«Война», просигналил Арвин, пробегая мимо.

Член гильдии ухмыльнулся и схватил пустой кожаный мешок, висевший прямо за дверью. Затем он бросился бежать туда, где раздавались звуки битвы.

Арвин свернул на улицу пошире, с лавками по обеим сторонам. Хотя ни одна из лавок ещё не открылась, ставни верхних этажей были распахнуты настежь. Из них высовывались люди и перекрикивались друг с другом через улицу. Некоторые окликали Арвина, спрашивая, что происходит. Юноша не обращал на них внимания; не хотел сбивать дыхание. Он почувствовал зуд под шрамом на лбу. Зелия, наблюдает за ним с помощью псионики? Он сбавил ход, ожидая, что она установит какую-то связь, но ничего не произошло. Зуд продолжался. Кто-то, понял Арвин, следит за ним с помощью магии.

Ему пришла на ум неприятная возможность. Если хрустальный шар Сибил пережил крушение алтарной комнаты, сейчас за ним могла наблюдать она. Сибил успела хорошо рассмотреть Арвина и Пакала прямо перед тем, как они телепортировались прочь с половиной Змеиного Круга; она должна суметь навестись на него.

К счастью, в подпрыгивающем у него за спиной ранце по-прежнему лежала способная убить её сеть.

Он выбежал на круглую площадь, от которой отходили в пяти направлениях улицы. Посередине площади стоял кованый фонарь в виде вставшей на дыбы кобры. Что-то в этом фонаре привлекло внимание Арвина, и он резко остановился. Фонарь был меньше обычного, из яркого, а не тускло-чёрного металла. Во рту у кобры отсутствовал светящийся белый шар — и она раскачивалась!

Когда металлическая змея повернулась и уставилась своими мерцающими красными глазами на Арвина, ощущение в его голове усилилось. Это существо — чем бы оно ни являлось — использовало магию прорицания, чтобы найти его.

Одно из созданий Сибил!

Со скрежетом металла по камню железная кобра скользнула к Арвину.

Не в силах воспользоваться псионикой из-за истощённой муладхары, абсолютно уверенный, что его кинжал будет бесполезен, Арвин развернулся и побежал. Скрежет позади него ускорился. Железная кобра зашипела, как кипящий чайник. Задыхаясь, Арвин свернул в узкий переулок — лишь затем, чтобы обнаружить тупик. Переулок упирался в городскую стену. Арвин прыгнул, и оказавшись в воздухе, привёл в действие магию своего браслета. Он врезался в стену, из лёгких вышибло воздух, но пальцы рук и ног нашли опору. Железная кобра прыгнула следом, и Арвин услышал звон, когда она ударилась в стену прямо у него под ногами. На сапог плеснул яд. Он принялся карабкаться вверх, молясь, чтобы железная змея не сумела последовать за ним.

Она не сумела. Пока Арвин взбирался вверх, она свернулась кольцами у основания стены, негромко шипя, окутанная слабым зелёным светом мерцающих камней. Кобра раздула капюшон и угольно-красными глазами следила, как Арвин вылезает на вершину стены и спрыгивает на укрепления. Затем она развернулась и поползла прочь из переулка.

Арвин встал, уперев руки в колени и пытаясь отдышаться.

- Девять жизней, - прошептал он, коснувшись кристалла у шеи.

Со стороны города прозвучали далёкие крики и новые взрывы. По стене в его сторону пробежал ополченец с мечом в руке. Пышный шлем и чешуйчатая броня напомнили Арвину змею, от которой он едва спасся.

- Прочь с дороги! - прокричал солдат, оттолкнув Арвина.

Солдат спустился вниз по лестнице за спиной у Арвина. Затем испуганно закричал. Арвин услышал лязг металла по металлу — один раз — затем гулкий стук, когда что-то тяжёлое ударилось о мостовую. Он осторожно выпрямился. Спустя миг с лестницы поднялась железная голова и огляделась вокруг. Металлическая кобра.

Ругаясь, Арвин перелез через дальний край стены. Он спускался как можно быстрее, но гладкие зелёные камни были уложены так, чтобы оставлять как можно меньше опоры даже владельцу волшебного браслета. Над собой Арвин услышал пронзительный скрежет, когда кобра проскользнула в щель между укреплениями. Догадавшись, что сейчас она упадёт на него, Арвин оттолкнулся от стены, изгибаясь в падении. Приземлился он неуклюже, рухнув на четвереньки в переплетение тыквенных лоз. С трудом поднявшись на ноги, едва не споткнувшись об одну из крупных, каменно-твёрдых тыкв, он услышал позади глухой удар и тихое металлическое шипение.

Арвин огляделся. Солнце поднималось — наконец-то было достаточно светло, чтобы тьма не мешала глазам — но железную кобру скрывали лозы. Она находилась где-то между Арвином и стеной. Если он побежит направо или налево, кобра просто сменит курс и обойдёт его сбоку. Арвину, конечно, хотелось, чтоб у него была волшебная запутывающая верёвка — сеть в его ранце работала только на живых существ — или хотя бы прочная дубинка, или дерево, на которое можно взобраться, но на поле, где он приземлился, всё это отсутствовало.

Когда он повернулся, зуд в голове усилился. Он улыбнулся, осознав, с какой стороны последует атака. Он начал сбрасывать рюкзак, подумав, что может оттолкнуть им змею, как щитом. Затем ему на ум пришла идея получше. Выхватив кинжал, он отрезал одну из лоз и поднял жёлтую дыню, как моргенштерн.

- Ну давай, чешуйчатая мразь, - выдохнул он, повернувшись в направлении, откуда исходил магический зуд. - Давай...

В последний миг его предупредило сияние — блеск утреннего солнца на полированной железной чешуе. Железная кобра выскочила из лоз в молниеносном ударе. Арвин хлестнул дыней вперёд, ударив ею о голову кобры, но с таким же успехом он мог колотить прочную железную дверь. Прицел кобры сбился совсем немного — как раз достаточно, чтобы её зубы вцепились в полотно арвиновской рубахи — но сам удар ни капли не навредил железному чудовищу. Оно отскочило, свернулось кольцами, мерцающие красные глаза уставились на дыню, а затем кобра прыгнула снова.

Арвин замахнулся дыней — но сдержал удар, потянув лозу и перехватив её за черенок у самой дыни, чтобы плод прижался к кулаку. Он ударил в зияющую пасть кобры, протолкнув дыню в её глотку. Железные клыки царапнули дыню, затем резко дёрнули. Лоза вырвалась из пальцев Арвина, когда кобра оторвала от неё плод.

Тварь зашипела и затрясла головой вперёд-назад, пытаясь избавиться от заткнувшего глотку плода. Она попыталась проглотить дыню, но не смогла. Железные полосы, из которых состояло её тело, не могли растянуться достаточно сильно. Кобра яростно захлестала хвостом по тыквенным зарослям позади себя.

Арвин не стал дожидаться, чтобы узнать, сколько времени потребуется кобре, чтобы избавиться от дыни. Он бросился по полю, спотыкаясь о дыни, несколько раз упал, когда лозы цеплялись за его лодыжки. Впереди лежала дорога, ведущая к северным вратам города. Люди бежали из Хлондета, спасаясь от битвы, которая гремела в городских стенах.

Арвин бросился к запряжённой лошадью повозке. Пока он сокращал расстояние, с повозки скатился искусно раскрашенный глиняный кувшин и разбился на дороге, расплескав тёмно-красное вино. Не обращая внимания на потерянный груз, возничий продолжал хлестать лошадь, пытаясь заставить её пробиться через толпу. Арвин вскочил на телегу и попытался найти место среди катающихся вперёд-назад кувшинов, чтобы встать.

Возничий посмотрел на него, потом уставился на что-то за его спиной и охнул. Арвин оглянулся через плечо и увидел вставшую на дыбы кобру, голова которой оказалась на одном уровне с повозкой. Её пасть была свободна. Она бросилась вперёд, и клыки прошли всего на волосок мимо руки Арвина. Затем повозка резко свернула с дороги на пустое поле. Лошадь перешла на рысь, оставляя кобру далеко позади. Змея попыталась преследовать их, но повозка двигалась слишком быстро.

Возничий снова обернулся, встретился взглядом с Арвином, потом расхохотался. Арвин и сам улыбнулся, рассмотрев его получше. Это был тот самый полуэльф с развязанными штанами, которого юноша предупредил чуть ранее. Его длинные чёрные волосы спутались и покрылись пылью, под одним глазом начинал расцветать синяк. Кто-то хорошенько его приложил. Штаны были завязаны и подпоясаны, за пояс заткнут тонкий чёрный жезл. Между ногами стоял кожаный мешок, бугрясь и позвякивая в такт подскакиванию телеги. Переложив кнут в руку, которой сжимал поводья, полуэльф протянул Арвину вторую. Арвин принял её и вылез на сидение рядом.

- Хорошая добыча, да? - оскалился полуэльф, указав головой на дюжины кувшинов в повозке.

Арвин кивнул, ещё не отдышавшись после безумного бега по полю.

- Это юань-ти за тобой гналась? - спросил возничий.

- Это была... - замялся Арвин, не уверенный, что же это было. Лучше не говорить слишком много. - Да, - солгал он. - Наверное.

Когда они обогнали толпы беженцев, полуэльф натянул поводья, возвращая лошадь обратно на дорогу.

- Надеюсь, оно того стоило.

- На кону была моя жизнь, - отозвался Арвин, коснувшись пальцем кристалла.

Возничий хмыкнул.

- Меня зовут Даррисом, - представился он, протягивая руку.

Арвин её пожал.

- Зови меня Вином. Спасибо, что подкинул.

Даррис сложил большой и указательный пальцы в кружок и щёлкнул ими, потом легонько потёр пальцы друг о друга: «Пустяки, друг».

- Куда ты направляешься? - спросил Арвин.

Даррис оглянулся на город. В благородном квартале горел особняк, вздымая в воздух плюмаж грязного серого дыма. На виадуках сцепились в схватке силуэты бойцов. Арвин увидел, как две крохотных фигурки упали, размахивая хвостами, на улицы внизу.

- Подальше отсюда, - наконец сказал полуэльф. - Куда-нибудь, где можно всё это спрятать, пока обстановка не остынет.

Он бросил взгляд на обрубленный мизинец Арвина и добавил:

- Туда, где гильдия не срубит свою долю.

Арвин кивнул на дорогу, которая сворачивала в холмы, к горе Угрут.

- Есть старая каменоломня примерно в одном дне пути, - сказал он. - Много булыжников, много мест, где можно устроить тайник. Поклонники Талоса используют её как остановку на пути к горе. Они построили несколько хижин из камней.

- Место не хуже любого другого, - отозвался Даррис, хлестнув поводьями.

Арвин прошептал молитву Тиморе, благодаря её за встречу с Даррисом. У него был прекрасный шанс добраться к Пакалу в повозке.

Он в последний раз оглянулся на город. Солнечный свет отражался от ползущего по дороге предмета, перед которым разбегались в страхе беженцы. Это была железная кобра, продолжавшая преследовать его. Шрам на лбу тоже продолжал зудеть.

- Что-то не так? - спросил Даррис.

- Это... юань-ти, - сказал Арвин. - Она следует за нами.

Даррис снова хлестнул поводьями.

- Не волнуйся. Она нас не догонит, разве что отрастит себе крылья.

Арвин беспокойно кивнул. У железного конструкта крыльев, может, и не было, зато были у Сибил. Сейчас она была занята битвой за Хлондет, но когда с этим будет покончено, железная кобра приведёт Сибил прямо к нему.

Повозка рывком остановилась. Разбуженный, Арвин поднялся с места между кувшинами, которое расчистил для себя, и огляделся вокруг. Судя по солнцу, был поздний день. Они достигли каменоломни. Арвин узнал утёс, выступающий из лесистого склона, усеявшие землю крупные каменные блоки и грубые убежища, построенные из дерева и необтёсанных камней. Год назад, когда он был здесь, место кишело последователями Талоса. С тех пор его забросили.

Арвин потёр шрам на лбу. Зуд пропал. Железная кобра либо бросила поиски, либо слишком сильно отстала от них.

- Похоже, место целиком принадлежит нам, - заметил он.

- Ненадолго, - сказал Даррис, слезая с повозки. - По пути сюда мы обогнали стаю угрюмых паломников. Они хотели, чтобы я остановился и продал им вино, но я сказал, что им придётся подождать до каменоломен.

Он привязал поводья к ветке дерева и поднял с места возничего кожаный мешок. Похоже, тот был довольно тяжёлым; полуэльф слегка покачнулся, отступив от повозки.

- Сначала мне нужно было избавиться от этого.

Повозка стояла под акведуком, который шёл вдоль дороги. Сверху опускалась влажная дымка, приятно остужая разгорячённую солнцем кожу. Арвин повернул к ней лицо и закрыл глаза, наслаждаясь прохладой.

- Валяй, - сказал он Даррису. - Я не буду подсматривать.

- Точно, - странным голосом отозвался Даррис. - Не будешь.

Арвин открыл глаза и увидел, что Даррис нацелил на него свой жезл.

- Даррис! Не надо...

Тонкая чёрная линия с треском сорвалась с кончика жезла и ударила Арвина в лицо.

Он ослеп.

- Не двигайся, - сказал Даррис. - Я скоро вернусь.

- Даррис, подожди! - закричал Арвин. - Я не...

Его голос смолк, когда он понял, что умоляет напрасно. Члены гильдии и в лучшие времена не доверяли друг другу, а уж тем более не доверяли тем, кто «крал» у гильдии — как заявлял всему миру отрубленный палец Арвина — что было иронично, поскольку сам Даррис сейчас был занят именно этим: предавал гильдию, лишая её законной доли от его добычи.

Арвин вздохнул. Ему придётся ждать и надеяться, что действие жезла не окажется постоянным.

Он услышал ржание лошади, звук капающей с акведука воды, далёкий рокот грома из грозовых облаков, собирающихся над Вилхонской протокой. Где-то в той стороне сейчас шла борьба за власть над Хлондетом. Змея на змею — битва, которая не должна была его тревожить. Он прочитал молитву за тех немногих людей в городе, кто был действительно ему дорог. Танджу уехал на лето по очередному поручению дома Экстаминос, так что он в безопасности. Никко покинул Хлондет четыре месяца назад, призванный своим вечно гневающимся богом на очередную миссию возмездия, но Дрин, продавец зелий, по-прежнему оставался в городе. Как и маленький Коллим, восьми лет от роду. Пускай Тимора дарует удачу ему и его матери.

Сон в повозке был не особенно приятен, но немного его освежил. Арвин чувствовал в себе достаточно силы, чтобы заняться медитацией. Он наощупь слез с повозки, опустил свой ранец на землю, затем стянул рубаху и отбросил её в сторону. Он лёг на дорогу животом вниз, затем выгнулся дугой, вытянув перед собой руки. Растянувшись в бхуджангасане, запрокинув голову, глядя незрячими глазами вверх, в небо, он погрузил сознание глубоко внутрь себя. Без отвлекающего внимание зрения это было даже проще — или могло быть проще, будь он уверен, что зрение к нему вернётся. Его разум был полон тревог. Не было никакой гарантии, что Пакал дождётся его в храме. Один раз дварф уже бросил Арвина. И оставалась ещё железная кобра.