Офицер стражи остановил доктора Кафратеса у входа в покои королевы и проворными движениями внимательно обыскал его. Клацнули тяжелые замки — и доктор вошел в королевскую темницу.

Навстречу ему вышла все та же смуглая девушка, которая проводила его во внутреннюю комнату. Для тюрьмы помещение было слишком роскошным. Ковры из Иранистана и Вендии украшали стены; золотые кубки и полированные серебряные подносы сверкали на красивых резных полках красного дерева.

Королева Марала лежала ничком на широкой кровати и плакала. Мягкие перины и шелковые подушки, как и вся роскошь вокруг, не утешали ее горе. Королева всхлипывала и вздрагивала всем телом.

Служанка негромко сказала:

— Госпожа, досточтимый доктор Кафратес пришел к вам. Вы желаете его принять?

Марала подняла голову и вытерла слезы льняным платком:

— Да, да, конечно! Входите, дорогой доктор! Вы — мой единственный друг за этими стенами. Только вам я могу доверять. Рима, оставь нас.

Кафратес подошел к королеве, опустился на колено и, что-то бурча, тяжело поднялся. Марала жестом приказала ему сесть рядом с собой. Как только доктор сел, она схватила его руку и. сжала ее своими ладонями:

— Я так рада видеть вас, дорогой Кафратес! Я просто в отчаянии. Я ведь уже месяц здесь одна, без друзей, кроме вас и Римы.

Я всегда была верна Морантесу, но такое его отношение ко мне уничтожило все мои симпатии. Рима рассказывает, что солдаты Риджелло ходят по городу и дворцу как завоеватели, а король молчит и только передергивается, когда его кузен щелкает пальцами.

Мне нужен ваш совет, дорогой друг. Вы знаете, что это мой отец настоял, чтобы я вышла замуж за Морантеса, чтобы сохранить королевскую кровь в жилах наследников офирского трона. Я ведь не любила его, считая слабым и ненадежным, но мне пришлось пойти на этот брак из чувства королевской ответственности. Я думаю, что и отец в глубине души теперь сожалеет об этом решении, но признаться не может — его тотчас же казнят.

Более того, мечтам отца о наследнике трона Офира оказалось не суждено сбыться. Морантеса не интересуют женщины, он... он больше посматривает в другую сторону... Мои дела пошли еще хуже с тех пор, как примерно год назад какой-то подлый человек украл у меня Звезду Хораллы.

Кафратес тряхнул бородой, пытаясь собраться с мыслями. Королева никогда еще не была так откровенна с ним.

Будучи придворным лекарем, он никогда не влезал в дворцовые дела и интриги. Поэтому-то его до сих пор и допускали к заточенной королеве. А теперь, даже слушая ее слова, он подвергает опасности не только свою врачебную практику, но и саму свою жизнь.

Доктор вспомнил свой разговор с синеглазым великаном варваром и седым капитаном отряда стражи королевы. Эти двое втянули его в безумно рискованную затею. Но он так любил эту женщину, знал ее с самого детства. А теперь она просила его о помощи. Кафратес почувствовал даже что-то вроде радости и гордости за себя, за то, что он согласился встретиться с заговорщиками и позволил посвятить себя в их замыслы. Доктор провел рукой по волосам королевы, успокаивая ее, и сказал:

— Не надо отчаиваться, Ваше Величество. Ваше сердце измучено неволей, отсутствием человеческого отношения, общения и известий из-за дворцовых стен. Но помощь может быть ближе, чем вы предполагаете.

Королева Марала резко села, отбросив волосы с заплаканного лица:

— Вы добры, Кафратес. Но поймите, пока у меня была Звезда Хораллы, Морантес опасался ее силы. А теперь ему нечего бояться, да и вообще наплевать на то, что со мной будет.

Кафратес поинтересовался:

— А какой силой обладал похищенный камень, Ваше Величество?

— Народные легенды и слухи все переврали. Морантес даже вообразил, что с помощью этого камня я могу привораживать мужчин, если захочу. Только это все вранье. — Королева встала, потянулась и пристально посмотрела в глаза доктору: — Неужели вы думаете, что мне нужна магия, чтобы привлечь мужчину? Я имею в виду нормального, настоящего мужчину.

Хотя Кафратес был уже не молод, ему стоило большого труда отвести взгляд от алых губ и прекрасных форм стройного тела королевы, которое было прикрыто лишь тонкими ночными одеяниями. На ее вопрос он лишь покачал головой.

— Я расскажу тебе одну историю, — начала Марала, прохаживаясь из угла в угол, задумчиво насупив

брови. — Граф Аларкар, мой предок в седьмом поколении, был первым владельцем Звезды Хораллы. Он много путешествовал и побывал далеко на востоке, там, где до него не ступала нога ни одного офирца.

Кафратес, собравшись с силами, решился перебить королеву:

— Ваше Величество, у меня для вас важные, срочные новости...

Но королева лишь жестом руки приказала ему молчать.

— Когда Аларкар путешествовал по джунглям Вендии, он набрел на руины древнего города Хораллы. Лишь один отшельник жил в тех местах. Этот человек был на пороге голодной смерти: сломав ногу, он не мог двигаться и собрать плоды с возделываемого им клочка земли. Аларкар позаботился о его здоровье, а свита помогла собрать урожай и обработать его. В благодарность старый отшельник показал Аларкару тайник с сокровищами под развалинами храма и разрешил ему взять все, что тот пожелает. Мой предок выбрал кольцо, украшенное большим сапфиром, в синеве которого сверкало холодное пламя — серебряная звезда. Больше он ничего не взял.

Удивленный, Кафратес воскликнул:

— А почему он не взял и другие драгоценности?

Королева усмехнулась:

— Граф не был жадным человеком, а кроме того, дома его ждало большое состояние и свой замок. Наверное, он также опасался, что нагруженная сокровищами древнего города свита разбежится или станет добычей разбойников. Во всяком случае, он попросил только одно кольцо.

Отшельник оказался могущественным колдуном. Ему ничего не стоило бы уничтожить колдовством любых грабителей, пожелавших бы украсть древние сокровища. Но, увидев в Аларкаре благородного человека, он в знак благодарности произнес над камнем таинственное заклинание. Затем он объяснил моему предку значение этих колдовских слов. Он сказал: «В руках хорошего человека этот камень будет притягивать других хороших людей, побуждая их вместе бороться за доброе дело».

Королева помолчала, задумавшись.

— Но... но что значит этот камень для нас сегодня, — осторожно нарушил молчание Кафратес.

Марала вздрогнула, повернулась к доктору и ответила:

— Больше двухсот лет назад Звезда Хораллы помогла Аларкару объединить короля и других аристократов, чтобы подписать хартию, в которой устанавливались права и обязанности всех тех, кто живет в королевстве и управляет им. К несчастью, предательство помешало претворить в жизнь эти намерения, но...

Окно комнаты резко распахнулось, зазвенев стеклами, и внутрь ворвался одетый в черное синеглазый великан, сжимающий в руке меч.

Во второй руке он держал пару каких-то странных металлических приспособлений, напоминавших когти хищной птицы. Он аккуратно, не производя лишнего шума, положил их на ковер рядом со своим мечом, а сам, сев на табурет, снял с ног вторую пару похожих стальных когтей. Поднявшись, он скользнул к двери и послушал, что за ней происходит. Как бы ни была поражена Марала его появлением, она не могла не восхититься его движениями, плавными, как у охотящегося тигра.

Незнакомец обернулся к королеве и доктору, одарив их белозубой улыбкой. Кафратес некоторое время только что-то мычал, разводя руками, но затем взял себя в руки и сказал:

— Конан! Я еще не успел посвятить Ее Величество в наши планы! А ты ввалился сюда, как слон в посудную лавку.

Конан не обратил на него внимания. Пожирая глазами красивую фигуру королевы, он сказал:

— Ваше Величество, вы ведь хотите вырваться из тюрьмы?

— Да, конечно. Но как?

— Тем же путем, каким я вошел сюда — по стене, при помощи вот этих приспособлений. А вы повиснете у меня за спиной, как дорожная сумка.

— И куда же ты собираешься увезти меня, незнакомец? — Щеки королевы пылали от волнения.

— Сначала — в одно безопасное местечко, где мы сможем обсудить условия кое-каких интересующих меня делишек, а затем — куда прикажет Ваше Величество.

— А как же я? — всполошился Кафратес. — Когда стража обнаружит исчезновение королевы, с меня живьем кожу сдерут!

Марала посмотрела на Конана:

— Мы сможем взять его с собой?

— Нет, драконьи лапы не выдержат такого веса. Но я найду способ дать доктору правдоподобное извинение за то, что он не успел вызвать стражу. А сейчас мы должны поторапливаться. Гарус ждет нас с лошадьми внизу.

Марала не могла скрыть радости:

— Гарус? Он жив? Ему я спокойно могу доверить свою жизнь.

— Ну так пошевеливайтесь, дорогая моя. Хватит терять время!

Марала с непривычки даже потрясла головой, проверяя, не ослышалась ли она. Королева не привыкла к такому фамильярному обращению даже со стороны враждебно настроенных охранников, а тут — какой-то варвар-чужеземец. .. Но все же она поспешила в другую комнату, откуда вскоре появилась одетая в охотничий костюм. К ее возвращению Кафратес уже лежал на полу, связанный и с кляпом во рту, не зная ни где он, ни что ударило его с такой силой. В районе челюсти у него расплывался огромный синяк.

Королева решительно направилась к Конану.

— Твой план по обеспечению безопасности Кафратеса нельзя не признать логичным и надежным, — усмехнулась она. — Ну, я готова.

Голубые глаза варвара потемнели при взгляде на ее соблазнительные формы, не столько скрытые, сколько подчеркнутые узкой бархатной курткой и шелковыми панталонами в обтяжку, заправленными в сапоги из тонкой кожи. Киммериец вздохнул и сказал:

— Я привяжу вас к спине платком, как мать привязывает своего ребенка. Обнимите меня за шею, а ногами обхватите за пояс. Если вы боитесь высоты, закройте глаза. Постарайтесь не двигаться, чтобы я не потерял равновесие. И не дрожите: эти драконьи когти — надежная штука.

Конан сел на табурет и нацепил стальные когти на свои сапоги. Затем он привязал женщину к спине, завязав концы плотной шали у себя на груди и на поясе. Встав, он спиной вперед вылез из окна и стал осторожно спускаться, выбирая место, куда поставить ногу и руки.

Конан двигался медленно и осторожно — все-таки двойная нагрузка на стальные когти давала себя знать. А кроме того, его внутренний кодекс чести не позволял ему рисковать жизнью доверившейся ему женщины.

Шаг за шагом, камень за камнем, они спускались по стене башни. Город спал под безлунным небом. Не лаяли даже собаки.