В Сенате все было без изменения.

Как–то Терентий Евграфович, остановившись возле радищевского стола и криво поглядывая на старые дела лежавшие на нем, спросил:

— Почему вы, Александр Николаевич, не попросите отпуска для поездки к родителям? Ведь столько лет не видались. Вашу просьбу, безо всякого сомнения, уважат…

На этот раз Радищев послушал совета и подал прошение об отпуске.

Просьба сразу же была удовлетворена и, получив дорожные документы на проезд до родительского имения Аблязова в Пензенской губернии, Александр Николаевич в один день собрался в путь.

За прощальным завтраком друзья выпили за дружбу.

Сани уже стояли у крыльца.

Александр Николаевич отомкнул дорожную шкатулку и достал пачку исписанных листков.

— Вот, Андрей, покажи Новикову. Может быть, подойдет для журнала.

— Что это? A–а, описание путешествия, — сказал Рубановский, взглянув на рукопись.

— Если напечатают, имени моего не открывай: неизвестно еще, как публика встретит.

— Но тут маловато…

— К сожалению, я мало еще видел. Вот сейчас поеду, буду смотреть и примечать…

— Желаю успеха. Недаром же говорят, путешествия образуют разум и воспитывают сердце.