Я укладывала волосы, чтобы выйти к чаю, когда в дверь спальни вдруг поскреблись.

– Войдите, – разрешил Джон, надевая ботинки. Дверь тихонько скрипнула. За ней стоял тот странный юноша из Корнуолла, который прислуживал Уильяму. Он неразборчиво сказал что-то Джону – словно и не на английском вовсе – и протянул ему письмо. Тот кивком велел ему идти.

– Ты понял, что он сказал? – полюбопытствовала я, пока Джон вскрывал послание.

– Кто? А, Коленсо… Нет, ни слова, – рассеянно отозвался он и вдруг беззвучно присвистнул, пробегая глазами письмо.

– Что там? – спросила я.

– Записка от полковника Грейвса, – ответил он, аккуратно складывая листок. Интересно, что у них случилось?..

В дверь снова постучали, и Джон нахмурился.

– Не сейчас. Позже.

– Я бы с радостью, – вежливо отозвался голос с шотландским акцентом. – Однако, боюсь, дело безотлагательное.

В комнату вошел Джейми, тщательно притворив за собой дверь. Увидев меня, он замер на мгновение, но тут же сгреб в объятия, укрывая со всех сторон своим телом.

Не знаю, куда вдруг подевалась вся моя кровь. Из головы она отхлынула, потому что перед глазами замерцали звезды – но и в ногах, внезапно подогнувшихся, ее тоже не было.

Джейми целовал меня, обдавая запахом пива и царапая лицо щетиной. Он перебирал мои волосы, а я, прижимаясь к его груди, чувствовала, как набухают соски.

– Ах, вот она где, – пробормотала я.

– Что? – спросил он, на секунду прервавшись.

– Моя кровь. – Я провела пальцами по распухшим губам. – Хочу еще.

– И я тоже, – заверил он. – Но тут слишком много английских солдат, так что, боюсь…

Снизу донеслись глухие удары, и реальность вернулась, щелкнув меня, подобно натянутой эластичной ленте. Вытаращив на Джейми глаза, я одной рукой нащупала позади стул и села. Сердце барабаном стучало в груди.

– Какого черта ты жив?!

Джейми дернул плечом, скривив в усмешке губы. Он сильно похудел, загорел и весь был покрыт грязью, от изношенной одежды несло потом и застарелой рвотой. Кажется, он только что сошел с корабля.

– Если задержитесь еще на несколько минут, мистер Фрэзер, то вновь пополните ряды мертвецов.

Грей, выглядывавший до того в окно, повернулся к нам. Лицо у него было бледным, но сияло ярче восковой свечи.

– Да? Они быстрее, чем я думал. – Сокрушенно покачал головой Джейми и тоже подошел к окну. Но тут же, забыв о погоне, улыбнулся. – Рад видеть вас, Джон! Если бы не обстоятельства…

Ответная улыбка озарила лицо Грея. Он мимоходом потрогал Джейми за плечо, словно желая убедиться в его материальности.

– Взаимно, – ответил он и потянул Джейми к двери. – Однако пора идти. Туда, к лестнице для слуг. На чердаке есть люк, можно через него выбраться на крышу…

Джейми ласково посмотрел на меня.

– Я вернусь. Как только смогу!

Он протянул было ко мне руку, но тут же, страдальчески сморщившись, отвернулся и заспешил вслед за Джоном. Их шаги заглушил грохот с первого этажа. Кто-то колотил в дверь и громогласно требовал ее открыть. Однако миссис Фиг, благослови Господь ее храброе сердечко, не спешила.

Я бы еще долго простояла на месте соляным столпом, но, заслышав гневную отповедь кухарки, наконец встряхнулась.

События последних пяти минут совершенно сбили меня с толку, но в голове, как ни странно, было ясно. В ней просто не осталось места для радости, облегчения или даже тревоги. Единственное, на что я была способна, – это действовать, учитывая опасность ситуации. Так что я схватила чепец, нахлобучила его на макушку и, запихивая на ходу под него волосы, заспешила вниз. Надо вместе с миссис Фиг задержать солдат.

Возможно, мой план и сработал бы, не столкнись я на лестнице с Уильямом – причем в самом прямом смысле: он едва не сбил меня с ног.

– Матушка Клэр! Где отец? Там…

Он подхватил меня, когда я пошатнулась, но тут же отвлекся на шум из коридора. Повернул голову на звук – и разжал руки.

Метрах в трех от нас стоял Джейми. Рядом с ним Грей – белее простыни, как и его сын, выпучивший глаза и похожий не на девятого графа Элсмира… а на внезапного гостя. Уильям повзрослел, заматерел, утратил детскую мягкость черт, и теперь с обоих концов коридора друг на друга смотрели одинаковые голубые глаза Фрэзеров на скуластых лицах Маккензи. Уильям брился не первый год и потому привык видеть себя в зеркале.

Он разинул рот в беззвучном крике. Уставился на меня, потом перевел дикий взгляд на Джейми, снова на меня – и наконец понял все по моему лицу.

– Кто вы? – хрипло спросил он у Джейми.

Тот, забыв о шуме внизу, медленно выпрямился.

– Джеймс Фрэзер, – сказал он, пристально глядя на Уильяма – просто пожирая его глазами, словно видит в последний раз. – Но ты можешь знать меня как Алекса Маккензи. Так меня называли в Хелуотере.

Уильям заморгал и вдруг повернулся к Грею.

– А тогда… кто тогда я, черт возьми?! – спросил он, срываясь на крик.

Джон открыл было рот, но Джейми его перебил:

– Ты чертов папист. И при крещении тебе дали имя Джеймс. – В глазах у него мелькнула тень сожаления. – Это единственное имя, которое я мог тебе дать, – тихо произнес он, глядя на сына. – Прости.

Уильям зашарил левой рукой по бедру, нащупывая саблю. Не обнаружив ее, схватился вдруг за ворот. Руки тряслись, пуговицы не поддавались, так что он просто рванул ткань, распахивая рубаху, нащупал что-то на груди, стянул шнурок через голову и не глядя швырнул Джейми.

Тот невольно вскинул руку, поймал – и на пальцах у него закачались бусины деревянных четок.

– Будьте вы прокляты, сэр, – звенящим голосом сказал Уилли. – Валите к черту! – Он хотел было уйти, но развернулся на каблуках к лорду Джону. – А вы? Вы ведь знали, да? Катитесь туда же!

– Уильям…

Грей беспомощно потянулся к нему, но сказать ничего не успел – под гомон голосов на лестнице загремели тяжелые шаги.

– Саксоночка, задержи его! – сквозь шум донесся до меня голос Джейми.

Повинуясь рефлексу, я схватила Уильяма за руки. Он уставился на меня, в полном замешательстве разинув рот.

– Что за… – Конец фразы утонул в грохоте шагов и радостных солдатских воплях.

– Вот он! Держи!

Коридор вдруг заполнили люди, оттесняя нас к лестнице. Я стояла на месте, изо всех сил сопротивляясь толчкам и стараясь не выпускать Уилли, который запоздало пытался выскользнуть из моих пальцев.

Гомон вдруг утих, и люди расступились. В толчее чепчик съехал мне на глаза, и я рискнула выпустить одну руку Уильяма, чтобы сорвать чертов головной убор и швырнуть его на пол. Отчего-то казалось, что респектабельной дамой мне уже не бывать.

Откинув взлохмаченные волосы, я вновь вцепилась в Уильяма, хотя держать его уже не требовалось – он словно обратился в камень. Красномундирники топтались на месте, явно готовые скопом ринуться вперед, но что-то их удерживало. Повернув голову, я увидела, что Джейми держит Джона Грея за горло, прижимая пистолет к его виску.

– Еще один шаг, – произнес он спокойно, но достаточно громко, чтобы его расслышали, – и я пущу ему пулю в голову. Думаете, мне есть что терять?

Вообще-то есть, потому что здесь мы с его сыном, но солдаты этого не знали, а Уильям скорее вырвет себе язык, нежели признается. Судя по лицу, он даже не будет против, если Джейми пристрелит Грея и сам погибнет в перестрелке. Его руки под моими пальцами были тверже гранита – похоже, он и сам, если бы мог, прикончил бы обоих.

Солдаты забормотали, затоптались, но никто не двинулся с места.

Джейми бросил на меня ничего не выражающий взгляд и, пятясь, поволок за собой Грея к черному входу. Когда они исчезли, капрал рядом со мной очнулся и замахал руками, отправляя людей в погоню.

– За ними! Живо!

– Стоять! – ожил вдруг Уилли. Высвободившись наконец из моей хватки, он повернулся к капралу. – На заднем дворе люди есть?

Тот, заметив офицерскую униформу, приосанился и отдал честь.

– Нет, сэр! Я не знал, что…

– Идиот, – коротко бросил ему Уилли.

– Да, сэр. Но мы еще схватим их, если поторопимся…

От нетерпения он переминался с ноги на ногу.

Уильям стискивал кулаки и зубы тоже. На лице у него отражались вихрем сменяющие друг друга мысли.

Он не думал, что Джейми застрелит лорда Джона, но до конца уверен не был. Если отправить за ними солдат – есть некоторая вероятность, что в перестрелке погибнут оба. Даже если никто не пострадает и Джейми схватят – каковы шансы, что тот не сболтнет на допросе лишнего? Слишком опасно…

Я наблюдала за Уилли со странным чувством дежавю. Наконец он приказал капралу:

– Возвращайтесь к командиру. Сообщите, что полковник Грей схвачен… эээ… мятежниками. Передайте, пусть поднимут все посты. Любые новости сразу же сообщать мне.

Солдаты зароптали было, однако тут же утихли под гневным взглядом Уильяма. Капрал раздосадованно закусил губу, но все-таки отдал честь.

– Да, сэр.

Он щелкнул каблуками, развернулся, и солдаты послушно зашагали вниз.

Уилли смотрел, как они уходят. Потом, словно только сейчас заметил, поднял с пола мой чепчик и, теребя его в руках, уставился на меня.

Кажется, нас ждет долгий разговор.

Впрочем, мне было плевать. Я, конечно, знала, что Джейми ни за что в жизни не тронет Джона, но им обоим грозила нешуточная опасность. Я в буквальном смысле чуяла ее – воздух в коридоре смердел порохом и солдатским потом, половицы под ногами все еще содрогались от гневного хлопка дверью.

Однако все это не важно.

Джейми жив!

Значит, и я тоже.

* * *

Грей был в одной рубашке, которая, промокнув под дождем, липла к телу.

Джейми подошел к стене сарая и выглянул сквозь щели в досках. Он вскинул руку, призывая к тишине, и стучащий от холода зубами Джон послушно притих. Снаружи зазвучали чьи-то голоса, раздался конский топот. То были не солдаты – они бы лязгали шпорами и оружием. Наконец голоса умолкли, и Джейми отошел от стены. Только сейчас заметив, что с Грея течет вода, он нахмурился, скинул плащ и набросил ему на плечи.

Плащ тоже был мокрым, зато из теплой шерсти, к тому же согретый мужским телом. Кутаясь в него, Грей закрыл на миг глаза.

– Могу ли я узнать, чем вы все-таки занимались? – спросил он наконец.

– Когда? – усмехнулся Джейми. – В последние дни или вообще с момента нашей предыдущей встречи?

– В последние дни.

– О-о.

Джейми сел на бочонок и прислонился к стене.

Грей невольно отметил про себя, что у Фрэзера усилился акцент – должно быть, он много общался с шотландцами. Еще он заметил, как тот кривит губы и не спускает с него голубых глаз.

– Вы точно хотите знать? Может, лучше не стоит?

– Искренне благодарю за заботу, мистер Фрэзер, – вежливо отозвался Грей. – Однако я сам как-нибудь разберусь. Надеюсь, вы простите мое любопытство.

Фрэзер, казалось, потешался над ним – губы кривились в улыбке. Однако он все-таки кивнул и вытащил из-под рубахи сверток в промасленной бумаге.

– Я попался, когда взял это у приемного сына. Человек, который меня заметил, проследил за мной до убежища, а потом привел подмогу. По крайней мере, так мне показалось. Я увидел солдат на улице, решил, что они за мной, и… ушел.

– Вы что, не слышали выражение «на воре и шапка горит»?! Откуда вам знать, что солдаты искали именно вас? Может, напротив, вы привлекли внимание своим внезапным побегом?

Улыбка Джейми на сей раз была горькой.

– Считайте, что так мне подсказал охотничий инстинкт.

– Допустим. Тогда я удивлен, что вы позволили загнать себя в угол.

– Все лисы когда-нибудь стареют, – иронично ответил тот.

– Зачем, черт возьми, вы заявились ко мне в дом? – раздраженно спросил Грей. – Почему не сбежали куда-нибудь за город?

Фрэзер заметно удивился.

– Из-за моей жены, – коротко ответил он, и Грей вдруг понял, что дело не в случайности или потере нюха. Фрэзер даже с солдатами на хвосте пришел за ней. За Клэр.

Черт возьми! Клэр!

Грей похолодел.

Впрочем, объясняться пока времени не было. Джейми встал и, вытащив из-за пояса пистолет, жестом велел следовать за ним.

Они спустились по проулку, прошли через двор таверны, кое-как протиснувшись мимо открытого пивного котла, мокрого от дождя и воняющего хмелем, и оказались на широкой улице. Все это время Джейми крепко держал Грея за руку, которая уже начинала цепенеть, но Джон молчал. Пару раз по пути попадались солдаты, но он покорно шагал рядом с Джейми, не поднимая глаз. Закричать сейчас, как велит долг, – все равно что убить друга; к тому же в схватке почти наверняка погибнет кто-нибудь из солдат.

Фрэзер прикрывал пистолет плащом, но достал оружие, как только они добрались до конюшни. Оставив Грея на крыльце, Джейми пробормотал: «Ждите здесь», – и скрылся внутри дома.

Сильное чувство самосохранения подсказывало Грею удирать со всех ног, однако интуицию он не послушал – и был вознагражден кривой усмешкой, когда Джейми вновь появился на пороге. Что, сомневался в нем? Не зря. Грей и сам не был до конца уверен, что не сбежит.

– За мной. – Джейми кивком указал на конюшню, где быстро взнуздал вторую лошадь, протянул поводья Грею и скачком взлетел в седло.

– Это на всякий случай, – вежливо сказал он, нацеливая на Джона пистолет. – Вдруг кто спросит. Вы едете со мной из города, и я застрелю вас, если вы хотя бы дернетесь. Надеюсь, все ясно?

– Более чем, – коротко ответил Грей и тоже взобрался в седло.

Он поехал впереди, чувствуя спиной нацеленное оружие. На всякий случай, не на всякий – но пистолет-то заряжен…

Интересно, когда Джейми узнает о Клэр, он пристрелит его или просто свернет шею? Скорее всего, придушит голыми руками. Это слишком личное, чтобы полагаться на оружие.

О том, чтобы скрыть правду, Грей и не думал. Он не так хорошо, как Джейми, знал Клэр, но догадывался, что хранить подобные секреты она не умеет. Ни от кого. И уж точно – не от воскресшего из мертвых мужа.

Конечно, их разговор состоится не сразу, пройдет какое-то время… Однако Грей знал Джейми – и не сомневался, что рано или поздно тот выяснит все до конца.

Дождь закончился, и в лужах под копытами лошадей блестело солнце. Повсюду царила суета, она буквально ощущалась в воздухе. Армия была расквартировала в Джермантауне, но и в Филадельфии хватало солдат, которые знали о скором начале кампании, и город постепенно, будто лихорадкой, охватывало возбуждение.

Часовые на выезде преградили им путь, но, услышав имя и звание Грея, тут же расступились. Своего спутника тот представил как Александра Маккензи. Это было даже забавно. Джейми звался так в Хелуотере, когда был узником Грея.

О господи! Уильям! Грей только сейчас, когда патруль скрылся из виду, вспомнил о сыне. Он ведь и не сообразил сразу – сперва от неожиданности, а потом в пылу погони, – что именно случилось на лестнице.

Мысли заметались пчелами в гудящем улье – только ухватишь одну, как она тут же теряется в общей волнующейся массе. Дэннис Рэндолл-Айзекс! Ричардсон! Теперь он наверняка арестует Клэр, та ведь осталась без защиты. Уильям мог бы ему помешать, но он ничего не знает. Тем более что мальчик и представления не имеет, каков этот человек. Даже сам Грей не до конца представляет его возможности…

Генри со своей негритянкой (Грей знал, что они любовники, видел по их лицам). Дотти со своим квакером… Если Хэла не хватит удар из-за сына, дочка наверняка его добьет.

Перси. Господи, Перси!..

Впереди теперь ехал Джейми. По дороге попадались люди: чаще всего фермеры на повозках, груженных товарами для армии. Они с любопытством поглядывали на Джейми, с еще большим интересом – на Грея. Час спустя Джейми свернул с главной дороги на маленькую поляну, окутанную дымкой после дождя, спрыгнул с коня и дал ему напиться из ручья. Грей тоже спешился, чувствуя себя донельзя странно: кожаное седло и поводья казались какими-то ненастоящими, а холодный ветер словно проходил сквозь него.

Джейми присел перед ручьем, напился, потом плеснул водой на лицо и встал, встряхнувшись, будто пес.

– Спасибо вам, Джон. Прежде я как-то не успел сказать… Но очень вам благодарен.

– Благодарен? Мне? Да у меня выбора не было. Вы меня на прицеле держали.

Джейми улыбнулся. Тяжесть последних часов спала с него, и морщины на лице смягчились.

– Не за это. За заботу о Клэр.

– А. Да. За Клэр…

– Да, за нее, – терпеливо повторил Джейми и с тревогой вгляделся в него. – Джон, с вами все хорошо? Вы как-то побледнели…

– Еще бы… – пробормотал тот.

Сердце беспорядочно колотилось, словно готовясь к инфаркту. Грей выждал секунду, – вдруг удастся избежать разговора? – но чертова мышца продолжала сокращаться. Значит, помощи ждать неоткуда.

Джейми по-прежнему недоуменно глядел на него. Лучше покончить со всем сразу.

Грей глубоко вдохнул, зажмурился и вверил душу Господу.

– Я вступил в интимные отношения с вашей супругой, – выпалил он.

Лорд Джон ждал смерти в ту же секунду, но рокового удара не последовало. Птицы все так же щебетали на деревьях, лошади хрустели травой, звонко журчал ручей. Грей рискнул приоткрыть один глаз. Джейми смотрел на него, склонив голову набок.

– В самом деле? – с любопытством спросил он. – А зачем?