- Госпожа, - встревоженно прошипел он. - В твоём святилище был обнаружен шпион.

Арвин с колотящимся сердцем осознал, что писарь, должно быть, заметила прореху в своих воспоминаниях, поняла, что ожог на плече Арвина был её рук делом, и сделала правильный вывод. Всё это означало, что Арвин не мог больше ждать, пока жрец передаст ранец Сибил. Вырвав рюкзак из его рук с коротким: «Я сам ей передам», Арвин начал прокладывать путь через толпу.

Тем временем Сибил прошипела гневный ответ хрустальному шару. Жрец внутри него торопливо ответил:

- Нет, госпожа, внутри самого храма!

Глаза Сибил вспыхнули. Она указала на Медусанну.

- Запечатай храм. Найди шпиона.

Арвин растолкал знатных сэ'сэхен, отчаянно пытаясь подобраться к алтарю. За ним по пятам следовал жрец.

- Госпожа! - воскликнул Арвин. - Я нашёл...

Прежде чем он успел закончить фразу, Сибил могучим взмахом крыльев бросила себя назад. Тьма плащом сомкнулась вокруг неё.

- Нет! - простонал Арвин. Возглас потерялся в беспокойном шёпоте, пронёсшемся по помещению.

Юношу заполняли одновременно ярость и отчаяние. Он шесть месяцев готовился — придумал идеальное оружие для убийства Сибил и был готов пожертвовать собственной жизнью, и всё это лишь для того, чтобы представившийся шанс в самый последний момент ускользнул у него из-под носа.

Его тело начало зудеть и терять свою форму. Сейчас его трансформация прекратится. Через миг он может восстановить её — но не раньше, чем дюжины юань-ти увидят его человеческий облик. Уничтожить сразу столько воспоминаний он не мог.

Если Арвин хотел прожить достаточно долго, чтобы получить второй шанс расправиться с Сибил, ему нужно было придумать что-то ещё. Срочно.

ГЛАВА ВТОРАЯ

     Арвин отправил сознание глубоко внутрь себя. Погрузив его в свою муладхару, он вообразил, как цвет вытекает из тела, как тело угасает, а затем исчезает полностью. В то же самое время он прыгнул в сторону, освобождая место, которое только что занимал.

«Меня никогда здесь не было», мысленно передал он юань-ти вокруг. «Вы меня не видели. Вы меня не видите.»

Он понял, что уловка удалась, когда один из сэ'сэхен едва не врезался в него. Псионическая сила затуманила чувства присутствующих. Хотя Арвин видел и слышал сам себя, для них он был незрим, незаметен даже по звуку и запаху. И как раз вовремя. Посмотрев на свои руки, он увидел, что чешуя пропала. Его превращение прекратилось. Снова надев ранец, он огляделся вокруг.

В помещении царила суматоха. Сэ'сэхен возбуждённо переговаривались друг с другом на собственном языке, знать из Хлондета топталась на месте, не зная, что делать, жрецы бросились к дверям, выкрикивая приказы. Старший серфидиан, который провёл Арвина по храму, встал, уперев руки в бока, и оглядел комнату — его взгляд скользнул по Арвину, не останавливаясь — потом начал прокладывать путь через толпу к Медусанне.

Арвин направился к выходу, ведущему назад в портальную комнату, затем вспомнил про кишевших там змей. Некоторые были ядовитыми, а он больше не обладал естественным иммунитетом юань-ти к яду. Он мог прибегнуть к ещё одному превращению, но концентрация, необходимая, чтобы изменить тело, приведёт к потере его невидимости.

Выругавшись про себя, Арвин стал искать другой путь. В помещении было десять других выходов; по пять сводчатых коридоров между статуями Вараэ в каждой боковой стене. Но какой из них выбрать?

Пока он пытался решить, Медусанна прочитала заклинание. Читая молитву, она водила руками в плавных жестах. Над каждым проёмом зажглись губительные глифы, а коридоры за ними наполнились клубящимся туманом. Клочок этого тумана принесло туда, где стоял Арвин, и юноше ударил в нос запах: кислота.

Сердце бешено застучало. Выхода не было. Он засмеялся про себя; бегство никогда не было частью его плана. А вот убийство Сибил было, и Сибил исчезла в тёмном облаке, которое по-прежнему висело над алтарём, как занавес — занавес, в котором усиленное зельем зрение Арвина могло кое-что различить. Едва-едва.

В этом мраке он увидел смутные очертания большого коридора, куда, похоже, и ушла Сибил. Он не сомневался, что этот коридор тоже защищён магией. Защитные заклинания наверняка смертоносны, но ему придётся рискнуть — причём немедленно. Медусанна читала новое заклинание.

Арвин воспользовался силой, которую выучил лишь недавно — силой, призывающей эктоплазму с астрального плана. Это был рискованный выбор. Псионическая энергия сосредоточилась чуть выше его переносицы, затем хлынула со лба потоком крошечных серебряных искр. Побочный эффект угрожал выдать его позицию. Но юань-ти, находившиеся к нему ближе всего — сэ'сэхен — были слишком заняты, чтобы обратить на это внимание; все они кричали друг на друга. Один из них, самец с зелёной чешуёй и пальцами, которые оканчивались змеиными головами, был достаточно близко, чтобы искры опустились на него, как падающий снег — к счастью, ему на спину. Сэ'сэхен не заметил; он был занят каким-то заклинанием, подняв два пальца буквой V и медленно поворачиваясь.

Арвин вздрогнул, когда понял, что юань-ти читает заклинание обнаружения.

Юноша шагнул за спину юань-ти, когда тот повернулся, избегая его разведённых пальцев. После этого Арвин закончил свою манифестацию. Он сформировал густую, полупрозрачную эктоплазму в подобие человека и заставил её броситься бегом в портальную комнату, отталкивая юань-ти с дороги.

Медусанна купилась на приманку, бросив в конструкт Арвина заклинание. Заклинание не произвело видимого эффекта, и Медусанна злобно зашипела.

Тем временем юань-ти со змеиными пальцами закончил собственное заклинание и посмотрел на алтарь. Он оглянулся через плечо — прямо на Арвина — и что-то прошептал. На какой-то ужасный момент Арвину показалось, что его обнаружили, но глаза сэ'сэхен смотрели куда-то за спину юноши, в дальний конец зала, туда, откуда мгновение спустя раздался громкий стонущий звук.

Арвин обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как от стены отрывается одна из статуй Вараэ. Звероголовая статуя двинулась вперёд большими, тяжёлыми шагами, от которых задрожал каменный пол. От вибрации с потолка в толпу юань-ти со звоном рухнул ржавый клинок. Два юань-ти бросились на пол, распластавшись перед статуей. Статуя наступила прямо на них, превратив обоих в кровавое месиво.

Медусанна продолжила атаковать конструкт Арвина. Выбросив перед собой руку, она обрушила на него поток энергии, похожий на змею. Потрескивающая линия силы удавом обернулась вокруг бегущей фигуры, но конструкт прошёл прямо сквозь неё.

Статуя шагала вперёд, разбрасывая каменные осколки, когда её суставы скрежетали друг о друга. Позади неё с потолка, там, где статуя оторвала себя от стены, тоже сыпались камни. С оглушительным грохотом обрушился один из ближайших коридоров.

Арвин не стал дожидаться, чтобы узнать, чем всё закончится. Пользуясь тем, что юань-ти отвлеклись, он бросился к алтарю. Туда же направился юань-ти со змеиными пальцами. Сэ'сэхен был быстр; он вскарабкался на алтарь на миг раньше Арвина, направляясь в коридор за пеленой мрака. Следуя за ним, Арвин догадался, что, должно быть, этот сэ'сэхен и был тем самым обнаруженным шпионом, вёл себя он именно так. Он оживил статую, которая начала крушить помещение, и, хвала Тиморе, похоже, что он собирался очистить путь к Сибил.

Коснувшись кристалла на шее, Арвин улыбнулся.

Змеиные Пальцы шагнул во тьму за алтарём. Для Арвина с его усиленным зрением это выглядело так, как будто чешуя юань-ти сменила цвет на оттенки серого и чёрного. Змеиные Пальцы глубоко втянул воздух и подул куда-то в коридор. На одной из стен что-то засветилось бледно-голубым. Юань-ти поспешил дальше по коридору.

Арвин не отставал. Пришлось напрячься, минуя голубое сияние — символ драконьего алфавита, от которого застучали зубы и заболели глаза, хоть юноша и видел его только боковым зрением. Затем символ остался позади.

Стены коридора были украшены резьбой в виде чешуи, поэтому он знал, что по-прежнему находится в древнем храме. Коридор был огромен, с круглым потолком, достаточно большой, чтобы по нему могла пролететь Сибил. Через короткое расстояние коридор раздваивался. Змеиные Пальцы замешкался и поднял перед собой обе руки, сложив на каждой пальцы буквой V и указывая ими на оба пути. Он выбрал левый коридор, и Арвин продолжил следовать за юань-ти. Со стороны алтарной комнаты раздался грохот. В коридоре поднялись клубы пыли, пол задрожал. Оглянувшись, Арвин увидел, что путь назад заблокирован. В алтарной комнате обрушилась крыша.

Посмотрев назад, Змеиные Пальцы удовлетворённо хмыкнул, затем продолжил путь по коридору, который становился всё темнее. Арвин шёл следом, бесшумный, как призрак. Псионическая сила скрывала юношу из виду. Вскоре ему пришлось целиком положиться на волшебное темновидение. Похоже, сэ'сэхен тоже был способен видеть в темноте, поскольку шёл вперёд без каких-либо затруднений.

Арвин задумался, чего хочет шпион. Крайне иронично, если Змеиные Пальцы тоже пришёл убить Сибил, но его раскрыли из-за ошибки, которую Арвин допустил с писарем. Сгорая от любопытства, Арвин попытался прочитать поверхностные мысли шпиона. Он был удивлён, когда не нашёл ничего — даже слабого шёпота. Сэ'сэхен никак не реагировал, как будто Арвин не использовал свою силу вовсе. Похоже, у Змеиных Пальцев была необычайно сильная воля. Либо это, либо...

Арвин коснулся кольца на левом мизинце — кольца Кэррелл. Может быть, сэ'сэхен был защищён аналогичным предметом или каким-то заклинанием?

Коридор раздвоился ещё раз. Сэ'сэхен снова воспользовался магией, чтобы выбрать путь, и открыл своим заклинанием зловещий символ во втором проходе. Он обезвредил его, как и первый, сложив губы трубочкой и подув. Арвин был достаточно близко, чтобы услышать волшебную формулу, которую использовал шпион. На язык Кэррелл это было совсем не похоже, но, может быть, потому, что голос этого юань-ти был низким, практически гортанным — и странным образом лишённым шипящих нот, что заставило Арвина задуматься, насколько внешний облик соответствует действительности.

Как только они оба миновали символ, Арвин рискнул использовать ещё одну псионическую силу. Серебряные искры посыпались с его лба, перед глазами всё замерцало. Когда зрение восстановилось, он увидел, за кем идёт на самом деле.

Это был вовсе не юань-ти.

Это был дварф — но таких дварфов Арвин прежде не видел. Его кожа была такой коричневой, что казалась почти чёрной, а на плечи спутанными космами падали длинные, вьющиеся чёрные волосы. Он был босоног и носил только набедренную повязку и два украшения; ожерелье из зубов и клыков разных размеров и браслет из золота с бирюзой на правой руке. Его тело было покрыто неяркой белой татуировкой со скалящимися мордами стилизованных животных. На поясе небольшой кошель. Рядом с ним за пояс была заткнута полая трубка, которая могла быть волшебным жезлом. В остальном дварф казался невооружённым.

Использованная Арвином сила не прошла незамеченной. Дварф резко обернулся, удивлённо моргнул, затем прочитал собственное заклинание. Арвин ничего не почувствовал, но по расширившимся глазам дварфа и по тому, как тот перехватил взгляд юноши, понял, что утратил невидимость. Сила Арвина сразу же перестала действовать. Иллюзия дварфа вернулась, придав ему облик юань-ти со змеиными пальцами.

Дварф поднял руки и оскалился. Пульсирующий нимб красного цвета окружил его тело, смывая темновидение Арвина.

- Погоди! - воскликнул Арвин. - Я друг... я враг Сибил.

Он поспешно попытался использовать силу очарования, но не успел. Укрытый иллюзией дварф нанёс свой удар. Арвин бросился в сторону, но было сложно понять, где находятся руки дварфа. Попытка поставить блок встретила пустоту. Коготь или загнутый кинжал резанул юношу по бедру, оставив болезненную рану.

Отскочив назад, Арвин потянулся к висящему в ножнах за спиной кинжалу. Он выхватил оружие, но использовать не стал. Вместо этого, топнув ногой, он прибегнул к новой псионической силе.

Опять со лба посыпались искры, в воздухе раздался низкий гул. Топот заставил дварфа отшатнуться. Дварф был вынужден схватиться за стену. Его иллюзорные пальцы выглядели как змеи, но заскрежетали по камню. Когти?

Морщась от боли в раненом бедре — разрез был глубок, и штаны пропитались кровью — Арвин наконец сумел использовать другую свою силу. С облегчением он заметил, что дварф хмурится, будто прислушиваясь к далёкому, едва слышному звуку. Тот слышал побочный эффект силы.

- Я враг Сибил, - продолжил Арвин, отступая и не выпуская кинжал из рук. - Я пришёл убить её.

Дварф посмотрел на него пустыми глазами.

- Друг, - повторил Арвин, хлопнув себя по груди. Юношу беспокоило, что дварф, похоже, не говорит на его языке. От очарования не будет никакого толку, если дварф не сможет его понимать. Арвин заговорил медленно, подняв кинжал, чтобы сделать свирепый режущий жест. - Я хочу убить Сибил. Убить.

Свободной рукой он изобразил взмахи крыльев, потом змею, повторяя режущие жесты, как будто ударял собственную руку.

Дварф потряс головой, как будто отряхивающийся от воды пёс. Его длинные косматые волосы захлестали по лицу. Затем он бросился в атаку.

Арвин увернулся, по-прежнему не используя кинжал. Он смотрел на красный, мерцавший как злое пламя ореол, окружающий дварфа. Сосредоточившись, юноша видел, где ореол был ярче всего — вокруг меньшей фигуры, которая была настоящим телом дварфа. Арвин притворился, что спотыкается, и когда дварф прыгнул вперёд, схватил его за волосы. Арвин прижал острие кинжала к его горлу, задержал его там на мгновение, потом отскочил в сторону. Снова отступая, подняв левую ладонь в жесте «подожди», он вернул кинжал в ножны.

- Друг, - снова сказал он так громко, как только посмел. Оставалось лишь молиться, чтобы дальше по коридору, там, где можно было их услышать, не было Сибил.