Но случилось так, что пожелания Клименкина в некоторой части своей оправдались.

После объявления приговора прокурор Виктор Петрович опять столкнулся с явлением, которое более внимательным и менее стойким человеком могло быть расценено как очередной обидный намек. Дело в том, что «условная» масса, присутствовавшая в зале суда, и во время его блестящей обвинительной речи, и при оглашении приговора настолько распоясалась, что у Виктора Петровича опять возникло неприятное чувство опасности. Во избежание нежелательных эксцессов пришлось прокурору выстроить довольно многочисленную охрану и сквозь этот спасительный строй, за которым бесновалась «условная масса», быстро проследовать к машине. Причем к машине не легковой, милицейской, на которой положено ехать официальному прокурору, а к автозаку, известному в народе под названием «черный ворон». Это было унизительно, конечно, но зато гораздо более безопасно.

И так как прокурор Виктор Петрович занял законный транспорт Клименкина Виктора Петровича, тому — хотя он и осужденный — пришлось сесть в милицейскую легковую машину…

Вот так они — временно — и поменялись.

Остается загадкой: задумался ли на этот раз Виктор Петрович, прокурор?

Вполне возможно, что не успел. Ибо вмешательство Судьбы на этом закончилось. Дальше распоряжались люди. Виктора Петровича Клименкина хотя и на легковой машине, но увезли-таки в тюрьму. Прокурора же Виктора Петровича хотя и на «черном вороне», но целым и невредимым доставили в гостиницу и отпустили домой, к семье.