Хлоя проснулась от золотистого света, пробивавшегося сквозь облака и окутывавшего небоскребы почти потусторонним сиянием. Она была заворожена открывшимся видом.

Но потом она почувствовала, что лежит в объятиях сильного, горячего, обнаженного мужчины. Она была в постели Нико. Она провела ночь с Нико. О боже.

Ее сердце дико заколотилось в груди. Она попыталась усмирить его биение, но не смогла. Казалось, все вышло из‑под контроля и никогда не будет прежним. Особенно после такой ночи.

Хлоя сделала глубокий вдох. Прошлая ночь была неописуемой. Романтичной. Чувственной. О большем она и не мечтала.

Она всегда знала, что Нико — удивительный любовник. Прекрасно контролировавший себя, неутомимый, чувственный. Но она не была подготовлена к такой глубокой интимной близости. Она возбудилась, просто подумав об этом.

Казалось невозможным представить, что это был всего лишь секс. Все было необыкновенно. Хлоя чувствовала себя такой живой, наполненной. И могла поклясться, что Нико чувствовал то же самое. Что это могло быть началом замечательных отношений, если бы он это себе позволил.

Возможно, мечтать об этом было наивно и неразумно. У нее не было опыта отношений с таким мужчиной, как Нико. Таким безудержно страстным. Их неодолимо влекло друг к другу. И она чувствовала себя такой удовлетворенной.

Хлоя прикусила губу. Повернулась, чтобы взглянуть ему в лицо. Его рука была за головой, лицо казалось расслабленным, длинные темные ресницы отбрасывали тень на его щеки. Он был так великолепен, что у нее перехватило дыхание. Но вовсе не красота влекла ее к этому мужчине. Он был честным, надежным, как скала, твердым в своих убеждениях.

Хлоя перевела взгляд на часы у кровати. Шесть тридцать. Слава богу. Ей нужно было быть в центре города, в магазине на Таймс‑сквер до восьми утра, чтобы подготовить появление там Лашанты. Учитывая, что у нее было только вчерашнее вечернее платье, это была проблема, которую ей нужно было решить. И срочно.

Хлоя выскользнула из кровати. Пошла искать свое нижнее белье. Найдя его разбросанным по комнате, покраснела. Быстро оделась. Посмотрела на спящего Нико. Нужно ли ей разбудить его и попрощаться? Как принято делать в таких случаях?

В конце концов Хлоя решила дать ему поспать. Может быть, она просто испугалась, потому что не была уверена, что справится с ситуацией. Это казалось самым простым решением.

Ей было крайне неловко появиться утром перед швейцаром дома, где жил Нико, в вечернем платье и на каблуках. Как говорит о таком Мирей? Пять минут позора? Но швейцар, однако, не подал вида, будто каждое утро провожал одетых таким образом женщин, и вызвал ей такси. Хорошее напоминание о том, что для Нико она просто одна из многих.

Приехав домой и переодевшись, она помчалась на Таймс‑сквер. Вокруг магазина собралась толпа людей. Лашанта спела четыре своих хита, а потом коллекция лимитированного выпуска «Вивр» мгновенно была сметена с полок. То же самое произошло и в магазинах Парижа и Лондона, и это было проблемой. Производство не успевало за спросом. Вернувшись в офис, Хлоя поспешила на совещание по бюджету, которое проводил Нико. К ней снова вернулось волнение, и она сделала глоток кофе, любезно приготовленного для нее Кларой.

Нико сидел во главе длинного стола в совещательной комнате и выглядел бесподобно в темном костюме в полоску и безупречной белой рубашке. Он бросил на нее один из своих непостижимых взглядов… И все.

Хлоя никак не могла сосредоточиться на совещании. Задавалась вопросом, какими будут их дальнейшие отношения с Нико. После часа безуспешных попыток притвориться, что не замечает его, Хлоя все‑таки взглянула на босса. И обнаружила, что он за ней наблюдает. У нее перехватило дыхание.

— Нико, вы согласны со мной? — спросил финансовый директор.

Нико кивнул.

— Хлоя?

Она непонимающе посмотрела на финансового директора.

— А… да. Определенно.

— Хорошо. Давайте двигаться дальше.

Нико был не в настроении. Никогда еще женщина не покидала его вот так. Существовал определенный этикет: обычно говорили, как им хорошо было вместе, выражали восхищение друг другом. Вместо этого он проснулся в пустой кровати. Ни записки, ничего. Он знал, что у Хлои намечено мероприятие, поэтому с утра планировал заняться с ней сексом, а потом отвезти ее домой. Он проснулся полным желания и голодным. И в этом, возможно, была его проблема.

Взяв чашку, Нико сделал глоток кофе, рассматривая Хлою через стол. Он не мог не признать, что секс с ней был умопомрачительный. Эмоциональный. Самый лучший в его жизни, если быть до конца честным. Они сводили с ума друг друга. Так где же эта женщина, которая была такой страстной ночью? Не похоже, что они сблизились. Хлоя выглядела холодной и отстраненной. Далекой. Неужели она сожалеет о том, что произошло ночью?

Совещание завершилось. Хлоя направилась к двери. Нико едва успел перехватить ее.

— Минутку, — тихо сказал он.

Симона, спросившая что‑то у него, посмотрела на них обоих и, извинившись, покинула комнату.

Нико заглянул Хлое в глаза:

— Как прошла презентация?

Она прислонилась к стене и посмотрела на него:

— Замечательно. Мы распродали все, что было. Нужно пополнить запасы.

— Поздравляю. — Нико положил ладонь на дубовую панель рядом с ней, ощутив запах ее неуловимых сексуальных духов. — Ты только что сказала, что согласна с финансовым директором. Ты поняла, в чем именно с ним согласилась?

Хлоя покачала головой:

— Нет.

— Это немного безответственно, разве нет?

— Знаю, — медленно кивнула она. — Прости, я думала о другом.

— О чем?

— О продажах в региональных подразделениях.

Нико ни на секунду ей не поверил. Но уличать Хлою во лжи не было времени — у него была назначена встреча.

— Поговорим об этом позже.

— Конечно.

Лишь в семь вечера он освободился и нашел Хлою в кабинете. Она сидела за столом и, нахмурившись, изучала отчет. Ее пиджак висел на спинке стула. В прозрачной кремовой шелковой блузке и узкой серой юбке, открывающей ее потрясающие ноги, она выглядела великолепно.

Ему хотелось срочно раздеть ее и заняться с ней любовью. Но сначала он хотел узнать, что было не так.

Хлоя посмотрела на него настороженно, когда он вошел и закрыл за собой дверь. Но в ее взгляде также сквозила чувственность, и это ощущение вызвало жар в его теле.

Нико подошел и навис над ее столом.

— Что происходит? И не говори мне о региональных подразделениях. Я видел отчет о продажах. Все просто отлично.

Хлоя отложила бумаги.

— Ничего не происходит. О чем ты?

Нико охватило разочарование.

— Хорошо. Тогда давай поговорим о прошлой ночи. Как все прошло? Обычно женщины любят поговорить об этом. Однако ты ушла утром, не сказав ни слова.

Хлоя бросила на него настороженный взгляд:

— Я боялась опоздать на презентацию. Не хотела тебя будить.

— Я отвез бы тебя, если бы ты меня разбудила. А ты взяла это проклятое такси, Хлоя. Поэтому мне кажется, что не все в порядке.

Хлоя опустила ресницы.

— Прошлая ночь была потрясающей, Нико. Лучше, чем я могла себе представить. Я не жалею ни о чем, если тебе это интересует.

Прямолинейно и честно. Это ведь Хлоя, она не играет в игры, как другие женщины. Она не похожа ни на кого. Все, что он хотел знать, было написано на ее лице. В ее темных глазах отражались ужас и неуверенность.

— Если это так, — тихо сказал он, — тогда почему у тебя такое лицо?

— Какое?

— Будто ты жалеешь о том, что сделала.

— Я не жалею.

— Хлоя!.. — зарычал Нико.

Она закрыла глаза. Помолчала, потом открыла их снова.

— Я немного растеряна, — мягко сказала она. — Прошлой ночью все изменилось навсегда. Я пытаюсь прийти в себя.

У Нико сжалось сердце. Он знал, что так будет. Хлоя никогда не была в состоянии совладать со своими чувствами. Но он тоже не мог лгать и притворяться, что прошлой ночью был просто секс. Потому что это была неправда. Его эмоции были гораздо сложнее.

— А ты не подумала о том, что у меня тоже есть к тебе чувства? — ответил Нико, увидев на ее лице беззащитность и уязвимость. — Я тоже кое‑что испытал прошлой ночью. Разве ты не поняла, что я без ума от тебя, Хлоя? Проанализируй мое поведение за последние несколько недель, и сама это поймешь.

У Хлои перехватило дыхание.

— Я хочу поцеловать тебя снова, — прошептала она. — Так сильно, что не могу перестать думать об этом.

Кровь бросилась ему в голову. Нико поднял Хлою со стула и посадил на стол.

— Здесь будет лучше, — сказал он, положив руки ей на бедра. — Хотя… не думаю, что мы ограничимся одним разом.

Хлоя замерла, а затем обвила его руками, и они слились в горячем жадном поцелуе. Потом его губы спустились вниз по ее шее, а пальцы, расстегнув блузку, освободили ее красивую грудь из плена кружевного бюстгальтера.

— Нико, — хрипло прошептала Хлоя. — Мы в офисе.

— Все ушли домой. Я проверил.

Нико ласкал языком ее сосок и услышал, как она застонала. Снова поцеловал ее губы, затем переключил внимание на другой сосок. Она была такая мягкая, так трепетно отзывалась на его прикосновения!

— Мне нужна ты вся, — прошептал он ей на ухо.

Подняв юбку вверх на талию, он увидел ее кремовые кружевные трусики. Они были такими сексуальными, что он больше не мог сопротивляться зову плоти.

— Нико, — выдохнула Хлоя. — Мы не можем делать это здесь.

— Можем. — Нико раздвинул ее бедра, вдыхая мускусный аромат ее желания. — Позволь мне это сделать, пожалуйста. Я так хочу тебя. Дорогая, что ты со мной делаешь? Ты заставляешь меня терять рассудок.

Отодвинув трусики в сторону, он нежно провел пальцем у нее внутри, неторопливо начав ласки.

Ее глаза потемнели от желания.

— Нико, — прошептала она.

Нико осторожно ввел палец внутрь, ощутив ее мягкость, шелковистость, теплоту.

— Пожалуйста… — Хлоя пристально смотрела на него.

Он начал медленно двигать пальцем, и она в том же ритме двигала бедрами ему навстречу. Нежно поцеловав ее около уха, он снова и снова совершал движения, чувствуя ее отклик.

— Нико… — Она плотнее прижималась к нему.

— Ты хочешь, чтобы я вошел в тебя, детка?

— Пожалуйста…

Он проник в нее уже двумя пальцами и продолжил свои интимные ласки. У него уже была сильная эрекция, и ему нужно было ее подготовить, чтобы не причинить боль.

— Нико… — умоляла она, царапая ногтями его спину.

Не в состоянии больше сдерживаться, Нико расстегнул молнию и снял брюки. Подтянув ее к краю стола, он вошел в ее горячее, бархатное лоно, испытав неописуемо приятные ощущения.

— Презерватив, — вспомнил он.

— Я предохраняюсь, — прошептала она. — Все в порядке.

Нико совершал поступательные движения, чувствуя, как она двигается вместе с ним, раскрыв бедра и выгнувшись ему навстречу. Он проник в нее очень глубоко. Его сердце выпрыгивало из груди.

— Ты заставляешь меня нарушать все мои правила, — прошептал он. — Каждый раз. Проклятье!

Он припал к ее рту горячим, голодным поцелуем, понимая, что погибает. Но он хотел ее и не мог остановиться. Все зашло слишком далеко.

Обхватив ее за бедра, он толчками вонзался в ее плоть, пока они вместе не достигли наивысшей точки наслаждения, потрясшей обоих до глубины души.