Договорились, — отвечает Амедда.

Договорились. А теперь — доставим тебя Республике.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Оборонительная система обсерватории быстро разделалась с караваном хаттши, но Галлиус Раке видит, что, к сожалению, дело не доведено до конца. Наступила ночь, и его жертвы укрылись в долине под защитой похожих на колонны плато. Он переключается с экрана на экран, наблюдая за ними. За восточной колонной — Слоун и еще какой-то незнакомый ему мужчина. Ниима и часть ее рабов прячутся в тени западного нагорья. Хорошая новость состоит в том, что все они в ловушке, пришпиленные к месту турболазерами. Они могут попытаться бежать, но тогда их ждет тот же конец, что и остальной караван, — Дымящиеся обломки и изувеченные трупы.

Раке остается в чреве имперской базы. В углу стоит дроид-страж, проецируя изображения из середины ладони.

Входят Ташу и Брендол Хакс.

~ Я привел его, — театрально кланяясь, сообщает Ташу.

~~ Уже поздно, — заявляет Хакс, шлепая пересохшими ^бами. — В чем дело? Почему меня позвали в такой час?

Хаксу требуется несколько мгновений, чтобы окинуть взглядом странную сцену: пустое помещение с черными Ценами из бластокрита, страж в красном плаще с лицом Э-лпатина и повисшие в воздухе картины пустыни Джакку.

Мне нужна твоя помощь, — говорит Раке Бренд_0л Хаксу.

К... какая помощь?

Мне нужно знать, готовы ли твои новобранцы?

Мне нужно время... — Хакс вздрагивает. — Вернее им нужно время.

Больше времени у них нет. Докажи, что ты полезен Брендол.

Хакс вглядывается в экраны и мерцающее лицо стража, пытаясь понять, что все это значит.

Я...

Прояви себя, и я расскажу, что происходит на самом деле.

Не понимаю...

Если подведешь меня — проведешь остаток своих дней, скитаясь по этой мерзкой пустыне.

Смелое предложение. Раке прекрасно знает, что Хакс может попытаться остаться здесь и рассказать остальным членам совета, что происходит. Они, в свою очередь, могут попытаться устроить переворот, хотя успеха им не добиться. И все же Брендол Хакс не пользуется особой популярностью. Он не представляет ни армию, ни флот. Он холоден, самодоволен, упрям. В основном он проводит время в одиночестве. Даже собственный сын держится от него поодаль, а ведь у мальчика тоже нет здесь друзей. После падения Империи Хакс и его сын значительно отдалились от других.

И это — его способ вернуться, выйти из изоляции. Награда, висящая прямо перед его носом.

Клюнет ли он на нее? Или увянет, словно цветок, на этой мертвой планете?

Они сделают все, что от них требуется, — кивает Хакс, выпятив грудь. — Скажите только, что вам нужно, — и я отдам соответствующий приказ.

Чудно, — улыбается Раке.

_ Что там случилось? — спрашивает Норра. Размытая картинка в квадронокле, похищенном из кореллиан- _ского челнока, который сейчас стоит позади них, не дает ₀твета. Джее привела корабль туда, где заканчиваются каньоны и пещеры Ниимы, посадив его на высоком зазубренном хребте с видом на широкую долину посреди пустыни. Долина простирается вдаль, огороженная с обеих сторон строем нагорий и мегалитов, покрытых полосами цвета огня и крови. Но озадачивает их вовсе не долина, а то, что в ней находится.

Внизу, примерно в пяти километрах, — останки погибшего каравана. Вокруг расколотого пополам помоста, похожего на столешницу, валяются дымящиеся обломки моноциклов и спидеров. Окрестности усеяны трупами вьючных животных. Есть и человеческие тела неестественного цвета. По словам Джее, так раскрашивают себя рабы, принадлежащие криминальному боссу, хаттше по имени Ниима.

Сама Ниима тоже там. Норра замечает длиннохвостую слизнячку, притаившуюся по эту сторону одного из нагорий. Она не одинока — вокруг нее, подобно жукам вокруг упавшего бревна, суетятся выкрашенные рабы.

Примостившись поудобнее между двумя торчащими камнями, женщина направляет квадронокль на восток...

И находит Слоун.

Та скорчилась между стеной похожего на наковальню плато и небольшой грудой разбитых древних валунов. Адмирал тоже не одна — с ней какой-то мужчина, который прячется за похожим на шпиль камнем.

~ Полагаю, — говорит Эмари, — дело в турболазерах. Взгляни на пару километров дальше каравана.

Норра перестраивает квадронокль на большую дальность — прибор позволяет видеть в темноте, но теплови- ^3оР все равно искажает картинку. И все же она действи- ^Тельно видит, что на склонах низких гор с плоскими вершинами установлено нечто угловатое. Дальше—последнее нагорье, замыкающее долину. Оно похоже на вытянутую руку со сложенной в виде чаши ладонью, словно готовую подхватить нечто, что вот-вот упадет с неба.

Кажется, я их вижу.

Обычно они используются в качестве зенитных орудий...

Но, как и на Акиве, стреляют и по наземным целям

Верно. А это значит, что если в нас попадут, то разорвут на куски.

Норра встает, прислонившись к неровному камню Квадронокль болтается на ремешке.

Что будем делать?

Важнее другой вопрос: какие у тебя планы насчет Слоун?

Не понимаю.

Охотница за головами скрещивает руки на груди:

У нас есть два варианта. Первый: схватить ее и вывезти отсюда, забрав на Чандрилу, или Накадию, или еще куда-нибудь, где она предстанет перед трибуналом.

А второй — убить ее.

Верно. Убить. Прямо здесь и сейчас. Достойная месть.

Норра знает, чего ей хочется. И Джее лишь облегчает ее выбор, объясняя:

Если она нужна нам мертвой — летим в ту сторону, стреляя из всех орудий. Либо мы попадем в нее и прикончим, либо она выбежит на открытое пространство, где турболазер превратит ее в пыль.

А во втором варианте?

Это несколько сложнее. Потребуется какое-то время, чтобы затащить ее на борт, а там, где она прячется, особо не развернуться. Там довольно тесно, так что наш хвост в любом случае будет на виду.

Проклятье!

Вопрос в том, хочешь ли ты справедливости или мести?

Я...

g ее мозгу вспыхивают воспоминания. Слоун приказывает сбросить сына Норры с крыши дворца сатрапа _на Акиве. Слоун пытается бежать на СИД-истребителе. Они сражаются на Чандриле, жестоко избивая друг друга «Я хочу, чтобы она сдохла. Хочу, чтобы заплатила за все Хочу отомстить за все, что она натворила». Но за этими картинами следуют другие: лицо ее сына, Леи, всех, кого она знает, — Синджира, Соло, Джома, даже Брен- тина.

Все они хорошие парни, даже когда совершают дурные поступки. Однако такова ли она сама? Возможно, она их противоположность. Или, может быть, убийство Слоун — дурной поступок, но он не меняет того, что она хороший человек.

Не знаю, — честно признается Норра. — Пока что... постараемся поймать ее.

Прекрасно. Как?

В мыслях Норры формируется план — неуклюжий и пугающий.

Те турболазеры нам не по зубам. — Она вспоминает, как на Акиве мчалась в СИД-истребителе над Миррой. Эти корабли невероятно маневренны, но даже при всем этом пришлось попотеть, чтобы ее не поджарили. — Так что полетим в долину, но нигде надолго не задерживаясь. Кто-нибудь выскочит и схватит Слоун. Используем Костика в качестве поддержки. — Дроид сейчас на челноке, заряжает свои батареи и проводит поверхностную самодиагностику. — Потом тот, кто пилотирует корабль, возвращается, сбрасывает трап и все поднимаются на борт. А дальше, если коды доступа все еще действуют, покидаем планету и летим вместе с нашей пленницей назад в Республику.

~~ Это опасно. — На лице Джее появляется озабочен- пая гримаса. — Мы можем погибнуть. С другой стороны, пока что мы живы, и твой план вполне может оказаться единственным из возможных. Мне он нравится. Хотя ест_ь еще одна проблема.

Хочу ли я о ней знать?

Пора признать возможность того, что Рей Слоу_н больше ничем здесь не командует.

То есть?

Сама подумай. Гранд-адмирал всей Империи в компании бандитки-хаттши, одетая, как обычный мусорщик Слоун потеряла контроль, Норра. У нее нет власти даж_е над песчаной дюной, не говоря уж об Империи. Но там находится что-то достаточно важное, чтобы это охраняли высокоточные турболазеры, и в то же время достаточно секретное, чтобы рядом открыто не маячила Империя. Здесь что-то явно происходит. Что-то серьезное.

Норра расхаживает туда-сюда. Ее подруга права. И все же — что они могут? Как им оценить масштаб происходящего? Да и нужно ли?

Она решает, что не нужно.

Цель остается прежней, — говорит Норра. — Захватить Слоун. Остальное пусть разнюхивает кто-то другой. Сделаем свое дело, и, если доставим назад бывшего гранд- адмирала, возможно, она, со своей стороны, прольет хоть какой-то свет на весь этот мрак, показав нам реальное положение дел.

Что ж, решено. Готова в очередной раз постараться не погибнуть?

Похоже, это мое призвание.

Там, вдали, кто-то есть.

Слоун нисколько в том не сомневается. Весь последний час она вглядывается в далекую линию горного хребта, уверенная, что за камнями что-то притаилось. Сперва она подумала, что это просто какое-то животное. За недолгое время, проведенное на Джакку, Рей уже повидала существ, которых надеется никогда больше не встретить- хищных песчаных червей, птиц, способных своими кл>°'

_вами пробить металл, громадных ящериц, носящихся по

стыне со скоростью молнии. Первое время ей казалось,

q за ними наблюдает какой-то зверь, дожидаясь возможности поживиться, если они осмелятся заснуть. Но теперь она уже не столь в этом уверена. Судя по тому, как движутся тени, и по вспыхивающим иногда слабым отблескам звездного света, это не животное. Это кто-то разумный.

О чем она и говорит Брентину, скорчившемуся за кривым камнем.

Кто? — задает он естественный вопрос.

Не знаю. У нас здесь нет друзей. Но вряд ли это Империя, иначе они уже были бы тут.

Или так она, по крайней мере, думает. Расположенные на склонах турболазерные установки охраняют нечто впечатляющее. Нечто, принадлежащее Галлиусу Раксу.

Но принадлежит ли оно Империи? Или только Раксу?

Может, это мусорщики? — замечает Брентин.

Может быть.

Мусорщики не слишком отличаются от ищущего поживы зверя, только цель их — не мясо, а разбросанные по долине обломки.

Ниима все еще недовольна.

Хаттшу сейчас трудно разглядеть, зато легко услышать. Две группы расположились довольно близко друг от друга, так что различить в тишине ночи фырканье, шипение и яростное бульканье слизнячки, а также глухие Удары ее хвоста о песок не составляет труда.

Слоун с трудом удерживается от искушения выманить хаттшу из укрытия в надежде, что один из турболазеров превратит червеобразную тварь в красный туман ^и клочья омерзительного жира. Но естественно, это не принесло бы никакой пользы, кроме нескольких мгновении радости, что один из ее врагов наконец уничтожен.

~~ Как думаешь, что Раке прячет за долиной? — спрашивает Брентин.

Не знаю. По слухам, там какой-то оружейный комплекс.

Зачем его прятать? Такое ощущение, будто он скрывает его от своих же сторонников.

Этого я тоже не знаю.

Наверняка у Империи есть свои секреты, и немало, — даже ей известно далеко не все.

До меня как-то раз дошел слух. — Брентин со стоном садится, скребя спиной камень. — Работая на подпольном повстанческом радио, я не только распространял по Галактике пропаганду, но и перехватывал сообщения Империи. Со мной трудились ребята, которые умели взламывать радиочастоты, подключаться к передачам и сеансам связи. Они даже сообразили, как доработать гипердвигатели, чтобы перехватывать частоты прямо из дальнего космоса. Абеднедо, с которым я работал, Олс Утик, рассказывал, что они поймали фрагмент сообщения из какой-то дальней системы, кажется Адюмара[2], в Диком космосе. Там говорилось что-то про... некую лабораторию, секретный комплекс. Мы послали разведчиков на его поиски, но все впустую, да и не могли мы уделить этому особого внимания. У Альянса не было свободных рук. Но вдруг там и в самом деле что-то было? Может, и здесь кроется нечто подобное.

Нечто, основанное самим Императором? Вполне возможно. Слоун вспоминает изображение из имперских архивов: Палпатин, Юларен, Мае Амедда и юный Галлиус Раке. Раке был героем Империи, но его досье абсолютно засекречено. Насколько он был близок к Палпатину? Какова была его истинная роль?

Что, если там — нечто похожее на секретный комплекс, помогавший разработать и спроектировать «Звезду Смерти»? Или что-нибудь куда более странное?

Как бы там ни было, нельзя позволить Раксу управлять этим. Он не из тех, кому можно доверять.

Эта мысль бесконечно крутится в голове, вызывая приступ мучительной боли. «Он не из тех, кому можно доверить мою Империю». Осознание новой цели обжигает ее, как горячая лава. Возможно, Брентин Уэксли прав. Может быть, цель ее заключается не только в том, чтобы вырвать сердце из груди Галлиуса Ракса.

Возможно, она сумеет вернуть себе Империю. Возможно, она сумеет ее спасти.

И возможно, сделать это поможет именно то, что Раке столь тщательно охраняет и прячет. А это значит, что нужно найти способ пробраться мимо тех турболазеров и...

Смотри, — говорит Брентин.

Вырванная из раздумий, Слоун смотрит туда, куда указывает его палец. Там, на вершине хребта, какое-то движение.

Корабль. Челнок.

Он взлетает и направляется в их сторону.

Губы Слоун изгибаются в зловещей ухмылке.

Приготовься.

К чему?

Мы захватим этот корабль.

Джее говорит, что Норра должна опустить корабль к поверхности планеты, а сама она спрыгнет и схватит Слоун. Это вполне соответствует ролям каждой из них. У каждой своя специализация. Норра — опытный пилот, один из лучших среди повстанцев. А Джее — охотница за головами. Она умеет драться. Она умеет брать пленных.

Но Норра не соглашается с напарницей. Зубы ее крепко сжаты, взгляд напряжен, и когда она цедит сквозь зубы, ^Что ей хочется — нет, ей нужно! — самой захватить Слоун ^в плен, Джее уступает. Эмари знает, что в этой схватке ей не победить.