы и всего вакандийского народа. Преступлений Кло против человечества было так много, что перечислять их можно было бы вечно.

– Думаете, за всем этим стоит он?

Пока машина заводилась и отъезжала от оперы, Т’Чалла раздумывал над этим вопросом.

– Я так не думаю. Но, возможно, часть вибраниума, который он украл, каким-то образом оказалась у Шармань Зюнд. Вопрос в том, кто ей его передал? Найдем ответ на этот вопрос – тогда, возможно, найдем и того, кому она собирается передать дневник.

– У вас прекрасная английская грамматика, – произнес Росс, качая головой и резко поворачивая машину влево. – Моя не так хороша. Но ваша!.. Ах если бы у меня был ваш дар...

Неожиданно для самого себя Т’Чалла впервые улыбнулся:

– Вы любопытный человек, агент Росс.

ГЛАВА 6

Просто веди машину.

Ее дыхание было тяжелым, но взвешенным. Она потеряла всякий счет времени с того момента, как заполучила дневник. Ее мозг лихорадочно работал, в то время как внешне она выглядела спокойной и целеустремленной.

Еще секунду назад Шармань Зюнд была у окна на верхнем этаже Берлинской государственной оперы, выпуская обойму за обоймой в приближающийся черный седан. Она сразу же узнала цвет и модель, понимая, что машина точно принадлежит агентству. Шпионка ждала ее. Даже, можно сказать, на это она и рассчитывала.

В конце концов, это была часть плана.

А вот чего она не ожидала увидеть, так это мужчину с острыми когтями в обтягивающем черном костюме, который полезет по стене оперы. Она знала, кто это: читала досье, хранившееся у Росса.

Т’Чалла, принц Ваканды, Черная Пантера.

Женщина крепко сжала кожаную книгу в левой руке, а руль – в правой. Зюнд бросилась бежать в тот самый момент, когда заметила Пантеру. Забежав в саму оперу, она промчалась через широкие декорированные залы и вылетела на улицу, а потом юркнула в заднюю дверь. С этого места добраться до припаркованной машины было уже легко. Шармань разогрела мотор и уехала никем не замеченная.

По крайней мере, на данный момент. Сейчас Росс, наверное, привлек на ее поиски уже пол-агентства, рыщущего по улицам Берлина. Выбраться из города незамеченной ей не удастся.

Но ее это устраивало, потому что Зюнд вовсе не собиралась покидать Берлин. Ей нужно было попасть в другую часть города.

Зюнд задавалась вопросом, зачем она вообще взяла этот дневник. Агентство наверняка восприняло это как акт предательства и выслало отряды убийц, чтобы ее остановить. По крайней мере, так женщина думала.

Так почему же она все-таки взяла дневник? Он ей был даже не нужен.

Шармань его почти боялась, страшилась информации, которую он может содержать. Гельмут Земо был ожесточенным, больным человеком, который хотел погубить целую команду супергероев. Ради чего? Справедливости? Отмщения? Его семья уже мертва. Действия Земо не вернут ее к жизни.