«А ты, ты блядь, падла ебучая, еще раз блядь, хоть раз, подгонишь мне такого писаку, выгоню на хуй за профессиональную некомпетентность без выходного пособия блядь, с волчьим билетом. Тебя, падлу, даже в дворники после этого не возьмут, ясно?»

Пожилая тетка, вжав голову в плечи, мелко закивала.

XXVI

После этого случая Леночка, получив хороший урок, больше просителями лично не занималась – только руководила. Она протоптала дорожку в бухгалтерию и подолгу перетирала всякие интересные темы с главным бухгалтером – дамой, похожей на нашу героиню как две капли воды. Они менялись любовными романами по мере прочтения, дружили семьями и совместно ломали головы над схемами вывода государственных грантов через оффшоры. Благосостояние молодой семьи многократно повысилось, Илья поменял машину и теперь ездил не на маленьком Sportage, а на большом Kia Mohave. Елена водить не умела и не хотела, поэтому перемещалась по городу с водителем на черной BMW с мигалками.

Кончилась длинная грязная зима, и наша парочка стала готовиться к профессиональному празднику – Дню работника культуры. Молодые давно выкупили участок в поселке Кратово у какого-то спившегося старого писаки еще советских времен. Вывезли на свалку целую машину бутылок и всякого стариковского хлама, а также замусоленные книги, которые количеством превосходили даже пустую тару из-под горячительных напитков. Снесли ветхую деревянную избушку и на ее месте возвели современный двухэтажный особняк из красного кирпича. Вокруг участка построили трехметровые стены, а поверху пустили колючую проволоку и подвели ток.

«Мой дом - моя крепость» - неоднократно повторяла Лена, с гордостью осматривая принадлежащие ей два гектара, украшенные вековыми соснами.

На улице было еще прохладно, поэтому супруги решили провести церемонию в доме, благо места хватало. Незадолго до нужной даты, Елена собрала всех работников подразделения вместе и сказала:

«Так, господа и дамы, 25 числа наш профессиональный праздник. Жду всех в гости, это недалеко, поселок Кратово. Форма одежды – парадная, все-таки торжественное мероприятие и попрошу не опаздывать».

Елена помолчала и, ткнув толстым пальцем с бриллиантовым перстнем, в сторону двух старых мымр произнесла:

«И вы чтобы тоже были, оденьтесь только поприличней, а то ходите как две бомжихи. Всем все ясно? Да? Ну тогда разойтись».

XXVII

К вечеру в Кратово стал съезжаться народ. Хозяйка встречала всех на пороге. Зная суровый нрав своей начальницы, никто не опоздал, напротив, все приехали раньше и пока бродили по дому. Елена сидела в уголке с бухгалтершей, попивая шампанское и обсуждая насущные проблемы. Наконец, настало время «Ч».

Встав во главе стола и строго глядя на подчиненных, Елена Васильевна спросила:

«Ну и кто скажет первый тост?»

Одна из сотрудниц, дебелая Лариса, размалеванная как индеец-чероки на тропе войны, поднялась, сильно покраснела даже сквозь толстый слой грима и, прижав к сердцу пухлую ладонь с жирными пальцами, унизанными перстнями, проникновенно заговорила:

«Елена Васильевны, вы нам как мать родная, мы вас все любим как начальницу и как прекрасного, замечательного человека! Да мы за вас и в огонь, и в воду. Давайте же выпьем за наш профессиональный праздник и за здоровье, ведь это главное, все остальное купим».

Народ поднял бокалы с шампанским и все дружно выпили.

Елена благосклонно кивнула головой, и Лариса с облегчением села.

Елена Васильевна вдруг увидела себя со стороны: красивая, успешная, состоятельная и богато одетая женщина. Да к тому же руководительница одного из департаментов министерства культуры. Культуры, блядь, а культура – это вам не хуй собачий. Она поняла, что победила, что российская культура сидит теперь перед ней, преданно уставившись в её лицо заплывшими от жира поросячьими глазками. Культура жрет за её столом водку и шампанское и, чавкая, пережевывает нарезку из «Азбуки вкуса». И как она скажет, так и будет.

Елена Васильевна решительно подняла руку.

Гомон за столом мгновенно стих.

«А теперь скажу я» - произнесла Елена, снова подняв бокал с шампанским:

«Выпьем же за то, чтобы у нас все было и нам за это ничего не было, проще говоря, за культуру!» - Елена уже давно поняла, что означает сие многозначительное слово на государственном уровне.

За столом раздались громкие и дружные аплодисменты. Елена Васильевна самодовольно улыбнулась, ведь червячок неутоленного желания, наконец, нажрался, пусть и ненадолго.