– Неизвестный рыцарь, сошедший с Пути! Остановитесь, заблокируйте вооружение, переведите щиты в походное положение и назовите себя!

Импровизированная застава была организована по всем правилам: одно «седло» выдвинуто вперед, еще одно чуть в удалении, на подстраховке, два зависли по сторонам, не мешая друг другу и в любой момент готовые открыть огонь, еще два – дежурят на самой границе зоны приема систем связи – эти в случае чего и на помощь товарищам успеют прийти, и за подкреплением могут умчаться.

– Сэр Эдуард, – представился Хранитель, послушно исполняя все озвученные требования – манипулировать оружием и щитами «седла» из капсулы оруженосца было не так просто. – С кем имею честь говорить? – в свою очередь задал он вопрос.

– Сэр Андрей, старший дозора, – донес эфир. – С какой целью вы прибыли, сэр Эдуард? – куда именно, по мнению вопрошающего, он прибыл, уточнено не было.

– Имею срочное дело к Его Светлости герцогу и Ее Величеству королеве, – выдал Хранитель заготовленную фразу.

Если бы в ответ раздалось что-нибудь наподобие «К какому еще, к хаосу, герцогу?!», Эдуард, откровенно говоря, не сильно бы удивился, однако, похоже, сэр Андрей воспринял эти его слова, как должное.

– Вас сопроводят к планете, сэр Эдуард, – сказал старший дозора после совсем непродолжительной паузы. – Следуйте за ведущим, – одно из «седел» тут же качнуло крыльями и развернулось, явно приглашая пристроиться за собой, еще одно сдвинулось с места, приготовившись замкнуть формируемую колонну. – Попытка отклониться в сторону, равно перевести щиты в боевое положение будут расценены как неповиновение, огонь в этом случае будет открыт без дополнительного предупреждения.

– Понял вас, сэр Андрей, – ответил Эдуард, и, почесав фальшивую бороду – благо не видит никто, – взял в руки поводья. – Следую указанным порядком.

Путь до планеты занял около двух часов. При входе в атмосферу строй сопровождения сломался, замыкающее «седло» обошло Эдуардово, неосторожно подставив борт – будь намерения Хранителя не столь чисты, расстрелять конвой ему не составило бы труда, даже из капсулы оруженосца. На счастье рыцарей дозора, ничего подобного в планы гостя не входило, и через десять минут все трое благополучно приземлились на площадке перед приземистым каменным строением не вполне пока понятного назначения.

Распахнув люк, Эдуард выбрался из тесной капсулы на воздух – теплый и влажный, с наслаждением расправил плечи, потянулся. Тело слушалось так себе: двадцать пять часов полета – не шутка. От Задры они летели с двумя промежуточными остановками, Эдуард правил с места оруженосца, Фалько был накрепко прикручен к креслу «седла» веревками. В полете освободиться и перехватить управление у разбойника не было никакой возможности, а вот на первом же привале, во время ночевки в местном мансионе, он каким-то образом ухитрился ослабить путы и попытался бежать. Чутко спавший Эдуард перехватил пленника у открытого окна уже с перекинутой через подоконник ногой. Как тот собирался прыгать с такой высоты (третий этаж!) с заломанными за спину руками – развязать их Фалько так и не сумел, – было не очень понятно, но после этого случая Хранитель на всякий случай удвоил число веревок.

Маршрут вышел таким длинным потому, что при его прокладке Эдуард стремился исключить малейший риск, старательно избегая, насколько это только было возможно, и развитых планет, и оживленных трасс. В итоге полет занял вдвое больше времени, чем если бы они двигались напрямик, но зато в пути им не встретилось ни разбойников, ни, упаси космос, Драконов.

От звезды, на входе в систему которой они наткнулись на дозор сэра Андрея, до цели – Осора – оставалось еще два перехода.

Из «седел», сопровождавших их на планету, выбрались рыцари – оба совсем молодые, одетые довольно просто и, как заметил Эдуард, без кортиков на поясе, однако с устрашающего вида тесаками в руках – никаких ножен при них не имелось. Удостоив «оруженосца» лишь коротким взглядом, они встали по обе стороны от боевой машины гостей, ожидая открытия бронеколпака.

– Э, милорды, должно быть, вы не поняли: сэр Эдуард – это я! – проговорил с усмешкой Хранитель. Несмотря на усталость после долгого перелета, в предвкушении скорой встречи со старым другом настроение у него было приподнятое.

Вот теперь они обернулись к нему, несколько секунд разглядывали, словно решая, верить услышанному или нет.

– А там тогда кто? – спросил, наконец, один из рыцарей, указав клинком своего тесака на «седло».

– Мой незадачливый пленник, – объяснил Эдуард. – Вы позволите? – скользнув между собеседником и «седлом», он откинул бронеколпак, продемонстрировав удивленным рыцарям спеленатого Фалько. – Возможно, милорды, он вам даже окажется знаком…

– В первый раз его вижу, – пожал плечами тот рыцарь, что стоял со стороны Эдуарда. – А ты, Бен?

– Рожа как будто знакомая, но что-то не припомню, – буркнул его товарищ.

– Ну да, конечно, он давненько тут у вас не был, – кивнул Эдуард. – Сэр Бен, я так понимаю? – спросил он у дальнего рыцаря.

– Сэр Бенедикт, – поправил тот.

– Прошу меня извинить. А вы, сэр…

– Сэр Нигель, – представился второй рыцарь.

– Рад знакомству, милорды. А сейчас, если не возражаете, я хотел бы увидеться с Его Светлостью.

– Увидитесь, сэр Эдуард, непременно увидитесь, – заверил его сэр Бенедикт. – Но вот насчет «сейчас» – этого не обещаю…

* * *

Сэр Бенедикт знал, о чем говорил: в роскошно обставленный герцогский кабинет Эдуард вошел лишь через добрых двенадцать часов, успев за это время преодолеть четыре перехода Путем (по счастью, уже не в капсуле оруженосца, а в какой-никакой карете), выдержать беседу с бдительной дворцовой стражей, отобравшей у него разрядник, дорожный мешок, деньги и документы и прождать на жестком стуле в приемной в обществе молчаливого громилы с таким же тесаком, как были у сэра Бенедикта и сэра Нигеля. Держал он его под мышкой, лезвием вниз, положив рукоять на ладонь согнутой в локте правой руки – выглядело это даже по-своему элегантно.

Хозяина кабинета, в задумчивости стоявшего возле необъятных размеров письменного стола вполоборота к переступившему порог Эдуарду, перепутать с Францем нельзя было при всем желании. Начать с того, что в отличие от асата-книгочея тот явно был нартом. Да и в остальном полная противоположность: черные волосы против пшеничных у Франца, высокий рост и широкие плечи – книгочей был сложения скорее тщедушного, разве что возраст схож, да и то, пожалуй, старый друг Эдуарда будет постарше – сложно сравнивать годами нартов и асатов. И в довершение всего – приметная родинка на самом кончике длинного носа, придававшая ее обладателю вид несколько комичный и несерьезный.

На хозяине был длиннополый – до середины бедра – бежевого цвета дублет с высоким стоячим воротом, на левом, дальнем от гостя, боку – классический кортик (из-за позы владельца виднелся только его эфес, на который тот небрежно положил ладонь, но и так было понятно, что это благородное оружие рыцаря, а не тесак мясника, как тут у некоторых).

– Вы хотели меня видеть, сударь? – спросил он, глядя куда-то мимо Эдуарда.

– С вашего позволения, я рыцарь, милорд, – не преминул вежливо, но твердо поправить хозяина кабинета Хранитель, обратив внимание на недолжное обращение. – И я хотел бы видеть Его Светлость герцога.

– Согласно вашим документам, вы Подмастерье Торговой Гильдии Замир, – заметил хозяин, кивнув на разложенные перед ним на столе бумаги. – И я не вижу у вас ни браслета, ни «седла».

– Браслет среди вещей, изъятых вашей стражей, – терпеливо пояснил Эдуард. – Что до «седла», то, к моему глубокому сожалению, оно и в самом деле сейчас далеко. Документы же, о которых вы говорите, принадлежат не мне, я лишь был вынужден воспользоваться ими в пути. Мое же имя – сэр Эдуард, и я рыцарь.

– Как вам будет угодно, сэр Эдуард, – не стал спорить хозяин. – Так что за дело у вас ко мне?

– Не к вам, милорд, – покачал головой Хранитель. – К Его Светлости герцогу.

– Моя Светлость вся перед вами, сэр Эдуард, – усмехнулся его собеседник. – Так что говорите смело, – он, наконец, повернулся лицом к гостю, и стал виден длинный шрам, пересекавший его левую щеку.

– Милорд… – оторопел Хранитель. – Я… – мысли вихрем закружились у него в голове. – Надо полагать, я принял вас за другого… Точнее, другого – за вас…

Не может быть! Человек со шрамом, о котором говорил разбойник, – не Франц? Но как же тогда Третья Верфь? Все эти скоростные «седла» – больше им просто неоткуда взяться! Но кто еще, кроме всезнайки-Франца, мог ее отыскать? Франца и… Изабеллы? Ведь Фалько так и назвал королеву – Изабелла! Но вот имени герцога он в самом деле не знал – это уже Эдуард домыслил за него, услышав про шрам на левой щеке…

– Могу я увидеть Ее Величество королеву Изабеллу? – не придумал ничего лучшего, как спросить, Хранитель.

– То есть герцога вам уже мало? – хмыкнул хозяин. – Нет уж, сэр Эдуард, говорить будете со мной. И перво-наперво – извольте объяснить, как вы узнали о нас и зачем прилетели!

– Милорд, я прибыл, чтобы поступить на службу к королеве Изабелле, – торжественно заявил Хранитель, выбрав наконец линию поведения. – А узнал обо всем от плененного мной разбойника, караванщика по имени Фалько – рыцарем его, с вашего позволения, называть не стану…

– Да, мне доложили о том, что этот наглец посмел вернуться, – кивнул хозяин. – Ну да с ним у нас еще будет отдельный разговор, а что до вас… По мне, так вернее всего вы просто шпион, сэр Эдуард.

– Шпион, милорд? Чей?

– Да чей угодно! Например, Совета «глав».

– Прознай про вас Совет «глав», милорд, здесь был бы не я, а два-три разъяренных Дракона, – заметил Хранитель.

– Как знать, может, они уже в пути? – пожал плечами хозяин – впрочем, слишком спокойно для человека, который всерьез верил бы в такой оборот. – Вот это что такое, по-вашему? – подняв двумя пальцами со стола, он продемонстрировал гостю кольцо белого металла с красным камешком.

– Перстень, – с невинным видом пожал плечами Эдуард. Это был не просто перстень, это был положенный Хранителю Гнезда Владычий перстень, как видно, найденный в его вещах при обыске. – А что?

– А то, что надеть его я почему-то не могу, – бросил хозяин. – Не лезет, хотя со стороны выглядит достаточно большим. Странно, правда? Не странно, – сам тут же и ответил он на свой вопрос. – Не странно, если это так называемое Владычье кольцо, одно из тех, что раздает Совет «глав» своим эмиссарам. Спрашивается: откуда оно у вас, если вы не драконий шпион?

– Да ну, что вы, милорд, – всплеснул руками Хранитель. – Разве Владычьи кольца такие? Сам я не видел, но, говорят, они все так и пылают огнем! А это… Вот наденьте его, прошу вас!

– Говорю же: не могу! – буркнул хозяин, но все же поднес перстень к пальцу – тот сел словно влитой.

Хорошо, что законный владелец всегда может передать Владычье кольцо кому-то другому. И если делает это добровольно, с искренним желанием, перстень всегда признает нового носителя.

И еще хорошо, что хозяину кабинета не взбрело в голову провернуть кольцо вокруг оси – иначе его ждал бы сюрприз в виде того самого Драконьего Огня.

Пробормотав себе под нос что-то невнятное – как почудилось Эдуарду: «Да, она права, пить надо меньше!» – герцог снял с пальца перстень и положил его обратно на стол.

– Ладно, убедили, Владыки тут ни при чем, – буркнул он – пожалуй, даже с ноткой легкого разочарования в голосе. – Но что тогда мешает вам быть, к примеру, шпионом графини де Тэрако?

– Регента Нового Королевства? – переспросил Хранитель – с тем лишь чтобы выиграть время на раздумье.

– Регента Старого Королевства, – поправил хозяин, нахмурившись. – Регента и тирана, – похоже, к леди Александре у него имелось что-то личное.

– Я не шпион, милорд, – развел руками Эдуард. – Ни Владычий, ни графини де Тэрако – ничей. Признаю, доказать это непросто – как доказать, что чего-то нет? – но и не призываю вас верить мне на слово. Точнее призываю верить, но не мне.

– А кому же тогда? – не понял герцог.

– Королеве Изабелле, – пошел он ва-банк. – Спросите у Ее Величества, она подтвердит, что знает меня.

– Делать больше нечего Ее Величеству… – начал было хозяин, но в этот момент дверная створка отворилась, и в кабинет вразвалочку вошел громила с тесаком – тот самый, из приемной. Обойдя стол кругом, он приблизился к герцогу и что-то негромко ему прошептал. Тот коротко кивнул, и громила удалился с видом человека, честно исполнившего свой долг. – Впрочем, почему бы и нет? – проговорил герцог, когда они с Хранителем снова остались в комнате вдвоем. – Как мне только что доложили, Ее Величество как раз направляется сюда. Не иначе, сам космос благоволит вам, сэр Эдуард – в других обстоятельствах лично я скорее предпочел бы выведать правду, подвесив вас на часок на дыбе, чем беспокоить королеву по таким пустякам…

– Космос всегда на стороне справедливости, милорд, – смиренно заметил Хранитель.

– Чушь! Космос на стороне больших конруа! Хаос, впрочем, тоже их предпочитает всему прочему.

Обе створки входных дверей распахнулись разом, и в кабинет вошла, почти вбежала… Вне всякого сомнения, это была она, Изабелла! За годы, что он не видел ее, превратившаяся из немного нескладной, застенчивой девчушки-полукровки в стройную, красивую девушку лет семнадцати на вид (так-то, по расчетам Эдуарда, ей не должно было быть более четырнадцати). На Изабелле было длинное, перетянутое на талии тонким кожаным ремешком закрытое черное платье, в распущенных волосах сияла драгоценная диадема.

– Сколько можно ждать, Вальтер? – капризно спросила она с порога, сердито нахмурив широкие брови. Голос был ее, Изабеллы.

– Прошу меня извинить, Ваше Величество, – с улыбкой развел руками герцог. – Государственные дела, хаос их поглоти. Вот шпиона допрашиваю.

– Шпиона? – переспросила девушка, не без любопытства посмотрев на Эдуарда – до этого он не удостоился от нее и короткого взгляда. – Чьего шпиона, Вальтер?

– Вот как раз выясняю. Кстати, он говорит, что хорошо знаком с Вашим Величеством. Это в самом деле так?

– Никогда не встречала такого косматого бородача, – презрительно сморщила носик Изабелла. – Так что лжет твой шпион, Вальтер. Отдай его в работу палачу и пошли скорее.

– Вот видите, сэр Эдуард? – демонстративно развел руками герцог. – Подшутил над вами космос: не признали вас.

– Сэр Эдуард? – переспросила девушка, вздрогнув, вновь повернулась к Хранителю и вгляделась в его лицо уже внимательнее – с прежним, впрочем, результатом.

– Да, Белла, это я! – выговорил Эдуард, поняв, что не узнан, и стянул с головы парик. Тот держался едва-едва и снялся легко, а вот фальшивая борода оказалась приклеенной на совесть. Эдуард принялся судорожно скрести ее край ногтями, силясь подцепить, и, найдя наконец за что ухватиться, рванул что было силы. Скулу резануло, словно ножом, подбородок и щека окрасились кровью – не желая отрываться, постиж отходил вместе с кожей. Содранный до половины, он не выдержал и порвался – один кусок фальшивой бороды остался у Эдуарда в руке, второй так и продолжил висеть клоком на левой части лица.

– Эдуард… – изумленно повторила девушка, делая неуверенный шаг к Хранителю. Она протянула руку, словно хотела дотронуться пальцами до свежей раны на его щеке, но, не завершив движения, отдернула ее назад, словно в испуге. – Он же весь в крови! – резко повернулась Изабелла к герцогу. – Сделай же что-нибудь, Вальтер! Позови лекаря!

– Лекаря! – послушно крикнул тот в сторону двери.

– Сэр Эдуард, к вашим услугам, Ваше Величество! – церемонно склонил голову Эдуард.

С половиной фальшивой бороды на лице, да еще и не совсем в цвет его родным волосам, должно быть, это выглядело довольно нелепо, но никто из присутствовавших в кабинете почему-то не засмеялся.