И забрезжил день, когда Аракис окажется на той оси, вокруг которой завертится Вселенная.

— Посмотри, хороша штучка! — прошептал Стилгар. Поль лежал рядом с ним в расщелине скалы, высоко на гребне Большого Щита, прижимая к глазам окуляр вольнаибской подзорной трубы. Масляные линзы были направлены на межзвездный лайнер, выступавший на фоне светлеющего неба в долине под ними. С восточной стороны высокий бок корабля поблескивал в тусклых еще солнечных лучах, а теневая сторона освещалась желтым светом поплавковых ламп. Позади сверкал на солнце город Аракин, не очнувшийся от ночного холода.

Но Поль знал, что не лайнер вызвал почтительный трепет в голосе Стилгара, а сооружение, центром которого он являлся. Многоэтажная металлическая конструкция, раскинувшаяся почти на тысячу метров, — гигантский навес, образованный перекрывающимися металлическими листами, временное укрытие пяти легионов сардукаров и Его Императорского Величества, Падишаха-Императора Саддама IV.

Сидевший на корточках слева от Поля. Джерни Халлек сказал:

— Я насчитал в ней девять уровней. Похоже, здесь не без сардукарчиков.

— Пять легионов, — отозвался Поль,

— Уже светает, — сердито прошипел Стилгар. — Нам не нравится, что ты опять находишься на открытом месте, Муад-Диб. Пора возвращаться в скалы.

— Я здесь в полной безопасности, — возразил Поль.

— На корабле может оказаться огнестрельное оружие, — заметил Джерни.

— Они наверняка думают, что мы прикрыты щитами. Они не станут тратить заряды на трех неизвестных субъектов, даже если и заметят нас.

Поль поводил подзорной трубой из стороны в сторону, осматривая стену, замыкающую дальнюю границу долины, разглядывая все в мелких выбоинах утесы, на которых полегло так много солдат его отца. На мгновение ему подумалось, что это не случайное совпадение, что тени погибших бойцов тоже смотрят сейчас вниз с этих скал. Харконненские города и укрепления, находившиеся за этой стеной, либо были уже в руках вольнаибов, либо были отрезаны от главных сил, как лишние ветки, отрезанные от дерева и брошенные засыхать на песке. Врагу принадлежала только эта долина и расположенный в ней город.

— Если они нас заметили, они могут отважиться на вылазку и выслать махолет, — не унимался Стилгар.

— Пусть. Сегодня мы сможем сбивать все махолеты… к тому же приближается буря.

Он перевел трубку на дальний край аракинского летного поля, туда, где стояли харконненские фрегаты под флагом компании АОПТ, вяло трепетавшем на шесте. Он подумал об отчаянии, которое заставило Гильдию разрешить посадку этим двум группам, держа пока остальных в резерве. Гильдия вела себя как человек, пальцем ноги пробующий воду, прежде чем отважиться нырнуть в нее.

— Ну как, — спросил Халлек, — разглядели что-нибудь новенькое? Нам лучше бы убраться в укрытие. Буря уже надвигается.

Поль снова перевел взгляд на гигантский стальной шатер.

— Они привезли с собой даже своих женщин! И лакеев, и слуг. Н-да, мой дорогой Император, как вы беспечны!

— По тайной тропе кто-то идет, — сказал Стилгар. — Наверное, вернулись Корба с Отеймом.

— Отлично, Стилгар, — оторвался от окуляра Поль, — мы возвращаемся.

Он снова прильнул к трубе и бросил последний взгляд на площадку с высокими космическими кораблями, на сверкающее металлическое сооружение, на погруженный в тишину город, на фрегаты харконненских наемников. Потом отступил назад и скрылся за каменным выступом, Его место у окуляра занял наблюдатель — федьакын.

Поль спустился, в углубление на поверхности Большого Щита. Оно было метров тридцать в диаметре и метра три в глубину — выбоина в скале, которую вольнаибы обработали и прикрыли камуфляжным тентом. В широкое отверстие на стене справа уходили кабели аппаратуры связи. Отсюда федьакыны расходились по намеченным позициям и ждали сигнала к наступлению.

Из отверстия в стене вышли двое и заговорили с часовыми..

Поль бросил взгляд на Стилгара и кивнул в сторону вновь прибывших:

— Прими их донесения, Стилгар.

Стилгар отправился выполнять приказ.

Поль прислонился к стене, потом сел на корточки, с наслаждением потянулся и снова выпрямился. Он увидел, как по команде Стилгара двое вольнаибов снова исчезли в темном отверстии, и подумал о долгом спуске по узкому, вырубленному вручную туннелю, выходящему прямо в долину.

Стилгар направился к Полю.

— Что-то столь важное, что они даже не рискнули отправить сюда чилагу?

— Они приберегают своих посланцев для битвы, — Стилгар покосился на оборудование связи. — Даже на близком расстоянии не стоило бы пользоваться такими вещами, Муад-Диб. Они могут засечь тебя по излучению.

— У них скоро появятся совсем другие проблемы. Что тебе сообщили?

— Наших пленников-сардукаров отпустили около Древнего Ущелья, они направляются к своему хозяину. Ракетные установки и артиллерия на позициях. Люди расставлены по местам, как ты приказывал. Все идет по плану.

Поль оглядел неглубокую выбоину, всматриваясь в лица людей в неясном свете, пробивающемся сквозь камуфляжную ткань. Ему казалось, что время ползет как гусеница, с трудом переваливающаяся через плоский камешек.

— Нашим сардукарам потребуется некоторое время, чтобы добраться до места, откуда они смогут позвать подмогу. За ними наблюдают?

— Наблюдают, — ответил Стилгар.

Стоявший рядом с Полем Джерни Халлек откашлялся.

— Может, нам лучше бы перейти в более безопасное место?

— Такого места не будет, — сказал Поль. — Прогноз погоды по-прежнему благоприятный?

— Приближается Великая Буря, Праматерь всех бурь, — торжественно сказал Стилгар. — Неужели ты сам не чувствуешь, Муад-Диб?

— В воздухе чувствуется что-то необычное, — согласился Поль. — Но в вопросах погоды я предпочитаю определенность.

— Буря будет здесь через час, — Стилгар кивнул в сторону ущелья, выходившего на стальной шатер Императора и харконненские фрегаты. — Они тоже знают об этом. В воздухе нет ни одного махолета. Все закреплено и привязано. О погоде им сообщают их друзья из космоса.

— Разведывательных вылазок больше не делают?

— С прошлой ночи — ни одной. Они знают, что мы здесь. Я думаю, сейчас они ждут подходящего времени.

— Время выбираем мы!

Джерни буркнул:

— Если они позволят нам это сделать.

— Весь их флот в космосе, — возразил Поль.

Джерни покачал головой.

— У них нет выбора, — продолжал Поль. — Ведь мы можем уничтожить пряности. Гильдия не станет так рисковать.

— Люди в отчаянном положении — самые опасные, — не унимался Халлек.

— А мы не в отчаянном положении? — спросил Стилгар.

Джерни ухмыльнулся.

— Мечта вольнаибов не была твоей мечтой, Джерни. Стилгар никогда не забывает о воде, которую они израсходовали на взятки, о годах ожидания, о том, как мы все откладывали тот день, когда Аракис начнет расцветать. Ты не…

— А-а, — отмахнулся Халлек.

— Чего у него такой мрачный вид? — спросил Стилгар.

— У него всегда мрачный вид перед боем. Это он так шутит.

На лице Халлека появилась волчья улыбка, над воротом влагоджари сверкнули белые зубы.

— Я горюю о бедных харконненских душах, которые мы сегодня выпустим на свободу без покаяния!

Стилгар хмыкнул.

— Он говорит, как федьакын.

— Джерни родился штурмовиком, — сказал Поль и подумал: Пусть немного потреплются, впереди серьезное испытание. Он посмотрел в сторону ущелья, но когда он снова взглянул на Джерни, лицо воина-трубадура снова было хмурым.

— От беспокойства слабеют, — пробормотал Поль. — Это твои слова, Джерни.

— Мой герцог, — ответил Халлек. — Меня очень беспокоит атомное оружие. Если вы воспользуетесь им, чтобы пробить брешь в Большом Щите…

— Люди в долине не станут использовать свое атомное оружие против нас, — не дал ему договорить Поль. — Не посмеют… К тому же они побоятся уничтожить планету — источник пряностей.

— Но нарушение Конвенции…

— Нарушение! — огрызнулся Поль. — Страх, а не Конвенция удерживает Великие Дома от использования атомного оружия друг против друга. К тому же в тексте Великой Конвенции сказано так: «Использование атомного оружия против разумных существ карается уничтожением планеты». А мы собираемся всего лишь взорвать Большой Щит.

— Очень тонкий вопрос, — вздохнул Халлек.

— Знаешь, эти буквоеды-законники могут прицепиться к чему угодно. И вообще, хватит об этом.

Поль отвернулся, в глубине души желая, чтобы он в самом деле чувствовал такую уверенность. Наконец он спросил:

— А люди в городе? Все на местах?

— Да, — ответил Стилгар.

Поль посмотрел на него:

— Тебя что-то тревожит?

— За всю свою жизнь не встречал горожанина, которому мог бы полностью доверять.

— Я в прошлом горожанин.

Стилгар запнулся и покраснел.

— Муад-Диб знает, что я имел в виду не…

— Я знаю, что ты имел в виду, дружище. Но человек проверяется не тем, что ты о нем думаешь. А тем, что он для тебя делает. В этих горожанах течет кровь вольнаибов. Просто они до сих пор не знали, как им вырваться из рабства. Мы их научим.

Стилгар кивнул и заговорил извиняющимся тоном:

— Сила привычки, Муад-Диб. В Низине Смерти нас учили презирать тех, кто живет в городах.

Поль посмотрел на Джерни и увидел, что тот изучающе разглядывает Стилгара.

— Скажи нам, Джерни, почему сардукары выгоняли жителей городов и деревень из их жилищ?

— Старый трюк, милорд герцог. Хотят, чтобы мы отвлеклись на возню с беженцами.

— Эти убийцы слишком долго были в чести, их хозяева разучились усмирять их, — сказал Поль. — Теперь сардукары играют нам на руку. Они для развлечения насиловали горожанок, они насаживали головы недовольных на древки своих знамен, и в итоге они посеяли ненависть среди тех, кто прежде просто равнодушно смотрел бы на предстоящую битву как на очередную смену власти. Сардукары навербовали нам сторонников, Стилгар.

— Кажется, горожан в самом деле растормошили, — согласился вольнаиб.

— Их раны свежи, и они горят ненавистью, — продолжал Поль. — Вот почему мы можем использовать их как ударную группу.

— Но бойня там будет страшная, — заметил Халлек.

Стилгар кивнул.

— Они знают, на что идут, — возразил Поль. — Они знают, что каждый убитый сардукар облегчит нам нашу задачу. Понимаете, друзья, им есть за что умирать. Они вдруг поняли, что они тоже люди. Они пробуждаются.

Наблюдатель у подзорной трубы издал какое-то неопределенное восклицание. Поль обернулся на смотровую щель и спросил:

— Что там такое?

— Настоящая суматоха, Муад-Диб, — прошептал наблюдатель. — У этого чудовищного железного шатра. От западного гребня отошел броневик и несется к площадке, словно коршун с добычей.

— Прибыли пленные сардукары, — пояснил Поль.

— Сейчас они опустили щит над всем летным полем. Я вижу, как воздух играет до самого склада, где они хранят пряности.

— Теперь они знают, с кем они будут сражаться, — сказал Халлек. — Сейчас харконненское зверье дрожит и клацает зубами от страха, что один Атрейдс еще жив!

Поль обратился к федьакыну у подзорной трубы:

— Наблюдай за флагштоком на императорском корабле. Если они поднимут мой флаг…

— Как же, ждите, — буркнул Халлек.

Поль увидел озадаченное выражение на лице Стилгара и пояснил:

— Если Император признает мои права, он даст сигнал, подняв флаг Атрейдсов над Аракисом. Тогда мы пускаем в ход план номер два и действуем только против Харконненов. Сардукары в этом случае будут стоять в стороне и предоставят нам выяснять отношения самим.

— Я не разбираюсь в этих чужеземных делах, — пробормотал Стилгар. — Я слышал о них, но мне кажется, что они не похожи…

— А что тут разбираться, сам все увидишь, — перебил его Джерни.

— Они поднимают новый флаг на высоком корабле! — воскликнул федьакын. — Желтый… с черным и красный круг посередке.

— Да-а-а… — протянул Поль. — Бизнес — дело тонкое.

— Тот же флаг, что и на остальных кораблях, — объявил наблюдатель.

— Ничего не понимаю, — сказал Стилгар.

— Бизнес, точно, дело тонкое, — подхватил Халлек. — Если бы он поднял знамя Атрейдсов, значит, он проглотил все как есть. А вокруг слишком много наблюдателей. Поднять флаг Харконненов — это вообще нелепо. Вот он и поднимает тряпку АОПТ! Дает знать вон тем… — Джерни ткнул рукой в небо, — где таится их выгода. Он хочет показать, что ему плевать, живы Атрейдсы или нет.

— Через сколько времени буря ударит в Большой Щит? — спросил Поль.

Стилгар отошел, посовещался с одним из стоявших в глубине федьакынов, потом вернулся и ответил:

— Скоро, Муад-Диб. Очень скоро. Даже скорее, чем мы думали. Это Пра-пра-праматерь бурь, может, даже более свирепая, чем ты желаешь.

— Это моя буря! — сказал Поль и увидел священный ужас на лицах стоявших вокруг федьакынов. — Пусть она потрясет весь мир до основания, она будет не свирепее, чем я желаю. Она ударит прямо в Большой Щит?

— Достаточно близко, чтобы никто не заметил разницы, — ответил Стилгар. Из ведущего в долину отверстия вылез гонец и подошел к ним.

— Сардукары и Харконнены отводят патрули назад, Муад-Диб.

— Они считают, что буря нанесет в равнину слишком много песка и видимость резко снизится, — пояснил Стилгар. — Они ждут, что мы поступим так же.

— Прикажи наводчикам навести прицелы сейчас, пока не упала видимость. Они должны срезать носы у каждого корабля сразу же после того, как буря разрушит щиты, — Поль подошел к стене, откинул край камуфляжной ткани и посмотрел на небо. На его темном фоне можно было различить проносящиеся конскими хвостами песчаные вихри. Он поправил камуфляж и сказал:

— Отправляй наших людей вниз, Стилгар.

— Ты пойдешь с нами?

— Я немного задержусь здесь.

Стилгар бросил на Джерни понимающий взгляд, пожал плечами, отошел к отверстию в стене и исчез в его тени.

— Пусковую кнопку, по нажатию которой Большой Щит разлетится в куски, я отдаю в твои руки, Джерни, — обратился к Халлеку Поль. — Ты сможешь сделать это?

— Сделаю.

Поль подозвал командира федьакынов.

— Отейм, начинай выводить дежурные патрули из области взрыва. Их нужно удалить оттуда, пока не ударила буря.

Вольнаиб поклонился и исчез вслед за Стилгаром.

Джерни подошел к наружному лазу и приказал наблюдателю у подзорной трубы:

— Внимательно следи за южной стеной. Пока мы ее не взорвем, она останется совершенно незащищенной.

— Когда я дам сигнал, выпустишь чилагу, — распорядился Поль.

— К южной стене направляются несколько бронетранспортеров, — доложил наблюдатель. — Некоторые из них попробовали применить огнестрельное оружие. Наши люди включили нательные щиты, как ты приказывал. Транспортеры остановились.

Во внезапно наступившей тишине Поль услышал, как снаружи бесится ветер — фронт наступающей бури. Сквозь складки камуфляжа начал осыпаться песок. Порыв ветра подхватил ткань и унес ее прочь. Поль дал знак федьакынам перейти в убежище и подошел к аппаратуре связи, стоявшей у входа в туннель. Джерни направился следом. Поль перелез через сидящего на корточках связиста. Кто-то произнес:

— Великая Пра-праматерь бурь, Муад-Диб!

Поль бросил взгляд на темнеющее небо,

— Джерни, снимай наблюдателей с южной стены.

Ему пришлось еще раз громко повторить приказ, чтобы перекрыть нарастающий рев бури.

Халлек отправился выполнять.

Поль натянул на лицо повязку, закрепил капюшон.

Джерни вернулся.

Поль похлопал его по плечу и показал на черную кнопку, вмонтированную над входом в туннель позади связиста. Джерни подошел к отверстию в стене, положил руку на кнопку и посмотрел на Поля.

— Мы не приняли никаких сообщений, — прокричал связист. — Статическое электричество!

Поль кивнул, не спуская глаз с циферблата на панели пульта. Наконец он повернулся к Джерни и поднял руку, продолжая смотреть на циферблат. Стрелка пробегала свой последний круг.

— Пуск!. — и Поль дал отмашку рукой

Джерни нажал на кнопку.

Прошла долгая секунда, прежде чем они почувствовали, как вздрогнула и сотряслась земля у них под ногами. К реву бури добавился рокочущий звук.

Рядом с Полем возник наблюдатель-федьакын, держа подзорную трубу под мышкой.

— В Большом Щите брешь, Муад-Диб! — заорал он. — Буря обрушилась на них и наша артиллерия открыла огонь!

Поль представил себе, как буря врывается в равнину, как статические заряды в стене кипящего песка разрушают силовой барьер в неприятельском лагере.

— Буря! — крикнул кто-то. — В укрытие, Муад-Диб!

Поль очнулся, чувствуя, как песчаные иголочки покалывают незащищенные щеки. Все, теперь отступать нельзя, подумал он. Поль положил руку на плечо связиста и крикнул ему в ухо:

— Бросай аппаратуру! В туннеле еще один комплект.

Он почувствовал, что его толкают в сторону — федьакыны оттесняли его в туннель, прикрывая своими телами. Они протиснулись внутрь. Там было относительно тихо, они завернули за угол и оказались в небольшой, освещенной Поплавковыми лампами комнатке, из которой вел вниз еще один ход.

У аппаратуры связи сидел другой связист.

— Много статики, — сказал он.

С порывом ветра в комнату ворвались клубы песка.

— Закупорить вход! — заорал Поль. Тишина, наступившая после выполнения команды, казалось, давила на уши. — Выход в равнину все еще свободен?

Один из федьакынов бросился посмотреть и доложил:

— Некоторые камни от взрыва рухнули, но инженеры говорят, что проход открыт. Они ведут расчистку лазерными резаками.

— Скажи им, чтобы работали вручную, — рявкнул Поль. — Внизу есть еще включенные щиты!

— Они действуют очень осторожно, Муад-Диб, — возразил федьакын, но тут же отправился передать приказание.

В комнату протиснулся первый связист и волоком втащил ящик с аппаратурой.

— Я же приказывал все бросить! — рассердился Поль.

— Вольнаибы не любят разбрасываться оборудованием, — отозвался кто-то из федьакынов.

— Для нас сейчас важнее не оборудование, а люди. Скоро мы либо будем располагать куда большим количеством техники, чем сможем использовать, либо нам вообще никакое оборудование больше не понадобится.

К нему подошел Джерни Халлек:

— Я слышал, что они говорили, будто ход вниз свободен. Мы здесь слишком близко к поверхности, милорд. Харконнены могут перейти в контрнаступление.

— Они сейчас не в том положении, чтобы думать о контрнаступлении. Как раз сейчас выяснится, что они остались без щитов и что им уже не улететь с Аракиса.

— Все равно, новый командный пост полностью подготовлен, милорд, — настаивал Джерни.

— Мне незачем находиться на командном посту. Все идет по плану и без меня. Нам нужно лишь подождать…

— Поступает сообщение, Муад-Диб, — доложил связист. Потом покачал головой и плотнее прижал наушник рукой. — Слишком много статики!

Он начал что-то записывать в лежащий перед ним журнал, то и дело покачивая головой, останавливаясь и снова продолжая писать.

Поль подошел к нему. Федьакыны расступились, давая ему место. Поль посмотрел на написанное и стал читать:

— Налет… на сич Табр… пленные… Аля (пропуск) семьи (пропуск) погибли… они (пропуск) сына Муад-Диба…

Связист снова покачал головой.

Поль поднял глаза и встретился со взглядом Джерни

Халлека.

— Текст перевран, — сказал Джерни. — Статическое электричество. Вы не знаете…

— Мой сын мертв, — оборвал его Поль. Он знал, что это правда. — Мой сын мертв… а Аля в плену… заложница.

Он чувствовал себя опустошенным — пустая оболочка, лишенная всяких эмоций. Все, к чему он ни прикоснется, будет нести горе и смерть. Он, как чума, пронесется через всю Вселенную!

Он чувствовал в себе мудрость старика, опыт бессчётного числа прожитых жизней. Он почувствовал, как внутри него кто-то хихикает и потирает руки.

И Поль подумал: О, как мало знает Вселенная о том, что такое настоящая жестокость!