Это было в Алтайских горах. Семь братьев-волков однажды ночью пошли к табуну. Первым шел волк-вожак, старый и мудрый. А остальные шли вслед за ним один за другим.

Вот и табун пасется на вольной траве. Остановились волки невдалеке, и начал вожак табун озирать, коня выбирать. И вдруг он увидел коня самого захудалого из захудалых, самого старого из старых, самого тощего из тощих. Зубы его были искрошены, копыта его были изношены, живот висел, как мешок. Но признаками Аранзала был этот конь одарен. Несомненно, когда-то он был могучим конем.

И решил мудрый волк-вожак: «Надо сначала зарезать и съесть этого коня. Он опаснее всех».

А рядом паслись двухгодовалые и трехгодовалые гладкие жирные жеребята. А глаза у волков разгорались — так им хотелось есть. И волки сказали вожаку:

— Надо напасть на жирного главного коня, надо напасть на гладкого, бурой масти коня, надо напасть на высокого, сытого коня, который ведет весь табун.

Но вожак ответил нм:

— Сначала мы съедим вон того захудалого старого коня, а потом нападем на жирного, гладкого вожака.

— Нет, наш старый и умный брат, ты что-то не то говоришь. Уж если поесть, так поесть! Мы не ели очень давно. Ты, наверное, совсем постарел и перестал дело понимать. Ведь даже табунщики будут над нами смеяться, и люди скажут о нас: «Какие трусливые, слабые волки! Напали на самого старого коня! Не смогли зарезать хорошего, жирного, молодого коня!» Нет, мы сами пойдем, без тебя и зарежем, кого хотим.

И они побежали вшестером и напали на самого жирного, гладкого, вкусного коня. А старый волк-вожак отошел подальше от них, сел и начал протяжно, жалобно выть.

Когда половина ночи прошла, он подошел к братьям и тихо сказал:

— Да, вы зарезали очень хорошего коня. Наверное, вволю наелись? Наверное, вкусное мясо?

Но никто из братьев ему не сказал: «И ты, брат, с нами поешь».

И старый волк долго вокруг мяса ходил и все нюхал, нюхал его. А когда сытые волки вздремнули, он съел небольшой кусок.

Скоро сытые волки проснулись и сказали:

— Есть мы совсем не хотим. Но жалко мясо бросать. Надо его доесть.

А когда доели мясо, начали они кувыркаться-кататься по траве.

Забрезжил рассвет. Прискакали табунщики, стали менять коней под седлами. И одни из табунщиков взял того самого старого захудалого коня с признаками Аранзала.

Тут табунщики увидели волков, выхватили плети и погнались за братьями с громкими криками. А братья-волки побежали за бугор. Табунщики стали отставать. Только один не отстает. Волк-вожак думает: «Этот конь очень резвый. Надо завести его подальше, туда, где каменистая земля. Там конь разобьет свои копыта». И он направил стаю туда, где была каменистая земля. Там конь разбил свои копыта и начал отставать.

Но вот к волкам стал приближаться другой всадник. Волк-вожак оглянулся и подумал: «Этот конь быстроногой кобылой рожден. Этот конь копыта нигде не собьет». И крикнул братьям-волкам:

— Применим новую хитрость, побежим против ветра. Коню против ветра намного труднее бежать, и он отстанет от нас.

Побежали они против ветра, и конь скоро отстал.

Но к полудню заметил мудрый вожак, что их нагоняет третий конь, тот самый старый и тощий конь, в статях которого признаки Аранзала были видны. И крикнул братьям вожак:

— Надо скорее бежать к горе! Только на ней мы сможем спастись!

И побежал со всех ног к высокой горе. Но тяжело было братьям его за ним поспевать: слишком много мяса съел каждый из них. А табунщик на старом тощем коне уже догнал одного из волков и ударил его тяжелою плетью по широкому лбу. Братьев осталось шесть. А табунщик еще одного догнал и снова плетью своей взмахнул...

До горы добрался только один вожак.

Конь не мог бежать вверх по горе и повернул назад.

Лег отдыхать волк-вожак. Лежал, лапы свои усталые облизывал и думал: «Зря мои братья не послушали меня, старого волка».