Большой белый Мортен-гусь был горд собой и безмерно счастлив, что летит со стаей диких гусей над всей равниной Сёдерслетг.

Но к вечеру он стал уставать. Хоть и старался изо всех сил, но что поделаешь, был он всё-таки гусем домашним, непривычным к полёту. Где ему угнаться за дикой перелётной стаей!

- Акка! Акка! - закричали те, что летели в конце гусиного клина и видели, как трудно ему приходится.

- Что нужно? - недовольно отозвалась гусыня - старая прославленная Акка с горы Кебнекайсе, летевшая впереди всех.

- Белый отстаёт! Белый отстаёт!

- Передайте ему: лететь быстро легче, чем медленно. Пусть знает,- сказала гусыня, не замедляя полёта.

Мортен с Нильсом на спине попробовал лететь быстрее. Но где там! Крылья его тяжелели и отказывались повиноваться. Он стал стремительно терять высоту.

- Акка! Акка! Акка с Кебнекайсе! - закричали летевшие в хвосте клина.

- Ну, что опять? - сердито спросила гусыня.

- Белый опускается, ему трудно лететь высоко!

- Внушите ему: лететь высоко легче, чем лететь низко,- отозвалась она и продолжала полёт.

Мортен изо всех сил замахал крыльями, пытаясь взлететь повыше, но у него чуть не лопнуло сердце от напряжения.

- Акка! Акка! - снова закричали дикие гуси.

- Да отвяжетесь ли вы от меня в конце концов? - гневно спросила она.

- Белый падает! Белый падает!

- Так пусть запомнит: кто не умеет летать, должен сидеть дома. Не может лететь, пускай возвращается.

- Может быть, правда вернёмся? - с надеждой сказал Нильс.

- Замолчи! - зашипел на него Мортен.- Скажешь слово - сброшу тебя на землю.

Мортен вдруг понял, что дикие гуси вовсе и не хотели, чтобы он летел с ними, а звали домашних гусей с собой просто так, чтобы подразнить.

«Так вот оно как! - подумал он.- Ну, подождите, бродяги, я покажу вам, что и домашний гусь кое на что способен!»

От обиды он изо всех сил замахал крыльями, взмыл ввысь и вскоре поравнялся со стаей.

Сил Мортену хватило ненадолго, но тут ему повезло. Наступил вечер, и стая спустилась на ночлег на озеро Вомбшён.