Пока Артас Менетил и Плеть маршем шли на север, к Кель’Таласу, другая нежить пировала в Лордероне. Некоторые мертвецы добрались до границ Чумных земель на востоке. Другие же потянулись на юг, в область под названием Серебряный бор.

Они захватили ее, почти не встретив сопротивления, пока не наткнулись на Стену Седогрива. Огромная преграда из дерева и камня пересекала начало полуострова, бывшего домом для людей из королевства Гилнеас.

Король Генн Седогрив не посылал солдат на борьбу с Плетью. Падение Лордерона стало, с его точки зрения, лишь подтверждением того, что он сделал правильный выбор, отгородив свое государство от всего остального мира. Благодаря Стене Седогрива народ в Гилнеасе чувствовал себя в безопасности.

Поначалу мертвецов из Плети было совсем немного, и Седогрив решил, что его люди просто переждут эту напасть, а нежить уйдет, поняв, что Стену ей не преодолеть. Но Плеть никогда не сдавалась, не нуждалась в отдыхе или еде. Все больше и больше мертвецов появлялось рядом с Гилнеасом, и их армия атаковала укрепления день и ночь.

По приказу Седогрива собралась огромная армия. Двери в королевство распахнулись, и волна солдат Гилнеаса захлестнула Серебряный бор.

Король стоял на вершине стены и наблюдал за тем, как рушатся все его планы. Плеть разбила людей наголову. Солдаты, павшие в битве, тут же воскресали и обращались против бывших соратников. Седогрив понял, что нежить вскоре одолеет его войска, и поражение — лишь вопрос времени. Он обратился к верховному магу Аругалу за решением.

Тот же, казалось, нашел выход. Он узнал о мифических созданиях, воргенах. Видом они походили на волков, но ходили на двух ногах, как люди. Аругал не знал об истинном происхождении воргенов, но ему было известно, где их можно найти. Он чувствовал, как эти звери скитаются в другом измерении — эфирной реальности Изумрудного Сна. Призвать их было бы непросто — но не это беспокоило мага. По легендам воргены были дикой расой, движимой первобытной яростью. Удержать их под контролем — вот главная задача. Вопрос заключался не в том, сможет ли Аругал привести воргенов в Гилнеас, а стоит ли это делать.

Он предупредил Седогрива о непокорном нраве этих созданий, но у короля не осталось выбора. Волкоподобные твари казались ему единственной надеждой.

За Стеной бушевала битва, и Аругал призвал подмогу. Он открыл разрыв, соединяющий физический мир с Изумрудным Сном, направив воргенов в Серебряный бор. Звери времени не теряли и сразу обрушили свою ярость на Плеть. Они пронеслись по рядам нежити бурей клыков и когтей, оказавшись даже сильнее, чем думал маг.

Вскоре ряды Плети пошатнулись. Нежить дрогнула и  побежала прочь от врага, скрывшись в лесу. А потом волкоподобные твари принялись за солдат Гилнеаса, желая удовлетворить свою жажду крови.

Этого и боялся Аругал. Воргены не отличали друзей от врагов. Они просто хотели убивать.

Оставшиеся отряды Седогрива отступили за Стену, ворота захлопнулись. Король с облегчением перевел дух. Казалось, все хорошо. Плеть ушла, а воргены оказались заперты за стеной.

Но вскоре до него дошли вести: эти звери как-то проникли в Гилнеас.

Ни король, ни Аругал не знали, что воргены несли с собой проклятие. И оно распространилось на солдат, укушенных кровожадными тварями — солдат, что уже отступили за Стену. Со временем болезнь превращала зараженных в волкоподобных монстров, и уже они преследовали жертв по всему Гилнеасу, обращая еще больше его жителей.

Пытаясь спасти свое королевство, Седогрив лишь поменял одного чудовищного врага на другого.