– Василий, ты это к чему? – спросила Гелена.

– К тому, что в нашем дворе, между прочим, по соседству с вами, безобразия начались, а вы шлендраетесь не известно где. Какие-то паразиты дверь в подвал взломали и три клетушки обнесли. Пенсионерки заготовки на зиму сделали, туда банки спустили, а их украли. Они плачут, жалко бабок. Девки, вы бы как-то занялись этим делом.

– К участковому обращались? – спросила Анна.

– А как же, он сказал, что разберется, но ни хрена не делает. Вот когда у нас Федька Климов был, а потом Алешка Дубинин, они завсегда на жалобы реагировали. Гелька, помнишь, пацанва во дворе с веревки простыни сперла, чтобы в призраков обрядиться, так Дубинин их разыскал и такое им устроил, что они по сей день его науку помнят. А нынешний мордоворт задницу на опорном пункте просиживает и от заявлений отпихивается. Так вы как, поможете?

– Василий, – мы сейчас с Анечкой подумаем, потом зайдем к тебе и уточним детали, – важно произнесла Гелена Казимировна.

– Ладно, я вас буду ждать. Девки, вы только особо на курортников не зыркайте, а то генерал вам точно по жопе надает.

– Ань, откуда Василий все знает, и про ревность Андрея тоже?

– Гелечка, наша жизнь перед ним проходит, он ее наблюдает, все помнит, понимает и делает соответствующие выводы. Мудрый старик, и, по-моему, к тебе не равнодушен.

– Ну, ты скажешь. Он же меня все время шпыняет. То ему платье не такое, то шарфик дурацкий, над шляпками все время смеется, козой обзывает.

– Я ж говорю, не ровно дышит, – улыбнулась Анна.

– Ты, подруга, не отвлекайся, что будем делать? Алешку призовем?

– Может, сами справимся?

– Легко, – засмеялась Гелена Казимировна. – С чего начнем?

– Вернемся домой и переоденемся, не будем же в шубейках по катакомбам лазить. Потом пройдемся с Василием по местам преступлений, а дальше посмотрим.

– Крыську берем?

– Пока не стоит, там пыли полно, она расчихается.

Подруги брели вместе с дворником по подвальному помещению.

– Василий, – спросила Анна Сергеевна, – какая-то система в ограблениях присутствует?

– Анька, ты мне такие мудреные вопросы не задавай, спроси попроще.

– Хорошо, когда кладовки в подвале обворовывали?

– Через день.

– Все подряд?

– Не совсем. Со второй начали. Я только не пойму, почему не с первой.

– На той замок крепкий, вот и не стали заморачиваться. Судя по всему, действовали не профессионалы. Они элементарно сбивали петли, которые слабо держались и все.

– Подруга, вот ты умная, – сказала Гелена.

– Я не умная, а опытная. Помнишь, как камнем сбивала замок на пристройке к Дому детского творчества, когда там детишек держали в заложниках?[3] Здесь такая же картина. Пошли отсюда, все понятно, бомжи орудуют или подростки.

– Ань, что делать будем?

– Засаду надо устраивать. Василий, когда эти паразиты были?

– Вчера.

– Если они орудуют через день, завтра ночью явятся. Придется, Гелечка, Крысю и ее свору привлекать.

– Как же мы из дому сбежим, Андрей нас ни за что не выпустит.

– Он завтра на два дня в областной центр уезжает, вот мы этим и воспользуемся.

Генерал Веселов уехал в командировку, напросившись в компанию к начальнику УВД Тригорска полковнику Маслову, так как не любил попусту гонять машины своих сотрудников. Добросовестно отсидев на совещании, и пообщавшись накоротке с коллегами в ресторане, он воспользовался оказией и вернулся домой около полуночи. Не обнаружив дома Анну, Гелю и Крысю, генерал крикнул, – Проша, где все?

Попугай молчал как партизан на допросе. – Отвечай, а то защекочу. Не хочешь, тогда все перья повыдергаю и голову оторву. Проша за голову не боялся, но за перья опасался и потому пробормотал, – где, где, в соседнем дворе. Кражу раскрывают, бабкам помогают.

– Так я и знал, не успеешь уехать, как они тут же найдут на свои задницы приключение, – в сердцах пробормотал Веселов и отправился на поиск дамочек. В соседнем доме светились окна, внизу толпились жильцы, возле машины ППС стоял Григорий Головкин – начальник уголовного розыска УВД Тригорска. Наблюдая издалека за этой картиной, генерал заметил Анну и Гелену, которые покидали двор.

– Ань, какие мы все-таки молодцы, самостоятельно кражу раскрыли, – радостно произнесла Гелена Казимировна.

– Ага, как задумали, так все и получилось.

– Стоять, – услышали они знакомый голос.

– Андрей, ты же в командировке, – удивилась Анна Сергеевна.

– Уже вернулся, марш домой и без разговоров, я сейчас с вами разберусь.

Сидевшая на руках у Анны Крыся, вздохнула, – генерал сегодня точно надерет уши дамочкам, придется их защищать.

Как только они вошли в дом, Гелена закудахтала, – Андрей, а мы ничего, уже собрались ложиться спать, как услышали милицейскую сирену и увидели, что окна в соседнем доме зажигаются. Ну и решили посмотреть.

– А Крыську зачем взяли?

– Так ей тоже интересно, она же у нас любопытная.

Собачка не выдержала и грозно затявкала.

– И ты туда же, защитница, – улыбнулся генерал, – иди ко мне, я тоже по тебе соскучился. Крыся прижалась к его груди, закрыла глаза, и для достоверности зевнула.

– Спатки хочешь? Я тебя сейчас отнесу к коту под бочок, он нашу девочку согреет, лапкой погладит. А вы не расслабляйтесь, и стол накрывайте, я, между прочим, голодный.

– Ань, как думаешь, Крыська действительно спать захотела?

– Нет, это она для Андрея представление устроила, отвлекала его от разбирательств. Ухо-то торчало у притворщицы. Гель, доставай свою смородиновую настойку, подлизываться будем.

– У вас все готово? – спросил генерал. – Еще один прибор поставьте, я Грише Головкину позвонил, он придет и мне все доложит.

Подруги переглянулись и вздохнули.

Усадив капитана за стол, Веселов произнес, – дамы, колитесь, с чего все началось. Те рассказали о просьбе дворника Василия, своих изысканиях в подвале и выводах, которые сделали. – Потом мы попросили Крысю призвать спецназ и свору для участия в операции, – пояснила Гелена. – Сегодня с девяти вечера засели в квартире у Василия, он живет на первом этаже и окна его квартиры выходят во двор, – продолжила Анна. – Увидели двух мужиков, которые открыли дверь в подвал и спускаются вниз, выпустили Крыську на улицу, она потявкала. Дворняги побежали следом за ворами и выгнали их из подвала. Я позвонила Грише. Все, никакого риска, а результат налицо.

– Можно мне, товарищ генерал, – улыбнулся Головкин.

– После сообщения Анны Сергеевны я позвонил в дежурную часть, чтоб наряд ППС направили, сам прыгнул в машину и сюда. Вы бы только видели, посреди двора стоят два бомжа с поднятыми руками, один держит трехлитровую банку с огурцами. Их окружили штук десять дворняг, смотрят на них и молчат. Наши мужики ржут, – собаки воров задержали, а тот, что с огурцами, орет, – отгоняйте их скорее, сейчас банку уроню. Оглянулся, наши дамы стоят неподалеку, улыбаются, а Крыся скалится. Потом она тявкнула и дворняги исчезли. Андрей Петрович, вы их не ругайте, у нас несколько жалоб от жильцов соседних домов поступило на кражи из подвалов. А тут раз, и преступников задержали.

– Капитан, этим участковый должен заниматься, а не дамочки с собаками. Завтра же позвоню Маслову, пусть устроит тому головомойку.

– Бесполезно, на нем уже неполное служебное соответствие висит, и выговора имеются.

– Так пусть выгоняет к чертовой матери.

– Работать, кто будет, – вздохнул Головкин. Скамейки запасных нет, а участок оголять нельзя.

– Андрей, ты нас уже не будешь больше ругать? – осторожно спросила Гелена Казимировна.

– Не буду, – засмеялся Веселов, – выводы вы сделали верные и действовали грамотно. Значит, вам положена награда. Я привез бутылку хорошего испанского вина, а мы с тобой, капитан, примем Гелечкиной настойки. Но если вы еще раз в мое отсутствие…

– Мы все поняли, ни за что и никогда, – улыбнулась Анна.

– Так я вам и поверил. Григорий, наливай.

Не следующий день дамочки совершали утренний моцион по аллеям парка.

– Между прочим, дворник Василий мог бы и спасибо сказать за то, что кражи раскрыли, – возмутилась Гелена. – Когда помощь была нужна, так чуть ли не у двора караулил.

– Не ругайся, подруга, вон идет твой поклонник.

– Девки, чего это вы так рано из дому ускакали, я к вам приходил, хотел спасибо сказать.

– Говори сейчас, мы не возражаем, – произнесла Новицкая.

– Ну, так я и говорю. Возьмите пакет, там бутылка смородиновки, сам по твоему, Гелька, рецепту делал. Только почки настаивал не на водке, а на самогоне. Крепкая зараза, вашим мужикам понравится, они ж часто к вам шастают.

– А ты, прям все знаешь.

– А как же, работа у меня такая. Ты лучше признайся, с кем любовь крутишь, не уж-то с Дубининым?

– Вот, ты Василий, балабол, такой же, как и Алешка, – хихикнула Гелена Казимировна.

– Ну, так я пошел. Гелька, приноси ножи точить, так уж и быть, денег с тебя не возьму.

– Я же говорила тебе, подруга, не равнодушен он к тебе, – улыбнулась Анна Сергеевна.

– Плохо ему одному. Жену похоронил, сын и внуки далеко, из старых жильцов мало кто остался, а я Василия с юности помню. Да и он моих родителей знал до того, как они в горах погибли. И моего Ленечку, царство ему небесное, не забыл… Ань, ты не представляешь, как я жду лета. Варя с Федей привезут своих малышей, мы их будем по парку в колясочке катать, а они из нее выглядывать. Хорошенькие, пухленькие и ручки в перевязочках. Давай съездим в Ракитовку, ты же деток еще не видела.

– Ой, я с радостью, только Андрея надо уговорить нас отпустить. Ты же знаешь, как он не любит оставаться один.

– Перебьется, мы там всего несколько дней пробудем, а если сможет, и сам приедет. Надо ему чего-нибудь вкусненького на ужин приготовить, добрее станет.

– Гель, тогда срочно едем на рынок. Заодно и в магазин заскочим, купим малышам подарки, да и Варе какую-нибудь обновку. Она после родов похудела?

– Мы ей что-нибудь нейтральное присмотрим, например, красивый вязаный шарф, а Феде хорошие кожаные перчатки.

Вернувшись домой с покупками, подруги занялись готовкой. Крыся вертелась тут же, надеясь получить разъяснения по поводу грядущей поездки. Не дождавшись, она недовольно фыркнула, затем тявкнула.

– Ну, чего ты выступаешь, видишь, мы заняты, – произнесла Анна Сергеевна. – Сама уже давно догадалась, что в Ракитовку собрались, иди, готовь свои манатки и кота предупреди. Попугая мы оставим дома, чтобы Андрею не скучно было одному. Проша нам потом доложит, как он себя вел, вдруг какую девицу в наше отсутствие приведет.

Крыська оскалилась и потрусила наверх, размышляя брать с собой меховой жилетик или нет. Хоть и не любила, когда на нее пялили зимнюю одежду, но похвастаться перед деревенскими собаками очень хотелось.

– Геля, ты звонила в Ракитовку, предупредила ребят, что мы к ним собираемся? – спросила Анна.

– Когда Андрея уговорим, тогда и позвоню. Не волнуйся, незваными гостями не будем, Варя каждый раз спрашивает, когда мы уже приедем.

– А куда это вы собрались ехать? – внезапно появился в кухне Веселов.

– Андрей, что-то ты сегодня рано, мы еще стол не накрыли, – произнесла Анна Сергеевна.

– Почувствовал, что готовится заговор вот и сбежал со службы. Рассказывайте, что задумали.

– Хотим проведать Варю с Федей, Аня еще деток не видела, – решительно заявила Гелена Казимировна.

– Одного меня бросаете, – уныло произнес генерал.

– Мы Прошу оставляем, он не даст тебе скучать. Будешь ему водичку в блюдечке менять, семечками и кусочками фруктов кормить. Они в холодильнике.

– Надолго уезжаете?

– На неделю, – ответила жена. Андрей, ты же приедешь на выходные в Ракитовку?

– Вряд ли, Анечка, начальство из Москвы прибывает, его ублажать надо, выгуливать, кормить-поить полагается. Ох, и не люблю я это дело, – вздохнул Веселов. – Ладно, езжайте, чего уж тут. Придется нам с Прошей вдвоем куковать. Но учтите, к попугаечке я его выпускать не буду. Пусть вместе со мной в разлуке мается. Когда собираетесь отчаливать?

– Завтра с утра и поедем, – ответила Гелена.

– Подарки детишкам купили?

– И родителям тоже.

– Я тогда Алешку пришлю, пусть вас отвезет. Вы же банки-склянки с собой тоже захватите.

– Не надо, Андрей, мы такси закажем, – сказала Анна. – Геля, звони в деревню.

В Ракитовке Варя встретила гостей объятиями и поцелуями. Наконец-то вы приехали, мы с Федей так соскучились, просто сил нет.

– Варь, разбирай сумки, а мы на деток посмотрим.

– Только тихонько, я их недавно покормила, они спят.

Минут через десять подруги вернулись. – Сопят, – засмеялась Гелена. – Хорошенькие, щечки розовенькие, прямо как кукляточки. Так бы и обцеловала с головы до ножек.

– Крыська тоже в восторге, пока ее держала на руках, она все время скалилась, – улыбнулась Анна. – Молодец, Варенька, произвести на свет таких малышей – это счастье. Рассказывай, какие они.

– Верочка в Федю пошла, глазки еще будут меняться, но волосики темнеют, и характер уже проявляется. Егоза, как распеленаю, тут же ножками сучит, ручками вертит. А если совсем расхныкается, я надеваю ваш подарок – бриллиантовые сережки, она сразу замолкает и глаз с них не сводит. Верунчик – папина дочка. Как только его увидит, улыбается, глазками за ним водит, а Федечка просто млеет. Андрюша настоящим мужиком будет. Спокойный, терпеливый и блондинистый, наша порода. А уж как их Аська с Крысём любят и оберегают, просто удивительно. Доченька беспокойная, среди ночи может проснуться и захныкать, тогда собачка начинает тихонько тявкать. Не знаю, что ей Крысь рассказывает, но Верочка тут же засыпает. Однажды, к нам пришла тетка Пелагея, вроде бы за растиркой, а сама, как я поняла, хотела на деток посмотреть. Я ей говорю, что они спят, но она все равно на второй этаж прется. И что вы думаете, на лестнице встали кот с собачкой, Аська шипит, Крысь тявкает, так они ее и не пустили наверх. Потому что она злая и вредная. Зато бабе Мане и бабе Симе, Тоне горбатенькой, и Татьяне Сергеевне-учительнице разрешают деток тешкать. Ой, я вас заговорила, садитесь за стол, кормить буду. Вы, наверное, не завтракали.