Музыка и безумный хохот сделались еще громче. – Ив… – Шепот, в котором слышались нотки отчаяния, долетел от кого-то, стоявшего в стороне от эпицентра веселья и догадавшегося, кто скрывается под их изобретательной маскировкой.

Если бы они не соблюдали осторожность, то в лучах многочисленных канделябров – казалось, в этом шумном бальном зале их были тысячи – их могло бы увидеть слишком много любопытных глаз и кто-то мог узнать ее. Они уже почти дошли до конца коридора, когда Ив заметила нишу, отделенную портьерами.

– Верити? Господи, что ты здесь делаешь? – сердито шепнула она, надеясь, что юнец, который беспечно заманил пятнадцатилетнюю девочку в этот безумный бедлам, еще не успел выяснить, что она явилась сюда, по молодости не понимая, для чего ее предназначали.

– Ищу, как бы отсюда уйти, – пролепетала Верити. Она выглядела очень бледной и глубоко потрясенной тем, что уже успела здесь увидеть.

Возможно, эта эскапада оказалась чересчур смелой даже для ее бойкого нрава и смогла заставить ее еще раз хорошенько подумать, стоит ли спешить, когда ты еще не готова войти в так называемое «приличное общество». Однако это позволило Верити увидеть его темную сторону. Лишь бы им удалось вытащить ее отсюда невредимой и спасти ее репутацию, несмотря на все старания Руфуса Лоберна.

– Значит, сегодня тебя посетила по крайней мере одна разумная мысль, – строго прошептала Ив, не собираясь спускать Верити то, что по ее вине пришлось пережить ей и мистеру Картеру.

– Оставьте ее. Будете сердиться потом, когда мы благополучно уберемся отсюда, – мягко посоветовал Картер. – И будем надеяться, что нам не придется возвращаться тем же путем. Те два пьяных идиота, возможно, уже пришли в себя и рыщут повсюду, чтобы поквитаться с нами, – прошептал он на ухо Ив.

Они двинулись назад.

– Да, я так и думал. Здесь должна быть еще одна задняя лестница, ведущая в подвал, который наверняка есть под этим домом, – прошептал он, когда его осторожные пальцы нащупали и открыли потайную дверь, которую Ив даже не пыталась искать.

Определенно, ему удалось гораздо лучше, чем ей, сохранить здравомыслие после того потрясающего поцелуя. За какое-то безумное мгновение этот поцелуй изменил для нее весь мир, а для него, возможно, стал лишь еще одним приятным моментом в длинном списке других. Говорят же, что солдаты заводят себе подружек в каждом городе, через который пролегает их путь. Контраст между удалым мистером Картером из 95-го пехотного полка и скромным клерком, которого она встретила той ночью в Дернли-Хаус, заставил Ив задуматься о существовании и других версий этого непростого человека.

Хорошо еще, что узкая лестница, которую он нашел, оказалась освещена случайно забытой кем-то свечой. Пустота и полумрак, царившие за узкой дверью, создавали у Ив ощущение, что стены давят на нее. Но она вспомнила, что горничные вынуждены терпеть это изо дня в день, чтобы их хозяева могли наслаждаться ощущением приватности и пользоваться их услугами, почти не замечая их. Если бы они с Верити родились в бедности, то ежечасно испытывали бы на себе опасности, подстерегавшие молодых женщин, служивших в таких домах, как этот. К счастью, они спускались по этим голым деревянным ступенькам под защитой мистера Картера.

– О, Ив, слава богу, что ты пришла. – Верити бросилась к ней, как только они добрались до последней из узких ступенек, закончившихся маленькой полутемной площадкой, откуда в разные стороны тянулись четыре мрачных коридора.

Увидев, что она вот-вот расплачется, Картер отвесил ей церемонный поклон, как будто имел дело с гораздо более взрослой дамой, и вежливо произнес:

– Добрый вечер, мисс Реверю.

– Вы тот самый мистер Картер, верно? Я помню, я видела вас в парке.

– Наверно, я тот самый. Но, видите ли, нам действительно очень нужно выбраться отсюда до полуночи, когда все должны будут снять маски. Если по дороге мы встретим кого-нибудь из слуг, нам придется изображать шумное, подгулявшее трио. Так что на эту ночь вам с кузиной придется стать моими милыми пташками. Как вы думаете, вам удастся сыграть эту роль? Ведь вам не хочется снова оказаться в бальном зале и снять маску?

– Нет, – ответила Верити и так отчаянно замотала головой, что Ив снова задалась вопросом, что именно ей пришлось увидеть этой ночью.

– Вот и хорошо. Вам надо еще немного потерпеть и сыграть свою роль, а потом мы выведем вас отсюда, и вы снова окажетесь в Фарензе-Хаус, как будто всю ночь спокойно спали, – закончил он с улыбкой, вызвавшей у Ив приступ жгучей ревности.

Она снова удивилась себе, когда, обняв их обеих за плечи, он прижал ее и, ощутив его согревающее тепло, все ее тело наполнилось острым возбуждением. Ни один другой мужчина не вызывал у нее подобных ощущений. Не приведи господь, чтобы Верити ощутила даже намек на тот обжигающий восторг, который жидким огнем хлынул в ее вены. Эта мысль резко отрезвила Ив, когда мистер Картер посмотрел на нее, приподняв одну бровь.

– Мой шрам виден из-под маски? – вполне буднично спросил он, и Ив, с сожалением вздохнув, широко раскрыла глаза от такого неожиданного проявления самолюбия. – Я не хотел бы, чтобы мы чем-то выделялись, кроме того, что невозможно скрыть, – прошептал он, как будто прочитал ее мысли и удивился, что она считает его таким пустым и тщеславным.

– Отпустите меня, – потребовала она и, протянув руку, взъерошила его непослушные волосы, а потом стала укладывать их так, чтобы они скрыли метку, оставленную ему битвой при Ватерлоо. Рука Ив задрожала, когда она осознала, как близок он был к смерти, и ее глаза увлажнились от мысли, что она могла вообще никогда его не встретить. Напомнив себе, что она не может позволить себе влюбиться в этого ничтожного человека, Ив отступила назад, чтобы критически оценить результат своей работы. Теперь его волосы выглядели именно так, как ей хотелось в первую ночь их знакомства.

– Так лучше, – еле слышным шепотом сказала Верити, подтверждая, что к ней начала возвращаться привычная бодрость.

– И не вздумайте по рассеянности убрать их назад, иначе испортите все мои труды, – ворчливо добавила Ив. Когда она успела заметить, что, задумавшись, мистер Картер всегда так делает? Они встречались всего пару раз, но она уже подметила его привычки, как будто наблюдала за ним всю жизнь. Нет, в самом деле, эти глупости пора прекратить. – И будет еще лучше, если вы сильнее обопретесь на меня и постараетесь не хромать, – быстро проговорила она.

– Да, понимаю, – печально отозвался он. – А теперь, дамы, вам надо ослабить шнуровки, немного растрепать волосы, чтобы ваша внешность производила впечатление куда большего беспорядка, чем сейчас. Думаю, с помощью такого маскарада мы сможем выйти отсюда и благополучно доберемся до вашего дома еще до того, как часы пробьют полночь.

Трудно поверить, чтобы два часа были так наполнены событиями, но именно столько времени прошло с тех пор, как она вышла из дома, подумала Ив. Теперь Верити, казалось, даже радовалась веселому приключению. Она расстегнула свой бархатный жакет и развязала завязки на блузке, чтобы раскрывшийся ворот подтверждал, что она не какая-нибудь наивная девица, надевшая бриджи по недоразумению. Если этот маскарад мог вернуть кузине ее отважный характер, то Ив оставалось только радоваться, хотя ей совсем не хотелось, чтобы Верити вздумала когда-нибудь повторить нечто подобное. Теперь ей просто нужно придумать, как успокоить ее, когда они вернутся домой, чтобы она не перебудила домашних из-за своего неуемного возбуждения. Ив тоже сделала то, что велел Картер, и почувствовала, как холодный воздух коснулся ее груди. А когда его взгляд вслед за раскрывшимся воротом платья скользнул вниз, это пробудило куда более взрослые ощущения. Его глаза жадно впились в последнюю ленту, стягивавшую нижнюю сорочку Ив на груди, как будто ему страшно хотелось развязать ее и увидеть больше, чем он уже видел.

– Этого достаточно, – строго сказала она, хотя отчаянно хотела того же, а это во всех отношениях никуда не годилось.

– Такой соблазнительный вид, несомненно, отвлечет любого здорового мужчину, который встретится на нашем пути, – ответил мистер Картер, как будто только это имело значение. И он был прав, разве нет?

К счастью, большая часть слуг по-прежнему занимались обслуживанием гостей наверху, а кухонная прислуга была слишком занята, чтобы видеть что-то, кроме дыма и горы грязных тарелок, горшков и сковородок. Остался только шеф-повар, сидевший на кухне за небольшим столиком и старавшийся не заснуть над одним из своих последних творений, да повариха, делавшая печенье, которая с изумлением смотрела на знатных гостей, тайком покидавших этот безумный праздник через ее владения. Две так называемые дамы несколько раз сомнительно хихикнули, а обнимавший их довольный джентльмен похотливо ухмылялся.

– Счастливчик, – завистливо вздохнув, сказал шеф и бросил усталый взгляд на возмущенную повариху, как будто хотел сказать, что некоторым сегодня крупно повезло, только он не из их числа.

– Греховодники, вот они кто. Ты только посмотри на ту бесстыжую девку. Выставила напоказ ноги и все остальное, как шлюха на Хаймаркете, – с отвращением ответила повариха. – Да и двое других не лучше, а еще называют себя знатью. Мерзость, я скажу, вот они кто.

Верити хихикнула от удовольствия, и Ив сердито ткнула Картера в бок, давая понять, что он должен сильнее опереться на ее плечи, чтобы казаться пьяным, а не хромым.

– Да, однако, он набрался сильнее, чем я думала, – прошипела она Верити театральным шепотом, надеясь, что его неровные шаги припишут действию вина, а не ранению.

– Тогда давай поспешим, прежде чем он найдет еще одну бутылку и присосется к ней на всю ночь, – ответила ее находчивая младшая сестра возбужденным тоном леди, готовой не самым достойным образом обойтись с теми, кто посмеет ее остановить.

Ив притворно засмеялась и даже позволила себе заманчиво качнуть бедрами, чтобы шеф запомнил ее, а не Картера на случай, если, вырвавшись на свободу, братья Лоберн будут жаждать его крови и кто-нибудь из них попросит повара описать злополучное трио.

Благополучно миновав просторную кухню, они через открытую дверь вышли в прохладную темноту ночи и оказались на улице, тянувшейся вдоль задней стороны высоких террасных домов.

– Тише, – приказал Картер, когда Верити собралась выразить свою радость по поводу их благополучного бегства, – вы еще не дома. Теперь снимите вашу маску, застегнитесь и ведите себя как подобает хорошей девочке.

Ив почувствовала, как Верити недовольно поджала губы, будучи названной хорошей девочкой после такого взрослого приключения. Но если кто и заслужил, чтобы с ней обращались как с непослушной школьницей, так это она.

– Или нам стоит называть тебя полнейшей идиоткой за то, что ты натворила сегодня ночью? – свирепо прошептала она Верити на ухо.

– Прости меня, Ив, ты права, – пробормотала несносная спорщица.

– У вас еще будет время поговорить обо всем, – нетерпеливо бросил им Картер.

Ив почувствовала, как его пальцы попытались нащупать завязки ее маски, поскольку она не торопилась сделать это сама. Это надо прекратить, повторила она себе, чувствуя, как замерло сердце от прикосновения его руки к ее растрепанным кудрям. Его пальцы скользнули по затылку Ив, и вниз по ее шее побежала дурацкая непрошеная дрожь. Все ее существо наполнилось томительной тоской, которой она никогда не испытывала, пока не встретила его. Когда мистер Картер наконец нащупал завязки и, развязав их, снял глупую маску, у Ив вырвался вздох, который она предпочла считать вздохом облегчения. Он сунул маску в карман, прежде чем она успела схватить ее, чтобы оставить себе на память.

– Так лучше. Теперь мы должны походить на респектабельную пару средней руки с весьма недовольным юным джентльменом. Если вы наденете эту шапочку, мисс Верити, и не будете повышать голос громче шепота, мы благополучно уйдем отсюда, – тихо сказал он, спрятав растрепанный пучок ее золотых волос под старой бархатной жокейской кепкой, которую ей хватило ума прихватить с собой, отправляясь в свое сомнительное путешествие.

Картер подал Ив руку, как будто они шли на прогулку в парк, и ей не осталось ничего другого, как взять его под руку, что подобало послушной жене, которую она теперь изображала. Она утратила контроль над ситуацией, еще когда они вошли в Уорлингтон-Хаус, и, раз уж он благополучно вывел их оттуда, она могла еще немного побыть под командованием офицера Картера. Они обогнули площадь, стараясь держаться в самых темных местах, и вскоре снова вышли в большой мир. На мгновение Ив представила, каково им было бы красться в темноте без него. Сердце сжалось от страха. К счастью, он шел рядом, и она могла оставить воображаемые страхи на потом.

Ив радовало, что она могла держаться в тени Картера, когда они проходили мимо больших городских домов, где в эту ночь давали приемы. Странно, почему сейчас, с большим интересом изучая ночной город, она чувствовала себя спокойней, чем на каком-нибудь очередном рауте великосветского ничегонеделания? Потому что рядом с ней Картер, ответила она сама себе. Тепло его мускулистой руки, близость его сильного тела дарили ощущение безопасности. Ей так не хотелось его отпускать…

– Вы сможете пробраться в дом незаметно? – еле слышно спросил Картер, когда они наконец дошли до выглядевшего мирно спящим Фарензе-Хаус.

– Да, – шепнула Ив. – Доброй ночи и спасибо вам, мистер Картер.

– Разве у него нет имени? – слишком громко возмутилась Верити.

– Тихо, Верити, не шуми. Помни о том, что ты натворила сегодня, прежде чем что-нибудь говорить о тех, кого ты заставила притворяться и рисковать собой ради твоего спасения.

– Я хотела сказать, мы в большом долгу перед вами, сэр, – ответила Верити с почти взрослым достоинством.

– Кстати, я прошу вас больше не упоминать об этом. И если нам доведется встретиться еще раз, будет лучше, если мы сделаем вид, что вообще незнакомы, мисс Реверю. А теперь я должен пожелать вам доброй ночи и попытаться незаметно вернуться в Дернли-Хаус.

Слегка коснувшись руки Ив, как будто желал доброй ночи шапочной знакомой, мистер Картер растворился в темноте, словно его и не было. Но хотя он скрылся из вида, Ив знала, что он остановился и ждет, пока они не войдут в дом, чтобы убедиться, что они в безопасности. Просто он такой человек, подумала она про себя, когда они с Верити быстро взбежали вверх по ступенькам. Потом Ив зажгла свечу и подержала ее перед окном, давая ему понять, что они дома и с ними все в порядке.

– Отправляйся в постель, Верити, поговорим завтра утром. Твое счастье, что я не стала вызывать папу и Хлою с обеда у Лорейнов. Я сделала это только потому, что не хотела, чтобы твоя глупость расстроила Хлою и навредила ребенку.

– Мне казалось, ты не собиралась трезвонить об этом до завтра, – недовольно фыркнула Верити.

– Тогда поторопись лечь в постель, пока я не передумала, но прежде будь любезна спрятать свой злополучный маскарадный костюм, – велела Ив, устало опустившись на перину и думая, хватит ли ей самой сил, чтобы раздеться, не говоря уже о том, чтобы привести в порядок волосы и спрятать платье, которое ей предстояло в приличном виде вернуть в комнату старшей горничной.

– А он очень красивый, – бросив на нее осторожный взгляд, сказала Верити, когда сняла шапочку, и копна ее золотых волос рассыпалась по плечам. У нее даже хватило наглости сесть и начать расчесывать их расческой Ив, как будто эта ночь ничем не отличалась от любой другой. – Дай мне ночную рубашку, и я уйду, – ответила она на безмолвное требование Ив оставить ее в покое.

– Почему я должна это делать? – ворчливо сказала Ив. Ей казалось несправедливым, что Верити закончит эту ночь с видом невинного ангела, в то время как ее мир перевернулся вверх ногами и она, похоже, уже не сможет вернуть его назад.

– Потому что я не хочу, чтобы меня поймали крадущейся по коридору среди ночи в этих очень удобных бриджах и мужской рубашке. Я не уйду и не оставлю тебя мечтать о мистере Картере, пока ты не дашь мне переодеться во что-нибудь более подходящее.

– Тебе надо было подумать об этом до того, как ты стащила их с чердака, и не забудь, что стыдно должно быть не мне, а тебе, Верити Ре-верю.

– Верно, но это не я втянула самого загадочного человека из всех, кого я знаю, в ситуацию, чреватую скандалом!

– Но я, по крайней мере, рисковала своей репутацией не ради какого-то идиота.

– Руфус ужасный дурак, правда? – сказала Верити с тяжелым вздохом, признавая, что потрясена и разочарована.

– Да, в нем нет ничего, кроме приятной наружности, Верити. В остальном он не лучше своих братьев.

– Он даже не потрудился дождаться меня. Мне стоило такого труда проникнуть в этот ужасный дом незамеченной, а он в это время танцевал с какой-то женщиной, которая годилась ему в матери. Потом он ее поцеловал, и они исчезли на целую вечность, – с трагическим видом объяснила Верити, потом взяла себя в руки и снова принялась шарить по комодам Ив, пока не нашла достаточно теплую ночную рубашку, чтобы пройти по продуваемому сквозняками коридору и не замерзнуть. – Сегодня я поняла, что Руфус непостоянен, как ветер, – печально добавила она. – И не так уж красив. Не представляю, что я вообще в нем нашла.

– Ладно, теперь ты знаешь, что красивые мужчины часто бывают глуповатыми и избалованными. Думаю, это оттого, что им не надо особенно стараться.

– А твой мистер Картер совсем не дурак.

– Он не мой мистер Картер. Ты только представь, какой бы поднялся шум, если это было так, – попыталась пошутить Ив.

– Я думаю, сплетники немного пошушукались бы, поскольку у него явно нет больших денег, но потом нашли бы другую тему для разговоров, если бы твой отец согласился, и они увидели, как скучно обсуждать ваше счастье, – сказала Верити, сняв бриджи и быстро надев через голову ночную рубашку Ив.

– Ты правда так думаешь? – удивилась Ив. От одной мысли о том, чтобы стать женой мистера Картера, у нее екнуло сердце. Она вспомнила, как хорошо, когда тебя целует мужчина, который знает, что делает. Хотя, конечно, все это так же невозможно, как в ту ночь, когда они впервые встретились. – Папа никогда бы не согласился.

– Может, сегодня я поступила неразумно, но история моих родителей подсказывает мне, что глупо отказываться от настоящей любви, когда она приходит.

– Да? Теперь иди, Верити. После того, что ты сегодня натворила, ты меньше, чем кто-либо другой, можешь поучать меня по поводу любви. Поблагодари своего ангела-хранителя, что мы нашли тебя раньше, чем все узнали, куда ты отправилась, да еще и в бриджах.

– Ты пошла прямо к мистеру Картеру, как только узнала, что меня нет, верно? – спросила Верити и оставила Ив сидеть перед закрытой дверью и задавать себе вопрос, действительно ли ей нужно это добродетельное одиночество.

Конечно да – ответила она на свои сомнения. Она еще не встретила того самого мужчину, но рано или поздно он появится и придаст смысл ее жизни. Все, что ей нужно, – это ждать и не позволять сбить себя с пути истинного неоднозначным и неподходящим героям вроде мистера Картера, и тогда ее жизнь максимально приблизится к идеалу, насколько это возможно в этом несовершенном мире.