– Я смотрю, луна вышла из-за облаков. Как там в поговорке: яркая луна – не будет дождя? Что-то в этом роде? – мужчина открыто и приветливо улыбнулся.

Хоуп засмеялась:

– Понятия не имею. Я знаю только одну, что если небо красное, то к утру будет дождь, – ответила она.

Мужчина усмехнулся.

– В любом случае это все бабушкины сказки, Хоуп. Что привело вас в такую ночь на пляж? – спросил он.

Хоуп плотно обхватила себя руками. Ветер стал прохладнее, но это была не единственная причина, по которой мурашки побежали у нее по спине.

Мужчина назвал ее по имени.

Что-то было не так.

– Откуда вы знаете мое имя? – спросила Хоуп мужчину. Она вытянула руки вдоль туловища, инстинктивно сжимая кулаки.

Мужчина снова улыбнулся и засмеялся, его тон был ровным и неспешным:

– Думаю, вы не расслышали меня. Я лишь сказал, что надеюсь, что все это бабушкины сказки. Итак, вы...

Прежде чем мужчина успел вымолвить еще хоть слово, Хоуп присела и вскинула правую ногу. Она толкнула мужчину, и он пару секунд крутился в воздухе, пока не упал спиной на песок. Мгновенно она занесла левую ногу над его животом и дала ему под дых, выбивая воздух. Незнакомец задыхался, беспомощно распластавшись на песке.

– Откуда вы знаете мое имя? – снова спросила Хоуп, чеканя каждое слово. Она держала ногу на груди противника, медленно продвигая ее к горлу. У мужчины постепенно перехватывало дыхание.

– О’кей, о’кей, – сказал он, все еще задыхаясь. – Я был там. Сегодня. В закусочной.

Хоуп вспомнила. Старик с бородой. Конечно. Нужно было довериться своей интуиции с самого начала, ведь он показался ей подозрительным еще днем, в закусочной. Теперь он обнаружил ее и Хэнка и может принести им немало неприятностей. «Неосмотрительно, как неосмотрительно, Хоуп», – журила она себя.

– На кого ты работаешь?

Мужчина молча отвел взгляд. Хоуп

сильнее надавила ногой ему на горло. Он начал задыхаться, после чего, сдаваясь, замахал руками. Хоуп слегка ослабила нажим.

– Будешь говорить?

– Мы искали вас, Хоуп. Вас и вашего отца. То, что вы делаете. Люди, которых я представляю... Это может быть вам выгодно. Вам больше не придется убегать, – сказал мужчина, выдавливая из себя слова.

– Какие люди? – Хоуп сплюнула, скрипя зубами.

– Кое-кто из старых друзей вашего отца, скажем так, – произнес мужчина.

– ЩИТ? – спросила она.

Мужчина покачал головой:

– ЩИТа больше не существует, точнее, он не такой, каким его помнит ваш отец. Скажу только, что эти люди знают о ваших трудностях и готовы облегчить вам жизнь, уладив ваши проблемы с властями...

Мужчина продолжал говорить, его голос становился громче, он почувствовал, что настало его время сделать шаг, но слова в ушах Хоуп превращались лишь в унылый рев, такой же неясный, как шум волн океана. Вся эта ситуация вывела ее из себя. А больше всего ей не нравилось то, как легко и быстро мужчина выложил информацию. Что-то еще было не так.

Она не знала почему, но внезапно почувствовала желание убежать.

Мужчина все еще говорил, когда Хоуп вырубила его, пнув по лицу. Она помчалась по пляжу так быстро, насколько хватало сил. И могла поклясться, что краем глаза видела, как где-то вдалеке зажглись и стали быстро приближаться фары автомобиля.

Хоуп побежала быстрее.

ГЛАВА 18,

ИЛИ

Нам нужно уходить

– Нам нужно уходить, – сказала Хоуп, едва открыв дверь передвижной лаборатории. Она плотно захлопнула ее за собой. – Сейчас, – добавила она с большей выразительностью.

Казалось, чувство тревоги не передалось Хэнку. Он был занят с механизмами, которые медленно, но верно превращались в квантовый туннель. Хоуп заметила у него в руках маленькую капсулу, которую она сегодня днем купила у Сонни Бёрча. Он медленно и аккуратно снял с капсулы колпачок. Затем, морща в напряжении седые брови, он извлек из нее пинцетом крошечный чип.

Хоуп внимательно смотрела на отца и, не веря своим глазам, повторила:

– Пап, ты услышал хоть слово из того, что я сказала? Нам. Нужно. Уходить. Сейчас!

– Я услышал тебя с первого раза, – ответил Хэнк краешком рта, предельно сосредоточив внимание на том, что он делал. – Я на полпути к кое-чему... интересному.

Хоуп в нетерпении наблюдала, как Хэнк, манипулируя пинцетом, поместил чип внутрь панели управления. Казалось, будто Хэнк даже не дышал. Его движения были точными как никогда. В конце концов он убрал пинцет и медленно вдохнул.

– Итак, что насчет переезда? – спросил Хэнк.

– На пляже, – Хоуп запнулась. – Кое-кто следит за нами.

– За нами? – взволнованно спросил Хэнк. – Кто?

– Я не уверена, – сказала Хоуп. – Мужчина сказал, что знает тебя со времен ЩИТа. Им нужен квантовый туннель. Они знают о нем. Я не понимаю, как, но они в курсе.

Муравей размером с пса пробежал со щелкающими челюстями, забрал пустую капсулу из рук Хэнка своими мандибулами и унес прочь.

– Когда я встречалась с Сонни Бёрчем, – начала Хоуп, пытаясь понизить голос, – в закусочной было два человека. Один за стойкой, другой за столом. Мне показалось, в них было нечто странное, но я не смогла понять, в чем дело. Теперь я задаю себе вопрос: кто они? Агенты, оперативники или кто-то еще? Они выследили меня. На пути сюда. – Она раздраженно ударила стену рукой. – Мне нужно было нейтрализовать угрозу, прежде чем уйти оттуда, – со злостью сказала она. – Прости, пап.

На мгновение возникла пауза, перебиваемая стуком челюстей муравья, который все еще держал капсулу в своих мандибулах.

– Нет, просто положи ее обратно в бокс, 325, – сказал Хэнк. Ему не нужно было говорить с муравьем вслух, чтобы общаться, – устройство, которое он носил на правом ухе, решало эту проблему. Хоуп думала, что Хэнк привык говорить вслух с ними, чтобы облегчить одинокие часы в лаборатории.

Хэнк взглянул на лицо дочери, страдающей от осознания вины.

– Хоуп, Хоуп, перестань. Все в порядке, – мягко сказал Хэнк. – Это не твоя вина. Давай все уменьшим и уберемся отсюда.

* * *

Снаружи лаборатории Хоуп глубоко вдохнула прохладный солоноватый воздух в надежде, что это ее успокоит. Она настороженно вглядывалась вдаль. Хоуп не видела ни малейшего следа автомобиля, ранее показавшегося ей на пляже. Волны океана обрушивались на берег с убаюкивающим и успокаивающим звуком.

– Поторопись, – крикнула Хоуп отцу.

– Я собираюсь так быстро, как только могу, – ответил Хэнк. – Необходимо убедиться, что все на месте, прежде чем мы уменьшим все это до размеров ручной клади.

Затем Хэнк посыпал лабораторию частицами Пима, и здание чудесным образом стало уменьшаться. Спустя несколько секунд лаборатория стала размером с маленький переносной куб. Хэнк поднял ручку у куба и схватил с собой лабораторию.

– Готово, – сказал Хэнк.

Они быстро пересекли пляж и выбежали на изолированную парковку, позади них виднелся знак «Пляж закрыт». Они верно выбрали место, так как его не чистили, а это означало, что будет меньше любопытных глаз. Фургон ожидал их в пустом углу парковки.

– Мы забираем его, доктор Пим, – послышалось из темноты.

Хэнк и Хоуп резко остановились.

– Кто это? – спросил Хэнк.

– Неважно кто, – ответил бездушный голос. – Просто отдайте нам ящик.

Хоуп первая его увидела – он вышел из тени. Это был мужчина с металлоискателем, которого она вырубила, или думала, что вырубила... Только теперь у него не было металлоискателя. У него было какое-то оружие. Оно выглядело как ружье, но прежде ей не доводилось такое видеть.

– Ты, – сказал он, тыча оружием в Хоуп, – отойди прочь от фургона.

– Думаю, нужно делать то, что нам говорят, – прошептал Хэнк Хоуп на ухо. – Ненадолго.

Без лишних слов Хоуп вышла из фургона и подняла руки вверх. Она двигалась медленно, без лишних движений.

– Теперь ты, – сказал мужчина с оружием, указывая на Хэнка. – Передай это мне.

– Конечно, – сказал Хэнк. – Только разреши мне его поставить.

Как только Хэнк поставил ящик на землю, он бросил на Хоуп быстрый взгляд. Она слишком хорошо знала его: будь готова ко всему.

Переносная лаборатория коснулась земли и сразу начала принимать свой истинный размер. Мужчина с оружием определенно не ожидал такого поворота событий и удивленно отпрыгнул назад.

В этот момент Хоуп сделала выпад и подставила мужчине подножку, в то время как Хэнк ударил сверху. Оружие вылетело у него из рук. Приземлившись примерно в 10 футах от них, оно выпустило в ночное небо электрический луч.

– Я знала, что ненавижу пляж, – ворчала Хоуп.

ГЛАВА 19,

ИЛИ

Парень, которого ты ищешь, – Сонни Бёрч

– Парень, которого ты ищешь, – Сонни Бёрч, – размеренно и уверенно звучал голос Сэма Уилсона по телефону.

– А кто такой Сонни Бёрч? Что у нас на него есть? – спросил Скотт. Он стоял на кухне, плотно прижимая трубку к уху, и говорил тихим голосом, чтобы его никто не услышал. В другой комнате Кэсси под присмотром Луиса делала домашнее задание. Скотт знал, что Кэсси и сама может доделать домашнее задание – она была прекрасной ученицей. Но он также знал, что ей нравилось играть, поэтому Луис помогал ей сконцентрироваться на задании.

– У него такой обширный список правонарушений, что сложно во все поверить, – ответил Сэм. – В прошлом имел дело с Гидрой, добывал для них оборудование. Он реально плохой чувак. Если ты знаешь кого-то, кто имеет с ним дело, скажи им, пусть завязывают.

– Ясно, я понял, – уныло сказал Скотт.

– И есть еще кое-что: Бёрч не только тот еще парень, он еще и в розыске. Федералы хотят его заполучить и ищут повсюду. Так вот, те, кого ты знаешь, могут попасть под перекрестный огонь.

– Все, понял тебя, – повторил Скотт. – Слушай, Сэм, спасибо за все. Я твой должник.

– Ты мой должник раз двадцать, – сказал Сэм. – Навести меня, как освободишься, Тик-Так.

Скотт попрощался и повесил трубку.

Вот такие дела. Что бы Хоуп и Хэнк ни замышляли, им нужно быть готовыми, что их могут схватить в разборках между Сонни Бёрчем и каким угодно федеральным агентством. И, над чем бы они ни работали, было ясно, что завладеть этим захотят как хорошие парни, так и плохие, каждый для своих целей.

В данном случае будет сложно найти разницу между хорошими и плохими парнями.

Скотт выглянул из кухни и увидел Луиса валяющимся на полу и смеющимся. Кэсси не было видно.

– Кэсси? – окликнул он. – Луис, где Кэсси? Предполагалось, что ты поможешь ей с домашним заданием. – Он снова взглянул на кухонный стол и увидел ее задание, почти сделанное, но не точно.

– Да, я знаю. Но она сказала, что ей нужен перерыв, чтобы прочистить голову, и предложила эту блестящую идею игры в прятки, – сказал Луис, не вставая с пола.

– А почему ты на полу? – спросил Скотт.

– Кэсси придумала отличный поворот в игре. Итак, тот, кто ищет, обычно считает до ста с закрытыми глазами, а тут надо считать и крутиться, пока другой прячется, – сумбурно выдал Луис.

– Дай-ка угадаю. У тебя закружилась голова, и ты упал, – сказал Скотт.

– Да, у меня закружилась голова, и я упал, – подтвердил Луис. – Это крутая игра.

* * *

Скотт поднялся наверх, пока Кэсси и Луис играли в прятки. Он должен был как хороший отец усадить ее за стол и заставить доделать домашнее задание, но в данный момент все, о чем он мог думать, – информация, полученная от Сэма. И что бы все это значило? Он был почти готов принять глупое решение. И, как обычно, когда он принимал действительно глупые решения, он хотел побыть один и хорошенько все обдумать. При таком раскладе никто не мог бы его отговорить.

Он на самом деле не видел выхода. Все, что случилось с Хэнком и Хоуп, действительно было по вине Скотта. Если бы он не согласился помочь Капитану Америка, если бы не превратился в гиганта в аэропорту, если бы не привлек так много внимания к технологии уменьшения Хэнка Пима, тогда, возможно, Хоуп и Хэнк не оказались бы в нынешней ситуации.

Поэтому он думал, что уж если именно он втянул своих друзей в это дерьмо, то по меньшей мере он обязан их оттуда вытащить. И, может, Скотт Лэнг не сможет этого сделать.

Но Человек-Муравей сможет.

«Ты настоящий идиот, – говорил он себе, поднимаясь по лестнице. – Ты сделаешь это, рискуя всем, в первую очередь отношениями с дочерью. Если ты сделаешь это, осел, то можешь не увидеть Кэсси еще очень и очень долго».

Он поднялся наверх, открыл дверь в свою комнату. Сел на кровать и облокотился на рядом стоящую полку. Вот, он нашел то, что искал. Это был маленький сувенир с диском, на котором было написано: «Самая лучшая бабушка в мире». Это был подарок Кэсси. В тот день, когда она пошла за покупками, в магазине уже закончились сувениры «Самый лучший папа в мире», поэтому она выбрала этот.

Он был великолепен. Он будил в них приступ смеха, и они хохотали, как сумасшедшие.

Но была еще одна причина, по которой сувенир ему сейчас понадобился. Скотт взял его и начал отковыривать верхний слой. Когда все было готово, он заглянул внутрь и увидел хранящийся там костюм Человека-Муравья.

Он глубоко вздохнул.

«Готов сделать это? – думал Скотт. – Потому что если да, то тебе лучше просто...»

– Папочка! Что ты здесь делаешь?

Скотт упал с кровати и с громким звуком приземлился на деревянный пол, отдельные кусочки сувенира приземлились позади него.

– Черт!

– Не говори Луису, где я! – сказала Кэсси.

Скотт повернул голову влево и заглянул под кровать. Там пряталась Кэсси с широкой улыбкой на лице и прижатым к губам пальцем.

– Игра в прятки, так? – медленно вставая и потирая затылок, сказал Скотт и убрал кусочки сувенира с глаз Кэсси, прежде чем она начнет задавать вопросы. – Не волнуйся, Орешек, я тебя не выдам.

«И ты также не наденешь костюм Человека-Муравья», – думал Скотт.