осмотрим фрагмент карты района, где воевали североморцы.

География накладывает строгий отпечаток на военные планы и военные действия, а часто в значительной мере определяет их. Поэтому, разобравшись в карте, имея перед мысленным взором ее характерные точки, нам будет легче представить ход и смысл сражений нашего Северного флота.

ДЕЙСТВИЯ КОРАБЛЕЙ И АВИАЦИИ В АРКТИЧЕСКИХ МОРЯХ

Апрель-ноябрь 1942 г.

Линия фронта в апреле-ноябре 1942 г.

Разграничительная линия между зонами действий флота Великобритании и Северного флота СССР.

Внешние морские сообщения с союзниками.

Морские коммуникации Советского Союза.

Морские коммуникации противника.

Районы действия подводных лодок.

Вообразим себя в космическом корабле, который вопреки законам своего полета на какое-то время замер над островом Медвежий. Остров, хотя название у него русское, принадлежит Норвегии и находится примерно на середине линии, идущей от острова Западный Шпицберген к точке восточнее норвежского портового города Тромсе. К слову говоря, эта линия считается западной границей Баренцева моря. Оглядим сверху пространства, над которыми мы остановились.

На западе (за обрезом карты), где скалистая Исландия и Фарерские острова, сливаются воды двух океанов — Атлантического и Северного Ледовитого. Там пути кораблей, идущих из стран Атлантики к арктическим берегам Европы. В. нашем конкретном случае — пути, по которым США и Англия доставляют в Советский Союз грузы, необходимые для общей войны с фашизмом. Из исландского Рейкьявика до Мурманска по маршруту мирного времени 2800 километров, из портов Англии — 3200. Конвои проходят эти — теперь удлинившиеся — маршруты за 10–14 суток.

Прямо на север от нас архипелаг Шпицберген, восточнее будет архипелаг Земля Франца-Иосифа. Большого практического значения во время той войны они не имели, хотя конвои и ходили вдоль кромки льдов Шпицбергена.

А вот остров на востоке — Новая Земля имел большое практическое значение; особенно важны были проливы Маточкин Шар, Югорский Шар и Карские Ворота, они все три — ворота в Карское море, к берегам Сибири, а по Северному морскому пути — на Дальний Восток.

Даже удаленные от основного военного театра устье Оби, устье Енисея значили много. И в эту даль простирали свои планы фашисты. Туда забирался тяжелый крейсер врага «Адмирал Шеер», в Обской губе немецкая подводная лодка ставила мины. Зачем так далеко они забирались? С Дальнего Востока, из Сибири — по Енисею и Оби — наши суда доставляли в Архангельск важные грузы. Достаточно сказать, что недалеко от енисейского порта Дудинки уже в те годы был город Норильск со своим знаменитым металлургическим комбинатом; добавки норильских редких металлов в сталь танковой брони делали броню необычайно прочной. В 1942 году из Петропавловска-на-Камчатке пришли в Мурманск Северным морским путем лидер «Баку», эсминцы «Разъяренный» и «Разумный»… Так что основания действовать в Карском море у врага были.

К югу от острова Медвежий, от той точки, которую мы выбрали для нашей рекогносцировки, находится самое важное. Здесь своими причудливыми краями сходятся три страны: Норвегия, Финляндия, СССР. Норвегия оккупирована гитлеровцами, Финляндия — их союзница. От линии, на которой стоят сейчас войска врага, до Мурманска, до Полярного — главной базы Северного флота — около сотни километров. Кроме этих портов, зимой все наши другие замерзают. Мурманск связан железной дорогой с центром страны. Дорога спешно строилась еще в первую мировую войну — среди скал и болот — именно для связи России с союзными Англией и Францией. Дорога и теперь очень нужна; когда фашисты перережут ее около Онежского озера, мы в кратчайший срок проложим ветку от Беломорска до Архангельска, вдоль южного берега Белого моря.

Ну вот, для первого раза, пожалуй, мы все с тобой рассмотрели.

В самом начале книги упоминалась операция немцев под названием «Везерюбунг» — «Учение на Везере». Как, верно, помнишь, никаких учений на немецкой реке не произошло, а были высажены десанты в Дании и Норвегии. Обе страны попали в оккупацию к фашистам. Было это в 1940 году. Гитлер таким началом достиг три выгоды. Первая — немецкий флот, базируясь в портах Норвегии, получил свободный выход в Атлантику, на коммуникации Англии и США. (Если бы у немцев не было норвежских баз, англичане при определенной удаче могли запереть фашистские корабли в их базах на Северном и Балтийском морях.) Вторая выгода: немецкая промышленность получила возможность пользоваться великолепной скандинавской рудой — железной, никелевой и молибденовой. Никель Киркенеса на 70 процентов удовлетворял промышленность Германии в этом важном для войны металле. Пользуясь электроэнергией норвежских гидростанций, враги готовили там тяжелую воду, нужную для создания атомной бомбы. И третья выгода: немецкие сухопутные войска и флот перед войной с Советским Союзом чуть ли не вплотную приблизились к нашей границе, к Мурманску, к Кировской железной дороге.

Третьей выгодой, извлеченной из «Везерюбунга», Гитлер воспользовался 29 июня 1941 года. Активные военные действия на Севере начались на неделю позже, чем на остальных участках фронта. Операцию по захвату Мурманска и Полярного (с последующим захватом Архангельска) немцы назвали «Зильберфукс» — «Серебристая лисица».

Наш Северный флот был самый молодой и самый малочисленный по сравнению с другими нашими флотами. Он имел к началу войны 8 эсминцев, 15 подводных лодок, 7 сторожевых кораблей, минный заградитель, 2 тральщика и 15 охотников за подводными лодками. Военно-морские силы противника здесь тоже не были внушительными: вспомогательный крейсер, 5 эсминцев, 3 миноносца, 6 подводных лодок, 10 сторожевых кораблей, 2 минных заградителя и 15 тральщиков.

Фашистов число своих кораблей и наших особенно не интересовало. Так же как на Балтике и на Черном море, они надеялись взять наши базы на Баренцевом море с суши. Причем взять молниеносно.

На Карельском фронте в условиях бездорожья, болотистой и скалистой местности противник наносил три рассредоточенных удара: на Мурманск и Полярный наступали две горнострелковые дивизии, на Кандалакшу — пехотная дивизия и бригада СС, на Ухту — две пехотные дивизии.

Почти при равенстве в кораблях враг имел превосходство в людях. У него было больше, чем у нас, авиации. Пользуясь преимуществом в авиации, он намеревался разбомбить Мурманск, разрушить шлюзы на Беломорско-Балтийском канале, пробить бомбами путь своей пехоте через наши позиции, в итоге взять наши порты и перерезать железную дорогу. По сражениям на Балтике, у Севастополя ты знаешь, какая грозная сила авиация. В этих условиях наша 14-я армия и Северный флот должны сдержать врага.

Как и всюду на советско-германском фронте, бои на Севере сразу же приобрели ожесточенный характер. Горные егеря немцев, прославившиеся в захвате острова Крит и норвежских городов, с азартом и амбицией атаковали наши позиции. Советские бойцы и морские пехотинцы ответили яростным сопротивлением, железной стойкостью. Обыватели в Германии в те дни привыкли к победным сообщениям с Восточного фронта. Но с его заполярного участка таких сообщений не поступало. Эту ситуацию одна немецкая газета объясняла так: «Почему германские войска еще не в Мурманске-? Бои оказались чрезвычайно тяжелыми, их трудности не поддаются описанию. Сам черт выдумал тундру в помощь большевикам». Гитлеровское командование всегда тщательно учитывало характер местности и климат тех районов, где готовились военные действия: войну против нас фашисты начали в конце июня, а не раньше, потому что ждали, когда просохнут от весенних разливов поймы наших западных рек и будет хорошая дорога для танков и мотопехоты. Прекрасно знали враги и условия тундры. А вот мужества и стойкости наших бойцов гитлеровские генералы не учли в своих планах. Как в битве под Москвой врага остановили и разгромили не морозы, не снега, так и у Мурманска не тундра, не сопки остановили фашистов, а героизм советских людей.

Первым Героем Советского Союза среди североморцев стал старший сержант морской пехоты В. Кисляков. Со своим отделением он выбил неприятеля с важной сопки, оборонял ее, а когда было приказано отходить, остался один у пулемета и прикрывал отход товарищей. Кончились патроны. Егеря окружили моряка. Тогда Кисляков стал бросать гранаты. И фашисты отхлынули. Отважный сержант воспользовался этим, пополнил запасы из подсумков убитых. Снова начался неравный бой. Но Кисляков один удерживал сопку, пока на помощь не пришел стрелковый взвод.

Мужественно сражались летчики. Среди них было много храбрых мастеров воздушного боя. А самым искусным был командир эскадрильи старший лейтенант Борис Феоктистович Сафонов. Не случайно именно он первым на Севере сбил вражеский самолет.

Имея много бомбардировщиков, гитлеровцы перед атакой ожесточенно бомбили наши позиции. В эти тяжелые моменты на помощь пехоте прилетали истребители. Самыми страшными для врага были сафоновские. Фашистским летчикам особо запомнился день 15 сентября. Утром семерка истребителей Сафонова заставила большую группу вражеских бомбардировщиков повернуть назад и сбросить бомбы на свои позиции. После полудня на бомбежку нашей пехоты вылетело тридцать фашистских бомбардировщиков под прикрытием двадцати двух «мессершмиттов». Их опять встретила наша семерка морских летчиков, и семь уничтожили тринадцать вражеских машин.

Истребительный полк в те дни был награжден орденом Красного Знамени. Сафонову, сбившему 16 самолетов, присвоили звание Героя Советского Союза.

Орден Красной Звезды (из серебра). Учрежден в апреле 1930 г. Орденом № 1 награжден маршал В. К. Блюхер. За годы войны произведено свыше 2 миллионов 860 тысяч награждений этим орденом.

Северные олени использовались и разведчиками, как на этом снимке, и санитарами, на них возили и боеприпасы.

А что делают в первые дни войны североморские корабли? У них дел, как говорят, по горло. Они охраняют подходы к Кольскому заливу и к Белому морю. Береговые батареи в этих районах слабые. А по логике вещей нужно ждать вражеские десанты и в Кольском заливе, и в Кандалакшской губе Белого моря. Удары таких десантов навстречу наступающим дивизиям фашистов были бы для нас опасны. Представь себе последствия сильного десанта врага, высадившегося у Кандалакши, — железная дорога перерезана, Кольский полуостров с Мурманском и Полярным отрезан… И вот корабли находятся в готовности пресечь путь вражеских десантов к советским берегам.

Флот участвует также в отражении наступления фашистов на суше. Тысячи моряков-добровольцев ушли в морскую пехоту. Они высажены в тылу противника: в Мотовском заливе, у полуостровов Средний и Рыбачий. Корабли поддерживают их и бойцов 14-й армии артиллерийским огнем. Эсминцы «Урицкий» и «Куйбышев» бьют по побережью, занятому врагом.

Корабли со своей зенитной артиллерией нужны для защиты Мурманска от авиации. Кварталы города спускаются с возвышенностей к самой реке Туломе, к самому порту. Фашисты бомбят город и порт. На помощь мурманским зенитчикам в глубь Кольского залива вошел эскадренный миноносец «Гремящий». Корабль стоит у борта большого судна — плавучей мастерской. Бомбардировщики идут двумя группами: одна на городские кварталы, другая — к стоянкам судов, к причалам, складам порта. Плавучая мастерская и эсминец — заманчивая добыча для фашистских летчиков. Зенитчики «Гремящего» открывают огонь. Вражеские самолеты вынуждены рассыпать строй, но один упрямо движется на цель. Наконец снаряд с «Гремящего» поджигает самолет. А фашист не думает выходить из боя, направляет горящую машину в эсминец. Какое надо иметь самообладание, чтобы в эти секунды точно целить и быстро стрелять! Сейчас единственная возможность спасти корабль и себя — это влепить снаряд в лоб бомбардировщика. Комендоры орудия левого борта точно влепили снаряд и сшибли самолет с курса. Падая в залив, он пронесся над эсминцем и успел-таки сбросить бомбу. Бомба взорвалась в тридцати метрах от корабля. Волна ила и грязи, поднятая взрывом пятисотки, сшибла с ног артиллеристов, разметала по палубе. Проходит минута, и снова бьют орудия «Гремящего».

Этот бомбардировщик — второй на счету зенитчиков эсминца. За войну они собьют 14 самолетов, 23 повредят. Будет у них редкостный случай, который вряд ли когда забудут очевидцы. В один из налетов моряки подожгли «юнкерс». Горящий, он ринулся было в пике на городское здание, но тут же взорвался. А осколки его попали в соседний фашистский самолет, второй бомбардировщик тоже загорелся и врезался в землю.

В то время была нелегкой дозорная служба кораблей. Им приходилось отбивать атаки самолетов, подводных лодок и миноносцев врага.

В начале августа у входа в Кольский залив дежурил советский сторожевой корабль «Туман». Несколько суток он ходил челноком от мыса Цып-Наволок на Рыбачьем до острова Кильдин: вступал в бой с фашистскими самолетами, обнаружил подводную лодку, глубинными бомбами атаковал ее. На рассвете 10 августа моряки заметили на горизонте три эсминца противника. Командир «Тумана» старший лейтенант Лев Шестаков решил принять бой. Силы были неравные — два 45-миллиметровых орудия нашего сторожевика против пятнадцати 130-миллиметровых орудий вражеских эсминцев. Дозорный корабль как часовой на посту — хотя и малы его силы, обязан задержать врага до прихода помощи.

«Туман», вычерчивая зигзаг, пошел самым полным навстречу опасности.

Трудно представить тот беспримерный бой. Под градом вражеских снарядов наши комендоры бесстрашно вели ответный огонь. Снаряд взорвался на корме сторожевика, повредил там орудие, поджег дымовые шашки. Еще один попал в мостик и снес его. Были убитые, многие ранены. Но носовое орудие стреляло и стреляло, пока подносчик снарядов Яков Колывайко не упал, обессилев от потери крови.

«Туман» погибал, в пробоины хлестала вода. Возможности к сопротивлению были исчерпаны.

Эсминцы прекратили стрельбу. И тут наши моряки увидели, что на «Тумане» нет флага. Осколок перебил фал, обгоревшее полотнище со звездой, серпом и молотом лежало на палубе. Раненый рулевой Константин Семенов схватил флаг, забрался на покосившуюся мачту и прикрепил его на прежнее место. Снова вокруг «Тумана» поднялись водяные столбы. Для людей, не служивших на флоте, не любивших свой корабль одержимой любовью, покажется странным, что моряки отнеслись к новым взрывам как к должному и нужному — ведь их корабль продолжал бой! А оружием у них был теперь флаг: пока он вьется над телами убитых товарищей, над изодранной взрывами палубой, в дыму пожара, между вздымающимися к небу огромными фонтанами воды, продолжается сопротивление врагу.

Осколки летели так густо, что фал снова перебило. Семенов уже не мог связать перебитые концы. Вцепившись в мачту, он прижимал конец фала к груди, и флаг был над кораблем.

Когда еще раз флаг должен был упасть — Семенов потерял сознание, — флаг подхватил и закрепил другой Константин, радист Блинов.

Вот какие люди служили на «Тумане»!

Одиннадцать прямых попаданий получил корабль. Накренившись на правый борт, он погружался в воду. Моряки спустили шлюпку. На их глазах «Туман» под своим флагом пошел в последний поход, в глубину Баренцева моря.

Сторожевик сделал свое дело. С острова Кильдин по эсминцам ударила береговая артиллерия. Вражеские корабли закрылись дымом и начали уходить на северо-запад. У норвежского порта Вардё их догнали наши бомбардировщики. При бомбежке один эсминец был поврежден.

Да, дозорный корабль как часовой. Поначалу он один оказывается перед врагом и использует все средства, чтобы уничтожить его или задержать. Боевой собрат «Тумана» сторожевой корабль «Бриз» нес дозорную службу у горла Белого моря на линии мыс Святой Нос — мыс Канин Нос. Обнаружив подводную лодку врага и не имея возможности действовать по-другому, таранил ее…

Прошло несколько месяцев боев в Заполярье. Немцы достигли очень малого. В районе Мурманска они оттеснили наши войска от границы на три десятка километров. Им удалось отрезать полуострова Средний и Рыбачий, но занять их они не смогли. Ни на ухтинском, ни на Кандалакшском направлениях противник не вышел к железной дороге. Осенью 1941 года линия фронта за Полярным кругом стабилизировалась, и не менялась она до нашего наступления в 1944 году.

Посмотри на карте линию, на которой остановился враг. Интересная деталь: южнее Рыбачьего был участок, где государственную границу враг не смог перейти, граница оказалась на ничейной полосе, и там стоял наш пограничный знак. Иногда фашистам удавалось сбить его артиллерийским огнем. Но каждый раз советские солдаты водружали знак на место.

Линия фронта стабилизировалась. Однако это вовсе не значило, что уменьшилось в том районе боевое напряжение. На море оно, наоборот, многократно возросло. Оба флота — и наш и вражеский — все время наращивали силы, и у нас и у гитлеровцев все прибавлялось кораблей и самолетов. Так, в начале 1942 года фашисты перевели в норвежскую базу Альтен-фиорд свой лучший линкор «Тирпиц». В других базах и портах разместились тяжелые крейсеры «Адмирал Шеер», «Адмирал Хиппер», «Лютцов», легкий крейсер «Кельн», 13 эсминцев и миноносцев, 32 минных заградителя и тральщика, 31 подводная лодка, 12 торпедных катеров, много других катеров и сторожевых кораблей. Возросло число самолетов.

Увеличивался и наш флот. До того как враг разбомбил шлюзы на Беломорско-Балтийском канале, из Балтийского моря прошли на север 8 подводных лодок, 6 торпедных и 4 сторожевых катера. 8 лодок-«малюток» дала флоту промышленность (их доставили к морю по железной дороге). Больше сотни гражданских судов были переоборудованы в сторожевики, тральщики, минные заградители. В Англии мы приобрели несколько тральщиков. С Тихого океана, ты уже знаешь об этом, пришли лидер «Баку», эсминцы «Разъяренный» и «Разумный». Кружным путем — через Тихий и Атлантический океаны — в 1943 году прибудут в Полярный пять подводных лодок Тихоокеанского флота. В то же время прибудут из США 7 тральщиков и 9 больших охотников за подводными лодками. В 1944 году две лодки типа «С» даст североморцам промышленность. Увеличится количество торпедных катеров — часть была построена нами, часть переведена с Балтики, часть мы получили от американцев. В 1944 году в счет предстоящего раздела между союзниками флота капитулировавшей Италии придут в Мурманск из Англии три подводные лодки, 8 миноносцев, крейсер и линкор.

Флот силен не одними кораблями. Нужны для полной силы самолеты. Число советских самолетов на Севере постоянно увеличивалось, а гитлеровских уменьшалось. В конце 1944 года Северный флот почти в три раза превосходил противника по числу самолетов. Но это в 1944 году, а мы с тобой пока еще в 1941-м. И нашим морякам очень и очень трудно. К трудностям военным прибавляются трудности погоды.

7,62-мм револьвер. Создан бельгийцем П. Наганом в 1895 г.

7,62-мм пистолет ТТ. Создан Ф. Токаревым в 1930 г.