Жил-был хан. Каждое утро он уезжал далеко в степь. Он любил прогуляться, пока прохладно. Каждый раз он видел рыжую лисицу. Пробовал он ее преследовать на своем резвом буланом коне, но лисица всегда легко уходила. Однажды пришел хан к зурхачи и говорит:

— Бегает по степи рыжая лисица, и ее не может догнать даже мой резвый буланый конь. Что это такое?

Зурхачи подумал и сказал:

— Это не лисица. Это шулма.

Хан поверил зурхачи и объявил в своем улусе: «Все, кто ездит верхом, должны явиться на двух конях и с гончими собаками».

Эта весть быстро полетела по степи. Все мужчины, все юноши сели на коней и прискакали к хану.

Хан сказал:

— Поедемте со мной на охоту. Есть тут в степи рыжая лисица, которую трудно догнать. Нас теперь много, и мы должны ее догнать!

Все поскакали в степь. Хан был впереди. И вот выскочила рыжая лисица. Началась погоня. Гнались с утра до вечера. Гнались, пока собаки не устали. Гнались, пока кони не пристали. А к лисице никто не приблизился. Собаки уставали, кони приставали, а у лисицы сил будто прибывало. Она бежала все быстрее и скрылась.

По степи прошел слух, что никто не сможет догнать рыжую лисицу. И тогда один старик сказал:

— Ее можно догнать. Но догонит ее только моя гончая собака. А больше никто — ни собака, ни конь.

Все рассмеялись.

— Что ты, старик, с ума спятил? Лучшие ханские борзые ее не догнали, лучшие ханские кони ее не догнали, так где уж твоей паршивой собаке догнать эту лисицу.

Но старик не унимался. Всем говорил одно:

— Моя собака догонит!

Слова эти дошли до хана. Тогда хан позвал старика к себе.

— Я пришел по вашему зову,— сказал старик,— и заранее знаю, что вы мне прикажете. Вы прикажете мне поймать ту рыжую лисицу.

Хан был доволен. Он сказал:

— Ты хороший старик. Ты будешь участвовать в охоте. Но если твоя собака не поймает лисицу,— берегись!

И они опять все поехали в степь; все мужчины, все юноши. Все на двух конях, все с собаками. Впереди же ехал хан.

Рыжая лисица увидела их и побежала. Опять началась погоня. Гнались полдня. Собаки стали уставать. Кони стали приставать. А лисица уходит. И тут все увидели, что не отстает от нее только собака старика.

— Вот увидите,— сказал старик.— К концу дня моя собака пригонит сюда лису-шулму и на глазах у всех вас схватит ее за ногу. Только прошу вас об одном: когда собака будет гнать лисицу мимо вас, не шумите и не кричите. Моя собака не любит, когда кричат. Она и так поймает лису, а крик ей помешает.

И вот все увидели, как собака гонит рыжую лисицу прямо на них. Все замерли. Но в тот момент, когда собака была уже совсем рядом с лисицей, хан вдруг не выдержал и закричал:

— Хватай ее! Хватан ее!

Собака уже схватила лисицу за ногу, но вздрогнула от крика хана, на повороте опрокинулась и испустила дух. Погибла и лисица.

Старик заплакал. Он сказал:

— Я ведь просил вас не кричать. Собака испугалась крика и погибла. У лисы-шулмы семьдесят одна хитрость, а у моей собаки семьдесят две. Лиса проявила семьдесят одну хитрость. Собака моя — тоже семьдесят одну. А проявить семьдесят вторую хитрость вы ей помешали. И вот она погибла.

Хан попробовал успокоить старика:

— Погибла твоя собака, но ведь погибла и лиса-шулма. В наших владениях теперь не будет шулмы. Ты достоин награды. Хочешь, бери коней, бери овец. Бери сколько хочешь!

— Ничего мне, хан, не надо. Был я всегда бедняком, бедняком и останусь. Только жалко мне очень мою гончую собаку.