Нокс понял, что пропал, в ту же секунду, когда Селена вышла из палатки в своем крошечном купальнике.

И в воде он схватил ее за руку не для того, чтобы она перестала брызгаться, а потому что не мог не прикоснуться к ней. У Нокса больше не осталось сил сдерживаться и противиться желанию прижать ее к себе.

И когда он держал ее в своих объятиях, его посетила мимолетная обеспокоенность, что его ждет самый эгоистичный секс в мире, которым он будет заниматься со своей лучшей подругой. Селена определенно заслуживала лучшего, но Нокс больше не мог контролировать себя.

Его лишили всего. За последние два года жизнь просто украла у него все самое дорогое. И Нокс больше не мог бороться.

Он так устал хотеть вернуть то, что вернуть было просто невозможно. Он не мог вернуть Элинор и не мог победить смерть. И Ноксу ничего не оставалось, как опустить руки.

Но у него осталась Селена.

И Нокс больше не хотел противиться ей.

Поэтому он поцеловал ее.

И он целовал Селену жадно, словно утопающий, в легких которого заканчивается кислород. Словно после этого поцелуя ему больше нечего ждать. А Нокс точно знал, что ему не на что надеяться. Жизнь была жестокой, злой стервой, которая забирала столько же, сколько давала. Поэтому он собирался взять кое-что из того, что принадлежало ему по праву.

Может, злость на весь мир плохо вязалась со страстью. Может, эта страсть была неуместной в общении с его лучшей подругой, но он ничего не мог поделать с собой.

Нокс отдался на волю своих чувств. Он склонился над Селеной, и, когда она открыла рот и скользнула языком по его языку, он забыл о том, чтобы держаться на плаву, и они начали медленно погружаться в воду.

– Нужно выбираться отсюда, – сказал Нокс, увлекая Селену за собой на берег.

– Там есть кровать, – тихо ответила она, проводя рукой по его лицу и плечам, по которым стекали струйки воды.

Нокс заглянул в ее темные глаза, пытаясь прочесть ее мысли.

– Ты все спланировала?

– Ничего подобного, – невинно захлопала ресницами Селена, черный купальник которой наводил на грешные мысли.

– Так я тебе и поверил.

Ее глаза полыхнули огнем, а еще в них было очень много упрямства, которое и раньше приводило Нокса в восторг. Но сейчас, когда он обнимал ее почти что обнаженное тело, это упрямство нравилось ему еще больше.

– Как тебе сказать, – проказливо улыбнулась Селена. – Я не знала, что тут будет всего одна кровать. Но я знала, что хочу тебя, и подумала, что такой поворот будет мне только на руку.

– Дерзкая девчонка, – шепнул Нокс и снова прильнул к ее губам и целовал ее до тех пор, пока в их легких не закончился кислород.

А потом он подхватил ее на руки и понес в палатку.

Нокс не стал искать полотенца и уложил Селену на плюшевое покрывало. Он стоял и смотрел на ее шикарное тело, полную грудь, едва прикрытую лоскутами черной ткани, узенькую талию и плоский живот. Ее бедра, округлые и соблазнительные, заслуживали отдельного внимания. Селена была похожа на сочную грушу, кусочек которой ему хотелось откусить.

Нокс осторожно снял мокрые шорты, стараясь не задеть свою возбужденную плоть, и с удовлетворением заметил, как Селена округлила глаза и провела языком по пересохшим губам.

Она чуть сжала бедра и нервно улыбнулась.

– Нравится? – спросил Нокс.

– Ага, – кивнула Селена. На этот раз обошлось без язвительных замечаний, которыми обычно она так и сыпала.

– Хочешь попробовать?

– Очень, – судорожно выдохнула она и повернулась на бок. – Только не передумай.

Нокс посмотрел на низ своего живота и улыбнулся.

– Мне кажется, я не в том состоянии, чтобы передумать. Если честно, я сейчас вообще не в состоянии соображать.

Селена снова разлеглась на покрывале и довольно улыбнулась.

– Я не возражаю.

Нокс забрался на кровать и навис над Селеной, жадно прильнув к ее губам и одновременно развязывая лямки ее купальника.

У него перехватило дыхание, когда он посмотрел на восхитительную, золотистую кожу ее груди с набухшими сосками цвета меда.

Нокс наклонился ниже, провел языком по одному из чувствительных бугорков и довольно улыбнулся, когда Селена ахнула и изогнулась навстречу его прикосновениям. Он обхватил губами ее грудь и думать забыл о прошлом. Все потеряло свое значение, кроме Селены и пожиравшей его страсти.

Нокс провел руками по ее узкой талии, опускаясь вниз до пышных бедер, и одним рывком стянул с Селены ее бикини. Он застонал, увидев темные кудряшки внизу ее живота, и начал осыпать его поцелуями. Потом Нокс раздвинул ее ноги, чувствуя, как пульсирует его возбужденная плоть, когда он смотрел на свою лучшую подругу и видел ее такой впервые в жизни. Селена попыталась вырваться, но он удержал ее.

Она могла спланировать это маленькое путешествие, чтобы соблазнить его. И ей удалось добиться своего. Но только теперь, черт подери, не она была тут главной.

Нокс склонился и, вдохнув мускусный запах ее сердцевины, скользнул языком по гладким складкам и лизнул сладкий маленький бугорок. Селена судорожно выдохнула и подалась сначала вперед, а потом назад. Нокс быстро схватил ее за бедра и с силой притянул ее к своим губам, туда, где он мог насладиться ее жарким лоном и задать ритм движениям.

Селена пыталась извиваться в его руках, но он крепко держал ее, лаская ее губами и языком и погружая пальцы в ее лоно, пока она не закричала от удовольствия.

– Нокс, – судорожно выдохнула Селена и обмякла в его руках.

И Нокс испытал удовлетворение, потому что прошло черт знает сколько времени, когда он был в последний раз с женщиной, но в еще больший, даже неописуемый восторг его привело то, что он смог доставить удовольствие Селене.

Нокс носил это желание в себе многие годы, но не давал ему выхода, а загнал куда-то на задворки своей души. И оно лежало там в кромешной тьме, бездыханное.

Но теперь оно пробудилось, и Нокс не просто ощутил себя живым, он почувствовал себя самим собой.

Ему хотелось повторить то, что он только что проделал с Селеной. А потом еще и еще раз. Чтобы она выкрикнула его имя. Но Селена потянулась к нему, притягивая к себе и требуя его поцелуев. Разве мог он отказаться?

Он устроился между ее бедер и жадно прильнул к ее губам. Ноксу хотелось продлить это мгновение, но он больше не мог владеть собой.

Он прижал свою отяжелевшую плоть к лону Селены, убедился, что оно влажное и готово принять его, и вошел в нее одним резким толчком.

И тут Нокс замер, когда Селена напряглась под ним и закричала. Но не от удовольствия.

Каким-то образом она оказалась девственницей.

* * *

Селена очень сильно старалась не вести себя как маленькая, когда ее пронзила дикая, резкая боль. А ведь Нокс всего пару минут назад подарил ей такое блаженство. И ей хотелось близости с ним. Хотелось его самого. Но вторжение его плоти в ее тело оказалось настолько болезненным, что она не сдержалась и закричала.

Нокс тут же остановился и посмотрел на нее сверху вниз. Его глаза буквально сверкали от злости.

Селена почувствовала, что он готов отстраниться и уйти. Исчезнуть в пустыне и попытать счастья с солнцем и змеями, а не с ней. Но она не хотела его отпускать.

Поэтому Селена отчаянно вцепилась в него, впившись ногтями ему в спину, и принялась горячо целовать его и приподнимать бедра, не обращая внимания на боль. Она не желала, чтобы Нокс останавливался. Слишком поздно. Она уже лишилась девственности, и все самое пугающее осталось позади.

Нокс снова попытался отодвинуться, но Селена обхватила его мускулистые ягодицы и удержала его на месте. А потом покачала головой, не отрываясь от его губ.

Он ничего не сказал в ответ и, сделав еще один толчок, прижался лбом к ее лбу. И тогда Селена поняла, что Нокс отбросил сомнения и уступил своему желанию.

Она уже получила свой оргазм, а он еще нет.

– Да, – прошептала Селена, когда Нокс начал двигаться в чувственном ритме, заставив ее забыть о боли, пережитой ею всего пару мгновений назад.

Она обвила ногами его узкие бедра, чувствуя, как по ее телу проходит волна напряжения, готовая унести ее за собой на вершину блаженства. Только на этот раз Селена испытала более глубокий оргазм, когда ощутила пульсирующую плоть Нокса, извергшуюся в ее лоно.

И когда все закончилось и они лежали рядышком, тяжело дыша, она знала, что больше никогда не будет прежней. И что Нокс навсегда останется для нее самым желанным.

А еще ее окутало чувство глубокого покоя, которое со временем, конечно, исчезнет. Но пока можно ухватиться за него и за Нокса, потому что реальность не заставит себя долго ждать.

Селена никуда не торопилась.

Она понимала, что ей придется многое объяснить. Поэтому лежала с закрытыми глазами и думала о том, что в свое время закрылась от Нокса. А теперь… Теперь он побывал внутри ее тела. Так, может, пора расставить все точки и услышать, что он скажет в ответ.

– Да, – набравшись смелости, заявила Селена, – я была девственницей.

Нокс чертыхнулся и, отстранившись от нее, потер лицо руками, словно в отчаянии.

– Наверное, у тебя есть какие-то вопросы, – добавила она, сложив руки на животе.

– Имеется парочка.

– Как ты теперь понимаешь, мой брак с Уиллом был абсолютно фиктивным. То есть нас не связывали близкие отношения. Он женился на мне только для того, чтобы я могла получить наследство.

– Почему ты не пришла с этой проблемой ко мне? Ты могла выбрать любого из друзей, но попросила о помощи Уилла.

Разве могла Селена признаться ему в своих страхах?

– На тот момент замужество с ним казалось мне единственным выходом. Я боялась, что, если бы я обратилась к тебе и мы поженились, наша дружба развалилась бы. Посмотри, что стал о с моими отношениями с Уиллом. Нокс, ты ведь всегда был для меня намного важнее, чем он. Просто я не…

– Селена, хватит говорить чушь, – оборвал ее Нокс. – Скажи мне правду.

– Зачем? Вряд ли тебе понравится то, что ты услышишь.

– Я хочу знать правду, – повторил он.

– Ладно. Я боялась, что мы закончим вот так. – Селена махнула рукой, показывая на свое обнаженное тело. – Насчет Уилла у меня таких страхов не было. Потому что я никогда не испытывала к нему ничего серьезного.

– В отличие от меня.

– Да. Это очевидно, раз мы лежим тут голыми.

– И даже тогда?

– Я хотела тебя, – призналась Селена. – Но знала, что в сложившихся обстоятельствах не могу заполучить тебя. Я думала, что, может быть, однажды. Нокс, мое замужество с Уиллом было огромной ошибкой. И я не хотела его обсуждать. Потому что оно испортило много чего в моей жизни.

– А когда ты развелась, я уже был с Кассандрой.

– Да. Но я даже радовалась этому, потому что нашей дружбе ничего не грозило. Я не жалею, что мы не попытались сблизиться. Мне кажется, начни мы встречаться тогда, у нас бы ничего не получилось… Мы не смогли бы отделить влечение от дружбы.

– Но сейчас ты думаешь по-другому?

– Я думаю, что мы просто устали. Мы слишком долго лишали себя того, чего нам хотелось. И впервые за все время у нас появилась возможность удовлетворить свое желание. Может, со временем наша страсть сойдет на нет самым естественным образом.

– Ты правда так считаешь?

– Я думаю, что мы не должны отказываться от того, что у нас есть.

– Но… Черт. Селена, неужели у тебя никогда не было парня?

– Нет. Я была очень занята. Я занималась своим бизнесом и.

– Ага. Так обычно говорят, когда упускают кучу свиданий в кафе. Но не тогда, когда напрочь забывают о сексе.

Селене не хотелось признаваться, что, в ее понимании, с Ноксом не мог сравниться ни один мужчина.

Потому что это было слишком печально.

– Секс не имел для меня такого уж большого значения. Но за те пару недель, что я провела с тобой… – Ее голос стал сиплым, и она прокашлялась. – Меня тянет к тебе. Всегда тянуло. Но я не зацикливалась на этом. То есть ты был женат на другой. У тебя была другая жизнь. И я всегда с уважением относилась к таким вещам. Я бы никогда не посмела влезть в твои отношения с Кассандрой… Я забочусь о тебе как друг, но в то же время мне хочется сорвать с тебя одежду и укусить, словно я какая-то сумасшедшая львица, и эти вещи идут отдельно друг от друга. Но когда ты был женат, я никогда не фантазировала, как набрасываюсь на тебя. – Селена чуть привирала, потому что иногда представляла Нокса в своих фантазиях. Но она знала, что никогда не переступит черту, чтобы превратить их в реальность.

Нокс помолчал, а потом снова потянулся к Селене.

– Значит, твое влечение впало в спячку?

– Да. Твоя женитьба на Кассандре заморозила его. Тогда я с головой ушла в работу. – Селена тяжело вздохнула. – Я никогда не хотела замуж и не мечтала о семье. Мой отец… Знаешь, он был тяжелым человеком. И…

Она запнулась, а потом подумала, что пришла пора рассказать все как есть. В конце концов, они и так обнажились друг перед другом. И Нокс только что лишил ее девственности, так что у нее остался всего один секрет.

– Отец бил нас. Он был жестоким, а его настроение – непредсказуемым. Мы с матерью жили с таким ощущением, что все время ходим по тонкому льду. Мы делали все возможное, чтобы избежать ужасных вспышек гнева отца. Я поклялась, что больше никогда не позволю обращаться с собой подобным образом.

– Вот почему ты избегала серьезных отношений?

– Я бы сказала, что они не были для меня приоритетом. Я не то чтобы избегала, я просто не искала их.

– Ты упрямая.

– Я сохранила за собой это право. В этом вся прелесть жизни на собственных условиях.

– По-твоему, это ключ к счастью? – спросил Нокс, лениво проводя костяшками пальцев по ее бедру. В его вопросе не было ни тени осуждения, но Селене все равно стало как-то неуютно. Может, потому, что она никогда не рассматривала его с этой стороны.

– Это роскошь, которую я ценю. Вот почему я решилась на такой отчаянный шаг, как замужество с Уиллом. Я нуждалась в деньгах, чтобы стать независимой. Иначе моей жизнью заправлял бы отец.

– Он бил вас? – с чувством повторил Нокс.

– Да. Постоянно. За что угодно. За неуважительное отношение, за то, что наши желания не совпадали с его собственными. Мы находились полностью в его власти. Нам приходилось играть роли идеальной жены и дочери. Отец не хотел, чтобы я пошла учиться, противился тому, чтобы я стала хотя бы чуточку независимой от него. Именно дедушка помог мне поступить в Гарвард. Но потом он умер, и я больше не могла рассчитывать на его поддержку. У меня не было денег продолжать учебу. Нокс, мне пришлось бы вернуться домой, что приводило меня в отчаяние. Я не хотела быть зависимой от своего отца. И чтобы защитить себя и свою мать, мне нужно было получить наследство, оставленное дедушкой. Когда я получила эти деньги, я перевезла мать в другое место, где отец не смог бы добраться до нее. Я делала все, что могла, чтобы мы больше никогда не видели его в нашей жизни.

Нокс чуть подвинулся и крепко сжал ее в своих объятиях.

– Я не знал, что все настолько плохо. – В его голосе послышался металл, и Селене стало теплее на душе оттого, что Ноксу было невыносимо думать о том, что ее кто-то обижал.

Она правильно сделала, что доверилась ему.

– Каждый из нас проходит через какие-то испытания. Я никогда не хотела вызывать у окружающих жалость и всегда старалась быть сильной. Теперь ты понимаешь, что наши отношения, любовь и все такое никогда не входили в мои планы. Я не могла думать о том, чтобы подчиниться мужчине, который будет контролировать мою жизнь. Любому, кто будет контролировать меня. И той самой любви, которая сделает меня несвободной. Я видела собственными глазами, к чему приводит такая зависимость. Моей матери было очень непросто уйти от отца. Потому что она не только боялась его, она еще и любила его. Ей хотелось увидеть в нем того человека, которого она знала раньше. От которого потеряла голову. И она с большим трудом согласилась со мной, когда я пыталась убедить ее, что такого человека никогда не существовало.

Селена перевела дух и продолжила свой невеселый рассказ:

– Она отказалась выдвинуть против него обвинения. И все время плакала. Мать говорила, что я разрушила ей жизнь, развалив ее брак и отправив жить на Манхэттен, слишком далеко от мужа. Она подумывала вернуться к нему, и только страх не давал ей сделать этот шаг. Она все время уклонялась от сеансов психотерапии, сколько бы я ни записывала ее. Я… я никогда не хотела быть такой. Никогда.

Нокс взял ее за подбородок и посмотрел ей в глаза:

– Ты бы никогда такой не стала.

Селена потянулась к нему и сжала его запястье.

– Думаю, каждый из нас может оказаться на ее месте. Один шаг в неправильном направлении, и ты уже на пути туда. А потом не знаешь, как повернуть обратно.

– Никогда не думал об этом в таком свете, – пораженно заметил Нокс.

– Знаю. Человеческой натуре свойственно хотеть верить, что люди сами виноваты в своих проблемах. Не думаю, что моя мать терпела такое ужасное отношение со стороны моего отца, потому что была плохим человеком. Ее поведение можно объяснить страхом перемен. Страхом потерять то, что у нее было. Вдруг она осталась бы в проигрыше?

– Но она оставалась в доме с мужчиной, который бил ее дочь. Селена, может, ты и находишь таким вещам оправдание, но я не могу.

Она отвернулась, избегая его взгляда.

– Не буду врать, иногда мне очень тяжело из-за того, что пришлось пережить. Я не могу общаться с отцом. Он ужасный человек. Он обижал меня, мою мать. Он незаслуженно срывался на нас. Уверена, что он был не в ладах с самим собой. Но, что бы там ни было, я не хочу, чтобы это влияло на мою жизнь. Да, я могла бы злиться на свою мать за то, что она оставалась с ним. Ее страх оказался больше желания предпринять какие-то шаги и вытащить нас обеих из этого ада. Но мой страх жить в этом аду заставил меня действовать. Только на большее у меня не осталось сил. Я хотела сохранить отношения хотя бы с одним родным человеком и исцелить то, что было в моих силах.

– Черт, какая ты великодушная.

– Еще бы, – рассмеялась Селена. – Но не только. В то время я боялась романтических отношений, так что можно сказать, что у меня эмоциональные травмы.

– Понимаю.

В комнате воцарилась тишина, и Селена позволила себе всецело насладиться происходящим. Тем фактом, что она лежала здесь, кожа к коже со своим лучшим другом. С мужчиной, о котором она не переставала думать многие годы. Теперь она рассказала ему всю правду и открыла секреты, которыми так боялась делиться. И тогда Селена поняла, почему она избегала его все это время.

Дело в том, что она не только заботилась о Ноксе или испытывала к нему влечение. Селена любила его, сколько себя помнила. Она любила мужчину, которого даже не мечтала заполучить, потому что поклялась себе, что никогда не позволит втянуть себя в такого рода отношения.

Как глупо с ее стороны. Она ведь влюбилась в него с первого взгляда. Ей казалось, что она сможет сохранять с ним дружеские отношения, и она закрывала глаза на более глубокие чувства. Но Селена обманывала себя, потому что с самого начала отдала свое сердце Ноксу.

Но она ничего не сказала ему. Она выдала Ноксу все свои секреты и заменила их новым, в надежде, что он никогда о нем не узнает.

Селене и так оказалось нелегко признаться себе в том, что она любила его, и она бы не пережила, если бы он узнал о ее чувствах и отверг ее.

Поэтому она положила голову Ноксу на грудь и прислушалась к биению его сердца.

Он не любил ее. Но в данный момент Селену устраивало все как есть.