Ночью они сложили кирпичи лесенкой. Некоторые сломались, так как скудный солнечный свет высушил их не слишком хорошо, но вообще-то они оказались прочными.

Бинк долго и внимательно прислушивался, ожидая, когда охранники уйдут, как они говорили, на «перерыв». Наконец они ушли. Тогда он взобрался на самый верх лестнички, уперся в решетку обеими руками и нажал.

И только тут он неожиданно понял, почему Фанчен потребовала занавеску для туалета. Она понадобилась ей не за тем, чтобы скрывать свое неприглядное тело, а для того, чтобы прятать кирпичи от посторонних глаз. А он догадался только теперь!

Открытие прибавило ему силы. Он напрягся — решетка подалась с удивительной легкостью. Тут же наверх вскарабкалась Фанчен и подсунула горшок под приподнятый конец. Ух! Может быть когда-нибудь кто-то изобретет горшок, пахнущий розами.

Но дело свое он сделал — поддерживал решетку, пока Бинк сдвигал ее. Наконец отверстие стало достаточно большим. Бинк подсадил Фанчен, затем вылез сам. Никто их не заметил. Они были на свободе.

— Эликсир находится на корабле, — прошептала Фанчен, указывая в темноту.

— Откуда ты знаешь?

— Мы проходили мимо на… трансформацию. Это единственный объект, который так хорошо охраняется. К тому же на борту катапульта. Ты видел?

Да, уж кто-кто, а она смотрела в оба. Она была большой умницей — видно уродство этому не помеха. А Бинку и в голову не пришло приглядываться к окружающему и выяснять, что где находится.

— Добраться до эликсира будет очень сложно, — продолжала она. — Думаю, лучше захватить весь корабль. Мы сможем им управлять?

— Я никогда не плавал на больших судах. Только на лодке, да еще на яхте Ирис, но она была иллюзорной. Наверно, я заболею морской болезнью.

— Я тоже. — Она вздохнула. — Мы сухопутные крысы. Поэтому они никогда не станут искать нас на корабле. Пошли.

Что ж, это было лучше, чем стать василиском.

Они пробрались к пляжу и вошли в воду. Бинк тревожно оглянулся и заметил огонек — он приближался к яме.

— Быстрее! — шепнул он. — Мы забыли поставить решетку на место, так что они сразу поймут, что мы сбежали.

И Фанчен, и Бинк были достаточно хорошими пловцами. Они скинули одежду (интересно, что происходило с ней во время трансформации? Эта тонкость осталась им неизвестной) и тихо поплыли к паруснику, стоявшему в четверти мили от берега. Море было темным и, очевидно, глубоким. Бинк нервничал. Что за чудовища обитают в водах Мандении?

Вода не была холодной, и поначалу плаванье согревало его. Но постепенно Бинк начал уставать и почувствовал, что замерзает. С Фанчен происходило тоже самое.

Когда они смотрели на корабль с берега, казалось, что до него совсем близко, однако на самом деле расстояние было значительным. К тому же одно дело — прогуляться до него по берегу, и совсем другое — доплыть.

До них донеслись шум и крики — возле ямы, служившей им тюрьмой, поднялась суматоха. Повсюду вспыхнули огни и задвигались светлячками.

Бинк ощутил прилив новых сил.

— Мы должны добраться туда как можно скорее, — выдохнул он.

Фанчен не ответила, она была поглощена плаваньем.

Расстояние казалось нескончаемым и выматывало всю их энергию. Энтузиазм Бинка стал меркнуть.

Наконец они приблизились к кораблю. На палубе был виден силуэт моряка, пристально вглядывающегося в берег.

Фанчен приблизилась к Бинку.

— Ты плыви… на другую сторону, — прошептала она. — Я… отвлеку…

Она была храброй женщиной! Ведь моряк мог пустить в нее стрелу…

Бинк быстро поплыл вокруг корабля. По меркам Ксанфа, судно было большим, — около сорока футов в длину. Но если хотя бы часть того, что Трент рассказывал о Мандении, было правдой, то у манденийцев были корабли и гораздо более внушительных размеров.

Бинк приподнялся из воды и вцепился пальцами в край корпуса. Он надеялся, что на палубе нет других матросов, кроме того вахтенного, которого они видели. Ведь теперь ему предстояло, не привлекая внимания и не раскачивая судно, взобраться на него.

Фанчен словно угадала, что он готов, и подняла шум — притворилась, будто тонет.

Моряки — в всего их было четверо, подошли к ограждению посмотреть, что случилось, и Бинк, соблюдая величайшую осторожность, взобрался на корабль. Двигался он с трудом: мышцы после долгого плавания словно налились свинцом и не желали повиноваться. Едва ступив на палубу, он упал, и суденышко немного накренилось, но матросы стояли, как прикованные, наблюдая за «тонущей» Фанчен.

Бинк поднялся на ноги и прокрался к мачте. Спущенные паруса были ненадежным укрытием. Стоит морякам повернуться — и они его заметят.

Что ж, надо нападать первым. Конечно, у Бинка не было никакой экипировки, а руки и ноги отяжелели и плохо слушались, но схватка так или иначе была неизбежна. Бинк неслышно подобрался к четверке, сердце у него гулко стучало. Моряки перегнулись через поручни, стараясь разглядеть Фанчен, а та всё шумно бултыхалась в воде. Правой рукой Бинк схватил одного матроса за рубашку, левой — за штаны, дернул вверх изо всех сил, и тот, вскрикнув от испуга, полетел за борт.

Стоявший рядом матрос повернулся было на крик своего товарища, но слишком поздно, — Бинк схватил и его и тоже бросил за борт. Однако матросу удалось ухватиться одной рукой за поручень. Бинк ударил его по пальцам, и он свалился в воду.

Однако несколько лишних секунд все-таки были потеряны, и двое оставшихся накинулись на Бинка. Один схватил его за горло, стараясь задушить, другой зашел сзади.

Бинк помнил, что Кромби советовал делать в таких ситуациях. Он покрепче ухватил нападающего, согнул ноги в коленях и резко наклонился вперед. Сработало прекрасно! Матрос перелетел через плечо Бинка и хлопнулся спиной о палубу.

Последний противник пошел на Бинка с кулаками. Бинку удалось уклониться, но мощный кулак все-таки скользнул по голове Бинка, удар оказался чувствительным, и он рухнул на палубу. Моряк навалился на него. Это было совсем плохо. К тому же Бинк заметил, что один из сброшенных им за борт вот-вот вылезет на палубу.

Бинк попытался вытянуть ноги, чтобы задержать противника, но крепкий моряк придавил его так сильно, что невозможно было даже пошевелиться.

Тут подоспел второй. Поднял руку… Бинк не мог даже уклониться. И нога ударила по голове противника Бинка. Моряк со стоном откатился в сторону. Но как нападавший промахнулся на таком близком расстоянии? Может, ошибся в темноте? Ведь все лампы оказались в воде вместе с их владельцами…

— Да помоги же мне скинуть его за борт! — воскликнула Фанчен. — Надо очистить корабль.

А он-то принял ее за матроса! Что, опять виновато плохое освещение? Луна светила ярко, но в подобной ситуации…

Тем временем два матроса карабкались на борт. Чисто импульсивно Бинк схватил своего недавнего противника за плечи, Фанчен взялась за ноги.

— Раз, два, три… бросай! — скомандовала она, Моряк полетел за борт и обрушился на своих товарищей. Все трое рухнули в море.

Бинк надеялся, что в воде они придут в себя и смогут плыть. Четвертый лежал на палубе, не подавая признаков жизни.

— Подними якорь, — велела Фанчен. — Я возьму шест. — Она побежала к каюте — худощавая юркая фигура мелькнула в лунном свете.

Бинк нашел якорную цепь и принялся ее вытягивать Цепь все время заклинивало, потому что он не знал, как с нею управляться. Но в конце концов ему удалось поднять якорь.

— Что ты сделал с этим парнем? — спросила Фанчен, наклоняясь над лежащим моряком.

— Швырнул о палубу. Кромби показал мне, как это делается.

— Кромби? Не помню…

— Солдат, которого я встретил в Ксанфе. Нас застигла буря. Он обидел Дию, а я хотел догнать ее… Ну, ладно, это все так запутано…

— О, да, ты упоминал о нем. — Она помолчала. — Ты хотел догнать Дию? Почему?

— Она убежала во время бури, и… ну, она мне нравилась… — Затем, чтобы не задевать чувств Фанчен, он сменил тему: — Что с другими моряками? Они не утонули?

— Я показала им вот это, — она подняла багор. — И они поплыли к берегу.

— Если мы сможем поднять парус, нам лучше сняться с места.

— Нет. Течение несет нас в море. А ветер дует к берегу. Мы ведь не знаем, как управлять парусом, и только ухудшим положение.

Бинк взглянул на другой корабль, стоявший в отдалении. На нем зажглись огни.

— Те моряки поплыли не к берегу, — сказал он. — Они на втором корабле. И собираются догнать нас.

— Они не смогут, — ответила Фанчен. — Я говорила тебе… Ветер.

Но Бинк был прав. Парус на втором корабле разворачивался. Конечно, моряки умели использовать любой ветер!

— Нам нужно поскорее найти эликсир, — сказала она.

— Да, конечно! — Бинк совсем забыл о нем. А ведь если бы не эликсир, они смогли бы убежать и затеряться в Мандении. Но разве смог бы он жить, купив свободу такой ценой? Ведь Трент, владея эликсиром, наверняка осадил бы Ксанф. — Мы выльем его за борт!

— Нет!

— Но я думал…

— Мы используем его как залог. Пока эликсир будет у нас, они не нападут. Будем по очереди стоять на палубе и держать флакон над морем, чтобы они его видели. Если что-нибудь случится с…

— Превосходно! — воскликнул Бинк. — Я бы до этого никогда не додумался.

— Но сперва мы должны найти эликсир. Если наша догадка неверна…

— В таком случае они не стали бы нас преследовать.

— Стали бы. Им нужна катапульта. А мы нужны еще больше.

Они обыскали корабль. В каюте на цепи сидело чудовище. Бинк никогда прежде не видел такого. Оно было небольшим, но просто ужасным. Все четыре его ноги оканчивались короткими когтями. Тело сплошь покрывала белая с черными пятнами шерсть. Чудовище было хвостастое и вислоухое, с маленьким черным носом и сверкающими белыми зубами. Когда Бинк приблизился, оно злобно зарычало и запрыгало, но, к счастью, его сдерживала цепь.

— Что это? — в ужасе спросил Бинк.

Фанчен задумалась.

— Оборотень наверно.

В существе действительно было что-то знакомое. Оно напоминало оборотня в одной из стадий превращения.

— Здесь, в Мандении?

— Ну, если не оборотень, то что-то в этом роде. Будь у него несколько голов, я сказала бы, что это цербер. Но у него всего одна голова, так что скорее всего это собака.

Бинк разинул рот.

— Собака! Должно быть, ты права. Я никогда не видел живых собак. Только на картинках.

— Кажется, сейчас их в Ксанфе нет. Раньше были, но, очевидно, мигрировали.

— Через Щит?

— Разумеется, до того, как его установили. Хотя я натыкалась на упоминания о собаках, кошках и лошадях. Как будто они встречались и в течение последних ста лет. Но я, должно быть, просто перепутала даты.

— Что же. Значит, сейчас перед нами собака. Она выглядит свирепой. Наверно, охраняет эликсир.

— И научена бросаться на чужих, — продолжила Фанчен. — Придется нам ее убить.

— Но это редкое животное. Возможно, последнее оставшееся в живых.

— Этого мы не знаем. Может быть, в Мандении много собак. Когда к ней привыкнешь, она кажется довольно хорошенькой.

Собака успокоилась, хотя все еще настороженно поглядывала на них. Маленький дракончик точно так же наблюдает за человеком, когда находится вне досягаемости, подумал Бинк. Ведь стоит малышу зазеваться, и человек может приблизиться и напасть.

— Не лучше ли нам привести в сознание матроса в заставить его приструнить собаку? — спросил Бинк. — Животное определенно знает членов экипажа. Иначе они тоже не смогли бы добраться до эликсира, когда понадобится.

— Здравая мысль, — согласилась Фанчен.

Моряк, наконец, пришел в себя, но был еще очень плох и не мог оказать никакого сопротивления.

— Мы тебя отпустим, — сказала Фанчен, — если ты расскажешь, как укротить собаку. Видишь ли, нам не хотелось бы убивать ее.

— Кого, Дженифер? — недоуменно спросил моряк. — Только назовите ее по имени, накормите и погладьте. — Он снова лег на спину. — По-моему, у меня сломана ключица.

Фанчен взглянула на Бинка.

— Значит, нельзя заставлять его плыть. Пусть Трент и чудовище, но мы-то — нет. — Она повернулась к моряку. — Если дашь слово не мешать нам никоим образом, мы поможем тебе. Договорились?

Моряк ответил не колеблясь:

— Я не сумею помешать вам хотя бы потому, что не могу встать. Так что договорились.

Бинку все это не нравилось. Они с Фанчен вели себя точно также, как Трент: предлагали противнику блага в обмен на сотрудничество. Чем же они отличаются от Злого Волшебника?

Фанчен ощупала плечо моряка.

— О-о-о! — закричал он.

— Я не врач, но думаю, ты прав, — сказала она. — У тебя сломана ключица. На борту есть подушки?

— Послушайте, — произнес моряк, пока Фанчен возилась с ним, стараясь помочь хоть чем-то и устроить поудобнее. — Трент не чудовище. Вы не правы. Он хороший предводитель.

— Он пообещал вам все богатства Ксанфа? — с сарказмом поинтересовалась Фанчен.

— Нет, только фермы и работу для всех, — ответил моряк.

— Никакого насилия, никаких убийств, никакой добычи? — в ее голосе сквозило явное недоверие.

— Ничего такого. Сейчас новые времена, вы же знаете. Мы только должны были бы охранять его и поддерживать порядок на оккупированной территории, а он подарил бы каждому небольшой пустующий участок. Он сказал, что в Ксанфе мало населения. И… обещал сделать так, чтобы местные девушки согласились выходить за нас замуж, и мы могли бы обзавестись семьями. Если их будет недостаточно, пригласит невест из нашего мира. А еще трансформирует в девушек каких-нибудь умных животных. Я думал, это шутка, но после того, что услышал о василисках… — Он поморщился и покачал головой.

— Держи голову прямо, — велела Фанчен. — О василисках правда. Мы были ими. Но трансформировать животных в девушек…

— О, это было бы не так уж плохо, мисс. Всего лишь временно, пока не прибудут настоящие невесты. Если трансформированная и на вид и на ощупь оказалась бы совсем, как взаправдашняя, я не стал бы ее упрекать в том, что раньше она была сукой. Тем более, что некоторые девушки и так сучки.

— Что такое «сука»? — спросил Бинк.

— Сука? Ты этого не знаешь? — моряк снова поморщился от боли. — Самка собаки. Вроде Дженифер. Черт возьми, если бы Дженифер имела человеческий облик…

— Достаточно, — пробормотала Фанчен.

— Что ж, как бы там ни было, мы обзавелись бы семьями и устроились на житье. А наши дети обладали бы магией. Скажу вам прямо: это и заставило меня служить Тренту. Я не верю в магию, понимаете… то есть не верил раньше. Но я помню сказки, которые слыхал еще маленьким сорванцом. Сказки о принцессе и лягушке, о хрустальной горе и трех желаниях… Ну, посудите сами: я был ювелиром в подпольной лавочке… Знаете, о чем я говорю? И я действительно хотел вырваться, не желал больше участвовать в крысиной гонке.

Бинк молча покачал головой. Он понял лишь часть того, что говорил матрос, и это не делало Мандению привлекательней. Какие-то лавочки под полом. Крысы, которые участвуют в гонках… Он тоже захотел бы убраться подальше из такой страны.

— Понимаете, это шанс зажить прилично в сельской местности, получить землю в собственность, выращивать хорошие урожаи… — Тон моряка не оставлял сомнений в его одержимости этой целью. — К тому же мои дети владели бы магией, настоящей магией… Я, наверно, все еще не верю в это до конца, но так приятно хотя бы помечтать.

— А оккупировать чужую землю, взять то, что тебе не принадлежит… — начала Фанчен, но тут же осеклась, уверенная, очевидно, что спорить на эту тему с матросом бессмысленно. — И учти, Трент предаст тебя, как только ты больше не будешь ему нужен. Он — Злой Волшебник, изгнанный из Ксанфа.

— Ты хочешь сказать, что он на самом деле владеет магией? — спросил моряк со счастливым недоверием. — Я считал, что это был всего лишь фокус, ловкость рук. Хотя на какое-то время а все-таки поверил, но…

— Конечно, черт побери, он умеет трансформировать, — вставил Бинк. — Мы расскажем тебе, как он превратил нас в…

— Не надо об этом, — попросила Фанчен.

— Но он все равно хороший предводитель, — настаивал моряк. — Он рассказал нам, как двадцать лет назад его выгнали из Ксанфа, когда он попытался стать Королем, и как он потерял свою магию, и как женился на девушке здесь, и что у него был маленький сын…

— У Трента в Мандении была семья? — удивился Бинк.

— Мы называем нашу страну по-другому, — ответил моряк. — Да, у него была семья. Пока не появилась эта таинственная болезнь… что-то вроде простуды, я думаю, или, может быть, пищевого отравления… и они умерли. Трент сказал, что наука оказалась бессильной спасти их, но магия смогла бы. Поэтому он и собирается вернуться в волшебную страну, Ксанф, по-вашему. Но если бы даже он сумел пройти через эту штуку, которую вы называете Щитом, и явился к вам совсем один, вы убили бы его; Вот зачем ему нужна армия… О-о-о! — завопил он вдруг — Фанчен закончила свою работу и подоткнула ему под плечо подушку.

Они устроили моряка как можно удобнее. Бинк был бы не прочь еще поболтать с ним, послушать его удивительные рассказы. Но время шло, и второй корабль нагонял их. Они следили за ним по парусу. Судно шло против ветра зигзагами и постепенно приближалось к ним. Да, они ошиблись, считая, что при встречном ветре второй корабль их не догонит. Так, может быть, они и во многом другом ошибались?

Бинк направился в каюту. Его уже подташнивало от качки, но он терпел.

— Дженифер, — сказал он неуверенно, предлагая собаке еду, которую они нашли. Маленькое пятнистое чудовище завиляло хвостом. И они стали друзьями. Бинк набрался храбрости и погладил Дженифер по голове, — она его не укусила. Потом, пока собака ела, он открыл сундук и вытащил бутылку с зеленоватой жидкостью, хранившуюся в обитом мягкой тканью ящичке. Победа!

Радостный Бинк вышел на палубу, бережно неся бутылку. В этот момент моряк окликнул Фанчен:

— Мисс! Щит!..

Фанчен тревожно огляделась.

— Течение несет нас на него?

— Да, мисс. Я не хочу вмешиваться, но если вы немедленно не повернете судно, вы умрете. Я знаю, как этот Щит работает. Я видел животных, которые пытались через него проскочить и оказались поджаренными.

— Но как мы можем узнать, где он? — спросила Фанчен.

— Щит мерцает. Видите? — Он с трудом вытянул руку и показал куда-то вперед.

Бинк вгляделся и действительно заметил мерцание. Их несло к призрачно-белой, слабо светящейся завесе. Корабль неумолимо приближался к Щиту.

— Мы не можем остановить его! — крикнула Фанчен. — Мы врежемся прямо в Щит!

— Бросьте якорь! — сказал моряк.

Что им еще оставалось делать? Щит — это верная смерть. Хотя остановка означала, что люди Трента возьмут их в плен. Даже угроза уничтожить бутылку не спасет. Корабль станет для них своего рода тюрьмой.

— Можно спустить спасательную шлюпку, — нашлась Фанчен. — Дай мне бутылку!

Бинк отдал ей бутылку, потом бросил якорь в воду Когда якорь зацепился за дно, корабль медленно развернулся. Щит оказался пугающе близко, но так же пугающе близко было и судно преследователей. Теперь стало ясно, почему Трент воспользовался не течением, а ветром: умело управляя парусами, можно было четко контролировать ход судна. Да, неприятелю не грозила опасность врезаться в Щит!

Они спустили шлюпку. Прожектор второго корабля залил их светом. Фанчен подняла бутылку повыше.

— Я выброшу ее! — закричала она преследователям. — Попробуйте выстрелить в меня — и эликсир утонет вместе со мной!

— Верни бутылку! — донесся голос Трента. — Даю слово отпустить вас обоих.

— Ха! — пробормотала она. — Бинк, можешь грести? Я боюсь ставить на дно бутылку, пока мы в пределах досягаемости их стрел. Я хочу быть уверенной: что бы ни случилось с нами, эликсира они не получат.

— Попытаюсь, — ответил Бинк.

Он уселся поудобнее, схватился за весла и… одно треснуло, ударившись о борт судна, другое ушло глубоко в воду. Лодка накренилась.

— Осторожнее! — воскликнула Фанчен. — Ты чуть не сбросил меня в море!

Бинк попытался оттолкнуться от корпуса корабля, но ничего не вышло, так как он не смог вытащить весло из уключины. Но течение понесло лодку вдоль борта, и в конце концов она оказалась за кормой судна.

— Нас несет прямо на Щит! — закричала Фанчен, размахивая бутылкой. — Греби! Греби! Разверни шлюпку!

Бинк старательно, изо всех сил начал грести. Но он сидел спиной к носу и не мог видеть, куда направляет свое суденышко. Фанчен примостилась на носу и пристально всматривалась вперед.

Наконец Бинк приспособился к веслам и развернул лодку. Теперь мерцающая завеса оказалась сбоку. Зрелище было красивое — призрачное сияние прорезалось сквозь темноту ночи, — но Бинк в ужасе отгреб подальше.

— Иди параллельно Щиту! — направляла Фанчен. — Чем ближе к нему мы будем держаться, тем труднее им нас преследовать. Может быть, они оставят нас в покое.

Бинк налег на весла. Шлюпка пошла ходче. Но гребля была для него непривычным занятием, к тому же он tie успел еще оправиться после плавания и теперь чувствовал, что долго не продержится.

— Ты идешь прямо на Щит! — воскликнула Фанчен.

Бинк оглянулся. Щит ощутимо приблизился. Но ведь он старался идти параллельно, он не греб к Щиту!

— Течение сносит нас к нему! — догадался он Это же надо быть таким наивным и думать, что раз начал грести, то больше ничто не может им противодействовать.

— Греби прочь от Щита! Быстрее! — потребовала Фанчен.

Бинк направил лодку под углом от Щита, но это мало помогло. Щит не удалялся. Течение было быстрым, Бинк не мог с ним справиться. И что еще хуже — ветер стал менять направление и крепчать. Бинк держался еще какое-то время, но усталость одолевала его.

— Я не могу… грести… так… долго! — выдохнул он, уставившись на сияющий Щит.

— Тут есть островок, — сказала Фанчен. — Греби к нему.

Бинк осмотрелся и увидел неподалеку, среди волн, что-то черное. Остров? Скорее всего, просто скала. Но если они сумеют к ней причалить…

Он греб напряженно, отчаянно… однако сил у него оказалось недостаточно. Их проносило мимо скалы. Жуткий Щит маячил все ближе.

— Давай помогу! — воскликнула Фанчен. Она поставила бутылку на дно, села на весла рядом и принялась грести в лад с ним.

Дело пошло лучше. Но от усталости Бинк ослабил внимание. Плотные облака неслись по небу, то заслоняя луну, то открывая ее. И в этом переменчивом хаотичном свете обнаженное тело Фанчен казалось не таким уж бесформенным, гораздо более женственным. Игра светотеней и воображение Бинка делали ее почти привлекательной, и это сбивало его с толку, ведь он не имел права думать о таких вещах. Фанчен могла быть хорошим товарищем, если только…

Лодка сходу врезалась в скалу. И непонятно было, что накренилось — скала или лодка, или обе сразу. Вода хлынула через борт.

— Держись! — закричала Фанчен.

Бинк ухватился за камень. Тот был шершавым и скользким одновременно. Волна разбилась о скалу над ним. Рот наполнился соленой пеной. Стало совсем темно, облака полностью скрыли луну.

— Эликсир! — вскрикнула Фанчен. — Я оставила его в… — И она бросилась на корму, уже залитую водой.

Бинк еще не отдышался после того, как его захлестнуло волной, и не смог окликнуть ее, остановить. Он цеплялся за скалу, пытаясь нащупать трещины для упора, и одновременно удерживая лодку согнутыми ногами.

В его мозгу проносились глупые мысли: если великан начнет тонуть и ухватится за землю Ксанфа, его пальцы попадут в спасительный для него Провал. Может, в том и состоит предназначение Провала? А сейчас крошечным обитателям этой скалы, возможно, очень не нравится, что гигантские пальцы Бинка пролезли в трещину. Интересно, есть ли у них заклинание для забывания?

В отдалении сверкнула молния. Бинк рассмотрел бесформенный мрачный камень, но никаких миниатюрных людей там не обнаружил. Но он заметил странный блик, словно свет отразился от чего-то. Но от чего? Бинк уставился на это место, однако молний больше не было, и ничего различить ему не удалось. Одно было понятно: отблеск шел от чего-то большого.

Вновь сверкнула молния, теперь ближе. И Бинк увидел — пусть на миг, но вполне отчетливо…

То было зубастое чудовище, похожее на рептилию. Отблеск бросали его злобные глаза.

— Морское чудовище! — в лютом страхе заорал Бинк.

Фанчен лихорадочно дергала весло и, вытащив его наконец из уключины, пихнула морское чудовище. Конец весла ударил по зеленой бронированной морде. Чудовище отступило.

— Надо убираться отсюда! — крикнул Бинк.

Но тут еще одна волна обрушилась на него. Лодку приподняло, и она выскользнула из-под его ног. Бинк успел обхватить Фанчен за талию и удержал ее. Казалось, пальцы второй руки, на которой он висел, не вынесут напряжения, но они оставались в трещине и крепко цеплялись за нее, так Бинку и удалось сохранить свою ненадежную позицию.

Следующая волна осветила движущийся по волнам, похожи, на парус треугольный выступ. Что это?

Рядом с Бинком вынырнуло еще одно чудище; оно фосфоресцировало, и его можно было различить даже в полной темноте. Казалось, у него только один глаз посередине круглой выпуклой морды. По сторонам висели огромные усы. Бинк окаменел от ужаса, хотя и понимал, что многие устрашающие детали существуют скорее всего только в его воображении. Ведь разглядеть тварь как следует он мог лишь при свете молнии.

Но свет молний доказал, что мерзкая гадина была вовсе не плодом его воображения. То был действительно чудовищный монстр!

Бинк боролся с ужасом и пытался придумать хоть какой-то план защиты. Одна его рука цеплялась за скалу, другой он держал Фанчен. Что же он мог поделать! Вот если бы Фанчен…

— Твое весло… — едва выдавил он.

Монстр начал действовать первым. Он поднял к морде совсем человеческие руки и вроде бы что-то снял, а когда убрал их, Бинк и Фанчен увидели Злого Волшебника Трента.

— Вы, глупцы! Сколько беспокойства вы причинили! Отдайте эликсир, и тогда с корабля вам кинут веревку!

Бинк колебался. Он изнемог от усталости и холода и сознавал, что долго ему не продержаться. Буря и течение одолеют его. Остаться здесь — значило погибнуть.

— Вокруг рыщут крокодилы, — продолжал Трент. — И несколько акул. Они так же опасны, как и те чудища, с которыми ты знаком. У меня есть репеллент, но течение так быстро относит его в сторону, что лить нужно много, а толку мало. Более того, вокруг таких скал возникают водовороты, особенно во время шторма. Нам сейчас нужна помощь… и я один могу вызвать ее. Отдайте мне эту бутылку!

— Никогда! — вскричала Фанчен и прыгнула в черную воду.

Трент быстро надвинул на лицо маску и нырнул за ней. Бинк увидел, что на Волшебнике ничего нет, кроме набедренной повязки, на которой висит длинный меч. Бинк нырнул за ними, даже не задумываясь, что он делает.

Они встретились под водой и в темноте, в кипящих струях воды только мешали друг другу. Бинк пытался подняться на поверхность, проклиная свою глупость: зачем ему понадобилось нырять? Теперь он наверняка утонет. Ему нужно вынырнуть, вдохнуть хоть немного воздуха… Но кто-то держал его мертвой хваткой… Вода держала их всех, унося все дальше и дальше.

Это был водоворот — неодушевленное чудовище. Оно засасывало их в свою ненасытную утробу.

Второй раз Бинк чувствовал, что тонет, но теперь он знал, что никакая Волшебница не придет к нему на помощь.