Когда Джайе сообщили, что Байна хочет с ней поговорить, она решила было отправить племянницу домой. Очевидно, Квентин послал свою дочь вместе с няней узнать, как дела у Джайи. Он вел себя как милый и заботливый, но назойливый родственник. Однако главная проблема заключалась в том, что привязанность к маленькому Зефиросу помогала девочке пережить потерю матери. Джайя не могла отказать ей во встрече с любимым двоюродным братом. К тому же ей очень хотелось поговорить с Тео с глазу на глаз.

Джайя отправила ему сообщение, предупредив, что Байна с няней поднимаются в номер и посидят с Зефиросом, а она встретит его в холле отеля, и они пойдут на ужин. Затем, поддавшись внезапному порыву, зашла в один из бутиков, расположенных в отеле, и, воспользовавшись скидкой для сотрудников, купила новое платье и туфли.

Рассматривая себя в зеркале небольшой ванной комнаты для персонала, Джайя задумалась. Что она этим пытается доказать? Ее волосы были аккуратно уложены, макияж был легким и элегантным. Каблуки на новых туфлях были несколько выше, чем она привыкла. Платье было скорее женственным, нежели откровенно сексуальным. Но, несмотря на это, собственное отражение заставило Джайю занервничать.

Сегодняшние откровения дались ей с трудом. С одной стороны, ей хотелось спрятаться, потому что ее темные секреты раскрыты, а с другой — она понимала, что не может позволить мраку прошлого влиять на ее жизнь. Не стоит притворяться страшной или несексуальной. Ведь ей нечего стыдиться. Быть привлекательной вовсе не преступление. И желание выглядеть хорошо вовсе не сигнал, говорящий о том, что она готова на все.

Тем не менее для нее это было сродни проявлению храбрости. Напоследок она нанесла блеск на губы и направилась в холл отеля. Там ее уже ожидал Тео. Он стоял, задумчиво наблюдая за ночными огнями города. Джайя вспомнила, как тайком, издалека восхищалась этим мужчиной на Бали. Остановившись на секунду, она позволила себе насладиться Тео. Его внешний вид говорил о высоком статусе и богатстве — золотые часы на руке, хорошо сшитые рубашка и брюки, дорогие итальянские туфли. Мускулистое тело Тео было невероятно соблазнительным, стрижка — дорогой и аккуратной, щеки и подбородок — свежевыбритыми. Прежде Джайя считала, что, поскольку у него есть все, что только можно пожелать, ему скучно жить, но теперь она знала Тео гораздо лучше. Его отстраненность была защитным рефлексом. Джайя смотрела на него совсем другими глазами, понимая, что он невероятно одинок.

Тео задумчиво оглядел холл и замер, увидев Джайю. На его лице появилось выражение удивления. А может быть, чего-то другого. Он окинул ее взглядом с головы до ног. И внезапно на его лице появилась обычная маска.

— Ты сняла форму.

Далеко не комплимент.

— Я не хотела, чтобы пошли слухи о том, что финансовый директор компании «Макрикоста элит» ужинает с одним из менеджеров отеля. Я заказала столик в ресторане через дорогу.

Тео кивнул и открыл для нее дверь. Джайе давно хотелось посетить ресторан «Белый туман», но он предназначался для парочек, а не для одинокой женщины с малолетней племянницей.

Тео и Джайю провели к их столику. В зале играл французский джаз. На середине стола стоял небольшой букет свежих роз; с мягких, обитых бархатом кресел открывался чудесный вид на Средиземное море. Вечер был бы просто восхитительным, если бы Джайя не чувствовала, что Тео нацепил маску босса и смотрит на нее так, словно на ней все еще форма отеля «Макрикоста».

— Вина? — спросил он.

— Я думала, ты не пьешь.

— А ты?

— Иногда. — Джайя покраснела, чувствуя, что разговор получается неловкий. Возможно, было бы лучше, если бы рядом был Зефирос. — Только в особых случаях, но сегодня вечером мне ничего не нужно.

Сегодня не особый случай, несмотря на то что пламя свечей отражается в серебре столовых приборов и в элегантных хрустальных бокалах. Несмотря на искусную игру пианиста, ласкающего клавиши. В конце концов, несмотря на то, что рядом с ней сидит единственный мужчина, способный пробудить в ней страсть, заставляющий ее сердце учащенно биться.

Тео заказал закуски, и наступила напряженная тишина.

— Байна добралась до номера? — Конечно же добралась, иначе он не оставил бы Зефироса.

— Она очень похожа на тебя, — сказал Тео, приподняв брови. — Для меня это было сродни шоку. Интересно, как может выглядеть наша… твоя дочь, если ты еще родишь. Люди, наверное, часто принимают Байну за твоего ребенка.

— Постоянно. — Джайя сглотнула, стараясь не думать о том, что он чуть было не сказал «наша дочь».

Снова воцарилась тишина. Зря она надела это платье. Тео чувствует себя некомфортно, да и она не может расслабиться.

Тео заметил напряженную позу Джайи. Сам он тоже не был спокоен. Должно быть, она чувствует его настроение. Ему хотелось грубо выругаться. Злость мешала мыслить здраво. Черт возьми, почему эта прекрасная женщина продолжает держаться на расстоянии? Тео мечтал повернуть время вспять. Он был слишком настойчив… Отношения между ними перестали быть простыми. Идея брака, которая совсем недавно казалась ему наилучшим решением, теперь представлялась опасной, словно минное поле. И все же…

Нужно избавиться от этих мыслей. Но, боже мой, это платье…

Тео видел тысячи платьев из шелка на тысячах красивых женщин, но они не производили на него такого впечатления. Платье невероятно подходило Джайе, оно было прекрасным, женственным и невероятно милым. Но его заворожило не платье. Ему не хотелось гладить легкую ткань. Его притягивала кожа Джайи. Ее губы.

Тео заставил себя отвести взгляд. Он взял бокал и отпил воды со льдом, чтобы потушить огонь, разгорающийся в теле. Нужно было скрыть от Джайи влечение, которое он испытывал к ней, чтобы не испугать ее.

— Мне не надо было ничего тебе рассказывать, — тихо сказала Джайя. Так тихо, что он не был уверен, что правильно расслышал. Когда Тео поднял на нее глаза, соблазнительные губы Джайи мучительно скривились. — Это изменило твое отношение ко мне, не так ли?

— Да, — признался он.

Слишком поздно Тео осознал, что выбрал не те слова, но в его душе бушевали эмоции, с которыми ему трудно было справиться. В больших карих глазах Джайи появилась боль, и она опустила голову. Она старалась держать себя в руках. Когда ее губы начали дрожать, она прикусила нижнюю губу.

— Господи, Джайя, ты не поняла. Я не стал думать о тебе хуже. Я ненавижу себя. Нельзя было так бессердечно использовать тебя. Ты заслуживаешь большего. — Голос Тео был низким и хриплым. Горло его сдавило. Ему с трудом удавалось дышать.

— Заслуживаю большего, чем наслаждение, которое я впервые испытала в объятиях мужчины? Большего, чем Зефирос? — спросила она, дрожа.

Тео онемел от такой откровенности. Он уверял себя, что поступил с ней некрасиво, а Джайя говорила об этом как о чем-то прекрасном. И он растерялся.

— Это как шрамы на твоей спине, Тео. У меня всегда в душе будут раны, но со временем они потихоньку зарастут. Приятные воспоминания справятся с плохими.

Тео в замешательстве откинулся на спинку кресла.

— Я полагаю, в этом моя проблема, — сказал он, подумав. — У меня не было хороших воспоминаний. Кроме одного.

Та ночь, которую он провел Джайей, затмила все остальные воспоминания.

Даже при тусклом свете свечей Тео заметил, как потемнела ее смуглая кожа. Дрожащие ладони она сложила на коленях и опустила голову.

— Ведь ты знаешь, что я не… — начал было Тео, но замолчал, борясь с желанием дотронуться до нее.

Джайя была для него вечным искушением. Он безумно хотел прикоснуться к ней. Утонуть в ее глазах. Но сейчас Тео не имел права поступать эгоистично. Ему необходимо было держать себя под контролем.

Он скорее позволит тысячу раз ударить себя плетью, чем испугает ее своей страстью. Если она использовала его той ночью, что ж, ему крупно повезло.

— Я рад, что эта ночь стала для тебя хорошим воспоминанием, но не рассчитываю, что она когда-нибудь повторится. Если ты по этой причине не спешишь согласиться на брак со мной, не беспокойся. У нас могут быть чисто платонические отношения.

Все же это лучше, чем ничего.

И снова глаза Джайи округлились от боли.

— Конечно, теперь ты знаешь, что я испорчена, и не хочешь…

— Что? Нет! — Тео схватил ее за руки. — Если ты думаешь, что я не умираю от желания создать вместе с тобой новые, полные наслаждения воспоминания, ты еще более наивна, чем я предполагал. Влечение, которое я испытываю к тебе… Оно пугает меня, Джайя. Ты можешь ужаснуться, узнав, насколько оно сильно.

Тео заставил себя отодвинуться. Даже большой глоток воды со льдом не помог ему собраться с мыслями. Он испугался, что она сбежит, выслушав крик его души. Лучше было бы промолчать.

Джайя долго не отвечала.

— Я не понимаю, почему ты — единственный мужчина, который заставляет меня чувствовать… ну… много всего, но факт остается фактом, — наконец сказала она. — И это пугает. Я в твоей власти, и не потому, что этого хочешь ты. Просто я ничего не могу с собой поделать.

Тео ощутил радость — одновременно с новой волной желания. Он закрыл глаза и попытался дышать ровно. Потом, тихо выругавшись, открыл глаза и позволил Джайе увидеть голод, горящий в его глазах.

— Ты убиваешь меня, — с укором произнес он.

Ресницы Джайи задрожали. Казалось, все ее тело затрепетало. А зверь, запертый внутри Тео, рвался наружу.

— Я не специально, — прошептала она. — Я хотела быть с тобой честной.

С губ Тео сорвался смешок.

— Честность — прочная основа для брака. Гораздо прочнее, чем у моих родителей.

— Они обманывали друг друга?

— Моя мать — да, — произнес он с презрением. — Она говорила, что Ник родился от нашего отца. Когда правда раскрылась, наша жизнь превратилась в кошмар. Нам приходилось притворяться, что все нормально. Мы делали вид, что не помним Ника, не испытываем ненависти к матери, не боимся жестокости отца. — Он сжал зубы. — Твоя честность для меня непривычна. Но… она утешает.

Джайя неуверенно улыбнулась ему. И сердце Тео сжалось, заставив его говорить откровенно.

— Я не изменил свое мнение о тебе, я просто пытаюсь относиться к тебе бережно. Я не буду настаивать ни на чем, Джайя. Ни на свадьбе, ни на общей постели.

Казалось, в этот момент решается его будущее.

— Я верю тебе, — сказала она. — Конечно, Зефиросу будет лучше, если мы поженимся, но жизнь нам предстоит долгая, Тео. Я не могу дать согласие, пока не пойму, как мы будем жить.

— Я не знаю, — признался он, представляя с тревогой в сердце миллионы вариантов того, как он может подвести Джайю, даже не заметив этого. — А какую жизнь ты хочешь?

Джайя взглянула на парочку, сидевшую за соседним столиком. Они встали и отправились на танцплощадку.

— Потанцуешь со мной? — спросила она.

— Конечно.

Тео встал и протянул ей руку.

— Я проверяла, из тех ли ты мужчин, которые готовы потанцевать со своей женой.

— Ты не приглашаешь меня? Что ж, тогда это сделаю я. Ты потанцуешь со мной, Джайя?

Тео давно уже понял, что парню, соглашающемуся танцевать, везет. Поэтому на танцевальной площадке он был не новичком. Однако, почувствовав, как соприкасаются их тела, он начал нервничать. Ни в коем случае нельзя было слишком агрессивно демонстрировать свое желание. Его движения не были такими элегантными, как обычно. Джайя тоже двигалась неуверенно. Она сделала первый шаг вперед, а не назад, как положено, и поморщилась.

Тео улыбнулся:

— Все нормально. Я поведу.

Они медленно танцевали. Это было совершенно не похоже на то, как отчаянно они набрасывались друг на друга на Бали. Наконец-то Джайя доверилась ему полностью. Это согревало душу Тео и усиливало его желание позаботиться о ней.

— Я ответил на твой вопрос? — спросил он, заводя легкий разговор.

— Ты хитрый, — с укором заметила Джайя. — Ты вроде бы ни на чем не настаиваешь, однако пытаешься соблазнить меня, не так ли?

Он замер.

— Джайя…

— Все нормально, Тео. Честно говоря, я не умею вести себя с мужчинами. — Она слегка подтолкнула его, предлагая продолжить танец. — Я никогда вот так не танцевала, никогда не была на настоящем свидании. Если ты не проявишь активность, у нас ничего не получится, потому что я не знаю, как сделать первый шаг.

Тео пришел в замешательство, а потом прижал Джайю к себе, забыв об осторожности. Их бедра соприкоснулись, и новая волна острого возбуждения захлестнула его. Губы Джайи соблазнительно приоткрылись. Они остановились, глядя друг другу в глаза.

Внезапно Джайя сделала шаг назад, но не отпустила его руку.

— Я всегда так веду себя в твоем присутствии, — тихо признался Тео, решив забыть о гордости. Наверное, было глупо полагать, что его слова убедят ее, но они оба решили быть честными друг с другом. Джайя должна понять, что может доверять ему, а он когда-нибудь сможет заполучить ее в свои объятия. — Каждый раз, видя тебя, я ощущал это влечение. Лишь однажды я позволил себе продемонстрировать свое желание, Джайя, и ты ответила на мой призыв.

Они стояли, держась за руки, а вокруг них кружились пары. Тео пристально смотрел на Джайю. Ее глаза потемнели от удивления, и… Неужели в них сверкнуло ответное горячее желание? Если он прикоснется к ее груди, окажутся ли ее соски набухшими и возбужденными, жаждущими его губ?

Тео сглотнул. Ему казалось, что он стоит на лезвии ножа, между адом и райским наслаждением.

— Пожалуйста, поцелуй меня, — прошептала Джайя. — Я хочу знать…

Тео прильнул к ее пухлым приоткрытым губам. Он понимал, что следует действовать с осторожностью и не спешить. Было мучительно сложно сдерживать себя, ведь нежные соблазнительные губы Джайи дарили столько наслаждения. Ему стоило нечеловеческих усилий мягко прикоснуться к ее теплой и шелковистой шее. Потом он снова впился в губы Джайи, наслаждаясь вкусом поцелуя.

Джайя была рада, что надела туфли на высоких каблуках. Ей не приходилось тянуться, чтобы поцеловать Тео. Она, почти неосознанно, обвила руками его шею, раздвинула губы шире, почувствовав кончик его языка, и прижалась к нему, слегка выгнув спину.

Тео обнял ее за талию и немного отстранился.

— Я тоже думал об этом. — Его голос как будто исходил из глубины души. — Мы восхитительно подходим друг другу. Обязательно помни об этом, когда будешь принимать решение.

Джайя прижалась к его груди в том месте, где учащенно билось сердце, и тихо рассмеялась.

Ох, Тео… Она неописуемо скучала по нему. И в этот момент могла думать только о том, что хотела бы провести в его объятиях всю жизнь. Брак — самая древняя форма выражения покорности. Но почему-то Джайю это не пугало. Возможно, она обманывала себя, но ей казалось, что она наконец нашла свою вторую половинку. Скажет она «да» сейчас или через несколько лет, не имеет значения, потому что других мужчин для нее просто не существует. Сердцем она уже навечно связана с Тео. Нежелание признаться в этом всего лишь откладывало неизбежное. И разве финансовое благополучие и секс — не достаточные причины для женитьбы?

— Принесли наш заказ, — сказал Тео и повел ее к столику.

Джайя присела в кресло и постаралась насладиться аппетитной хрустящей корочкой картофельного пирога.

Когда они остались наедине, она спросила:

— Где мы будем жить?

— Со мной, — тут же ответил Тео. — В этом весь смысл.

Джайя засмеялась, а он нахмурился и продолжил излагать свои планы:

— Мне нужно договориться с Адарой об изменении графика моих командировок. Выйдешь ты за меня или нет, я хочу больше времени проводить с Зефиросом.

— Тео, ты практически живешь в воздухе. И ты привык делать то, что тебе нравится. Жена и ребенок перевернут с ног на голову твою жизнь.

— Я понимаю. Не стану утверждать, что мне будет легко приспособиться, особенно вначале. Но я думаю о том, что могу дать вам защиту и уверенность. И брак — самый простой способ это сделать.

Его слова должны были бы ее обрадовать. Он проявлял заботу, хотя она походила на беспокойство, которые некоторые люди проявляют по отношению к своей дорогой яхте или элитному коню. Но, так или иначе, Тео ценил и оберегал ее. Это было мило, но далеко не достаточно.

Больше они о браке не говорили до тех пор, пока не вернулись в номер. Они освободили няню, мадам Бенош, а Тео заключил мирное соглашение с расстроенной Байной. Она была опечалена тем, что Джайя и Зефирос будут жить с Тео и не поедут в Южную Америку с ней и Квентином.

Тео протянул девочке свою визитку, на которой что-то написал.

— Это мой личный телефон. Звони в любое время, если заскучаешь по Зефиросу. Скорее всего, мы не сможем навестить тебя в тот же день, но постараемся приехать на неделе. Или же, если согласится твой отец, я привезу тебя к нам. В любом случае мы что-нибудь придумаем, обещаю.

— Спасибо, — прошептала девчушка.

Только после того, как она уехала на лимузине, который заказал для нее Тео, он смог наконец-то вздохнуть с облегчением.

— Тео. — Джайя устало опустилась на диван. Сердце ее сжималось, и ей пришлось опустить голову. — Я не хочу, чтобы ты и дальше мучился, уговаривая меня выйти за тебя замуж. Я не решаюсь сделать этот шаг не потому, что боюсь снова оказаться в твоей постели. — Она прикусила нижнюю губу, но поднять голову не смогла, однако заметила краем глаза, что Тео внимательно смотрит на нее. Как же он прекрасен! — Честно говоря, я немного волнуюсь по другому поводу. Я успела родить ребенка с тех пор, как мы в последний раз были вместе, к тому же у меня мало опыта… — Она нервно сглотнула.

— Союз наших тел будет восхитительным, Джайя. Как и на Бали.

Если бы Джайя не сидела, она упала бы. Тео заставлял ее чувствовать себя слабой. Тем не менее она продолжила:

— Я не боюсь, что ты будешь относиться ко мне с жестокостью или неуважением. Я знаю, что в большинстве случаев могу тебе доверять.

— Но не всегда. — В его голосе появилась боль.

Джайя собралась с силами. Ситуация была непростая.

— Ты мне так и не перезвонил, — тихо произнесла она. — Ты предупреждал меня, но… — Какой же она была глупой, как безнадежно мечтала об этом мужчине! — Я думала, что я особенная, что нравлюсь тебе.

Тео задумался. В конце концов в его глазах появилось выражение безысходности и утраченной надежды, а затем — ненависти к себе.

— Я не жду, что ты полюбишь меня, — поспешила сказать Джайя. В груди у нее что-то оборвалось. — Но я всегда хотела выйти замуж по любви. — Девичья мечта, глупая и романтичная. Реальность была суровой, но она все равно продолжала держаться за свою мечту. — Мне нужно, чтобы нас связывало нечто большее, чем практичные решения и буйные гормоны. На такой основе нельзя создать крепкий союз. Вот если бы ты испытывал какие-то чувства ко мне…

Тео замер. Казалось, он собирается с силами, чтобы противостоять страшной боли.

— Я не понимаю, почему ты требуешь это от меня. «Будь осторожна», — напомнила себе Джайя. Тео, скорее всего, действительно ничего не понимает. Она заметила, что он подчеркнул слова «от меня». Дело было в его неуверенности в себе.

Облизнув губы, она попыталась объяснить:

— Все люди хотят кому-то нравиться. Разве тебе этого не хочется?

Он покачал головой.

— Мне все равно.

Потому что его доверие растоптал человек, который должен был его любить. Израненное сердце Джайи наполнилось новой болью.

— А твоя сестра? Тебе же важно, любит ли она тебя?

Тео пожал плечами.

— Я уверен, она ценит мою преданность. Мне довольно того, что она знает, что может на меня положиться.

— Что ж, а я хочу нравиться, — сказала Джайя, пытаясь выглядеть спокойно, хотя в душе ее бушевала буря. — Мне бы хотелось, чтобы влечение, которое ты ко мне испытываешь, было основано не только на том, что тебе нравится, как я выгляжу в нижнем белье. Я нахожу тебя весьма привлекательным, и когда я говорю, что меня влечет к тебе, то имею в виду, что ты мне нравишься, Тео.

«Я люблю тебя», — тихо подсказал ее внутренний голос, но Джайя не желала оказаться беззащитной.

И все же, подняв наконец голову, она почувствовала себя открытой книгой. Тео с легкостью мог прочитать на ее лице, насколько сильные чувства она испытывает к нему.

— Господи, Джайя, — печально прошептал он и отвел взгляд.

Глаза Джайи наполнились слезами, но все же она смогла рассмотреть, что Тео поморщился от боли. Видимо, ее слова задели оголенный нерв. Он потер ладонью подбородок.

— Боже мой, почему? — произнес он с отчаянием.

Бедный, бедный Тео… Джайя встала и подошла к нему. Она не могла находиться далеко, когда он испытывал боль. Обхватив лицо Тео ладонями, она заставила его посмотреть ей в глаза.

— Почему ты мне нравишься? Ты хороший человек, Тео. Когда я рассказала тебе о том, что со мной случилось, ты не спросил, не сделала ли я что-то, спровоцировавшее того человека. Ты ни разу не терял терпение, когда возился с детьми, хотя мы полночи провели на ногах. Ты защищал своего маленького братика, хотя сам был еще ребенком…

— Ш-ш-ш, не надо. — Тео прижал Джайю к груди настолько сильно, что ей с трудом удавалось дышать. Его сердце отчаянно билось. Он пытался вернуть себе контроль над эмоциями.

Джайя позволила себе расслабиться. Затем она обхватила его плечи, и объятия были взаимными.

Тео потерся подбородком о ее волосы.

— Людям не нравится, когда я появляюсь, — сказал он после паузы. — Я критикую их работу, требую документы, которые они не могут найти, заставляю выполнять поручения, которые они считают бесполезными. А ты всегда улыбалась при встрече со мной, и не важно, что я от тебя требовал. Это было редкостью для меня.

Джайя старалась не заплакать и продолжала прятать лицо, уткнувшись ему в грудь. Она боялась, что Тео оттолкнет ее, если поймет, как много значат для нее его откровения.

— Нравишься ли ты мне? — продолжал он. — У меня нет друзей. Я не умею их заводить. Как бы мне хотелось сказать, что я люблю тебя и могу дать тебе все, что ты хочешь получить от мужчины… Я просто недостоин тебя. — Он чуть крепче обнял ее. — Но я не настолько благороден, чтобы отказаться от тебя. Я хочу, чтобы ты была в моей жизни. И не только потому, что изнемогаю от желания, когда представляю тебя обнаженной. Черт возьми, ты и сейчас можешь ощутить, как бурно я реагирую на твою близость. На свете много красивых женщин, но для меня существуешь только ты. Ты особенная, Джайя.

Она прикусила губу, так как та начала дрожать.

— Спасибо тебе за эти слова.

— Но их недостаточно, не так ли? — Тео положил ладони ей на плечи и заставил ее немного отодвинуться. — Ты заслуживаешь лучшего.

И снова они оказались на перепутье. Джайя не могла знать, окажется брак с этим мужчиной правильным решением или нет. Она сможет проверить это, только если выйдет за него замуж, да и то не сразу. Но сейчас она не могла причинить Тео боль отказом. Она вспоминала, как хорошо им было вместе, и верила, что со временем связь между ними станет прочнее.

Затаив дыхание, она взяла руку Тео и прижала ее к своей щеке.

— Тебе придется поверить мне, когда я скажу, что стать твоей женой — честь для меня, — дрожащим голосом произнесла она.

Тео, нахмурившись, внимательно всматривался в ее лицо.

— Ты хочешь сказать…

Джайя кивнула и не смогла сдержать улыбку, заметив, насколько сильно он удивлен.

— Я буду рада выйти за тебя замуж, Тео.

В его глазах мелькнули мужской триумф и удовлетворение. Это напугало бы ее, если бы за ними не просматривалось облегчение. Высокомерное выражение его лица смягчилось. Однако в следующее мгновение Тео полностью закрылся, взглянув на нее с холодной отстраненностью.

— Спасибо. Утром мы выберем тебе кольцо.

И снова перед Джайей предстал ее босс, готовый к действиям. Но она успела увидеть, что скрывается за этой его маской.

— Мне не нужно кольцо, — сказала Джайя и нехотя опустила руки, обнимающие его.

— Я хочу сделать все, как надо, — настаивал Тео. Потом он поморщился. — Полагаю, нам стоит дождаться нашей первой брачной ночи. Как много времени потребуется на организацию свадьбы?

Джайя была несколько разочарована.

— Нам не обязательно ждать, — пробормотала она.

— Я хочу, чтобы ты была уверена.

Тео засунул руки в карманы, но она заметила, что он по-прежнему возбужден.

— Я уверена. — Джайя пожалела, что не умеет флиртовать и не знает, как показать ему, что она готова. Возбуждение, которое лавиной разливалось по телу, было ей в новинку.

— Уверена во всем этом, — уточнил Тео серьезно. — Судя по прошлому разу, ты уже к полуночи снова залетишь от меня. Я не хочу, чтобы ты ощущала себя загнанной в угол.

— Ты хочешь завести еще детей?

Тео удивился.

— Я никогда об этом не думал. Черт, на прошлой неделе я вообще не хотел никаких детей. Сегодня же… не знаю. Но Зефиросу будет, наверное, одиноко. Димитрис, конечно, настоящая заноза в заднице, но я не могу представить свою жизнь без него.

— Тогда эта тема не закрыта, верно? — на всякий случай уточнила Джайя.

— Да, — кивнул Тео. — Но давай сначала узнаем друг друга лучше.

Он ласкал взглядом ее щеку, затем перевел его на ее пухлые губы. Он умел красиво говорить, чтобы женщина почувствовала себя желанной. Но, несмотря на сладкие речи, выражение его лица оставалось серьезным.

Улыбка исчезла с лица Джайи.

— Что такое?

— Ничего. — Тео обхватил ладонями ее лицо и нежно, но быстро поцеловал. — Ты прекрасна, Джайя. Когда же я смогу назвать тебя своей женой?

— Не знаю. — Ее сердце неприятно сжалось, и она начала жалеть о своем решении. — Через несколько месяцев?

Тео поморщился.

— Если только ты не хочешь организовать небольшую свадьбу, — поспешила добавить Джайя. — Тогда это можно устроить за пару недель.

— Я хочу сделать все, как надо, — повторил он, снова положил ладони ей на плечи и уставился невидящим взглядом в стену. Его мысли были где-то далеко. Тео все сильнее отдалялся от нее. — Ты хочешь, чтобы на церемонии присутствовала твоя семья.

— Мои родители. Но свадьба не обязательно должна быть грандиозной. Я никогда не мечтала оказаться в центре внимания толпы незнакомцев. Думаю, ты тоже. — Она шутливо ударила Тео в живот.

— Если я и видел такое, то только в кошмарном сне. — Его губы недовольно искривились. — Но у нас есть много бизнес-партнеров в Нью-Йорке и родственников в Греции, которых необходимо пригласить.

— Большая свадьба — дорогое удовольствие.

— О деньгах не беспокойся. — Тео отодвинулся и решительно произнес: — Тебе лучше как следует выспаться. Я присмотрю за Зефиросом.

— Ты не собираешься ложиться спать?

Не так она представляла свою помолвку.

— Мне нужно подумать. Я привык к тому, что у меня есть время побыть наедине со своими мыслями, а последние несколько дней это было невозможно.

— Конечно.

Джайя не хотела ссориться с ним. Хорошо бы Тео снова поцеловал ее, и тогда хрупкая связь, которая установилась между ними, стала бы крепче, а не превратилась бы в пепел… Но он этого не сделал.

— Спокойной ночи, — прошептала Джайя на прощание.

С каждым шагом, отдаляющим ее от Тео, уверенность в правильности решения, которое она приняла, становилась все слабее.