Из всех людей на RB-232 Люси Билтмор меньше всех заслуживает быть здесь. Ведь именно у нее проснулась совесть.

Она написала маме об ужасных экспериментах, которые проходили на станции, но каким-то образом произошла утечка информации. Возможно, ящик ее мамы был взломан. Возможно, ее мама сама сказала кому-то. Какова бы ни была причина, кто-то начал ее шантажировать.

«Делайте, как мы говорим, или правда выйдет наружу».

Люси не ответила. Она слишком испугалась. «Вейланд-Ютани» назначила для нее офицера информационной безопасности, а также члена контрразведки морской пехоты. Она получила четкие инструкции относительно того, как нужно разговаривать с подозрительным контактом. Однако прежде чем она ответила, прибыло второе сообщение.

Фотография ее матери, заходящей в свою квартиру.

«Делайте, как мы говорим. Не связывайтесь с Биллом Пратером и полковником Вебером. Не обсуждайте это со своими товарищами по команде или с кем-то еще».

Кто бы это ни был, они знали ее наставников, и это была самая убедительная угроза из всех.

Затем они отправили ей код, чтобы она вставила его в «Серебряную улыбку», а вскоре и код для прошивочного устройства Хавьера. Предполагалось, что они экспортируют изображения со всех камер наблюдения из «Холодной кузницы» на спутниковую линию связи. Таков был план.

Ловцы никаким образом не должны были выбраться наружу, так как двери клеток управляются вручную – без вмешательства компьютера. Но существа теперь бродят по станции, и это имеет какое-то отношение к предательству Люси. Блю в этом уверена.

Наблюдая за работой своих товарищей по команде, за тем, как они по очереди сменяют друг друга и как нацелены на маловероятное, но заслуженное спасение, она все больше падает духом с каждой проходящей минутой. Каждый раз, глядя на свои пальцы, она представляет на них кровь, и от этого ее тошнит. Кровь Кембили смешивается с кровью остальных мертвых членов персонала. Он всегда успокаивал ее, когда ей было плохо, он любил ее, а теперь он просто труп.

– …мы знаем, что произошло, – говорит кто-то, и Люси подпрыгивает от неожиданности.

Никаких слез не появляется в ее глазах – она их уже выплакала. Это Ник.

Неужели это происходит? Они разоблачили ее?

Она смотрит на молодого человека и сглатывает:

– Извини?

Ник поднимает голову с настороженным и озабоченным видом.

В течение нескольких недель все они относились к ней с подозрением. Люси это заметила.

– Мы знаем, что произошло четыре ошибки в электротехнике. Как думаешь, ты сможешь провести диагностику?

– Я… – заикается она. – Я не особо разбираюсь в энергосистемах.

– А я не руководитель проекта, – улыбаясь говорит Ник, – но знаешь… это нужно сделать. Нам нужно, чтобы кто-то просмотрел наш код маршрутизации, а ты самый подходящий человек из присутствующих.

Люси не может сосредоточиться. Честно говоря, она не хочет ничего, кроме как порезать свои чертовы запястья и пустить кровь в горячей ванне.

– Конечно, – соглашается Люси.

Она представляет, как проходит через все это, возвращается на Землю и беззаботно живет несколько месяцев, пока не получает повестку в суд. Допрос начинается невинно: «Можете ли вы объяснить события, которые произошли на «Холодной кузнице», мисс Билтмор?» Чем глубже они копают, тем хуже становится. Ну а затем без тени сомнения они узнают, что это она.

Она всех убила.

Вероятно, поэтому Блю ненавидит ее. Люси видит обвинения в глазах Блю. Один предатель смотрит на другого.

Люси садится к одному из терминалов «Розового орла» и вздыхает. Буквы на экране больше не имеют никакого смысла, и она не может заставить свои пальцы ввести учетные данные. Нет смысла даже пытаться.

Учитывая то, что она сделала, должна ли она помогать им с безопасным возвращением домой? Может ли она по-прежнему иметь цель в жизни после такого отвратительного поступка? Они не заслуживают оставаться здесь. Ни один из них.

Еще есть Дориан, новичок, который не имеет отношения к отвратительным экспериментам, происходящим на «Холодной кузнице». Он самый невинный из всех. Его отправила сюда работа за несколько дней до сбоя в режиме сдерживания. Этот человек выследил растраты Блю и, вероятно, был близок к тому, чтобы разузнать секреты Люси. Но тут все полетело к чертям.

«Когда мы вернемся на Землю, – говорил он, – я лично удостоверюсь, что Компания знает, насколько вы ценный сотрудник». И теперь Дориан рискует своей жизнью вместе с Энн, чтобы спасти ее и добыть запасы еды. Люси тоже должна быть там.

Билтмор собирается с мыслями, а затем выгружает свой идентификатор входа и пароль. Она медлительная и неорганизованная. Сможет ли она вообще хоть что-то зашифровывать? Первые два раза она вводит неверный пароль, и ее охватывает чувство разочарования. Тогда Люси ударяет по клавише ввода с громким звоном.

Передняя дверь «Розового орла» открывается.

Прямо в коридор, где свободно бродят существа.

Люди перестают работать. В комнате наступает тишина. Они смотрят на дверь, потом на Люси.

Билтмор открывает рот, словно рыба, пытаясь понять связь между своими действиями и открытой дверью. Стефан, техник, который находится ближе всего ко входу, смотрит на нее с чем-то вроде удивления, а затем черные когти обхватывают его и утаскивают в коридор. Его мучительные крики эхом прокатываются через ПСиОСИ, исчезая в приглушенном бульканье. Остальные члены персонала реагируют медленно, будто они пропустили это событие. Затем Ник, новоиспеченный руководитель, кричит остальным:

– Бегите!

Люси, спотыкаясь, отходит от станции; ее движения вялые, будто она оказалась заточена в янтарь. Другой шипящий ловец прыгает в дверной проем, а затем на кричащую женщину, сбивая ее с пути. Люси не утруждает себя наблюдением – в тот момент ее это не беспокоит. Все, что она может сделать – бежать.

Она мчится к наиболее удаленной от ловца двери и пробегает через нее глубже в помещения проекта «Розовый орел», а крики позади нее становятся все громче. Может быть, у нее получится где-нибудь спрятаться.

Люси бросается к открытой двери, ведущей в запутанную лабораторию с самыми укромными уголками и закоулками, кабельными трассами и подвалами. Наверняка там для нее найдется место.

Дверь закрывается прямо перед ее лицом, и Люси врезается в нее на полном ходу, отлетая на пол. Кровь бежит из ее носа прямо на язык, наполняя рот медным вкусом. Замок издает звон – ее доступ больше не работает, так же, как и чей-либо другой. В полном ошеломлении Люси качает головой. Ее губы разбиты и горят от боли.

Ее обхватывают чьи-то руки.

– Нет! – кричит Билтмор, толкаясь локтями, но руки оказываются мягкими.

Это Ник. Он помогает ей, хотя она не заслуживает помощи. Она должна умереть.

– Давай, – ставит он Люси на ноги, хватая за запястье.

Два товарища по команде мчатся мимо Люси и исчезают за углом, направляясь в одну из открытых боковых комнат. За спиной Ника и Люси раздаются шипение и крики, и он дергает ее за руку, таща к следующей двери лаборатории.

Слишком поздно. Остальные выжившие закрывают люк. Ник стучит, но дверь заблокирована. Люси поворачивается, чтобы посмотреть, идут ли за ней существа. Она хочет увидеть, что они там, она хочет почувствовать их укусы, почувствовать, как эти черные клыки и когти пронзают и разрывают ее тело.

Ник не бросает ее. Даже несмотря на то, что она его задерживает, он снова берет Люси за руку и тащит к другому выходу из «Розового орла».

Закрыто. Заперто. Люси видит красный светодиод, указывающий на то, что Ник ведет ее в тупик. Но когда они подходят к двери, панель становится зеленой, и дверь открывается. И тогда Билтмор видит перед собой лимонно-зеленые стены питомников.

Позади вспыхивает и гаснет свет. Там нет ничего, кроме крика и бедлама, и когда Ник тащит ее прочь, Люси снова смотрит в темноту, как жена Лота однажды посмотрела на Содом.

Но божественный гнев так и не поражает ее, и они вместе ускользают во тьму.