Четвёртое августа было безоблачным, но солнце закрывала какая-то странная тень. На фоне красного неба над Одинокими горами солнечный диск казался почти чёрным. Стало теплее. Они шли всю ночь без отдыха. Снифф начал ныть.

— Я устал, — скулил он. — Мне всё надоело. Теперь ваша очередь нести палатку. И сковородку!

— Это хорошая палатка, — сказал Снусмумрик. — Но не стоит так привязываться к вещам. Брось её. И сковородку тоже. Нам всё равно нечего больше на ней жарить.

— Как? — опешил Снифф. — Палатку — прямо в пропасть?

Снусмумрик кивнул.

Снифф подошёл к обрыву.

— В ней можно было бы жить, — бормотал он. — Я мог бы взять её себе, это была бы моя собственная палаточка на всю жизнь… Муми-тролль, что же мне делать?

— У тебя ведь есть грот, — дружески напомнил Муми-тролль.

Тогда малыш Снифф засмеялся и подкинул свою поклажу в воздух. Сковородка запрыгала вниз по камням. Она гремела, точно фанфары.

— Отлично! — закричал Муми-тролль и швырнул следом кастрюли. Они прогромыхали ещё сильней. Наконец последняя кастрюля смолкла где-то на дне ущелья.

— Полегчало? — спросил Снусмумрик.

— Н-нет. — Снифф вдруг побледнел. — Меня тошнит!

Он лёг пластом на землю и отказался вставать.

— Послушай, — начал Муми-тролль. — Мы ведь спешим. Мне надо поскорее найти эту маленькую…

— Знаю, знаю, — перебил Снифф. — Эту дурочку. Но лучше не трогай меня, а то меня стошнит!

— Пока оставь его в покое, — сказал Снусмумрик. — А мы с тобой пойдём покатаем камушки. Ты катал когда-нибудь?

— Нет, — сказал Муми-тролль.

Снусмумрик выбрал большой валун над самым обрывом.

— Смотри, — он начал раскачивать камень — раз, два, три, — и тот исчез за краем обрыва. Они бросились смотреть. Валун приплясывал, погромыхивал, увлекал за собой мелкие камушки, и над всем ущельем долго не смолкало, металось между каменными стенами эхо.

— Настоящий оползень! — с восторгом проговорил Снусмумрик.

— Можно теперь я? — воскликнул Муми-тролль и бросился к валуну ещё больше прежнего, едва державшемуся на краю.

— Стой! — крикнул Снусмумрик.

Но было поздно — валун загремел вниз, а следом за ним полетел бедняга Муми-тролль.

И в этот момент, вероятно, одним муми-троллем на свете стало бы меньше, если бы не верёвка, которой он был обвязан. Снусмумрик упал на спину и приготовился к рывку. Рывок был такой сильный, что верёвка чуть не разрезала его пополам.

Муми-тролль — притом весьма увесистый муми-тролль — беспомощно раскачивался над ущельем. Снусмумрик медленно сползал всё ближе к краю. Верёвка между ним и Сниффом натянулась, и Сниффа тоже поволокло по земле.

— Оставьте меня, — бормотал Снифф. — Не трогайте меня, мне плохо…

— Тебе станет ещё хуже, если мы упадём в пропасть, а это вот-вот произойдёт, — пообещал Снусмумрик. — Ухватись за что-нибудь и тяни!

Муми-тролль из ущелья тоже взвыл:

— Помогите! Вытащите меня!

Снифф поднял голову и позеленел ещё сильнее, на этот раз от ужаса. Он пытался найти точку опоры, тормозил всеми лапами и хвостом, метался туда-сюда, в конце концов верёвка запуталась в камнях, и они остановились.

— А теперь тащи, — сказал Снусмумрик. — Когда я скажу, дёргай изо всех сил. Нет, пока подожди. И ещё подожди. Вот теперь давай! — И они дёрнули что было силы — раз, другой, третий, — и наконец за краем обрыва показался Муми-тролль. Сначала уши, потом глаза, потом морда, потом ещё немножко морды и наконец весь Муми-тролль целиком.

— Уфф! — выдохнул он. — Жаль, что мама не видела.

— Привет, — сказал Снифф. — Рад тебя видеть. Это я не дал нам свалиться в пропасть!

Они долго сидели на земле, приходя в себя. Вдруг Муми-тролль привстал:

— Какие же мы дураки.

— Это вы дураки, — сказал Снифф.

— Непростительные дураки, — продолжал Муми-тролль. — Просто преступники! Что, если мы сбросили все эти камни прямо на голову этой девочке, Снорочке?

— Тогда она превратилась в лепёшку, — заметил Снифф.

Муми-тролль вскочил.

— Надо идти дальше! — закричал он. — Скорей!

У подножия горы между камнями бежал ручеёк — неглубокий, с поблёскивающей на дне слюдой. Хемуль опустил в воду усталые ноги и вздохнул. Рядом с ним лежала толстая книга «Насекомые Северного полушария, их повадки и ухватки».

— Странно, — проговорил Хемуль. — Нет ни одного с красным хвостом. Может быть, Dideroformia fnatopogetes? Но эти встречаются довольно часто, и у них вообще нет хвоста.

И он снова вздохнул.

— Привет, — сказал Муми-тролль, появляясь из-за большого камня.

— Уфф, как ты меня напугал, — сказал Хемуль. — Вы снова здесь? Я думал, это опять оползень. С утра уже был один.

— Кто? — не понял Снифф.

— Оползень, кто же ещё, — ответил Хемуль. — Камни летели размером с дом, разбили мою любимую банку. Я и сам пострадал — вон какая шишка на голове, взгляните только!

— Боюсь, это мы по пути случайно скатили несколько камней, — сказал Снусмумрик. — Очень трудно было удержаться, они такие большие и круглые…

— Хотите сказать, это вы устроили оползень? — медленно проговорил Хемуль. — Что ж, следовало ожидать. Разумеется. Вы мне сразу не понравились, а уж после такого я вообще не уверен, что хочу с вами знаться.

Он отвернулся и плеснул воды на свои усталые ноги. Спустя мгновение он спросил:

— Вы ещё тут?

— Уже уходим, — сказал Снусмумрик. — Мы только хотели спросить: вы не заметили, что небо стало какого-то странного цвета?

— Странного цвета? — с удивлением переспросил Хемуль.

— Да, такого красного, — пояснил Муми-тролль.

— Слушайте, — сказал Хемуль. — По мне, пусть будет хоть в клеточку. Я редко на него смотрю. Меня только беспокоит, что мой любимый ручей начал пересыхать. Если так дальше пойдёт, мне негде будет ополоснуть ноги.

— Но это большая и опасная комета… — начал Муми-тролль.

Хемуль встал, собрал вещи и пошлёпал на другой берег ручья.

— Пойдёмте, — сказал Снусмумрик. — Ему, похоже, хочется побыть одному.

Идти стало легче, земля была покрыта лавой и мхом, кое-где даже росли цветы. Край леса казался ближе. Потеплело.

— Где вы живёте? — спросил Снусмумрик. — Если мы хотим опередить комету, надо идти напрямик.

Муми-тролль взглянул на компас.

— Стрелка совсем свихнулась, крутится, и всё тут. Может, она боится кометы?

— Возможно, — сказал Снусмумрик. — Значит, придётся положиться на чутьё. Я никогда особенно не доверял компасам. Они только сбивают природную способность ориентироваться.

— Лично у меня проснулся природный голод, — заявил Снифф. — Почему мы так давно не ели?

— Потому что у нас закончилась еда, — объяснил Снусмумрик. — Попей соку и подумай о чём-нибудь приятном.

Вскоре они пришли на берег небольшого озера. Оно обмелело и превратилось в дурно пахнущую лужу, обложенную скользкими зелёными водорослями. Плавать в луже никому не хотелось.

— Наверное, там на дне дырка, — предположил Снифф. — Вот вся вода и вытекла.

— И у Хемуля в ручье стало меньше воды, — заметил Муми-тролль.

Снифф посмотрел на свою бутылочку с соком.

— И здесь стало меньше! — воскликнул он.

— Глупости, ты же сам всё выпил, — отмахнулся Муми-тролль.

— Сам ты глупости! — заверещал усталый, голодный и испуганный Снифф, и тут до них донеслись крики о помощи. Кричали из леса — так пронзительно и отчаянно, что у путников шерсть на загривках встала дыбом. Муми-тролль пулей полетел вперёд.

— Подожди! — вопил Снифф. — Я не успеваю! Уй! Ай!

Верёвка передавила ему живот, он плашмя шлёпнулся на землю и взвыл. Но Снусмумрик с Муми-троллем остановились, только когда, обежав дерево с разных сторон, запутались в верёвке и тоже упали.

— Отвяжи этот чёртов канат! — сердито воскликнул Муми-тролль.

— Ты сказал плохое слово! — закричал Снифф.

— Да, сказал, — согласился Муми-тролль. — Но эта девочка, Снорочка, зовёт на помощь! Я знаю, это она!

— Успокойтесь оба, — велел Снусмумрик.

Он взял нож и перерезал верёвку.

Муми-тролль помчался со всей скоростью, какую позволяли его короткие лапы. Вскоре навстречу ему выбежал синий от ужаса Снорк, крича:

— Этот жуткий куст хочет сожрать мою сестру!

Он говорил чистую правду.

Ядовитый куст из семейства Angostura схватил Снорочку за хвост своими живыми руками и медленно подтаскивал к себе, хотя сиреневая от страха Снорочка, понятное дело, упиралась изо всех сил и визжала так, как не визжала прежде ни одна представительница рода снорков.

— Я уже иду! — закричал Муми-тролль.

— Держи. — Снусмумрик протянул ему свой нож (с отвёрткой и штопором). — Постарайся его разозлить. Ангостуры легко выходят из себя.

— Эй, ты, ползучая тварь! Щётка посудная! — закричал Муми-тролль.

Куст не реагировал.

— Ёрш для ночного горшка! — взревел Муми-тролль. — Крысиная чума! Кошмар, который приснился обжоре, слопавшему дохлого поросёнка!

И тут куст повернул все свои зелёные глаза к Муми-троллю и выпустил Снорочку. Одна из его длинных рук изогнулась змеёй и вцепилась в нос Муми-тролля.

— Держись! — закричал Снусмумрик.

— Вшивое гнездо! — завопил Муми-тролль и отсёк руку Ангостуры. Зрители закричали «ура». Муми-тролль подскакивал и сердито размахивал хвостом, то делая новые выпады в сторону Ангостуры, то выкрикивая новые бранные слова.

— Надо же, сколько ты знаешь обзывательств! — с восхищением сказал Снифф.

Бой становился всё жарче. Куст дрожал от ярости, Муми-тролль раскраснелся от злости и усилий. В конце было уже ничего не разобрать, кроме мельтешения рук, хвостов и лап.

Снорочка подобрала большой камень и метнула его в Ангостуру. Но метательница из неё была так себе, и камень угодил Муми-троллю в живот.

— Ой, мамочки! — закричала Снорочка. — Я его убила!

— Чего ещё ждать от девчонки, — заметил Снифф.

Но Муми-тролль был жив-живёхонек и продолжал бой. Только когда от Ангостуры остались одни пеньки и совсем маленькие отростки (эти Муми-тролль обрубать не стал), он сложил нож и произнёс:

— Ну вот.

— Какой ты смелый, — шепнула Снорочка.

— Да ладно, у меня такое почти каждый день, — беспечно отозвался Муми-тролль.

— Странно, — заметил Снифф, — я что-то никогда… — И тут он взвыл, потому что Снусмумрик пнул его в лодыжку.

— Что случилось? — испуганно воскликнула Снорочка, которая ещё не совсем пришла в себя после пережитого.

— Не бойся, — сказал Муми-тролль. — Теперь я здесь и смогу тебя защитить. А вот тебе маленький подарок.

И он вручил Снорочке её золотой браслет.

— Ой, — сказала Снорочка и от радости стала ярко-жёлтой. — Я везде его искала! Ой, как замечательно!

Она тут же надела браслет на ногу и принялась крутиться и вертеться, чтобы полюбоваться им.

— Сестрица несколько дней причитала из-за этого браслета, — сообщил Снорк. — Я ей о комете, а она мне о браслете… А вы интересуетесь кометами?

— Да, — ответил Снусмумрик.

— Очень хорошо, — приободрился Снорк. — Тогда давайте прямо сейчас проведём собрание. Садитесь.

Все уселись.

— Назначаю себя председателем и секретарём, — объявил Снорк. — Есть другие предложения?

Других предложений ни у кого не было, и Снорк трижды стукнул карандашом по земле.

— Кто там, жук-щелкун? — спросила его сестра.

— Тише! — шикнул на неё Снорк. — Ты мешаешь вести собрание. Итак, что нам известно? Что это произойдёт в пятницу седьмого августа в восемь часов сорок две минуты пополудни. Возможно, на четыре секунды позже.

— Щелкун, — рассеянно повторил Муми-тролль, любуясь Снорочкиной чёлкой. У Муми-мамы не было чёлки, и он ни у кого раньше такой не видел.

— Почему никто никогда меня не слушает? — горестно воскликнул Снорк.

— Не знаю, — сказал Снифф. — Что, вообще никогда?

— Замолчите-ка, и давайте послушаем Снорка, — велел Снусмумрик. — Он хочет обсудить наши шансы на спасение.

— Мы идём домой, — сказал Муми-тролль. — Вы ведь пойдёте с нами?

— Этот вопрос мы рассмотрим подробнее на следующем собрании, — сказал Снорк.

— А где ты живёшь? — спросила Снорочка.

— В прекрасной долине с мамой и папой, — сказал Муми-тролль. — Папа сам построил наш дом и покрасил его голубой краской. А как раз перед уходом я сделал для тебя качели в саду…

— Да ты её тогда даже не знал! — возмутился Снифф. — Расскажи лучше про мой грот. Слышишь, ты, Снорочка? А ты знаешь, что у меня есть тайна, которая начинается на К и кончается на А? И она меня просто обожает!

— Не отклоняйтесь от темы. — Снорк снова постучал карандашом. — Во-первых, какова вероятность, что мы успеем добраться до долины раньше кометы? И, во-вторых, насколько в долине вероятность спастись выше, чем где-то ещё?

— Ну, до сих пор там всё шло хорошо, — пробормотал Снифф.

— Мама что-нибудь придумает, — пообещал Муми-тролль. — А видели бы вы, какой у нас шикарный грот!

— У меня, — поправил его Снифф.

— А в гроте — целая гора моих жемчужин, я их сам наловил, — продолжал Муми-тролль.

— Жемчужины! — воскликнула Снорочка. — А из них можно делать браслеты?

— Спрашиваешь! — воскликнул Муми-тролль. — Да хоть браслеты, хоть серёжки, хоть пояски с диадемами…

— Это мы обсудим потом. — Снорк возмущённо застучал карандашом. — Вы хотите спастись или нет?

— Опять ты сломал карандаш, — сказала его сестра. — Я думаю, мы спрячемся в этом гроте. А кто-нибудь хочет ужинать?

— Конечно, мы спасёмся в гроте, — подхватил Муми-тролль. — Какая ты умница!

— В моём гроте! — закричал Снифф. — Завалим камнями вход, заделаем окно в потолке и запасёмся едой и маленьким фонариком. Вот здо́рово!

— В любом случае придётся назначать новое собрание, — заупрямился Снорк. — Обсудить фронт работ и всё такое.

— Будет, будет тебе собрание, — сказала Снорочка. — А сейчас мне нужно немного дров. И воды, я хочу сварить суп. И цветов, поставим на стол для красоты.

— Какого цвета? — спросил Муми-тролль.

Снорочка оглядела себя и обнаружила, что она всё ещё жёлтая.

— Сиреневых, — сказала она. — Сиреневые мне пойдут больше всего.

Муми-тролль метнулся в лес. Снорк со Сниффом ушли за ветками для костра и за водой.

Снусмумрик зажёг трубку, лёг на спину и стал смотреть на красное небо.

— Эта идея с гротом не такая уж глупая, — сказал он. — А ты боишься кометы?

— Нет, — сказала Снорочка. — Я только не хочу её видеть и вообще стараюсь о ней не думать.

Снифф не принёс воды. С помощью нюха он разыскал в лесу маленькое озерцо, но там оказался только ил, и то на самом дне, даже все кувшинки завяли. В конце концов он вернулся повесив уши и заявил:

— Мне кажется, во всём мире кончилась вода. Интересно, что на это скажут рыбы? У нас остался только сок.

— Значит, сварим суп из сока, — решила Снорочка. — Вот и все дела.

— Нет, не все, — возразил Снорк. — Должна же быть какая-то причина тому, что вода пропала…

Он присел рядом со своими ветками. Они были все одинаковой длины (Снорк их специально измерял).

— Какая-то причина, — уныло повторил Снифф.

— Видимо, это из-за кометы, — сказал Снусмумрик.

Они взглянули на небо. Наступали сумерки, и вечернее небо сделалось тёмно-красным. В просвете между еловыми ветками светилась маленькая красная искра, похожая на звезду. Но это была не звезда. Она не поблёскивала и не мерцала. Она горела. И казалась неподвижной лишь потому, что хвост у неё был позади.

— Вон она, — сказал Снорк.

Снорочкин нос начал медленно зеленеть.

Муми-тролль прибежал из леса с букетом цветов — самых сиреневых, какие только нашлись.

Снорочка посмотрела на букет:

— Вообще-то сейчас лучше подошли бы жёлтые. Видишь, я уже перекрасилась.

— Хочешь, схожу за новыми? — с готовностью предложил Муми-тролль.

— Не надо, — сказала Снорочка. — Лучше завесь чем-нибудь эту комету, я не могу при ней варить суп.

Муми-тролль повесил одеяло так, чтобы кометы не было видно. Снорочка успокоилась и принялась варить в кастрюльке суп из сока с пригоршней корешков. Потом она раздала всем по сухарику — больше у снорков ничего не было.

После ужина все свернулись, прижавшись друг к другу, на циновке, которую сплела Снорочка. Костёр постепенно погас, и воцарилась ночь.

Но над тихим спящим лесом всё горел зловещий глаз кометы.