Озабоченный, Ник Инглиш не мог усидеть на месте. Словно маятник, он сновал по комнате туда-сюда и то и дело смотрел на каминные часы. Уже прошло более часа, как ушла Лоис, и более четверти часа, как Леон последовал за ней.

Инглиш рассчитывал, что потребуется минут двадцать, пока Леон доберется до Лоуренс-бульвара. Даже если он там не обнаружит Лоис, это еще не значит, что она в опасности. Она, может быть, покинула виллу до прихода Леона.

«Какая неосторожность, какая глупость была с моей стороны позволить ей отправиться туда! – с отчаянием думал он. – Я должен был сообразить, что Корина представляет опасность для Шермана».

Он остановился. Чтобы как-то отвлечься, начал разглядывать жилище Лоис: гостиная была хорошо обставлена, уютная, веселая и приветливая. Если только с Лоис что-нибудь случится…

И тут он понял, совершенно неожиданно для себя, что очень привязан к ней. Теперь, когда Джулия мертва, он вдруг понял, чем для него была Лоис. К Джулии его влекло чисто физически. Кукла, с которой он любил играть и с которой он спал. Лоис же работала с ним рядом в течение пяти лет, и очень тяжелых лет, и он знал, что его успех в какой-то степени зависел и от нее, от ее работы, ее веры в его силы.

Если с ней что-нибудь случится!..

Сгорая от нетерпения, он подошел к окну, раздвинул шторы и посмотрел на мокрую от дождя улицу. Он постоял там некоторое время, надеясь увидеть Лоис.

Он уже собирался опустить шторы, как увидел фары приближавшейся машины. Он наклонился над подоконником, надеясь, что это Лоис.

Машина остановилась перед домом. Инглиш разглядел красный фонарь на ее капоте и красно-белые полосы на кузове. Он поспешно опустил шторы.

Полиция! Знали ли они о его присутствии здесь или просто хотели проверить? Инглиш быстро прошел через комнату, схватил пальто и шляпу и вышел в холл. Там он остановился, нахмурив лоб. Он даже не знал, есть ли в этом здании второй выход, и если есть, то следит ли за ним полиция.

Он подумал минуту, потом решительно швырнул пальто и шляпу и вернулся в гостиную.

Поймали! Значит, поймали! Он не хотел быть пойманным во время бегства. Инглиш остановился перед зеркалом, заложил руки за спину и стал ждать.

Минуты проходили. Он уже начал надеяться, что это была ложная тревога, когда в дверь позвонили.

Не спеша открывать, он схватил трубку и набрал номер Крайля. Тот сразу же подошел к телефону.

– Сэм? Это Ник, – проговорил он быстро и тихо. – Ты выиграл. Сейчас они звонят в дверь.

– Ничего не говори, – предупредил Крайль. – Я приеду в комиссариат раньше тебя. Я обо всем позабочусь, Ник. Не говори ни слова. Где Леон?

– Его здесь нет. Держи с ним связь, Сэм. Теперь я могу рассчитывать только на вас двоих.

– Рассчитывай на нас, – заверил Крайль. – Молчи и дай мне возможность действовать одному.

– Отличный совет, – с горечью проговорил Инглиш. Он услышал новый звонок. – Им не терпится. Я увижусь с тобой в комиссариате.

Повесив трубку, он пошел открывать дверь.

Морили стоял на площадке, держа одну руку в кармане пиджака. Его худое, похожее на лезвие кинжала лицо было бледно, а взгляд подозрителен.

– Добрый вечер, инспектор, – спокойно приветствовал его Инглиш. – Я не рассчитывал на ваше посещение. Что вы хотите?

– Могу я войти, мистер Инглиш?

– Вы один?

– Со мной человек, он внизу.

– Входите, – Инглиш посторонился. Морили вошел в холл, закрыл дверь и сделал Инглишу знак идти в гостиную. Инглиш вошел первым, подошел к камину и повернулся к инспектору.

– Я здесь один, – сказал он. – Мисс Маршалл ушла.

Морили провел ногтем по своим усам.

– Бесполезно говорить вам, что привело меня сюда.

Инглиш улыбнулся:

– Вот уже многие годы, как я перестал догадываться о чем-либо. Не скажете ли вы, что все-таки привело вас сюда?

– Вы обвиняетесь в убийстве Джулии Клер и Гарри Винса. – Он отвел глаза.

– Я поражен, что вы занялись этим делом, инспектор, – упрекнул Инглиш. – Я думал, вы на моей стороне.

– Я всегда на вашей стороне, – произнес Морили. – Вот потому я здесь. Я подумал, что будет лучше, если я позабочусь о вашем аресте.

– Что вы хотите этим сказать?

– Вы будете не первым, кто получит пулю в спину при попытке к бегству, – сказал Морили. – Существует масса высокопоставленных людей, которые будут рады избавиться от вас, мистер Инглиш.

– В том числе и комиссар?

Морили сделал утвердительный жест.

– Не знаю, но думаю, что окажу вам услугу, сам занявшись этим делом. Это чрезвычайно важно, мистер Инглиш. Для помощника комиссара, например, дело уже в шляпе.

Инглиш ничего не ответил.

– Вы в самом деле ходили к Винсу? – спросил Морили.

– Крайль предупредил меня, чтобы я ничего не говорил, – развел руками Инглиш. – Я в свое время заплатил ему немало денег, так что предпочитаю слушать его советы.

– Хорошо, понятно, – сказал Морили, снова погладив свои усы. – Но вам будет трудно оправдаться.

– Ну что ж, я не хочу больше заставлять вас ждать. Поехали.

В этот момент зазвонил телефон. Он хотел подойти к нему, но Морили взял трубку.

– Кто это? – официальным тоном спросил Морили.

Он немного послушал, потом ответил:

– Да. Кто у аппарата?

Он снова послушал.

– Ее здесь нет. Кто говорит?

Инглиш почувствовал, как холодная дрожь поднимается по его спине. Это, должно быть, Эд, он спрашивает о Лоис. Значит, он не нашел ее у Корины.

– Это лейтенант Морили из уголовной бригады. Вам этого достаточно? Кто говорит? – Он выругался сквозь зубы, услышав, что повесили трубку, и стал торопливо нажимать на рычаг аппарата. – Барышня, это говорит лейтенант Морили из полиции. Откуда был звонок?

Он подождал, пока телефонистка ему ответила.

– Ладно, спасибо. Дайте префектуру, пожалуйста, – несколько секунд помолчав, продолжил: – Баркер? Это Морили. Пришли машину на Лоуренс-бульвар, и поскорее. Боюсь, что там что-то случилось. Позвони мне «Вестсайд 57794», как только получишь оттуда сведения.

– Это номер моей невестки, – сказал Инглиш. – Что дает вам повод думать, что там что-то случилось?

Морили бросил на него холодный взгляд.

– Почему она не отвечает на телефонные звонки? И что Леон делает там?

Инглиш нахмурил лоб.

– Леон? Он был там?

– Я узнал его голос, правда, не совсем уверен. Ваша невестка очень важный свидетель. Комиссар будет очень огорчен, если с ней что-нибудь случится.

– Почему вы думаете, что с ней что-нибудь должно случиться? Итак, мы едем или будем ждать?

– Подождем, – Морили бросил на Инглиша злой взгляд.

Инглиш сел. Сердце его сильно билось, во рту пересохло. По крайней мере, он узнает, что случилось у Корины. Он налил себе виски.

– Стакан виски, лейтенант?

Морили отрицательно покачал головой.

Стрелки часов, казалось, замерли. В этой напряженной обстановке телефонный звонок был подобен взрыву. Лейтенант взял трубку.

– Да, Морили у телефона. Что? Вот это здорово! А что, подобрали Леона? Ну что ж, пусть ищут его. Он был там десять минут назад. Я хочу, чтобы мне привели этого парня. Да, я приеду, как только смогу. Скажи Джемерсону, чтобы он занялся этим делом. О'кей, до скорого… – Он резко повесил трубку.

Инглиш похолодел. По выражению лица Морили он догадался, что случилось нечто серьезное.

– Только что обнаружили повешенной вашу невестку, – заявил Морили вне себя от ярости. – Что вы на это скажете? Не вы ли случайно отправили туда Леона, чтобы заставить ее замолчать раз и навсегда?

– Она мертва? – Инглиш встал.

– Убита! Повешена, как Мэри Сьюит, но на этот раз я не собираюсь покрывать вас, – злобно заорал Морили.

«Где же Лоис? – со стесненным сердцем думал Инглиш. – Нужно срочно найти ее».

– Что ж, десять тысяч долларов будет достаточно, лейтенант? – спокойно проговорил он, глядя на него.

– Вы напрасно надеетесь, – со злостью выдохнул Морили. – Кончились ваши безмятежные денечки. С завтрашнего дня ни один банк не примет ваши чеки. Комиссар не забыл, что ваша сила в деньгах. Поэтому он принял соответствующие меры. На этот раз с вами покончено. Мне нет смысла зариться на ваши доллары, у вас их больше нет. Следуйте за мной!

– У меня есть деньги в конторе. Не будьте дураком. Никто не знает, что я здесь. Дайте мне последнюю возможность, и вы получите десять тысяч долларов.

– Около вашего несгораемого шкафа уже находятся копы. Комиссар подумал обо всем, – сообщил Морили со скверной улыбкой. – У вас нет больше ни гроша! Пошли.

Инглиш пожал плечами. Он твердо решил, что не сядет в тюрьму, пока не узнает судьбу Лоис. С равнодушным видом он сделал несколько шагов по направлению к Морили, но того в этом естественном движении что-то насторожило, и он достал пистолет.

Инглиш улыбнулся.

– Не будьте столь недоверчивы, лейтенант. Даже если мне удастся бежать, куда я денусь? Я предпочитаю защищаться на суде.

– Идите вперед и ведите себя спокойно, – предупредил Морили.

Они пешком спустились с четвертого этажа. В вестибюле их встретил коренастый детектив, жевавший резинку. Он бросил взгляд на Инглиша, потом повернулся к Морили.

– Поехали, – нетерпеливо проговорил лейтенант. – У нас на руках еще одно убийство, так что нужно побыстрее кончать с этим парнем.

– Проклятие! – возмутился детектив. – А я собирался сегодня пойти на матч.

– Ты увидишь его в следующий раз, – успокоил Морили. – Ну, двигайтесь.

Детектив вышел из здания и сел за руль.

Инглиш последовал за ним, Морили ткнул в его бок пистолетом:

– Если вы попытаетесь выкинуть что-нибудь, я сделаю дырку в вашей шкуре, – злобно предупредил он.

Инглиш улыбнулся:

– Как один из моих должников, вы проявляете мало благодарности.

– В дорогу, Нанкин! И сильнее нажимай на педаль.

Инглиш, чувствуя прижатый к боку пистолет, старался не шевелиться, но внутри весь кипел. У него было мало шансов на то, чтобы удрать, и теперь он мог рассчитывать только на Эда.

Когда машина свернула на Блекстон-Бридж, у Инглиша невольно вырвалось восклицание:

– Но ведь это не дорога в комиссариат! Что вы задумали?

Морили улыбнулся:

– У меня есть еще одно дело до комиссариата. Не нервничайте. Разве вы так торопитесь туда?

Инглиш откинулся на спинку сиденья. Он давно уже должен был понять, что инспектор не посмеет привезти его в комиссариат живым. Он понимал, что Инглиш слишком много знает о нем. К тому же он недавно получил от него пять тысяч долларов.

Но он не знал, что Морили хотел не только обезопасить себя. Ликвидировав Инглиша, он тем самым оказывал услугу лицам, которые хотели избавиться от сложного дела.

Инглиш покосился на пистолет, по-прежнему наставленный на него. Морили держал палец на спуске. Было совершенно невозможно затевать попытку вырваться в машине. Придется отложить на тот момент, когда они будут выходить.

Теперь они ехали вдоль реки. Дождь барабанил по крыше автомобиля. Берега были безлюдны. «Для сведения счетов место выбрано отличное, – подумал Инглиш. – Пуля, потом река».

– Остановитесь, Нанкин, – неожиданно сухо скомандовал Морили. Нанкин затормозил.

– Выходите, – Морили толкнул Инглиша.

Тот прямо смотрел ему в глаза.

– В чем дело? Я в официальной экзекуции?

Морили прижал пистолет к его боку.

– Выходите. Я не собираюсь пачкать подушки сидений.

Инглиш открыл дверцу. Нанкин выскочил первым и устремился к нему с пистолетом в руке. Пока он угрожал им Инглишу, Морили вылез из машины.

– Вы напрасно делаете это перед свидетелем, – спокойно сказал Инглиш. – Он будет шантажировать вас, если вы меня убьете.

– Мы работаем вместе. Не обольщайтесь на этот счет, старина.

Морили поднял пистолет.

– Все кончено для вас, Инглиш. Я не заинтересован в том, чтобы вы говорили. Отойдите к стене.

Инглиш напрягся. Он был слишком далеко от реки, чтобы прыгнуть туда, и слишком далеко от Морили, чтобы напасть на него. А стена была совсем рядом. Он удивился, что не чувствует страха. Единственное, о чем он сожалел, это то, что не смог отомстить Шерману.

Он сделал шаг назад.

– Бросьте ваши игрушки! – рявкнул голос позади машины. – Быстро, или я вышибу ваши мозги!

Нанкин немедленно послушался.

Морили повернулся с дрожащими от ярости губами.

Громыхнул выстрел. Морили пошатнулся и выронил оружие, схватившись за руку.

Инглиш оглянулся и увидел выходящего из своей машины Чика Эйгана.

– Я решил, что будет лучше, если поеду за вами, шеф, – весело объяснил он свое появление здесь. – Я никогда не доверял этим плоскостопым.

– Ну что ж, ты действительно дождался крайнего момента, Чик. – У Инглиша отлегло от сердца.

Он нагнулся, подобрал оружие Морили, а пистолет Нанкина бросил в реку.

– Лучше поздно, чем никогда, – заметил Чик, очень довольный собой. – Что мы будем делать с этими прохвостами?

– Чик, я хочу, чтобы они оставили меня в покое на несколько часов, – ответил Инглиш. – Что ты предлагаешь?

– Это очень просто, – Чик подошел к Нанкину и со всей силы стукнул его рукояткой пистолета по черепу.

Нанкин плашмя упал. Морили попытался отступить.

– Не двигайтесь, – посоветовал Инглиш. – Мне очень хочется всадить в вас пулю.

Морили взорвался.

– Вы мне за это заплатите! – закричал он.

Чик ударил его по затылку, и он упал на колени. Второй удар уложил его на дорогу, мокрую от дождя.

– Останься с ними, Чик. Спрячь их где-нибудь. Мне необходимы два-три часа спокойного времени.

– Вы не можете ехать один, – забеспокоился Чик.

– Останься с ними, это приказ, – настаивал Инглиш.

Он сразу же подошел к полицейской машине и сел за руль. Включив мотор, он выглянул наружу.

– Спасибо, Чик. Я вспомню о тебе в своем завещании.

Потом, сделав полный разворот, он, как болид, помчался по направлению к городу.