Эрилин ушла, вывернув клинок так, чтобы кромка резанула трену ступню. Тот не успел вовремя остановиться и взревел от ярости и боли, когда острое лезвие глубоко пронзило плоть. Эрилин с силой потянула меч вверх, разрезая толстую чешую и разделяя кость. Когтистая ступня упала на мостовую.

Тварь снова начала кружить, прихрамывая и издавая задыхающееся слабое шипение. Эрилин поворачивалась вслед за треном, подняв меч в защитную позицию. Она догадывалась, к какой тактике может прибегнуть чудовище. И действительно, как только трен заставил её встать спиной к зияющей дыре, он пригнул голову, как бык, и прыгнул на неё, протянув свои лапы в смертоносном объятии.

Эрилин ловко шагнула в сторону и развернулась на одной ноге. Её меч скользнул по рёбрам прыгнувшей твари, прочертив глубокую линию. Она дёрнула клинок назад и вверх, затем вонзила его между ребёр чудовища.

Сжимая меч обеими руками, она прочнее упёрлась ногами в землю на краю дыры и приготовилась. Вес падающего трена чуть не вырвал ей руки из плеч, а неожиданный рывок, когда его тело освободилось, заставил её отшатнуться.

Эрилин упала в руки Данилы и заметила, что тот держит её за пояс — и, скорее всего, схватился за него в тот миг, когда она заколола трена.

- Тебе не следовало вмешиваться, - напомнила она. - Что, если бы всё прошло иначе, и я потянула тебя вниз за собой?

Он повернулся к ней лицом.

- Тогда мне не пришлось бы прыгать за тобой следом.

Кивком она приняла его ответ и бросила взгляд на дыру.

- Нам лучше уходить. Прислушайся. Другие трены скоро закончат.

- Закончат? - его лицо приобрело болезненное выражение, когда Данила понял смысл её слов. - Ты же не хочешь сказать, что эти существа едят своих сородичей? - поинтересовался он, хотя негромкие звуки, доносившиеся из тоннеля внизу, не оставляли особых сомнений.

- Цена неудачи, - заметила Эрилин, пускаясь бежать трусцой. - Кажется, там внизу их пятеро-шестеро. Теперь остальные будут настроены решительнее. Теперь это дело чести. Того, что трены считают честью, точнее.

Данила направился следом.

- Вот это мотивация! Да и воздействием плотного обеда пренебрегать не следует.

Эрилин бросила на него недоумённый взгляд, но всё-таки признала определённую логику в таком мрачном юморе.

- И это тоже, - согласилась она.

Они бежали, пока не достигли широкой людной улицы. Данила затормозил экипаж и пообещал полурослику двойную плату, если тот быстро отвезёт их в Северный квартал. Полурослик тронул экипаж достаточно резко, чтобы вызвать у прохожих гневные возгласы.

Эрилин расслабилась на мягком сидении, уверенная, что упряжка сможет обогнать любых тренов, которые попытаются броситься в погоню.

Но тогда почему её до сих пор продолжало преследовать чувство, что они с Данилой не одни?

Глава Седьмая

Оставив Эрилин в её жилище, Данила направился в Северный квартал, в семейный особняк Таннов. Спокойные, тихие улицы впервые не вызвали у него знакомой смеси раздражённости и опустошения, а также отупляющей уверенности, что здесь не может произойти ничего особенно опасного или интересного.

Это было странное впечатление, на которое Данила прежде никогда не обращал внимание. Удивительно, что старые убеждения продолжают влиять на его мысли, несмотря на то, что он давно осознал их ложность. Тому, кто знал Глубоководье и его долгую, нередко жестокую историю, спокойствие Северного квартала казалось обманчивым. В этом отношении Данила получил хорошее образование, и повторяющиеся нападения тренов казались ему более значительными, чем могли бы в противном случае.

Не так уж много поколений сменилось с тех пор, как Глубоководье разрывали на части Гильдейские войны. Купеческие семьи обзаводились наёмными армиями и сражались друг с другом на улицах. Многие представители знати стали жертвами убийц, яда и магии. Хотя эта эпоха миновала, Данила имел достаточное представление об истории, чтобы понимать, что её узор представляет собой спираль, а не прямую линию. Иногда старые раны продолжали гноиться сквозь поколения. Последний раз наёмных убийц-тренов в существенных количествах использовали во время Гильдейских войн. Вполне возможно, что их возвращение свидетельствует о некоем наследии тех времён, застарелой вражде между двумя семьями.

Данилу очень беспокоила такая возможность, но окажись она реальной — это могло бы объяснить связь между атаками тренов. Лишь одно из покушений оказалось фатальным — то, в результате которого погиб Ос — но все остальные каким-то образом были связаны с магом. Трены напали на Элайта, который вёл дела с Осом. Эрилин помогла Элайту и тем самым навлекла на себя гнев племени тренов, а потом они с Данилой занялись расследованием гибели Оса. Они вмешивались дважды. Скорее всего, этого хватило, чтобы добавить их имена к рунам тренов, вырезанным в потайных местах под городом.

В целом, это объяснение казалось пугающе правдоподобным. Данила намеревался подвергнуть его проверке чужим разумом. Он был знаком с многими мудрецами и учёными Глубоководья, но не мог вспомнить никого, кто разбирался бы в истории города лучше леди Кассандры.

Разговор предстоял... интересный. Когда-то давным-давно леди Кассандра была крайне заинтересована в том, чтобы передать эти знания младшему сыну. Дан подозревал, что из всех детей он казался наиболее вероятным кандидатом на то, чтобы продолжить исторические изыскания матери. Но почему-то он сомневался, что спустя столько лет мать воспримет его неожиданный интерес без скептицизма.

Он предсказуемо обнаружил мать в библиотеке. На мгновение Данила задержался в дверном проёме, разглядывая необыкновенную женщину, которая дала ему жизнь.

Кассандра сидела на низкой кушетке, облачённая в повседневное платье из синего лёна, и казалась элегантной и величественной, как какая-то легендарная королева. Её густые светлые волосы плавными завитками облегали голову, лицо было спокойным и безмятежным. Долгая ночь праздника не оставила следов ни на женщине, ни на особняке, которым она управляла. Пока половина глубоководского общества спала, она спокойно диктовала инструкции паре дворецких, начальнику доков и писарю.

Кассандра подняла взгляд на стук Данилы.

- Ты рано встал, - заметила она.

Он скользнул в комнату.

- У меня не было возможности поспать. Пока что день был весьма насыщенным. Рассказать тебе об этом?

Кассандра практически незаметно напряглась и бросила взгляд на внезапно заинтересовавшегося писаря. Данила подавил улыбку. Закон — и, нередко, магия — запрещали писарям выдавать секреты, которые они доверяли пергаменту, но многие зарабатывали сверху, продавая случайно подслушанные сплетни таким покупателям, как Мина Кассалантер. Кассандра Танн не намеревалась поощрять подобные сделки.

Она повернулась обратно к слугам.

- Джулиан, можешь предоставить нашим виноторговцам в Амне запрошенный кредит. Я хочу увидеть все записи поставок за флеймрул и элесиас к завтрашнему полудню, если это приемлемо.

Неожиданное выражение паники на лице начальника доков свидетельствовало, что это совсем неприемлемо. Данила почти слышал щёлканье его мысленных счетов, подсчитывающих часы, которые потребуются на выполнение подобной задачи.

Не дожидаясь ответа, леди Кассандра грациозно поднялась с кушетки.

- На сегодня мы закончили. Придёте завтра утром в обычное время.

Она смотрела на них своим безжалостно спокойным взглядом, пока мужчины не покинули кабинет, закрыв за собой тяжёлые деревянные двери. Но лицо, которое она обратила к сыну, выражало знакомую смесь решительности и раздражения.

- Ладно, можешь рассказать. Без обычных преувеличений, пожалуйста, - сухо сказала она. -Я не в настроении.

Данила налил себе бокал тёмно-красного вина из графина на столе матери. Вдохнув богатый, густой аромат специй, он одобрительно пригубил.

- Ты уверена, что лишних сорока бочек будет достаточно? Оно необыкновенно хорошо. После первой дегустации новости разлетятся быстро. За десятидневку ты всё распродашь по лучшим тавернам, и на заказы винных лавок, не говоря уже о желающих заполнить частные погреба, ничего не останется. Ты, разумеется, знаешь, что в этом году колледж бардов впервые будет проводить зимний праздничный вечер. Могу гарантировать заказ на двадцать бочек лишь из этого источника.

Льдисто-синие глаза Кассандры чуть потеплели от интереса.

- Очень хорошо. Позаботься об этом, - она удобнее устроилась на диване. - Но ты явился сюда не за этим. Сомневаюсь, что ты отказался от сна, чтобы позаботиться о семейном состоянии.

Данила поднял кубок в салюте.

- Вы мудры так же, как и прекрасны, миледи. Тем лучше для меня, поскольку я нуждаюсь в вашем совете.

- Неужели? - заметила мать, пристально разглядывая сына.

- Да. В последнее время меня беспокоят некоторые тревожные тренды — или, точнее, трены. Похоже, что в последнее время они убивают и пожирают людей чаще обычного. Вы всегда входили в число тех, кто диктует моду, так что, полагаю, ничего удивительного, что этот тренд зародился именно здесь.

Лицо Кассандры побледнело, и на нём остались лишь два пятна яркого гневного цвета.

- Трены? Ящеры-убийцы, здесь? Что это за ерунда! Если это одна из твоих дурацких игр, уверяю, она совсем не смешная!

- Уж поверь, мне самому ни капли не смешно, - сказал Данила, присаживаясь напротив матери. - Прошлой ночью Эрилин стала свидетельницей покушения. К слову, стоит приказать дворецкому прибраться в коридорах между винным погребом и старой оружейной для наёмников. Смею доложить, что там до сих пор беспорядок.

Женщина смотрела на него так, как будто он говорил на орочьем языке.

- Покушение? Здесь? На Балу Самоцветов? На кого?

Её изумление казалось искренним и абсолютным. Хотя Данила никогда по-настоящему не верил, что его мать имеет какое-то отношение к покушениям, он не мог отрицать, что испытывает неожиданное облегчение.

- Элайт Кроулнобер. Гость, - твёрдо сказал он, обрывая раздражённый комментарий, который наверняка готова была произнести мать, - откликнувшийся на моё приглашение и находившийся под защитой правил гостеприимства.

- Только не надо читать мне лекции про правила приличия и обязанности перед обществом, - горячо вмешалась дама. - Тебе вообще не следовало приглашать этого проходимца на приличное мероприятие! Как и твоей... спутнице... вмешиваться в происходящее!

Данила сощурился.

- Полагаю, ей следовало уйти прочь и оставить одинокого эльфа погибать от рук пяти наёмных убийц-тренов?

- Пятеро тренов, - бесцветным голосом повторила Кассандра. Эта новость, похоже, слегка пошатнула её самообладание, и неожиданно её осанка стала меньше напоминать королеву-воительницу, а, скорее, женщину с двумя десятками внуков. Это мгновение быстро прошло.

- Что произошло?

- Они сражались. Четверо были убиты, один сбежал.

- Именем рун Огмы, - выругавшись, Кассандра встала и принялась расхаживать по комнате с выражением гнева и беспокойства. - Возможно, теперь ты поймёшь моё беспокойство касательно твоей связи с этой женщиной! Рано или поздно тебе придётся это понять — если ты не такой дурак, каким всегда притворялся!

Это заявление испугало Данилу по нескольким причинам. Сначала он заговорил о самой простой.

- Ты распознала моё притворство. В отличие от остальной семьи.

Женщина фыркнула.

- По-твоему, я так мало знаю о том, что происходит под моей крышей? Я понимаю больше, чем ты думаешь. Так случилось, что твоё решение поиграть в дурачка на службе арфистов хорошо сочеталось с семейными интересами. Виноторговцы должны знать своё ремесло. Ты научился этому, наверное, по чистой случайности, пока тратил время на игры Хелбена.

- По таверне за раз, - согласился Данила. Эта шутка была призвана скрыть его удивление. - Ничто не заменит практический опыт.

- Действительно, - сухо отозвалась мать. - И теперь, спустя все эти годы мучений твоих наставников и музыкантов, ты стал бардом! Могу сказать, что выборы, которые ты совершал касательно своей жизни, в целом не так уж и сильно отличались от того, что выбрала бы для тебя я. До недавнего времени, конечно.

Смысл её слов был ясен, как день, и невыносимо раздражал Данилу. Он с преувеличенной осторожностью опустил свой бокал, сдерживая желание разбить его об стену.

- Что приводит нас к некоторым другим вопросам, - ровным голосом сказал он. - Почему ты так неодобрительно относишься к Эрилин?

- Пожалуй, я не имею ничего против неё лично. Сложно будет найти лучшую спутницу для путешествий. Но пора уже заняться поисками супруги. Наёмница-полуэльфийка не подходит для мужчины твоего положения.

- Тогда я изменю своё положение, - огрызнулся Данила. - Всё, что я делаю для этого города и этой семьи, может делать кто-то другой. Почему я не могу следовать собственным желаниям?

Кассандра вскинула руки:

- Зачем останавливаться?

Он пропустил это мимо ушей.

- Кроме того, я не понимаю, почему ты считаешь, что Эрилин поступила неправильно, помогая одному из гостей Таннов. Ты стала бы относиться к вопросу иначе, стань целью тренов какая-нибудь дочка знатной семьи?

Мать обдумывала вопрос дольше, чем ожидал Данила — дольше, решил он, чем следовало.

- Конечно, это было бы совсем другое дело, но ей всё равно не следовало вмешиваться.

Данила поражённо потряс головой.

- То есть ты предпочла бы, чтобы убийцам позволили творить всё, что угодно в нашем особняке?

Кассандра бросила на него мрачный взгляд.

- Тебе стоило прислушаться к урокам, - тихо сказала она, - которые я пыталась преподать тебе в детстве.

- Войны Гильдий, убийства, хаос, - нетерпеливо отозвался Данила. - Да, я прекрасно всё это помню.

Мать покачала головой.

- Прошлое никогда нас не покидает. Кому это лучше знать, как не барду?