Она всегда знала, что любила женщин так, как от нее ожидали, что она будет любить мужчин. Она находила женщин прекрасными и желанными, в то время как мужчины всегда оставались для нее только хорошими друзьями, братьями по оружию, но ничем более. И она никогда не притворялась, казалось, все ее друзья приняли это, как факт.

Но это было правдой, хотя Мэттью и остальные часто шутили с ней о разбитых сердцах прекрасных девушек, это не было тем, что она когда-нибудь обсуждала с матерью. Она вспомнила, как нежно касалась мать ее волос в экипаже. Что же на самом деле думала Сесили о своей странной дочери?

Не сейчас, сказала она себе. Она повернулась к женщине в тюрбане, которая пыталась привлечь ее внимание.

— Да?

— Моя дорогая, — сказала женщина. — Ты обязательно должна быть здесь через неделю. Верные будут вознаграждены, я тебе обещаю. А древние, спрятанные от нас давным-давно, будут обнаружены.

— Конечно, — сказала Анна, подмигивая. — Да. Не пропустила бы это ни за что на свете.

В то время, как она просто продолжала разговор, Анна поняла, что хотела бы вернуться в это место. Она пришла сюда в мужской одежде и получила в ответ только одобрение. Ну, вообще-то она была уверена, что одна юная вампирша рассматривала ее с нездоровым интересом. И Леопольда, прекрасная колдунья, не отводила взгляда от Анны. И если бы все ее помыслы не были посвящены лишь Ариадне…

Ну, это только можно оставить на милость воображения.

Когда Мэттью и Анна покинули дом той ночью, они не заметили фигуру на другой стороне улицы, скрывшуюся в тени.

* * *

Джем узнал Мэттью сразу, но сначала был озадачен и не мог понять, кто же его спутник. Этот человек походил на его парабатая, Уилла Эрондейла, не того Уилла, которым он был сейчас, но Уилла в семнадцать, с его самоуверенной развязностью и вздернутым подбородком. Но ведь этого просто не могло быть. И спутник Мэттью точно не был Джеймсом, сыном Уилла.

У него заняло несколько минут, чтобы понять, что молодой мужчина перед ним и не мужчина вовсе. Им оказалась Анна Лайтвуд, племянница Уилла. Она унаследовала темные волосы и профиль Эрондейлов, а еще самоуверенную развязность своего дяди. В какой-то момент Джем ощутил острую боль в сердце. Это было подобно увидеть своего друга молодым снова, и их двоих, когда они жили в Институте вместе и сражались вместе бок о бок друг с другом, до того, как Тесса Грей впервые переступила порог Института.

Это правда было столь давно?

Джем вздрогнул, отогнал непрошенные мысли и постарался снова сконцентрироваться на настоящем. Анна носила некую маскировку, и она и Мэттью только что побывали на каком-то сборище жителей Нижнего Мира с колдуньей, как он заметил. И у него не было ни малейшей идеи, что они там делали.

* * *

Целая неделя прошла. Целая неделя для Анны, бегавшей проверять почту, смотрящей из окна, ходившей часть пути до Площади Кавендиш. Прежде, чем повернуть обратно. Жизнь. Это была агония, и это превратилось в осознание, когда Анну позвали вниз рано в пятницу, чтобы найти Ариадну, дожидавшуюся ее, наряженную в роскошное желтое платье и белую шляпку.

— Доброе утро, — Ариадна сказала. — Почему ты не готова?

— Готова?! — переспросила Анна и при неожиданном появлении Ариадны в горле у нее пересохло.

— Тренироваться!

— Я…

— Доброе утро, Ариадна! — Сесили Лайтвуд вышла с Александром.

— О! — взгляд Ариадны стал будто светлее, когда она увидела малыша. — Я просто не могу не подержать его — я просто обожаю малышей!

Появление Александра дало Анне время вскарабкаться наверх, выровнять дыхание, брызнуть водой на лицо, и захватить свою экипировку. Пятью минутами позже, Анна сидела напротив Ариадны в экипаже Бриджстоков, направлявшемуся к Институту. Сейчас они были наедине, близко друг к другу, в теплом экипаже. Запах духов Ариадны, запах цветущего апельсина обволакивал и дурманил Анну.

— Я тебя побеспокоила? — спросила Ариадна. — Я просто надеялась… что ты будешь свободна, чтобы потренировать меня… — она выглядела обеспокоенной. — Надеюсь, я не предположила… неправильно. Ты сердишься?

— Нет, — ответила Анна. — Я никогда не смогу сердиться на тебя.

Анна хотела бы, чтобы это прозвучало легко и беззаботно, но хрипотца в ее голосе выдала правду.

— Хорошо, — Ариадна светилась от радости и сплела пальцы в замок на коленях. — Я бы ненавидела раздражать тебя.

Когда они прибыли в Институт, Анна переоделась намного быстрее, чем Ариадна. Она ждала в тренировочной комнате, нервно меряя ее шагами, беря ножи со стены и метая их, чтоб успокоить нервы.

Это же только тренировка. Простая тренировка.

— А у тебя хороший бросок, — сказала Ариадна.

Ариадна была ошеломляюще красива в платьях; экипировка же открыла, и кое-что еще. Она все еще оставалась женственной, с ее длинными волосами и роскошными изгибами фигуры, теперь не скованной весом тяжелой ткани, она двигалась с грацией и скоростью.

— Как бы ты хотела начать? — сказала Анна. — У тебя есть предпочитаемое оружие? Или нам полазать? Работа на перекладине?

— Все, что ты считаешь лучшим, — ответила Ариадна.

— Нам начать с клинков? — сказала Анна, беря один со стены.

* * *

Что бы ни делала Ариадна в Идрисе, это определенно не включало усиленные тренировки. Она окончательно уверилась в этом. Когда она делала бросок — руки ее были слабыми. Анна подходила и инструктировала ее, заставляя себя сохранять самообладание, когда она брала руку Ариадны в свои, и показывала ей бросок. Она была на удивление хороша в скалолазании, но добравшись до потолочной балки, она неудачно ухватилась и упала. Анна прыгнула под нее и аккуратно поймала во время падения.

— О, очень впечатляюще! — сказала Ариадна, улыбаясь.

Анна стояла там несколько мгновений, все еще с Ариадной на руках, не уверенная, что делать дальше. Было что-то во взгляде Ариадны, в том, как она смотрела на Анну, будто загипнотизированная.

Что она спросила? Как могло это случиться с кем-то вроде Ариадны?

Это было слишком.

— Очень хорошая попытка, — сказала Анна и осторожно поставила ее на ноги. — Только… следи куда наступаешь.

— Думаю, на сегодня мне хватит, — отметила Ариадна. — Как можно развлечься в Лондоне?

О, так много возможностей.

— Ну, — сказала Анна. — Как насчет театра и зоопарка?..

— Нет, — Ариадна взяла одну из подушек и покрутилась вокруг нее. — Уверена, ты знаешь место для настоящего веселья.

— Ну, — сказала Анна, лихорадочно подбирая слова, — знаю место, полное писателей и поэтов, и оно лучшее. Открывается после полуночи.

— Тогда, полагаю, ты возьмешь меня с собой, — сказала Ариадна, и ее глаза сверкали. — Буду ждать тебя в полночь у окна сегодня.

Ожидание в тот вечер было мучительным.

Анна возилась со своим ужином и смотрела на часы через всю комнату. Кристофер складывал в пирамиду морковки на тарелке, очевидно, занятый мыслями о разработке очередного механизма. Ее мама кормила Александра. Анна считала удары собственного сердца. Ей приходилось отчаянно стараться оставаться незаметной. Она провела некоторое время в семейной комнате с малюткой братом; она взяла книгу и листала, быстро пробегая глазами по страницам. К девяти она все же смогла лениво потянуться и сообщить, что собирается принять душ и лечь спать.

Вернувшись в свою комнату, Анна подождала, пока не услышала, что остальные домочадцы пошли спать, прежде чем переоделась. Ей потребовалось время чтобы почистить и заштопать свой наряд настолько хорошо, насколько она только могла. Когда она оделась, она выглядела и наряднее, и опаснее. Она решила, что именно так будет одеваться, если попадет в приключение или даже встретит Ариадну.

Она выскользнула из своего окна в одиннадцать, спустилась по веревке, которую забросила обратно внутрь. Она могла бы и спрыгнуть, но ей потребовалось время, чтобы хорошо заправить волосы в шляпу. Она отправилась к Белгравии и в этот раз она не беспокоилась о том, чтобы избегать освещенных фонарями участков дороги. Она хотела быть увиденной. Она гордо выпрямила спину и шла широкими шагами. И чем дальше она шла, тем увереннее становились ее походка, и четче ее ощущения. Она приветствовала, коснувшись пальцами шляпы, леди в проезжающем навстречу экипаже, леди улыбнулась и застенчиво отвернулась.

Анна знала, что теперь она никогда не сможет снова носить платья. Она всегда любила театр, саму идею представления. Первый раз она надела одежду своего брата, это было представление, но каждый раз, когда она делала это вновь, игра становилась все реальнее. Она не была мужчиной, да и не хотела им быть — но почему мужчины должны получать все хорошее от мужественности только по случаю рождения? И почему ей, Анне не следует носить их одежду, пользоваться их уверенностью и привилегиями?!

Ты украла у Бога огонь.

Весь развязный вид, в котором пребывала Анна, вошел в спячку, как только она повернула за угол на Кавендиш-Сквер. Сможет ли Ариадна принять её вот такую? Несколько минут назад всё казалось таким правильным, а сейчас…

Анна уж подумала повернуть назад и никуда не идти, но всё-таки заставила себя пойти дальше.

В доме Бриджстоков было темно. Анна подняла голову, измученная мыслью, что Ариадна обманула её. Но затем она увидела резкое движение рядом с занавесками, а после распахнулось окно. Ариадна посмотрела на неё сверху вниз. И улыбнулась.

Через секунду из окна уже свисала веревка. Ариадна соскользнула вниз так изящно, как не делала даже на тренировке. Одета она была в светло-голубое платье, которое чуть дрогнуло, когда она приземлилась.

— О, боже… — сказала Ариадна, подходя к Анне, — Ты выглядишь просто… ошеломляюще.

И Анна вдруг поняла, что ни каких денег не стоил тот взгляд, каким Ариадна одарила её.

Они взяли карету, чтобы добраться до Сохо. Хотя и она, и Ариадна нанесли на себя гламур, дабы скрыть руны от примитивных, Анне всё равно доставил удовольствие тот взгляд, которым наградил её водитель, как только он понял, что симпатичный молодой человек, сидящий у него в кабине, оказался симпатичной молодой девушкой. Он приподнял свою шляпу, когда они выходили из экипажа, бормоча себе под нос что-то про «молодежь в эти дни».

Они подошли к дому, однако в этот раз Анна постучала в дверь. Тон мужчины был не очень любезным. Сначала он обвел глазами Анну, а затем Ариадну:

— Никаких Сумеречных Охотников.

— А система обслуживания клиентов стала ещё хуже по сравнению с прошлым разом, — ответила Анна, замечая, что сейчас окна были прикрыты тяжелыми бархатными занавесками.

— Идите домой, юные Сумеречные Охотники, — продолжил он, — Надеюсь, я ясно выразился.

И дверь захлопнулась у них прямо перед носом.

— А вот теперь мне интересно, — сказала Ариадна. — Тебе не кажется, что зайти нам всё же стоит?

У Ариадны, конечно, была озорная черта характера, которая дополняла её жизнерадостность и любовь к разным вещам, которые были несколько… шаловливыми. И Анна почувствовала, что должна поощрять данный импульс.

На плоской передней части дома не было четкой точки доступа, поэтому они спустились до конца улицы и обнаружили узкую аллею, соединяющую дома. Вплоть до третьего этажа дом был кирпичным. Несмотря на это, там проходила водосточная труба. Анна ухватилась за неё и поднялась. Оттуда она не могла добраться до окон третьего этажа, однако могла попасть на крышу. Она посмотрела вниз, чтобы убедиться, что Ариадна поднялась за ней, снова проявив больше мастерства, чем на тренировке. Им удалось открыть чердачное окно. Оттуда они поползли по извилистой лестнице, сначала шла Анна, а Ариадна позади неё. Ариадна держала руку около талии Анны, возможно, для подстраховки, или же…

Анна предпочла не думать об этом.

Сегодня вечером в доме использовали слишком много фимиамов. Запах витал по коридору и дошел уже до лестницы, почти заставив Анну кашлять. Это был неприятный запах — он был едким и тяжелым. Анна почуяла горькую полынь и что-то еще, что-то с металлическим запахом, как обычно пахнет кровь. Здешняя публика обычно была довольно спокойной. Слышен был только один голос, и довольно низкий. Женский голос с немецким акцентом. Этот голос читал заклинания.

Анна сразу поняла, что это было заклинание призыва, нечто подобное она уже слышала. Она повернулась к Ариадне, чье лицо выражало крайнее беспокойство.

Она потянулась за своим клинком Серафима и подала знак Ариадне, что пойдет первой и посмотрит, что там происходит. Ариадна кивнула в ответ. Анна начала красться к концу лестницы, а затем к концу холла. Девушка отодвинула бархатный занавес, что загораживал путь к гостиной. Все присутствующие сидели лицом к центру комнаты, поэтому всё, что Анна могла видеть, были их спины и слабое мерцание свечей.

Анне удалось распознать форму круга, что был начертан на полу. Женщина в тюрбане стояла на самом краю круга, а на её лице читался полный восторг. Одета она была в длинную черную мантию, а над головой держала книгу с рисунком пиктограммы. Книга была сделана из чего-то странного. Возможно, это была кожа.

А возвышалась над всеми ними Леопольда. Её глаза были закрыты, руки были подняты вверх. Приглядевшись, Анна заметила, что Леопольда держала в руках изогнутый кинжал. Разговаривала она на демоническом языке. Затем она кинула взгляд на женщину в тюрбане и кивнула. Сделав длинный шаг в сторону круга, женщина остановилась. Зеленое пламя вспыхнуло кольцом, заставляя всех находящихся в комнате примитивных попятиться и что-то нечленораздельно бормотать. К удивлению Анны, ни одного представителя Нижнего Мира здесь не было.

— Выйди! — воскликнула женщина. — Выйди, прекрасная смерть. Выйди, создание, выйди, чтобы мы могли поклоняться тебе. Выйди!

— Убирайтесь отсюда! — крикнула Анна, пробираясь в комнату. — Все вы!

У людей не было ни секунды, чтобы удивиться. Огромный Пожиратель вырвался из темноты. Женщина в тюрбане опустилась на колени прямо перед демоном: