Трелвин выдержала паузу, задумавшись. Определённо, когда Валек сопротивлялся, она не могла владеть мечом.

— Это может сработать, — признала девушка. — Но тебе будет трудно подобраться достаточно близко к королеве. А впрочем, есть одна возможность…

Глаза Дворфа засияли, когда он услышал её план.

Королевский двор был искусно сформирован из ветвей и стволов живых деревьев, располагаясь на их верхушках. Трунадар начали строительство столетия назад, аккуратно подрезая и придавая форму деревьям, пока на них не вырос целый комплекс. Перемещаясь с места на место, простонародье трунадар устраивало временные пристанища в любых приглянувшихся им прогалинах и ложбинах, располагаясь в пустых стволах или сооружая замысловатые «насесты» на ветвях. Но королевская резиденция держалась веками, защищённая магией и покрытая листвой даже в самые холодные зимы. За всё это время только зелёным эльфам доводилось узреть её, а теперь Трелвин вела Спиннела — Дворфа — прямо туда.

Девушка тащила за собой бесчувственное тело Дворфа по лесу. Его руки были связаны за спиной, но ноги, оставляющие борозды в земле, были свободны. Спиннел имитировал, и очень даже неплохо, потерю сознание. Наступила ночь, сквозь ветви деревьев просвечивала луна. Впереди лежала группа деревьев, образующих подножие королевской резиденции. Полдюжины эльфов-стражников стояли караулом между стволами. Их земляно-коричневые и лиственно-зелёные одежды были почти неразличимы во тьме. Другие, как бдительные ягуары, беззвучно крались сквозь сумрак.

В мгновение ока шестеро эльфов выросли перед Трелвин, преграждая ей путь к резиденции, луки натянуты, стрелы на тетивах. Удача была на стороне Трелвин: этой ночью их возглавлял её старый друг.

— Делит[7]! — закричала она. — Не стреляй!

Делит шагнул вперёд и пнул Спиннела. От удара Дворф застонал.

— Он жив? — недоверчиво спросил эльф. Он уставился на Трелвин. — Ты должна была казнить его. Что ты творишь? — Остальные стражи за ним слегка изменили позиции, что позволило бы им успешнее выпустить стрелы.

— Твои стражи плохо обыскали Дворфа, — сказала она Делиту. Медленно протянув руку в карман штанов, она достала оттуда ошейник королевского ягуара и продемонстрировала так, чтобы все видели. — Я нашла это в его ботинке.

Глаза стражника расширились. Естественно, он узнал ошейник.

— Сначала Дворф заявлял, что нашёл его в лесу, — поведала ему Трелвин, — но после более пристального допроса, — девушка кивнула на синяки на лице Спиннела, — он признался, что сам снял ошейник с шеи ягуара.

— Невозможно! — выплюнул один из стражей. — Ягуар королевы разорвал бы его на части, подберись он к нему столь близко.

Трелвин выдержала взгляд Делита:

— Дворф заявляет, что он знал команды, позволяющие усмирить зверя.

— Он соврал, — ровно произнёс её друг. — Дворф сочинил всё это, чтобы продлить свою жизнь.

— А что, если нет? — Трелвин подняла ошейник выше. — Не кажется ли подозрительным совпадение, что ошейник был спрятан в его ботинке? Подумайте над этим! Он не только бегло говорит на нашем языке, но и позволил нашему караулу схватить себя, не став сражаться до смерти, хотя знал, что по нашим законам его ждёт казнь. А всё почему? Потому что он хотел подобраться к королеве Бетильде поближе, чтобы использовать её же ягуара против неё, — эльфийка опустила ошейник. — К несчастью для него, Роллан уже прикончил кошку.

Используя смерть брата как предлог, она глубоко вдохнула, подготавливая себя.

— Кто-то из нашего народа, — сказала она медленно, — должен был рассказать Дворфу команды, которые королева отдавала ягуару, — продолжила она. — И не просто кто-нибудь, а кто-то близкий к королеве. Достаточно близкий, чтобы подслушать используемые ею команды. А это значит, что в наших рядах, среди двора, есть предатель. Наша королева захочет сама убедиться, говорит ли Дворф правду, и узнать имя предателя.

Выражение лица стражника ожесточилось. Он привлёк внимание одного из дозорных:

— Расскажи об этом королеве и узнай, захочет ли она дать аудиенцию.

Делит двинулся, как если бы он собирался забрать Дворфа, Трелвин преградила ему путь:

— Нет, Делит. Я поведу его. Мне тоже будет интересно выслушать, что расскажет Дворф, когда его станет допрашивать королева, — она встряхнула Спиннела, и тот снова простонал, словно всё ещё страдая от недавней взбучки. — Если бы планы этого мерзавца стали известны раньше, возможно мой брат был бы награждён, а не казнён.

Спереди и сзади Трелвин и её «пленника» шагала стража, Дворф уже встал на ноги, но всё ещё запинался, притворяясь слабым. Они поднимались по лестнице, которая извивалась вокруг дерева, взбираясь до самых верхних ветвей, где и располагался королевский зал для аудиенций. Наконец они достигли места, где ветки многих деревьев сплетались в единую расположенную высоко над землёй платформу. Лунный свет мерцал сквозь листву над головой, отбрасывая пёстрые тени.

Делит повернулся к Трелвин.

— Сдай оружие, — заявил он официальным тоном, — и приготовься встретить королеву.

Девушка вытащила меч и вручила его ему. Делит передал оружие одному из тех стражей, кому предстояло остаться снаружи. Затем эльфийка сняла заплечный мешок и извлекла оттуда кинжал в ножнах, который также был отдан. Забравший его страж не только не стал просить опустошить сумку, но даже и не взглянул на лежавший там плащ.

Хорошо. Ей верили. Когда Трелвин снова вскинула мешок на спину, стража приступила к обыску кажущегося полубессознательным Спиннела, на сей раз тщательно. Наконец Делит жестом разрешил им пройти.

Сопровождаемая Делитом и ещё двумя стражами, девушка протащила Дворфа сквозь ведущий в приёмный зал туннель из листьев. Расположенное в дупле огромного дерева помещение имело ровный пол, покрытый благоухающими лепестками дикой розы, и округлый потолок где-то высоко над головой. Для грызущих ветви насекомых были созданы благоприятные условия, и они оставили на потолке кружевные узоры червоточин, через которые в помещение проникал лунный свет. Танцующие светлячки наполняли зал полосками голубого и белого света, а невысокие огни в широких каменных чашах согревали комнату мягким жёлтым свечением. В воздухе витал аромат кедровой живицы.

Положив ногу на ногу, королева Бетильда сидела на троне, сиденье которого было набито мхом. Её тонкие пальцы играли с одним из тех маленьких белых цветков, что были вплетены в подлокотники. Через плечо на грудь была перекинута коса, в которую были убраны её длинные бледно-рыжие волосы. На её мягкой кожаной тунике золотыми нитками были вышиты символы правления: разъярённые ягуар и сова. Хотя Бетильда родила всего двенадцать дней назад, она совсем не выказывала усталости: её целители снимали любую боль или утомление.

Делит провёл Трелвин в центр комнаты, остановив её в полдюжине шагов от королевы. Ещё два стража расположились по бокам девушки, нацелив стрелы на Спиннела на случай какой-нибудь неожиданности. Эльфийка выпустила воротник Дворфа, отчего тот свалился на пол. Он снова застонал и неподвижно обмяк. Девушке оставалось лишь надеяться, что он не переигрывает.

С невозмутимым выражением лица королева посмотрела на Трелвин, затем скользнула взглядом по ошейнику в её руке. Они поняли друг друга: Бетильда догадалась, что Трелвин стала известна правда о смерти брата. Но королеве нужно было доиграть сцену до конца:

— Трелвин Витаннис[8], что привело тебя ко мне с… этим? — Бетильда махнула рукой в сторону Дворфа. — Когда мы виделись последний раз, тебе не терпелось казнить его.

Трелвин поклонилась.

— Да, миледи, я только об этом и думала, — она выпрямилась, — пока не нашла вот это, — с этими словами она бросила ошейник на пол между собой и королевой. — Среди нас есть предатель, — сказала девушка, — и я уверена, что и вы, и король захотите узнать его имя.

Королева сорвала один из цветков с трона, растёрла его пальцами и притворилась, что вдыхает аромат раздавленного цветка — ловкий способ скрыть плотно сжавшиеся от ярости губы. Затем она повернулась к Делиту:

— Секреты королевского двора не предназначены для посторонних ушей. — Бетильда показала на выход. — Ты и двое твоих стражей, покиньте нас.

Делит расширил глаза и бросил взгляд на неподвижного Спиннела:

— Но…

— Оставьте нас, — её голос был мягок, но в нём прозвучали не терпящие возражений стальные нотки.

Он поклонился и покинул зал, жестом показав остальным стражам следовать за ним. Когда они ушли, королева в открытую уставилась на Трелвин:

— Играем в придворные игры? — сказала она и поднялась с трона, сверкая глазами. Не обращая никакого внимания на Дворфа, всё еще изображающего потерю сознания, Бетильда подошла к девушке. — И что же ты хочешь в обмен на молчание?

Трелвин притворилась взволнованной. Если бы это было её единственной игрой, то поражение было бы неизбежным. Королева согласится на любую запрошенную девушкой цену, а немного спустя обеспечит её молчание смертью. Но момент настал: они со Спиннелом оказались наедине с Бетильдой. Трелвин прочистила горло, разыгрывая нерешительность — их оговоренный сигнал.

Едва заметив движение рук Дворфа, одним рывком освободившего запястья от ложного узла, эльфийка протянула руку к «пустым» ножнам и обнажила меч. Она бросила его рукоятью вперёд Спиннелу, который уже вскакивал на ноги.

Королева Бетильда обернулась как раз в то время, когда меч пронёсся мимо неё.

Дворф потянулся к брошенному мечу, но прежде чем он успел схватить его, королева махнула рукой, выкрикивая заклинание. Меч развернулся в полёте и со свистом, расплываясь от набранной скорости, вонзился в грудь Спиннела. С потрясённым выражением на лице Спиннел тупо уставился на меч.

— Как она… — короткие ноги Дворфа просели под ним, и он кучей свалился на пол. Из его раны потянулся красный туман, сворачиваясь вокруг меча.

Смех королевы наполнил помещение.

— Прекрасно, Трелвин. Восхитительное представление. Но каким бы забавным оно не было, твоё выступление подошло к концу, — она подняла руку.

— Нет! — эльфийка бросилась к телу Спиннела и вырвала меч из его груди: за клинком оставался разносящийся по комнате след из красного тумана. — За Роллана! — закричала Трелвин, бросаясь на королеву.

Бетильда оказалась быстрее. Перед глазами девушки вспыхнул свет, а уши наполнились громким звоном. Ослеплённая и оглушённая, она беспорядочно рубанула мечом, но промахнулась. Внезапно меч сам дёрнулся влево и ударил! Трелвин почувствовала тёплую кровь, хлынувшую на кисть и запястье. Затем к звону в её голове добавились крики, кто-то налетел на неё сзади и сбил с ног. Из её руки выдернули меч, затем сорвали со спины мешок. Её руки грубо завели за спину, и кто-то связал ей запястья. Наконец девушку уволокли из комнаты.

Спустя некоторое время звон ослаб, прекратилось и ослепляющее свечение. Белые точки всё ещё мелькали перед глазами Трелвин, но ей удалось, скашивая глаза, различить окружающую обстановку. Она была связана по рукам и ногам, в клетке, решётками которой выступали корни дерева. Двери не было: для разведения корней в стороны использовалась магия, как и для сведения их обратно.

Она перевернулась. Снаружи клетки сразу же послышалось движение. Шесть вооружённых луками стражей несли бдительный дозор. Девушка глянула на своё бедро: ножен там не было. Извиваясь, Трелвин приняла сидячее положение, затем заметила Делита, не сводящего с неё глаз.

— Зачем ты сделала это? — спросил он с выражением глубочайшего отвращения на лице. — Что тебе предложил Дворф? Золото?

— Королева мертва?

— Хвала Владыке листьев, нет. Лекари занимаются её раной.

Отчаяние нахлынуло на девушку. Ей казалось, что желудок провалился в дыру, невесть откуда возникшую в её теле. Она не смогла.

— Но зато скоро умрёшь ты, — продолжил Делит резким голосом. Он поднял свой лук. — Если бы не приказ, я казнил бы тебя своими руками.

Эльфийка уже не слушала. Она не смогла. Возможно, это было наказание Владыки листьев за связь с лич-дроу.

— Эй! — откуда-то из-за Делита закричал знакомый голос. — Страж!

Делит повернулся и поклонился:

— Миледи.

Трелвин посмотрела на женщину, которую только что пыталась убить. Королева Бетильда медленно подошла к клетке. Она была закутана в тяжёлый плащ, но Трелвин могла различить пятна крови на её одеждах. Королева даже не потрудилась переодеться. Вместо этого она пришла лично отомстить Трелвин, прежде чем та успеет отравить стражей словами правды.

— Освободи её, — приказала Бетильда.

Делит дёрнулся от удивления:

— Освободить? Но, миледи…

— Эта эльфийка оказала мне большую услугу. Она спасла мне жизнь.

— Но она атаковала Вас, — возразил Делит. — Я видел это собственными глазами.

— И я! — добавил другой страж..

— Наружность бывает обманчивой, — ответила Бетильда. — Это был совсем не Дворф, а могущественный лич-дроу, изменивший своё тело и принявший облик крепкого народца. Разве вы не видели красный туман — дух лич-дроу, ищущий филактерию. Трелвин, очарованная заклинанием, была вынуждена помогать ему. Но она оставалась верна мне. Если бы она не нашла в себе силы сопротивляться магии лич-дроу и убить его, то выпад оказался бы смертельным. Трелвин мой защитник.

— Я не понимаю, миледи, — нахмурившись, Делит неистово обдумывал недавние события. — Если она уже убила лич-дроу, то почему?…

Голос королевы буквально потрескивал от властности:

— Если бы ты думал, страж, то никогда бы не привёл ко мне очарованную Трелвин и замаскированного лич-дроу. Странное поведение! Я наполовину готова отправить тебя за решётку по подозрению в измене.

Делит побледнел.

— Теперь развяжи её и незамедлительно приведи в мой зал для аудиенций!

Делит поклонился так глубоко, что чуть не упал. Чтобы открыть клетку, послали за друидом. Затем Делит лично ступил внутрь, развязал Трелвин и помог ей подняться на ноги.