- Рик! - внезапно воскликнула Линдсей. -О чем я думаю? У него сейчас черная полоса в жизни, он может потерять работу... Его нельзя оставлять одного в такой ответственный момент! Я нужна ему.

Итак, идея провести время вдвоем с ним на пустынном тропическом пляже не была встречена бурей восторгов с ее стороны.

- Линдсей, ты не поможешь своему брату, если сядешь с ним рядом и начнешь выражать ему свое сочувствие. Ему тоже нужен отдых. И я не позволю тебе вот так, с бухты-барахты, изменить свое решение. К тому же уже слишком поздно: все люки задраены и самолет готов к взлету.

- Займите свои места, пожалуйста, - объявила миловидная белокурая стюардесса и приветливо улыбнулась пассажирам. - Мы взлетаем через несколько минут.

- О нет! - простонала Линдсей.

- О да! - сказал Алекс и вздохнул с облегчением.

По крайней мере она сидит рядом с ним, а уж когда они долетят, он заставит ее забыть обо всех проблемах. Он будет ей хорошим другом - только и всего. Надеяться на чудо он не смел.

- Ты не представляешь, сколько работы свалится на меня, когда я вернусь, прошептала она, поуютнее устраиваясь в кресле и оглядывая салон самолета. Перед Рождеством заказов всегда в два раза больше, чем в любое другое время года.

Слезы навернулись ей на глаза.

Алекс нахмурился. Все выглядело так, будто это он заставил ее поехать с ним. Возможно, дело было не только в разлуке с Джейми и работе. Возможно, она все-таки собиралась пойти на свидание со своим антикваром...

Он легонько сжал ее руку.

- Не волнуйся, милая, все образуется, скоро мы прибудем во Флориду - давай думать об этом. О работе забудь.

Самолет плавно поднялся в воздух. Линдсей доверчиво положила голову на плечо Алексу.

- Прости, я, кажется, порчу тебе удовольствие. Я не знаю, что со мной происходит, я чувствую себя такой виноватой...

- Ничего страшного. Ты мать - и беспокоишься за своего ребенка.

Ее шелковистые волосы касались его подбородка. Он глубоко вздохнул, и в его ноздри проник тонкий, манящий аромат лаванды - любимый запах Линдсей.

- Но что же мне делать с этим противным чувством вины? - спросила она.

- Мы все порой чувствуем себя виноватыми, и далеко не всегда на то есть веские основания. - Алекс провел большим пальцем по ее щеке. - Ты мама и поэтому считаешь, что должна всегда и обо всех заботиться. Я давно тебя знаю ты чем-то очень напоминаешь мою мамочку. Она тоже постоянно нервничает по любому пустяку, хотя мы с Ионом и Стеф давно выросли. А она никак к этому не привыкнет. Пройдет немало времени, прежде чем ты начнешь воспринимать происходящее спокойнее. Линдсей тихонько вздохнула.

- Наверное, ты прав.

- Разумеется, прав. - Алекс ухмыльнулся. - Я всегда прав.

- О, Алекс! - Линдсей улыбнулась впервые за целый день. - И что мне с тобой делать?

Слова застыли у него в горле. Слава Богу, вопрос был риторическим, и ему не нужно было на него отвечать. Линдсей еще крепче прильнула к его груди и окончательно расслабилась, чего нельзя было сказать о самом Алексе. Кажется, каждая клеточка его тела была напряжена до предела.

У него не хватало смелости посмотреть в ее доверчивые глаза, потому что он боялся того, что может в них увидеть. Он боялся, что она не испытывает к нему ничего, кроме глубокой дружеской привязанности.

Дружеской привязанности.

Он не должен замечать ее красоту, ее обаяние, он не должен видеть в ней обворожительную женщину. Не должен. Ему следует обезличить ее, как она обезличила его, следует воспринимать ее просто как хорошего друга. Но как он мог не прикасаться к ней, не чувствовать ее дыхания, не слышать ее голоса?..

- В первый раз летите? - поинтересовалась стюардесса, разносившая напитки, увидев заплаканное лицо Линдсей. - Возможно, ваша жена захочет что-нибудь выпить, чтобы успокоить нервы, сэр?

- Жена? - Алекс вспыхнул от неожиданности.

Линдсей вздрогнула и резко подняла голову с его плеча.

- Мы не женаты, - твердо сказала она.

- Не женаты, - поспешил подтвердить Алекс. -Мы всего лишь друзья, очень хорошие друзья.

- Мы путешествуем вместе, - объяснила Линдсей.

- Едем на свадьбу моей сестры, - на всякий случай добавил Алекс.

- Понятно, - лукаво улыбнулась стюардесса. - Тогда спрошу иначе: не желает ли ваша.., подруга.., чего-нибудь выпить?

Алекс покосился на Линдсей. Она отрицательно покачала головой, по ее щекам разлился яркий румянец. Алекс прокашлялся и ответил:

- Нет, спасибо, ничего не нужно.

- Возможно, позже, - кивнула стюардесса и двинулась дальше по проходу.

Алекс криво улыбнулся ей вслед. Они оба замолчали, чувствуя какую-то неловкость. Линдсей обиженно надула губы и отодвинулась от него, насколько позволяло пространство. Она мельком глянула на часы и зевнула.

- Уже три часа. Я вскочила сегодня ни свет ни заря, у меня просто глаза слипаются. Не возражаешь, если я подремлю часок?

- О чем речь! Разумеется! В следующую секунду Линдсей отвернулась к иллюминатору и тут же провалилась в сон.

Алекс чувствовал себя полным идиотом. Его охватила жгучая досада на весь свет. Нет, он не злился на Линдсей - он не имел на это права; он злился на себя за то, что ревнует - ревнует к лучшему другу, умершему два года назад, которого Линдсей так и не перестала любить.

Глава 3

- Линдсей, - проворковал ей на ухо знакомый насмешливый голос. Просыпайся, соня! Мы сейчас приземлимся.

Линдсей понадобилось несколько секунд, чтобы окончательно вернуться к реальности. Она застонала, потянулась, и.., ее рука случайно задела мускулистое плечо сидящего рядом с ней человека.

Она вздрогнула, открыла глаза и встретилась с пристальным взглядом Алекса. Ее сердце забилось сильнее. Она совершенно забыла, что совсем недавно буквально упала в его объятия, чем, очевидно, сильно смутила и обескуражила его, особенно после того, как стюардесса приняла их за семейную пару.

А теперь он смотрит на нее с таким сожалением и тоской, будто она в чем-то перед ним провинилась.

Самолет благополучно приземлился, все пассажиры встали со своих мест и направились к выходу. Алекс тоже встал, помог Линдсей подняться и, слегка приобняв ее за талию, увлек за собой. От его прикосновения у нее внутри все похолодело, и она еле слышно застонала.

Зря она согласилась поехать с Алексом не будет ей покоя, его постоянное присутствие слишком волнует, хотя она сама до конца еще не осознавала, какая неведомая сила непреодолимо притягивает ее к нему.

Спустя час они наконец забрали свои вещи из камеры хранения и взяли напрокат машину. Уже затемно они вышли из здания аэропорта. Стоял удивительно теплый вечер. В Сент-Луисе в это время года температура не поднималась выше пятнадцати градусов, а здесь, во Флориде, было гораздо теплее.

Линдсей чувствовала себя крайне неуютно в свитере и шерстяной юбке. Кажется, Алексу тоже было жарко. Он быстро загрузил их вещи в багажник взятого напрокат автомобиля, а затем снял пиджак и распустил галстук.

- Полегчало? - с улыбкой спросила Линдсей.

Алекс ухмыльнулся.

- У нас каникулы, не забыла?

Линдсей немного успокоилась, услышав знакомые насмешливые нотки в его голосе. Алекс уверенно вел машину по вечерним улицам города. Во Флориде было уже восемь часов, на час больше, чем в Сент-Луисе. Повсюду горели разноцветные вывески кафе и магазинов, а влажный асфальт мерцал лужицами недавнего дождя.

Родители Алекса жили на одном из многочисленных островов, разбросанных вдоль побережья. Их громадный белый дом издали казался еще величественнее и шикарнее. Линдсей слегка поежилась при виде такой роскоши, напомнившей ей о пропасти, которая лежала между ней и Алексом.

Она была дочерью полицейского и до замужества жила с отцом в небольшой квартирке в южной части Сент-Луиса. Ее семью никогда нельзя было назвать состоятельной отцовского жалованья едва хватало, чтобы сводить концы с концами, но Линдсей не считала себя обделенной или несчастной, ведь она всегда была окружена любовью и заботой.

Алекс, напротив, вырос в Лэдью, одном из самых дорогих районов Сент-Луиса. Его семья перебралась во Флориду только после того, как он окончил колледж - с блеском, как все, что он делал. Впрочем, несмотря на богатство родителей и шикарную обстановку, в которой вырос, Алекс был весьма скромен и ни в коем случае не высокомерен.

Вместе с братом он основал собственную компанию по продаже спортивной обуви. Отнюдь не для того, чтобы сколотить себе состояние - семья была вполне обеспеченной. Братья хотели найти способ самоутвердиться. И это удалось: их затея с предпринимательством имела ошеломляющий успех и снискала всеобщее уважение.

- Перестань дергаться, - сказал Алекс, помогая Линдсей выбраться из машины. - Я сообщил родителям о твоем приезде. Они обещали вести себя хорошо.

- Твои родители... - задумчиво пробормотала Линдсей. - Значит, все будет в порядке, раз ты их предупредил?

Алекс не ответил. Он быстро разгрузил машину и понес чемоданы в дом.

- Алекс, - отчаянно морща лоб, осведомилась Линдсей. - А что именно ты сказал своим родителям о.., мм.., наших с тобой отношениях?

Он неопределенно пожал плечами.

- Я всего лишь сказал, что тебе нужно немного отдохнуть.

- Да, но...

У нее не было возможности закончить предложение. Парадная дверь распахнулась, и на пороге появилась стройная светловолосая девушка, которая тут же бросилась в объятия к Алексу.

- Алекс! Наконец-то ты приехал!

- Здравствуй, Стеф. Страшно рад тебя видеть!

- Почему ты не позвонил мне, когда прилетел? Я бы тебя встретила! воскликнула Стефани, целуя брата.

Алекс с трогательной нежностью заправил выбившуюся светлую прядь ей за ухо и ответил:

- Не хотел тебя затруднять. К тому же, раз я здесь, мне понадобится своя машина. -Он повернулся к Линдсей. - Милая, не знаю, встречала ли ты когда-нибудь мою сестру. Стефани, это Линдсей, сестра Рика.

- Сестра Рика? - эхом повторила Стефани, и в ее глазах промелькнуло какое-то странное выражение. Затем она добавила шутливым тоном:

- Обещаю, что этот факт никак не повлияет на мое к вам отношение.

Линдсей в недоумении взглянула на сестру Алекса, не зная, что сказать.

- Не обращай внимания на ее колкости, Линдсей, - сказал он. - Моя сестренка все еще не может забыть, как в старших классах Рик дергал ее за косички и называл "куколкой".

- Что ж, тогда мы с вами товарищи по несчастью, - улыбнулась Линдсей, пожимая протянутую Стефани руку. - Меня он до сих пор так называет.

- Стефани, Алекс, где вас воспитывали? Прекратите держать гостью на пороге! - с притворным гневом воскликнула пожилая женщина, вышедшая на крыльцо.

- Да, мама! - хором ответили Алекс и Стефани, переглянулись и весело рассмеялись. Их смех был так похож, они казались такими счастливыми, что Линдсей почувствовала себя лишней. Она неловко переминалась с ноги на ногу, когда твердая рука Алекса легла ей на плечо. Она ощутила, как приятное тепло разливается по спине, и немного успокоилась.

Мать Алекса оказалась очень милой женщиной. У нее были пышные, без единого седого волоска, золотистые волосы и большие миндалевидные глаза. Очевидно, именно от нее Стефани унаследовала свою красоту.

Поцеловав сына, миссис Трент обратилась к Линдсей.

- Я так рада, что вы приехали, моя дорогая! - ласково сказала она, беря Линдсей под руку и увлекая за собой в дом. - Вы ужинали?

- Нет еще, - пробормотала Линдсей, стараясь не выказывать своего смущения при виде окружившей ее роскоши. - Но я не очень голодна.

Стены в доме были выкрашены в белый цвет, из окон открывался чудесный вид на океан. Сам дом казался полным света и пространства, настолько удачно он был спроектирован. Никакого модерна - только классика. Линдсей пришла в восхищение от того, как просто и изящно было обставлено все вокруг. В таком доме кто угодно мог обрести душевное равновесие.

- Что ж, тогда перекусите чуть позже. А сейчас я покажу вам вашу комнату. Я подумала, что вам с Алексом не мешает освежиться после дороги.

- Спасибо, это было бы замечательно! поблагодарила Линдсей, оглядываясь на Алекса. Он шел следом и о чем-то увлеченно беседовал с сестрой.

- Надеюсь, вам у нас понравится, - продолжала миссис Трент. - Я так обрадовалась, когда Алекс сообщил мне о вашем приезде!

- Спасибо за теплый прием, - сдержанно ответила Линдсей.

Интересно, что еще Алекс наговорил про нее своей матери?

- Эту комнату я приготовила для тебя, Александр. - Хозяйка распахнула одну из дверей направо по коридору на втором этаже. - А это ваша, Линдсей.

Комната была в бледно-желтых тонах. Изысканная, дорогая мебель, большая удобная кровать с кремовым покрывалом, такого же цвета занавески, за которыми скрывалась дверь на веранду.

Алекс внес в комнату Линдсей ее чемоданы.

- Куда все это поставить? - спросил он. Линдсей уставилась на него, не в состоянии вымолвить ни слова. Алекс вошел... Он вошел через другую дверь, а это значит... Его мать поселила их в смежные спальни!

- Я.., я... - Линдсей мучительно покраснела.

В дверях позади Алекса стояла Стефани и с явным любопытством наблюдала за происходящим.

- Итак, вы устроились. - Откуда ни возьмись появилась миссис Трент. - Как только будете готовы, спускайтесь вниз. Я сейчас быстренько сделаю вам что-нибудь перекусить. - Она властно взяла Стефани за руку и вывела прочь. Пойдем, милая, нашей гостье нужно освоиться.

Дверь закрылась. Линдсей замерла на месте, ошеломленно глядя на Алекса. Тот бесшумно поставил ее багаж на пол.

- Алекс, - дрожащим голосом произнесла она. - Что ты наговорил о нас своей матери? Что ты ей сказал?

- Сказал, что мы друзья.

- Она думает, что мы больше, чем друзья, Алекс. - Глаза Линдсей заблестели. -Твоя мама поселила нас в смежные комнаты!