– Ань, ты что-нибудь видишь?

– Только спины мужиков, они стену осматривают.

– Андрей, ну что? – хором спросили подруги, когда он подошел к ним.

– Всем на выход, потом расскажу. Генерал шел по галерее и улыбался, – фишку твою, Сидорчук, мы разгадали. На улице он обнял дам и расцеловал. Я готов сделать для вас все, что угодно, говорите, что вы хотите.

– Хочу прынца на белом коне, – хихикнула Гелена. А Аня шампанского и мороженого.

– Я тоже люблю мороженое, – дипломатично заметил Алексей.

– Тогда все вместе идем в кафе, – улыбнулся Веселов. Борис, звони Наташе, пусть приезжает.

– Андрей, может, объяснишься? – потребовала Анна Сергеевна.

– Обязательно. Надо только решить один вопрос. Мужики, как думаете, когда привезут бриллианты?

– Директор галереи говорил, что драгоценные изделия обычно привозили за день до открытия выставки, – сказал Головкин.

В нашем случае любым московским рейсом, а их пять, – сказал Комаров.

– Каким конкретно, никто нам не скажет, – вздохнул генерал. Максим, придется тебе дежурить в аэропорту и отслеживать автомобили, которые будут подъезжать к самолетам.

– Бесполезно, Андрей Петрович, там будут машины спецсвязи, и разных ВИП-персон, запутаемся.

– И то верно. Что же делать, – потер лицо Веселов.

– Геля, – скомандовала Анна.

– Поняла, звоню. Алло, Ванечка, это Гелечка. Мы тут участвуем в одной операции, нам нужна твоя помощь.

– Она кому звонит? – тихо спросил Головкин Комарова.

– Строеву, – улыбнулся тот.

– Тому самому алмазному олигарху?

– Кому же еще. Он ее лучший друг.

– Хорошо, Иван, через пятнадцать минут жду твоего звонка, – закончила разговор Гелена Казимировна. Слышали? – победным голосом спросила она. То-то же. Чего мы стоим, где прынц?

– Ты же с ним только что разговаривала, – засмеялся Веселов.

– У него нет белого коня. Он на оленях по якутской тундре скачет. Ладно уж, я на шампанское с мороженым согласна. Только нам с подругой побольше и разного. Будем себя баловать, правда, Анечка? И что бы вы, мужики, без нас делали. Андрей, рассказывай.

– Дверь заложена кирпичами, только изнутри цемента между ними нет. Видно, недавно его оттуда выскоблили. Действовали преступники аккуратно, на пол почти ничего не просыпалось. Вероятно, пакеты с собой прихватили. Теперь, если с внешней стороны хорошенько двинуть по двери ногой, кирпичи и попадают. Так как Сидорчук старый театрал, то бывал на концертах в галерее и знал о пристройке к основному зданию. Когда планировал ограбление, сделал соответствующий вывод. Дамы, куда вы недавно ходили?

– В галерею на выставку цветов. Людей было море, она же бесплатная, – сообщила Гелена Казимировна.

– Все очень просто, – заторопился Дубинин. Парни вошли, среди толпы покрутились, незаметно скрылись за занавесом сцены и занялись кирпичами. Народ по сторонам не смотрел, все цветами любовались. Обычно там такой галдеж стоит, что никто ничего не слышит. А охранник только у входа стоит.

– Выходит, Андрей Петрович, когда привезут бриллианты, то по сигналу Сидорчука его парни пробьют с противоположного торца стену, будет стоять шум и грохот, который отвлечет внимание охраны. В это время кто-то выхватывает у грузчика ящик с драгоценностями и смывается. Я правильно понял? – спросил Комаров.

– Совершенно верно. Как будем действовать?

– Возьмем пробивателей двери на подходе к галерее, – предложил Алексей.

– Что им предъявим? Они скажут, что гуляют в парке и ничего не нарушают, – возразил Борис. Парней надо брать только во время акции. Это сделает Фоменко со своими бойцами. А вот как задержать тех, или того, кто побежит с бриллиантами? Стрелять нельзя, в парке всегда полно людей, парни быстроногие, могут среди деревьев и кустов затеряться и уйти.

– Надо привлечь Крыськину свору, – произнесла Анна Сергеевна. Собаки под ноги им бросятся, те на землю и попадают.

– Точно, как Крыся скажет, так они и сделают, – засмеялся Алексей.

– Дед, я что-то не понял, вы и собак к работе привлекаете? – тихо спросил Головкин.

– У нас спецотдел, тут возможно все, что угодно. Ты главное помалкивай, и никому ничего не рассказывай, понял?

– Все, хватит деловых разговоров, оставим их назавтра. Борис, такси подъехало, встречай жену, – сказал Веселов. Гелечка, а что это ваш дружочек олигарх молчит?

Та не успела ответить, так как у нее зазвонил телефон. – Иван, спасибо, я все поняла. Что делаем? Заходим в кафе, собираемся пить шампанское. Ты не завидуй, а лучше приезжай. Ире привет передавай. Пока.

– Андрей, через три дня в 11 часов прилетает наш груз.

Генерал Веселов сидел у себя в кабинете и еще раз прокручивал в голове ход всей операции. Затем вышел и заглянул к майору Комарову.

– Головкин, и ты здесь? Очень хорошо. Борис, что у Дубинина?

– Только что отзвонился. Как вы и предполагали, Сидорчук выяснял, где все-таки будет проходить выставка в галерее или в музее. Процента сомнений больше нет. Алексей уже возвращается в отдел.

– Григорий, как я понял, у тебя хорошие отношения с директором галереи, на какой почве?

– Мы живем в соседних подъездах, мой младший брат дружит с его сыном Семеном. Парень умный, интеллигентный, победитель разных олимпиад. Но два года назад попал в дурацкую историю. За день до вступительных экзаменов в университет стал случайным свидетелем драки подростков с поножовщиной. Подъехавший наряд задержал его вместе с остальными. Пришлось срочно вмешиваться. Разобравшись, Семена и так бы отпустили, но какое-то время он провел бы в КПЗ и на экзамен мог не попасть. Вот такая история.

– Понятно, ну, что, Борис, нам с тобой предстоит неприятная миссия, придется сообщать директору галереи и руководителю московской выставки о грядущем нанесении ущерба зданию. Григорий, как зовут твоего знакомого?

– Борис Абрамович Каплер.

– Звони ему и узнай, когда сможет со своим коллегой из Москвы у нас появиться. У него есть машина?

– Подержанный «Мерседес».

– Примешь его в районе улицы Ноябрьской, покажешь дорогу, чтобы они не плутали. А мы с тобой, Борис, для представительности и психологического давления надеваем форму со всеми наградами.

Веселов вернулся к себе в кабинет и переоделся. Услышав стук в дверь, буркнул, – войдите.

Дубинин остановился на пороге. Товарищ генерал, – разрешите… Ух, ты, вот это да, сколько наград. А мы и не знали.

– Ты чего хотел?

– Доложить, что сегодня у нас первый обед в столовой. Так я пойду?

Через пару минут в кабинет снова постучали, и появился Забелин.

– Понятно, – сказал Веселов, – марш к себе. Генерал зашел к Комарову, – ты уже при параде? Пошли к нашим, покажемся один раз и все, а то эта пацанва будет бегать через каждые пять минут и работать не даст.

Когда они появились, все замерли. – Ёжкин пистолет, почти все награды боевые, – пробормотал Степан Иванович.

– Смотреть можно, трогать и спрашивать «за что», нельзя, – засмеялся Веселов.

– Товарищ генерал, у вас же целый иконостас на груди. Борис, у тебя два ордена и три медали, – восхитился Алексей. Я считаю, что такую красоту скрывать не правильно. Предлагаю на годовщину нашего отдела всем одеться как на парад, чтобы наши женщины попадали в обморок от восторга. Вы не «против», Андрей Петрович?

– Против обморока не возражаю, – улыбнулся Веселов. Все рассмотрели? А теперь за работу. Дед, попроси Клавдию Ивановну принести чай, когда прибудут гости. Будем их ублажать. Григорий, когда они у нас появятся?

– Через пять минут за ними выезжаю.

– Хорошо. Пошли, Борис. Я смотрю, Головкин у нас постоянно крутится, как же Маслов без него обходится?

– Полковник посоветовал ему наблюдать, запоминать и учиться. Сказал, что участвуя в одной операции с вами, можно узнать больше, чем за полгода учебы в академии.

– Так и сказал? Молодец, но не за похвалу, а за то, что парня правильно настроил. Заходи ко мне, еще раз пройдемся по финалу операции. Я все думаю, куда пристроить нашу машину, чтобы и с галереей рядом, и Сердюку не бросалась в глаза. Как это совместить, не знаю.

– Я тоже с ребятами советовался на этот счет. Максим подал отличную идею. Вызвать Федора, сесть в его джип и внаглую подъехать следом за спецавтомобилем. Сердюк решит, что это машина сопровождения. А чтобы охрана не насторожилась, предупредим директора выставки, мы же с ним сейчас будем встречаться.

– Действительно, хорошая идея. Сердюк может знать джип Максима, он же работал в УВД. А что, Борис, классные ребята у нас растут.

Когда в дверь кабинета постучали, и она открылась, генерал приветливо улыбнулся и вышел из-за стола.

– Рад, что вы нашли время и согласились с нами встретиться, пожимая руки посетителям, – сказал он. Это мой заместитель подполковник Комаров. Присаживайтесь, разговор предстоит непростой. Буду краток, у нас есть достоверная информация, что готовится ограбление выставки «Бриллианты России». Мы полностью контролируем ситуацию, преступников задержим, но только в тот момент, когда они будут совершать кражу.

– А раньше нельзя? – спросил Борис Абрамович, полный мужчина невысокого роста.

– Нам нечего будет им предъявить. Но вся проблема в том, что грабители намерены проникнуть на выставку, а это случится накануне ее открытия, разрушив заложенную дверь в торце здания.

– И вы позволите это сделать? – возмутился директор.

– Вынуждены.

– Да вы что, это невозможно, а как же безопасность? У меня нет средств, чтобы срочно заделать эту дверь. Алексей Алексеевич, почему вы молчите, – обратился он к молодому подтянутому мужчине с легкими залысинами.

– Вы гарантируете, что при этом кражи не будет? – спросил тот, обращаясь к генералу.

– Да.

– В таком случае, мы не против. Борис Абрамович, чтобы заложить дверь понадобиться кирпичей тридцать. Думаю, за час-два строители управятся. Надо будет только заранее подвезти и складировать материалы. Все эти работы мы оплатим. Зато представляете, какая у нас будет бесплатная реклама. На следующий день все газеты выйдут с сенсационными заголовками о попытке кражи бриллиантов, и к нам побегут даже те, кто не собирался посещать галерею. Учтите, Тригорск не столица, здесь не так уж много состоятельных людей, которые обычно посещают такие выставки. Так что нам на руку эта ситуация.

– Ну, что, Борис Абрамович, уговорил вас коллега? – спросил Веселов.

– Уговорил, только, боязно как-то.

– Не волнуйтесь, все будет хорошо.

– Вообще-то, все стройматериалы у меня на складе есть, а строителей найду. Не проблема.

– А вот и чай, – обрадовался генерал, увидев, как приоткрывается дверь. Пока будем пить, уточним еще некоторые детали.

Проводив гостей, Веселов облегченно произнес, – как гора с плеч, даже не предполагал, что москвич так повернет. Наверное, старею я, Борис, не учитываю реалии нынешнего времени.

– Мне и самому такое в голову не могло придти, Андрей Петрович.

– Пошли в столовую, посмотрим, что наша Клавдия наготовила. Когда все закончится, надо будет приказом по отделу отметить ребят. Они не только пашут, но и думают хорошо, это очень важно. Отзвонись Федору в Ракитовку, пусть завтра приезжает и Крысю с Арни привозит. Она нам будет нужна, да и дамочки по ней с котом заскучали. Вы с Наташей о наследнике думаете? А то наши дамы скоро к вам с ультиматумом придут.

– Мы над этим усиленно работаем, – рассмеялся Комаров.

Вечером следующего дня дамы встречали кота, собачку и Федора. Пока они обнимали и чмокали малышню, он внес в кухню большую сумку и принялся ее разгружать.

– Тут сметана, творог, яйца, куры, гусь, уточки и кусок свинины.

– Федя, ты что взятки стал брать? – всплеснула руками Гелена Казимировна.

– Нет, это гонорары Варюхи. Она у меня заделалась деревенским адвокатом, не зря ведь на юрфаке учимся. Одному документ составит, другому совет даст, третьему разъяснит, куда следует обратиться. И все у нее как-то получается. Она ведь очень добросовестная, учебники читает, по интернету шарит, когда и преподавателям на кафедру позвонит. Люди приходят, Варя денег не берет, так они в благодарность ей это все и несут. Нам двоим много не надо, а у вас гости часто бывают, вот жена и передала.

– Ужинать будешь?

– Андрея Петровича подожду. А чего это ваш Проша молчит? Опять улетел?

Но тот не заставил себя долго ждать. – У Вари будут детки, их посадят в клетки.

– Ё-моё, – ты откуда знаешь? Варя вчера была в женской консультации, ей сказали, что прослушиваются два сердечка, у нас будет двойня, – радостно захохотал Федор.

– Федечка, поздравляем, – обрадовались подруги.

– А причем здесь клетки? – забеспокоилась Гелена Казимировна.

– Может, он манежики имел в виду? – предположила Анна.

– Да, Анечка права, – крикнул попугай. Потом увидел собачку и кота: Крыся, я скучал, очень ждал. Арни-толстяк, настоящий хряк.

– Ах ты, паршивец, зачем нашего котика обижаешь, – возмутилась Гелена.

– Кот не хороший, не любит Прошу.

– Если будешь так говорить, защекочим, – грозно сказала Анна Сергеевна. Запомни, мы все любим друг друга, и никто никого не обижает.

– Ох, дамочки, как же я по вам соскучился. И Варя тоже, очень к вам просилась, – улыбнулся Федор.

– А чего ж не привез?

– Пока не родит, не приедет. Двойню выносить надо, мало ли что в дороге может случиться. Я ей так и сказал. Вы теперь сами чаще к нам приезжайте.

– Федя, как там Крысь с Аськой поживают?

– Кот хоть и вырос, но все равно за собачкой хвостом бегает, если только кошечку новую не углядит. А с Крысём недавно такое случилось, прямо смех и грех. Он же по вечерам всегда с бабой Маней и бабой Симой на лавочке сидит, сплетни слушает, их коров и коз встречает. И что вы думаете, баба Маня ему говорит, – Крысь, хочешь попробовать козьего молока прямо из вымени? Это мы потом узнали. Эти, блин, подружки ухватили Розку, мальчик к ней и присосался. Пришел домой с полным пузом. Вошел в комнату и опозорился, на него напал понос. Молоко-то жирное, он его раньше никогда не пил. Крысь так расстроился, что заплакал. Ну, мы его успокоили, помыли, Варя таблетку какую-то дала и пошла с подружками разбираться. Те переполошились, прибежали к Крысю с извинениями, в качестве компенсации принесли домашнее печенье, которое мальчик очень любит. Он их простил и на следующий вечер снова сидел с ними на лавочке. А когда мы Крысеньку привезли в Ракитовку, малыш все-таки ей пожаловался и показал место позора в комнате. Так что вы думаете, барышня побежала к бабе Мане и бабе Симе и обтявкала их. Они сами рассказывали. Учись, Проша, как надо своих защищать, а ты только обижаешь.