Весь следующий день они брели по лесу в сторону Муми-долины. Снусмумрик играл на губной гармошке, чтобы легче шагалось. К пяти часам вечера они дошли до развилки — от большой дороги ответвлялась тропа поменьше. Указатель гласил: «Танцплощадка — туда! И магазин».

— Ой, как хочется танцевать! — Снорочка захлопала в ладоши.

— Нет времени на танцы, конец света скоро, — сказал Снорк.

— Если когда и танцевать, так именно сейчас! — воскликнула Снорочка. — Ну пожалуйста! Конец света только через два дня!

— А в магазине, наверное, лимонад… — размечтался Снифф.

— И это практически по пути, — заметил Муми-тролль.

— Ладно уж, давайте заглянем на танцплощадку, — решил Снусмумрик. — Раз это по пути.

Снорк вздохнул, и они свернули на маленькую дорожку. Дорожка была весёлая, петляла туда-сюда, вилась, изгибалась и переплеталась сама с собой из чистого озорства. По ней можно было идти без устали и, может быть, даже дойти до места раньше, чем по большой и скучной дороге.

— Мне кажется, что мы вот прямо уже сейчас будем дома, — сказал Муми-тролль.

— Расскажи немножко о вашей долине, — попросила Снорочка.

— Там очень спокойно, — сказал Муми-тролль. — Там весело просыпаться по утрам и приятно засыпать вечером. Там есть залезательное дерево, я решил построить на нём дом. И одно тайное место, скоро я тебе его покажу. Мама выложила все клумбы ракушками, а над крыльцом всегда светит солнце. У нас есть свой мост, его построил папа, и по нему можно кататься на тачке. Я даже нашёл море и берег, и это всегда будет наш собственный берег…

— А раньше ты только и думал о том, как бы отправиться куда-нибудь ещё, — заметил Снифф.

— Так то было раньше, — ответил Муми-тролль.

Тропинка снова вильнула, и вдали показался магазин. И это был шикарный магазин! Вокруг него были разбиты красивые цветочные клумбы, а перед входом стояла невысокая колонна, увенчанная серебряным шаром, в котором отражались лес и белый дом с травяной крышей. Вывески расхваливали стиральный порошок, лакричные конфеты и Наилучший Крем для Загара.

Муми-тролль поднялся по ступенькам и открыл дверь. Звякнул колокольчик, и все вошли в магазин, только Снорочка осталась снаружи посмотреться в серебряный шар.

За прилавком появилась седая старушка с блестящими мышиными глазками.

— О, сколько деточек, — сказала она. — Чего бы вам хотелось?

— Лимонада, — ответил Снифф. — Лучше красного.

— У вас есть тетрадки в линейку или в клетку? — спросил Снорк. Он собирался записать всё, что надо знать, если столкнёшься с кометой.

— Да, конечно, — ответила старушка. — Синие подойдут?

— Лучше какого-нибудь другого цвета, — сказал Снорк, потому что в синих обычно пишут только совсем маленькие снорки.

— Мне, наверное, нужны новые штаны, — сказал Снусмумрик. — Но только не очень новые. Больше всего мне нравятся такие, которые уже приняли форму меня.

— Понимаю. — Старушка забралась по стремянке наверх и достала с крючка под потолком штаны.

— Эти какие-то слишком новые, — с беспокойством сказал Снусмумрик. — А ещё постарей у вас нет?

— Это самые старые, — развела руками старушка. — Но завтра они станут ещё на день старше, — жизнерадостно добавила она и глянула на Снусмумрика поверх очков.

— Ну ладно, — решил он, — пожалуй, отойду за угол и примерю.

И он исчез в саду.

Снорк писал что-то в новой зелёной тетрадке.

— А чего пожелает муми-тролль? — спросила старушка.

— Диадему, — серьёзно сказал Муми-тролль.

— Диадему! — изумилась старушка. — А для чего?

— Чтобы подарить Снорочке! — выкрикнул Снифф. Он сидел на полу и пил через трубочку красный лимонад. — Он совсем поглупел с тех пор, как повстречал эту девчонку.

— Дарить дамам украшения — это не глупости, — строго сказала старушка. — Ты ещё слишком мал, чтобы это понять, но вообще-то украшение — единственный настоящий подарок даме.

— Вон оно что. — И Снифф спрятал морду в стакан с лимонадом.

Старушка облазила все полки, но диадемы не нашлось.

— Может, под прилавком? — предположил Муми-тролль.

Старушка заглянула под прилавок.

— И там нет, — с сожалением проговорила она. — Подумать только, не осталось ни одной диадемы. Может, подойдёт пара хорошеньких перчаточек для фрёкен Снорк?

— Даже не знаю, — опечалился Муми-тролль.

Тут колокольчик над дверью зазвенел, и в магазин вошла Снорочка.

— Здравствуйте, — сказала она. — Какое у вас в садике замечательное зеркало. С тех пор как моё потерялось, приходится смотреться только в лужи, а в них у меня всегда такое странное лицо…

Старушка подмигнула Муми-троллю, взяла что-то с полки и сунула ему в лапу. Это оказалось круглое зеркальце в серебряной оправе, украшенное с обратной стороны рубиновой звездой. Муми-тролль переглянулся со старушкой и засмеялся.

Снорочка ничего не заметила.

— Тётя, у вас есть медали? — спросила она.

— Что-что? — переспросила старушка.

— Медали, — повторила Снорочка. — Такие звёзды, которые мужчины любят носить на шее.

— Ах, медали! — воскликнула старушка. — Медали где-то должны быть.

И она просмотрела все полки сверху донизу, и под прилавком, и везде.

— Неужели ни одной нет? — У Снорочки на глаза навернулись слёзы.

Старушка тоже расстроилась, но вдруг ей что-то пришло в голову, и она принялась карабкаться по лестнице к самой верхней полке. Она сняла коробку с ёлочными украшениями и вынула оттуда большую рождественскую звезду.

— Подумать только, — сказала она, — всё-таки одна нашлась!

— Какая красивая, — прошептала Снорочка. Она повернулась к Муми-троллю и сказала: — Это тебе. За то, что ты спас меня от ядовитого куста.

Муми-тролль потерял дар речи. Как зачарованный, он опустился на одно колено, и Снорочка повязала медаль ему на шею. Медаль ослепительно сверкнула.

— Какой ты красивый, ты бы только видел, — сказала Снорочка.

Тогда Муми-тролль достал из-за спины зеркальце.

— Это тебе, — сказал он. — Можешь подержать, а я посмотрюсь.

Снова звякнул дверной колокольчик — вошёл Снусмумрик.

— Мне кажется, этим штанам надо ещё немножко состариться, — вздохнул он. — Они ещё не совсем моей формы.

— Очень жаль, — сказала старушка. — Но может быть, пригодится новая шляпа?

Снусмумрик испуганно натянул свою старую зелёную шляпу на уши:

— Большое спасибо, но я как раз подумал, что вредно иметь слишком много вещей.

Снорк, который всё это время сидел и писал в тетрадке, поднялся на ноги:

— Важный момент относительно кометы: нельзя долго рассиживаться на одном месте, выбирая покупки. Снифф! Допивай-ка свой лимонад!

Снифф попытался допить бутылку одним глотком, но не рассчитал. В горле у него что-то странно булькнуло, и весь лимонад выплеснулся на пол.

— Я тут натошнил, — виновато сказал Снифф.

— С ним всегда так, — объяснил Муми-тролль. — Ну, идёмте уже.

— Сколько мы вам должны? — спросил Снорк.

Старушка начала считать, и тут Муми-тролль осознал, что у него нет ни единого пенни. Он приподнял брови и вопросительно посмотрел на остальных — весь их вид ясно говорил о том, что денег нет и у них. Кошмар.

— Сорок пенни — тетрадь и тридцать четыре пенни — лимонад, — сказала старушка. — Звезда стоит три марки, зеркало — пять, потому что оно с рубинами. Итого восемь марок семьдесят четыре пенни.

Все молчали. Снорочка со вздохом положила зеркальце на прилавок, Муми-тролль начал развязывать ленточку медали. Снифф смотрел на мокрый от лимонада коврик. Снорк размышлял, стала тетрадь дороже или дешевле оттого, что он в ней уже писал.

Старушка оглядела их из-под очков.

— Ага, деточки, — сказала она, — у нас же ещё были старые штаны, от которых отказался Снусмумрик. Они стоят ровно восемь марок. Одно покрывает другое, так что в общем-то вы мне ничего не должны.

— Разве так будет правильно? — спросил Муми-тролль.

— Конечно, — ответила старушка. — Штаны-то ведь остались у меня.

Снорк попытался сосчитать в уме, но не смог. Тогда он стал записывать покупки в тетрадь:

Тетрадь — 40 пенни

Лимонад — 34 пенни

Медаль — 3 марки

Зеркало (с рубинами) — 5 марок

Итого: 8 марок 74 пенни

Штаны — 8 марок

8 = 8

74 пенни в остатке

— Сходится! — изумился Снорк.

— А семьдесят четыре пенни? — сообразил Снифф. — Разве нам не полагаются семьдесят четыре пенни?

— Не мелочись, — сказал Снусмумрик. — Будем считать, что вышло поровну.

Они поклонились старушке, а Снорочка сделала реверанс. У дверей Снорочка спросила:

— А далеко отсюда до танцплощадки?

— Не очень, — ответила старушка. — Чуть пройдёте и увидите. Но танцы начнутся, только когда поднимется луна.

Посреди леса Муми-тролль вдруг остановился и сказал:

— Эта травяная крыша какая-то ненадёжная. Может, старушка захочет пойти с нами и спрятаться в гроте?

— В моём гроте, — уточнил Снифф. — Хочешь, сбегаю спрошу?

— Давай, — сказал Снусмумрик.

Снифф пустился бежать, остальные присели подождать его у дороги.

— А ты умеешь танцевать этот новый танец, ну, как его? — спросила Снорочка.

— Нет, — ответил Муми-тролль. — Я люблю вальс.

— Нет у нас времени на танцы, — сказал Снорк. — Посмотрите на небо.

Они посмотрели (все, кроме Снорочки).

— Она стала больше, — заметил Снусмумрик. — Ещё вчера была с муравьиное яйцо. А теперь стала с апельсин. Я почти уверен, что…

— Но танго-то ты умеешь? — перебила Снорочка. — Шажок в сторону и два шажка назад.

— Вроде бы это несложно, — сказал Муми-тролль.

— Моя дорогая сестрица, — начал Снорк, — почему тебе всегда надо отвлекаться от темы?

— Мы говорили о танцах, — парировала Снорочка. — Это ты ни с того ни с сего влез со своей кометой. А я как говорила о танцах, так и продолжаю.

Оба начали медленно менять цвет. И тут вернулся Снифф.

— Не хочет, — крикнул он. — Говорит, что спрячется в погребе для варенья. Но она очень добрая, просила передать всем привет и послала каждому по леденцу на палочке.

— Ты их, случайно, не выпросил? — уточнил Муми-тролль.

— Вот ещё! — обиделся Снифф. — Она сама сказала: это в счёт тех семидесяти четырёх пенни, что она нам должна. А я просто согласился!

И они заспешили дальше, и тропинка бежала вместе с ними. Тёмное солнце опустилось в просвет между ёлками и ушло спать за горизонт. Вместо него вышла луна — непривычно зеленоватая и тусклая.

Зато комета горела всё ярче. Она стала уже почти как полная луна и освещала весь лес неестественным красным светом.

Танцплощадка расположилась на лесной полянке. Её украшали гирлянды из светляков, а чуть поодаль настраивал свою скрипку гигантский кузнечик. На полянке толпился народ, все ждали начала танцев. Мелкие водяные привидения выбрались из своих пересохших болот и озёр. Танцплощадка кишмя кишела букашками, козявками и прочей мелюзгой, а под берёзами сидели и болтали маленькие длинноволосые древесные феи. (Древесные феи живут в стволах деревьев и по ночам выходят покачаться на ветвях. В хвойных лесах обычно не водятся.)

Снорочка достала зеркальце, чтобы расчесать чёлку и посмотреть, хорошо ли сидит за ухом цветок. Муми-тролль поправил свою медаль. Он никогда ещё не бывал на таких больших балах.

— Как думаешь, кузнечик не рассердится, если я поиграю немного на губной гармошке? — шепнул Снусмумрик.

— Играйте вместе, — предложил Снорк. — Научи его песенке «Нацепим бантики на хвост».

— Хорошая мысль, — согласился Снусмумрик и увёл кузнечика за куст — репетировать новую песню.

Спустя мгновение из зарослей донеслись сначала отдельные ноты, потом несколько нот сразу, потом пассажи и трели. Козявки, древесные феи и водяные привидения примолкли и подошли на лужайку послушать.

— Красивая песня, — одобрили они. — Под такую отлично танцуется.

— Мама, смотри, генерал, — какой-то малыш показал на Муми-тролля.

Всё семейство подошло полюбоваться на медаль.

— Какая ты пушистенькая, — с восхищением сказали они Снорочке. Древесные феи по очереди посмотрелись в зеркальце с рубиновой звездой, а привидения нарисовали свои мокрые родовые знаки в Снорковой тетради.

И вот звуки за кустом сложились в мелодию «Нацепим бантики на хвост», и все ноты теперь были на месте, и Снусмумрик с кузнечиком вышли из-за куста и заиграли во всю мочь. Поднялась суматоха, все засуетились в поисках пары. Наконец каждый нашёл того, с кем хотел танцевать, и пары закружились по площадке.

— Ты отлично танцуешь, — сказала Снорочка. — Что это за танец?

— Мой собственный, — отвечал Муми-тролль. — Я сам только что его выдумал!

Снорк выбрал водяную деву с шелковником в волосах, но никак не мог попасть в такт. Снифф кружился с самой мелкой малявкой и ощущал себя ужасно большим. К тому же малявка явно влюбилась в него по уши. Комары танцевали на свой лад, и из всех лесных уголков к танцплощадке подползали, притопывали и прискакивали всё новые зрители и гости. Никто из них не думал о комете, одиноко пылающей в чёрном ночном космосе.

Около полуночи выкатили большие бочки с яблочным вином и каждому выдали по маленькому берестяному стаканчику.

Светляки сползлись в один большой шар посередине танцплощадки, и все уселись вокруг светящегося шара, ели хлеб и пили вино.

— А теперь давайте рассказывать истории, — сказал Снифф. — Вот ты, малявка, знаешь какую-нибудь историю?

— Нет, — ответила малявка, стесняясь. — Разве что одну…

— Ну расскажи, — предложил Снифф.

— Жила-была лесная крыса, которую звали Пимп, — проговорила малявка и застенчиво прикрыла мордочку лапками.

— А дальше? — подбодрил её Снифф.

— Это конец, — прошептала малявка и зарылась в мох. Все захохотали как сумасшедшие, а привидения застучали хвостами в барабаны.

— Сыграйте какую-нибудь песенку, которую можно насвистывать, — попросил Муми-тролль.

— Может, «Тарира-рарира»? — предложил Снусмумрик.

— Нет, эта слишком грустная, — возразила Снорочка.

— Всё равно отличная подсвистывательная песня! — сказал Муми-тролль.

Снумумрик заиграл.

Муми-тролль свистел, а остальные подпевали:

Снорочка вздохнула.

— Ну вот, теперь мне грустно, — сказала она. — Это совсем как про нас. У нас усталые лапки, и мы всё не дойдём до дома.

— Лапы у тебя устали, потому что ты слишком много танцевала, — сказал Снорк и допил своё вино.

— Не грусти! — воскликнул Муми-тролль. — Мы скоро дойдём! Придём — а у мамы уже и завтрак готов, и она скажет: подумать только, у вас всё получилось, а мы скажем: ты даже не представляешь, что нам пришлось пережить!

— И у меня будет жемчужный браслет, — шепнула Снорочка. — А из одной жемчужины сделаем тебе булавку для галстука.

— Ладно, — сказал Муми-тролль. — Правда, я редко ношу галстуки.

— А одну жемчужину я повешу на шею своей тайне, — решил Снифф. — У меня ведь есть тайна, которая начинается на К и кончается на А, и она везде ходит за мной по пятам! Она сейчас повсюду ищет меня…

— А вторая буква, случайно, не И? — спросил Снорк.

— Не скажу! — завопил Снифф. — Отгадывать нельзя!

Снусмумрик играл одну песню за другой — колыбельные, вечерние и прощальные. Мелкий народец и привидения понемногу уползали обратно в лес. Древесные феи исчезли, Снорочка уснула с зеркальцем в лапах.

Наконец песни смолкли, и на лужайке стало тихо. Светляки погасли, и медленно-медленно наступило утро.