Выехали из двора на Бауманскую. Пооглядывайся, говорю, пожалуйста, а то в этом «форде» зеркала такие, что не видно ничего.

Он вдруг говорит — не буду.

— Надоело. Всю жизнь оглядывался, больше не хочу. Если мы где-то просчитались и нас ведут, то мы очень скоро об этом узнаем. Нет — значит, нет. Но добровольно на себя этот ужас нагонять не стану.

— Ладно, тогда и я не буду. Тем более что с этой механической коробкой мне надо все время сосредотачиваться. Ты не можешь мне объяснить, за каким чертом она понадобилась? Автомат же в тысячу раз удобнее. Мы что, деньги, что ли, таким способом экономили?

Отец расхохотался.

— Ты не поверишь, но это совершенно идиотское чувство — я хотел, чтобы ты почувствовал то же, что и я, когда освоил эту премудрость со сцеплением… ну, clutch. Ты себе представить не можешь, как я собой гордился. Вообще, машина в моей молодости… ну как тебе объяснить… это было не средство передвижения, это был социальный статус. Как орден. Понятно?

— Не очень. А какая у тебя была машина, когда тебе было столько, сколько мне сейчас?

— «Нива». Это маленький джип такой.

— Никогда не слышал, надо будет погуглить.

— Это было очень круто по тем временам.

— Kruto — дорого?

— Prestigious. Да, собственно, любая машина тогда была и дорого, и prestigious.

— Из-за того, что все были бедные?

— Если попросту говорить — одинаково бедные. Не уверен, что ты поймешь, но если бы жили иначе, мы бы сейчас с тобой это дерьмо не разгребали. На нас тогда… ну, в начале девяностых, эта новая жизнь свалилась как снег на голову. А пожить хотелось. И машину хорошую хотелось, и квартиру собственную, и попутешествовать, да мало ли чего хотелось… И нам казалось, что все просто — чем больше денег, тем лучше жизнь. Не мне одному, всем так казалось. А откуда они берутся, деньги эти — дело десятое. Непонятно объясняю?

— Не держи меня за идиота. Все понятно. Я между прочим Ph.D. по России пишу, и мать у меня русская. И отец, кстати…

Где-то на Садовом кольце он вдруг задумался и сказал:

— А может, ты и прав. Береженого бог бережет, как известно, а небереженого конвой стережет. Смотри, метров через четыреста будет поворот на стрелку. Вставай в левый ряд, только оставь побольше места между собой и машиной впереди. Когда стрелка погаснет и встречный поток будет уже близко, резко выворачивай перед ним налево и — газу. Подстрахуемся на всякий случай.

— Тут же двойная сплошная.

— Ты же утверждаешь, что ты русский?

Я исполнил этот номер. Представляю, что сказали в мой адрес встречные водители, но мне, честно говоря, понравилось. Адреналин в чистом виде.

— Молодец, красиво исполнил. Теперь, кстати, понял, зачем нужна механика? На автомате этот номер не прошел бы. Сейчас не слушай навигатор, сворачивай направо, мы тут срежем переулками, минут десять сэкономим.