Забудь прежнюю жизнь.

Отныне ты — Темный Ангел,

все остальное не имеет значения.

Важен лишь твой орден.

1

Индекс даты: неизвестно

Кровь на снегу.

В его воспоминаниях багрянец разливается по белизне, расплавляя кристаллики льда. Высокие утесы вокруг не пропускают ветер, и здесь, в тишине и спокойствии, немыслимо громко звучит «кап-кап-кап» истекающей жизненной влаги. Отрубленная голова принадлежала борзгинцу. Она венчает уже третий шест с подобными трофеями — под ней еще семь вражеских черепов. Косицы слиплись от засохшей крови, проколотый нос сплющился от удара, что свалил воина. Следующий взмах топора рассек врагу горло. Отступив на шаг, юноша наслаждается итогом прошлого года — с того дня, как он достаточно возмужал для боев в хирде. Двадцать четыре недруга, все павшие от его руки. Боец улыбается, перебирая в памяти побежденных налетчиков, убитых стражей, поверженных воинов.

Услышав крик, он переводит взгляд на сородичей, сидящих около костров у входа в долину. Юноша едва не забыл, что сегодня ночью старейшины объявят свою волю. Они должны подтвердить, что боец вправе стать наследником отца, нынешнего вождя племени. Двадцать четыре cнятых головы указывают, что род Вангара Кровавого по-прежнему силен и достоин вести готров.

Буран усиливается, почти заглушая голос, что зовет юношу по имени. Тучи быстро темнеют, снег валит все гуще. Свет костров тускнеет, солнце садится за грядой скал.

Соплеменники пируют: в набеге на борзгинцев они взяли много столь необходимого людям мяса, сыра и даже свежего молока.

Пробираясь по старому снегу под хлопьями нового, юноша на миг задумывается: есть ли иной путь? Могли бы готры не вонзать железо в животы борзгинцев, а отдавать его в обмен на то, что приносят соседям их стада?

Его отец гнушался торговать. В худые времена, говорил он, любые сделки невыгодны. Лучший товар готров — их руки с мечами, что держат иные племена в узде и наполняют шатры припасами.

Юноша входит в круг воинов у самого большого костра, где его приветствуют улыбками и кивками. Старейшины бесстрастно взирают на бойца блеклыми глазами, отражающими танец огня. Их лица морщинисты от старости, выдублены жестокими ветрами.

Удар грома раскалывает небо.

Мгновение спустя юноша понимает, что это не гроза: раскаты не умолкают, рев становится все громче и настойчивее. Вслед за сородичами боец поднимает взгляд к небу. Сквозь тучи пробивается пламя, три алые искры медленно кружат над становищем готров.

Внизу поднимается суматоха. Звучат новые возгласы: выкликают имена тех, кто недавно стали истинными воинами и сидят у других костров.

— Ангелы битвы вновь снизошли со звезд! — вопит Де-мета надтреснутым от волнения голосом, ее длинные седые косы мечутся словно змеи. — Выводите наших сынов на их суд!

Молодые готры мчатся во тьму, следуя за огоньками на телах железных птиц, что снижаются к месту для испытаний в конце долины. Взрослые смотрят им вслед с суровыми лицами, зная, что никто не вернется назад, а утром они заберут тела погибших.

— Стой! — Родитель хватает юношу за руку, когда тот порывается бежать за другими сынами готров. — Ты — мой наследник. Племя нуждается в тебе.

— Пусти меня, отец. Это мое право!

— Вождь пока что не ты, а я! — рычит он. — Мое слово — закон, и я говорю: нет!

Вырвав руку, юноша отворачивается и делает шаг за сверстниками, быстро исчезающими в метели. Он слышит скрип кожи, но не успевает развернуться и отразить удар по затылку. Ошеломленный боец падает, но снег, обжигая лицо холодом, помогает ему очнуться в тот миг, когда заскорузлые руки отца хватают его за меховую одежду. Юноша выворачивается, утаскивая вождя в сугроб. Расцепившись, они встают и пригибаются в снегу. Отец, перекрывая сыну дорогу к месту для испытаний, сжимает топор как палицу. Клинок оружия закрыт чехлом.

— Послушай меня, парень! — кричит вождь. — Ты нужен нашим людям. Я не могу править вечно, и ты — мой единственный ребенок.

Сын одним рывком уклоняется от рукояти топора и бьет отца по колену ступней в унте. Под хруст костей вождь падает, взметнув белый вихрь. Он выпускает оружие, сжимая сломанную ногу. В другое время года травма не привела бы к гибели, но сейчас середина темнозимья, и готрам нужно перебираться на новые земли для набегов. Отставшие не выживут; никто не станет тратить еду на тех, кто бесполезен для племени.

— Вот как я послужил нашим сородичам!

С этим юноша убегает в глубь долины, преследуемый злыми словами отца:

— Предатель! Они убьют тебя!

Боец скрывается в метели, пропуская мимо ушей крики вождя. Свет впереди сияет все ярче.

2

Индекс даты: 887939.М41#1312

Слуга ордена старался не выказывать оторопи, но у него блестели глаза и дрожали губы. Трепеща всем телом, он ждал от великого магистра Азраила разрешения вернуться на пост в рубке связи «Кающегося воина». Тот несколько секунд бездумно смотрел на серва, утратив от тяжкого потрясения дар речи.

— Понятно, Артизан, — наконец выдавил космодесантник.

Служитель метнулся к своей станции, чтобы разделить горе с товарищами.

Новость пока что знали только они: остальной экипаж на мостике был занят своими обязанностями. Боевая баржа — один из множества кораблей, сопровождавших «Скалу», — занимала позицию над миром Рамиил, и отделения ветеранов Первой роты на ее палубах ждали только приказа командиров.

Делефонт, адъютант великого магистра, стоял спиной к нему. Неулучшенный человек обсуждал какие-то навигационные вопросы с группой маневрирования. Сержант Велиал, второй по званию на звездолете, наблюдал за работой главного канонира, составлявшего огневые решения для следующей бомбардировки штаба отступников.

Азраил был один. Сорок две секунды назад, получив узкополосное сообщение от магистра Шеола, он словно бы оказался в коконе тишины, который не пропускал ничего из происходящего снаружи. В тот миг изменилась Вселенная. Для воина пошатнулись устои самого бытия. То, что случится дальше, определит не только его судьбу, но и, вполне вероятно, удел всего ордена Темных Ангелов. Не просто тысячи воинов, осаждающих Рамиил, но и грядущих неведомых поколений.

В его сознании бушевала буря эмоций и мыслей. Известие стало камнем, от которого расходятся круги по пруду, — вернее, валуном, рухнувшим в свирепый поток. Бессмысленно даже пытаться понять, к чему это приведет и как изменить движение этих «кругов».

— Соберись.

Слово как будто прозвучало извне, однако прошептал его сам Азраил. Краткая реплика помогла ему сконцентрироваться. Расставив приоритеты, воин принял решение, и неотложные проблемы тут же сами выстроились в ряд.

Космодесантник открыл общий вокс-канал ордена.

— Настал черный день в истории нашего братства, — начал он. — Верховный магистр Наберий мертв. Действуя в рамках полномочий великого магистра Крыла Смерти, я объявляю о смене руководства ордена и принимаю общее командование на время текущей кампании.

Все присутствовавшие на мостике повернулись к Азраилу. В глазах одних читалось удивление, других — шок и отчаяние. Очевидно, многие Темные Ангелы, сражающиеся на планете внизу, отреагировали точно так же. Нельзя было допустить, чтобы трагедия переросла в катастрофу.

Занимая место Наберия, воин следовал обычаям и доктринам ордена, не допускавшим безвластия, но это не означало, что высочайший пост теперь закреплен за Азраилом. После окончания нынешней войны соберется Внутренний Круг, и среди его представителей выберут нового повелителя Темных Ангелов. Большинство членов тайного общества, включая павшего Наберия, по умолчанию считали Азраила его наследником, но кто угодно мог выдвинуть другую кандидатуру из числа старших офицеров. Чтобы избежать политических интриг среди верхушки братства, командиру Крыла Смерти требовалось хорошо проявить себя при усмирении Рамиила.

— Мы должны с прежней решимостью нести изменникам правосудие на острие меча! Следуйте боевым доктринам, оглашенным на инструктаже. Беспощадно преследуйте врагов, чтобы не оскорбить дух и память владыки Наберия!

Велиал быстро пересек мостик. В тактической дредноут-броне он возвышался даже над космодесантниками у пультов управления, и лишь Азраил, тоже облаченный в терминаторский доспех, не уступал старшему сержанту в размерах.

— Как это случилось? — спросил Велиал. — Есть подробности?

— Почти нет. «Громовой ястреб» верховного магистра сбили, когда он возглавлял штурм вражеской цитадели. Почтенный Децифаил успел доложить о необычно плотном зенитном огне. На место падения ворвались сотни отступников. Погибли все воины, последним пал Децифаил. Мы только что получили его предсмертное сообщение: Наберия убило разрывом снаряда еще до того, как культисты добрались до обломков десантного корабля. Как-то слишком легко… Артиллерия заранее пристрелялась по этой позиции, мятежники приготовились к атаке. Они идеально спланировали и провели операцию.

На этом Азраил замолчал, держа свои подозрения при себе.

— Недопустимо, чтобы противник захватил останки Наберия, — сказал Велиал, после чего понизил голос. — Наши враги искажены, совращены силами варпа. Кто знает, какие темные деяния они совершат с телом магистра ордена? Для каких ритуалов сгодится им подобный сосуд?

Его командир не ответил, хотя уже обдумал такое развитие событий.

— И там же лежит знамя ордена, — добавил сержант.

— Мы почтим жертву владыки Наберия, если победим сегодня, — возразил магистр.

Азраил указал на сферическую гололит-проекцию немногим крупнее его головы. Световой шар медленно вращался, отображая горячие точки войны за Рамиил. Красные значки теснились вокруг имперских объектов, захваченных в самом начале бунта, — участков Адептус Арбитрес, податных управлений Администратума и космопортов. Черные иконки обозначали места, где были разрушены значительные наземные укрепления; концентрировались они возле столичной крепости, так называемого Железного Сталагмита, и нескольких городов-кузниц Адептус Механикус.

— Культисты — пена на поверхности восстания, но кипит оно под влиянием темной силы в глубине. Нам известно, что бунтом управляют Повелители Ночи. С первых столкновений ясно, что порче подверглись только верхние эшелоны власти и несколько полков СПО, их поддерживает значительная группировка инакомыслящих техножрецов. Речь идет о путче, не о народном мятеже. Наберий считал, что для быстрого восстановления порядка на планете достаточно отрезать повстанцев от Повелителей Ночи и разгромить вооруженное сопротивление.

Также Наберий и совет ордена обсуждали вероятность того, что Рамиил обратился против власти Императора по еще более зловещим причинам, но об этом Азраил умолчал. Велиалу ни к чему было знать о подобных дискуссиях. Там с революцией связывалось имя, которое немало проклинали прежние лидеры Темных Ангелов; имя, что вынудило совет провести голосование, с небольшим перевесом выигранное сторонниками Наберия. Азраил был среди тех, кто, основываясь только на слухах, поддержал решение отправить к Рамиилу несколько рот.

Неизвестно, находились здесь Падшие или нет, но прибытия Темных Ангелов определенно ждали, а то и желали. Стремительность контратаки мятежников явно указывала на второй вариант; возможно, убийство магистра ордена изначально входило в их намерения.

— Думаю, одна цель не исключает другую, — заметил Велиал. — Атаковав командный пункт врага, мы не только вернем останки Наберия и знамя, но и добудем информацию о местонахождении кукловодов из вероломного легиона.

С такими доводами сложно было спорить. У Темных Ангелов имелись только отрывочные данные о Повелителях Ночи на Рамииле и роли предателей в восстании. Отсутствовали даже сведения о количестве неприятелей, хотя предполагалось, что на самой планете орудует лишь горстка космодесантников Хаоса. Впрочем, среди микролун и астероидов-спутников, что заполняли орбитальное пространство, можно было на какое-то время спрятать небольшой дрейфующий звездолет.

— Хорошо, нанесем удар по штабу. Пойдет только Первая рота. Экран, блокирующий телепорты ближнего действия, уже не помеха: отступники не догадались отключить маяк на сбитом «Громовом ястребе», и теперь у нас есть прямое наведение на их крепость.

Наберий взял с собой сигнальные устройства, рассчитывая вызвать подкрепления в ходе штурма. Иронично, но план магистра ордена сработает уже после его смерти.

— Остальные роты продолжат операции сдерживания, — заключил Азраил.

— Координаты уже получены, — отрапортовал сержант. — Я лично соотнес их с последними докладами с поверхности. Мы перенесемся в центральный двор цитадели, прямо перед внутренней стеной.

— Ближе к донжону не попасть?

— Его противоштурмовые щиты по-прежнему блокируют телепортацию, великий магистр, — ответил Велиал с тончайшей ноткой недовольства, разочарованный подозрением в том, что он мог упустить хоть одну мелочь.

— Разумеется, сержант. Кто составит авангард?

— Я поведу мой отряд, одновременно перенесутся бойцы Теризона. Другие подразделения также будут высаживаться попарно, как указано в принятой вами штурмовой доктрине, великий магистр.

— Значит, я пойду с людьми Теризона.

Велиал раскрыл было рот, но промолчал.

— В чем дело, сержант? Говори свои соображения.

— В качестве великого магистра Крыла Смерти, да, вы имеете право — даже обязаны — возглавить наступление, но как верховный магистр вы должны следить за общей картиной. Впрочем, я не смею указывать вам.

— Хорошее замечание, Велиал, но в одном аспекте ошибочное. Если я не могу вести орден с клинком в руке, то не подхожу для такого поста.

Сержант улыбнулся, что случалось редко.

— Конечно, великий магистр. Эта истина укрылась от меня. Уверен, с вами Первая рота добьется триумфа, и совет ордена одобрит ваше повышение на постоянной основе.

— Размышления о будущем только отвлекают нас от текущего задания, сержант. Совет ордена и мое положение в нем подождут до окончательной победы.

В ответ Велиал отсалютовал командиру и направился к выходу. Не успел он покинуть мостик, как Азраил уже перескочил на новую мысль и жестом подозвал Делефонта.

— Передай магистру Шеолу мой поклон и приказ готовить Четвертую роту для вспомогательного удара. Крыло Смерти сокрушит врата мятежников, и Шеолу выпала честь встретить нас.

3

Индекс даты: 887939.М41#1351

Зенитные установки рассекали синими лазерными импульсами небо, казавшееся лавандовым в тусклых лучах древней звезды Рамиила. Плотный огонь не позволял десантным кораблям подобраться к твердыне, и они кружили поодаль, тогда как «Лэндспидеры» в характерной угольно-черной окраске Крыла Ворона проносились вдоль стен. Рискуя жизнью, их экипажи обстреливали позиции бунтарей из тяжелых болтеров и штурмовых пушек.

Жители планеты называли крепость Железным Сталагмитом; некогда здесь обитал имперский губернатор, ныне свергнутый мятежными командирами своих вооруженных сил. Эту гигантскую коническую цитадель с основанием диаметром четыре километра, легко было принять за небольшую гору. Раньше подходы к ней защищали внешние оплоты и траншеи, но от выжженных плазмой укреплений остались только пепел и шлак. По крутым откосам шпиля поднимались витками три дороги, усеянные чадящими остовами танков, шагоходов и само-движущихся орудий. Между ними ездили несколько бронемашин цвета лесной зелени — Темные Ангелы искали уцелевших предателей.

Плоский верх твердыни венчало стометровое здание донжона, окруженное толстыми стенами. Врата в них были заперты, а брешь на севере, где космодесантники провели первую атаку, повстанцы быстро забаррикадировали подбитой техникой и обломками кладки.

Именно там сгинул Наберий, решившись на высадку с воздуха при виде мнимой хрупкости стен и якобы недостаточной огневой мощи отступников. Ради успеха хитроумной уловки противник без сожалений пожертвовал тысячами своих бойцов.

На полпути к вершине располагались четыре роты Темных Ангелов, окружившие вражеский оплот. Танки и бронетранспортеры всех типов, от «Носорогов» до исполинских «Лэндрейдеров», укрывались за расколотыми скальными уступами, залитыми темно-серым быстротвердеющим бетоном. Отряды воинов в силовых доспехах занимали возле своих машин позиции, защищенные от беспорядочных артиллерийских и ракетных обстрелов из донжона.

Часть космодесантников начала выдвижение. Повинуясь приказам, бойцы Четвертой роты проворно забрались в «Носорогов»; тут же взревели моторы «Хищников» и «Лэндрейдеров». Пара «Громовых ястребов», спустившись с небес на плазменных струях, откинула аппарели. Первую из приземлившихся машин заняли два штурмовых отделения, вторую — брат Давиил, ветеран с четырехсотлетним опытом битв, погребенный в громадном саркофаге дредноута. Магистр Шеол, стоя в люке командного «Лэндрейдера», повел своих воинов с оборонительных позиций, и грохот залпов РСЗО «Вихрь» возвестил о начале наступления.

На плоской вершине цитадели, за куртинами, сверкнули молнии и пронеслась ударная волна сверхсжатого воздуха: прибыли первые два отделения терминаторов. Великий магистр и десять лучших бойцов ордена телепортировались на твердый феррокрит внутри оплота повстанцев ближе всех к донжону — на расстоянии семидесяти метров от ворот с внушительными стрельницами и орудийными башнями.

Терминаторы Велиала материализовались примерно в ста метрах правее, по воле случая — точно посередине отделения мятежников, направлявшихся к внешней стене. Взрывная волна от прибытия Крыла Смерти разбросала вражеских солдат; несколько из них рухнули замертво, изломанные и искалеченные.

Повстанцы в темно-синих шинелях и черных бацинетах с отражающими кольчужными бармицами служили в Силах планетарной обороны Рамиила, нарушивших присягу Империуму. Азраил заметил на шлемах бунтарей новые символы верности — крылатые черепа, такие же, как на легионном гербе Повелителей Ночи.

Не успели выжившие мятежники прийти в себя, как бойцы Велиала открыли огонь. По дворику разнесся рокот штурмболтеров, вокруг разлетелись клочья окровавленной ткани и куски тел, разорванных болтами.

Как только воины Азраила построились, его сенсориум на основании пикт-потоков со шлемов других терминаторов создал круговую панораму зоны боевых действий. На двадцатиметровую внешнюю стену через каждые тридцать шагов вели ступени и рампы. Вверху, за парапетом, размещались с десятиметровыми промежутками доты, набитые неприятельскими солдатами. Между этими бронеколпаками находились огневые точки тяжелого оружия на сошках и треногах, прикрытого полукруглыми защитными стенками.

Обломки «Громового ястреба» Наберия повстанцы затащили внутрь дворика и бесцеремонно бросили на феррокрите. Они даже нашли время замалевать эмблемы Темных Ангелов и императорскую аквилу безыскусными изображениями крылатых черепов. Азраила при виде такого осквернения пронзила душевная боль: что же тогда еретики сделают с телом верховного магистра и почитаемым знаменем ордена?

Укрепившись в решимости, воин заставил себя сосредоточиться на текущей цели.

Возносившийся донжон представлял собой монолитное шестистороннее здание со стенами почти двухсотметровой длины, из которых выступали прямоугольные блоки огневых позиций. Каждый угол строения был укреплен круглыми башнями с узкими амбразурами для стрельбы из ручного оружия.

Слева чуть поодаль тянулись линии армированных капониров для полугусеничной техники. Главные ворота в куртине охраняли три боевых шагохода — четвероногие машины с тяжелыми орудиями на спаренных турелях. Поднявшись, стражи повернулись к возникшим перед ними терминаторам. Одновременно с этим на воинов обрушился град пуль и лазерных разрядов, посланных из донжона.

— Пробить врата! — скомандовал Азраил, шагая к оплоту мятежников.

За его спиной ветераны перестроились в линию и, разом вскинув штурмболтеры, обстреляли ближайших противников. Шквал разрывных снарядов вынудил бунтарей отойти от бойниц над входом в цитадель. На сенсориуме магистр увидел, что отделение Велиала перехватило взвод повстанцев, хлынувших из караульного помещения у внешней стены. Уголком глаза Темный Ангел следил за обратным отсчетом полной перезарядки телепортов на борту «Кающегося воина». До прибытия следующей группы оставалось сорок шесть секунд.

Двигаясь, как единый организм, бойцы Крыла Смерти окружили защитным кольцом брата Гарвила, который направлялся к воротам донжона с громовым молотом в руках. Вражеские лучи и снаряды отражались от воздетого им штормового щита, высекали искры из доспехов его товарищей. Азраил остановился рядом с Теризоном, и двое терминаторов перенесли огонь на полугусеничные машины, сбрасывая отступников, которые пытались забраться внутрь. По бронированным корпусам громоздких транспортов пробежали вспышки от взрывов болтеров.

Расставив ноги для устойчивости, Гарвил обрушил громовой молот на гигантские металлические врата. По дворику раскатился грохот от удара, блеснул яркий свет, как при разряде молнии. Магистр по-прежнему обстреливал полугусеничную технику; мятежники, укрываясь за ней, выпускали по ним с Теризоном лазерные разряды.

В схватку вступили шагоходы, их орудия изрыгнули пламя и дым. Снаряды разорвались на тактических дредноут-доспехах Крыла Смерти, заставив брата Саммея пошатнуться и обдав брата Даэллина фонтаном из раскаленных осколков и обломков феррокрита. Свежий ветер унес клубы копоти, и оба терминатора дали ответный залп. Очередь из штурмовой пушки первого воина пересекла броню ближайшего врага, вырывая куски стали размером с кулак; второй космодесантник выбрал целью для штурмболтера армированные гидравлические приводы механических ног.

За повторным взмахом Гарвила последовали новые раскаты грома и вспышки энергии. Обитые полосами металла ворота прогнулись, от точки соударения побежали трещины.

Паре солдат удалось пробраться в полугусеничные БТР, и теперь еретики наводили на Темных Ангелов тяжелые башенные пулеметы. Зигзаги очередей расчертили плац, подбираясь к великому магистру. Пока кусочки свинца с визгом отлетали от нагрудника Азраила, он навел штурмболтер на стрелка справа; перекрестье прицела задергалось на бледном лице женщины за орудийным щитком. Терминатор нажал на спуск, и от головы мятежницы ничего не осталось. Сжатый в ее посмертной хватке пулемет дернулся вверх, поливая небо яростным огнем.

С резким хлопком вытесненного воздуха материализовались отделения Даэрона и Валтасара; первое возникло за полугусеничными машинами, второе — в нескольких метрах от бойцов Велиала. Азраил заметил движение на внешней стене: офицеры изменников, зажатых между Крылом Смерти и наступающими отрядами Шеола, искали пути противодействия угрозе в сердце их оплота.

После третьего удара громовым молотом врата раскололись.

Не нуждаясь в подсказках сержанта или великого магистра, Гарвил поменялся местами с Люциилом, цепной кулак которого уже окутало силовое поле. Зубья оружия стремительно завращались, с рычанием сливаясь в размытое пятно, и воин принялся рубить преграду в области бреши, проделанной атаками его товарища. Посыпались снопы искр.

— Всем отделениям собраться у ворот, — приказал Азраил. — Прикрывающий огонь по шагоходам!

Ракеты, вырвавшиеся из установок «Циклон» на плечах терминаторов Валтасара, пронеслись над отрядом Велиала, который отступал под непрерывными залпами четвероногих танков. Боеголовки взорвались на скошенных бронелистах вражеских машин, взметнув раскаленные добела осколки металла и керамита.

— Врата пробиты! — доложил Люциил.

Оторвав последний фрагмент створки латницей цепного кулака, воин отбросил искореженный лист. Изнутри засочился тусклый желтый свет, перемежавшийся тенями неприятельских солдат.

Стоило великому магистру подойти ближе, как дыра извергла сверкающий луч, попавший в Люциила. Ослепленные сиянием, космодесантники не заметили, что именно произошло, но следом на них посыпались обломки терминаторской брони и обрывки горящей плоти. Темные Ангелы все как один дали ответный залп, наугад стреляя в брешь.

— Дух Льва, что произошло? — спросил брат Галад, к доспеху которого прикипели чадящие кусочки адамантия и пластали.

— Продолжать огонь! — распорядился Велиал.

Азраил тем временем зарядил гранатомет на тыльной стороне силового кулака. Стиснув пальцы, он выпустил в пролом веер осколочных снарядов, и миг спустя стрельницу озарило пламя разрывов.

В ту долю секунды великий магистр разглядел сводчатый зал примерно двадцатиметровой высоты с единственной дверью, ведущей внутрь донжона. Среди теней четко выделялось несколько силуэтов.

Лица защитников крепости скрывались за масками оскаленных волчьих морд, линзы их шлемов казались гладкими рубинами. Враги были облачены в сегментированную силовую броню, перекрывающиеся пластины которой прятались под темными рясами. Над их наспинными ранцами выступали загадочные устройства, соединенные толстыми кабелями с оружием в руках бойцов. Сквозь складки одеяний блекло мерцали лазурью плазменные капсулы.

Благодаря встроенным системам наблюдения и единой сети сенсориума все Темные Ангелы увидели то же, что и Азраил. Осознав угрозу, космодесантники отступили от пролома, не прекращая стрелять, и брат Хорст высвободил гнев своего тяжелого огнемета. Струя пылающего прометия, лизнув неровные края бреши, ринулась в стрельницу.

— Даэрон!

Едва приказ слетел с губ великого магистра, сержант и его отделение пошли в атаку. Перейдя на неуклюжий бег, штурмовые терминаторы пробились через горящие обломки врат в треске разрядов молниевых когтей и громовых молотов.

Азраил и воины Теризона двинулись следом. До стрельницы они добрались в тот момент, когда космодесантники Даэрона атаковали механически аугментированных врагов. В свете угасающего пламени их когти и молоты рассекали и пробивали броню, раздирали и сминали тела под ней. Из лопнувших плазменных ячеек вырывались потоки небесно-голубой энергии, проплавлявшей дорожки во внешнем покрытии терминаторских доспехов.

— Черная техномантия, — буркнул сержант Даэрон, давя увесистым сабатоном шлем и голову убитого солдата. — Те, кто противостоят нам, заключили союз с богомерзкими созданиями.

— Несомненно, у мятежа нечестивые цели, — отозвался Азраил, изучая внутреннюю дверь.

Тяжелая металлическая плита идеально смыкалась со стеной, запирающий механизм находился с другой стороны.

Услышав свист, великий магистр посмотрел наверх. Из вентиляционных решеток на потолке струился темный газ. Датчики брони определили, что он состоит из смеси ядовитых веществ. Облако накрыло терминаторов, и его кислотные компоненты зашипели, разъедая эмалевую роспись и позолоту. Керамит оставался почти целым, однако воина без брони прожгло бы до мышц и костей. Затем токсичные клубы выплыли наружу через пролом.

— Примитивный ход, — заметил Велиал, — вероятно, отчаянный. Они не ожидали телепортационной атаки. Силы противника сосредоточены на стенах.

— Возможно, еретики запечатали донжон по другой причине, — высказался Теризон. — Локационный маячок верховного магистра еще работает.

Азраил настроил системы доспеха на частоту транспондера Наберия. Приняв сигнал, сенсориум передал его остальным терминаторам по единой сети датчиков. Галад шагнул к двери:

— Нужно спешить, пока с останками нашего господина не сотворили что-нибудь немыслимое.

— Идти в расставленную ловушку, брат? — одернул его Велиал. — Эффект неожиданности продлится недолго.

— Ни один воин в этом оплоте не выстоит против Крыла Смерти, брат-сержант, — возразил Галад. Он ударил штурмболтером по своей кирасе с рельефным орлом, и громкий лязг разнесся по залу. — Самые умелые бойцы ордена в его лучшей броне. Ничто не может угрожать нам на Рамииле.

— Главная опасность для нас — высокомерие, — произнес Велиал.

— Хватит, — спокойно сказал Азраил, прерывая их спор. — Предатели точно знают, что мы идем за Наберием. Чтобы не повторить его судьбу, нужно действовать осмотрительно.

Взглянув на пикт-потоки оставшихся снаружи терминаторов, он заметил, что один из шагоходов уничтожен. На другую машину наседало отделение Валтасара — космодесантники силовыми кулаками отрывали бронелисты и гидравлические приводы. Сейчас контрудар со стороны дворика был невозможен: мятежников на стенах по-прежнему отвлекала наступающая Четвертая рота.

— Валтасар, захвати внешние врата, — передал Азраил по воксу. — Магистр Шеол идет в атаку, невежливо встречать его закрытыми дверями.

— Воля Льва будет исполнена, великий магистр, — формально ответил сержант. На изображении со шлема Валтасара было видно, как он вонзает меч в решетку радиатора четвероногого танка. — Мы продержимся до его прихода.

Удовлетворенный тем, что начальная фаза штурма развивается по плану, Азраил подключился к сенсориумам подчиненных и провел триангуляцию сигнала с транспондера Наберия.

— Источник над нами, где-то на верхних этажах. Теризон, охраняй вход. — Великий магистр сверился с хронометром. — Высадка подкреплений через двадцать три секунды. В течение следующей минуты отряды Шеола доберутся до стен. После этого мы сожмем кольцо — все бойцы Крыла Смерти выступят к моей позиции и поддержат натиск.

В воксе затрещали подтверждения.

— Клянусь духом Льва, мы смоем пятно позора кровью врагов! — прорычал Велиал.

— Отойди от двери, брат, — велел Гарвил, обращаясь к Галаду. Громовой молот вспыхнул вновь, по залу простерлись длинные дрожащие тени. — У меня есть ключ.

4

Индекс даты: 887939.М41#1423

Великий магистр ожидал, что за порогом внутренних ворот на них мгновенно обрушится шквал огня. Но внезапной атаки из засады не последовало, и встревоженный Азраил повел космодесантников в широкий зал, раскинувшийся почти на весь нижний этаж.

— Как я и предполагал, их лучшие бойцы тратят силы на оборону стен, — заявил Галад.

— Или ждут самого подходящего момента для нападения, — парировал командир. — Контролируйте свои сектора. Не теряйте бдительность.

Мощные когитаторы доспеха обработали инфопотоки от других терминаторов, и шипящее помехами изображение на сенсориуме Азраила очистилось. Поверх него возникли линии и руны дополненной реальности. Судя по этой схеме, донжон расширялся вперед и вверх; подняться воины могли на лифтах или по лестницам, скрытым за дверьми в дальней стене. По обеим сторонам от Темных Ангелов и над ними располагались коридоры и помещения, где мерцали десятки меток третьестепенной важности. Вероятно, там находились люди.

— Где верховный магистр? — спросил Велиал. Изменчивые энергетические отклики периодически блокировали сигнал транспондера в доспехе Наберия.

— Захватим подъемники, — скомандовал Азраил, указывая вперед. Он повел рукой вправо, потом влево: — Зона поражения. Уничтожать в ней любые цели.

Громкий стук их сабатонов разносился под сводами зала, отражаясь от некрашеных феррокритовых стен. Прямо по серому искусственному камню тянулись провода, подходящие к желтым лампам, выполненным в форме факелов с подставками. С металлических балок на потолке свисали люменотрубки, но их тусклый свет едва достигал напольных плит.

Построившись длинной цепью, воины Крыла Смерти быстро продвигались вперед, держа на прицеле арочные проходы и двери по обеим сторонам помещения. Отклики на сенсориумах перемещались, исчезали, спускались вниз и обтекали терминаторов, словно морские волны, разрезаемые носом корабля.

— Теризон, следи за тылом, — предупредил Велиал.

— Видим их, — отозвался другой сержант. — Прикрываем вас сзади.

Азраил продолжал идти, нисколько не сомневаясь, что другие отделения зачистят территорию за авангардом. В битве он полностью доверял сержантам и их воинам, что позволяло ему сосредоточиться на вопросах стратегического уровня. Сейчас командир думал только о цели отряда — неуловимом сигнале маячка.

— В чем наша задача, великий магистр? — уточнил Велиал.

— Вернуть знамя ордена и труп владыки Наберия. Обезопасить участок, ждать прибытия подкреплений из Четвертой роты. После этого истребить всех мятежников в крепости.

— Так точно, брат-капитан!

Воины продолжили путь в молчании и без происшествий добрались до дальней стены, преодолев около трех сотен метров от входа в зал.

— Даэрон, на левый фланг, — приказал Азраил сопровождающему отделению. — Примерно в тридцати метрах от нас скопление энергетических откликов. Вероятно, блок питания подъемника. Обследуйте его. Мы зачистим переходный тамбур.

Отделившись от группы, штурмовые терминаторы направились в один из высоких арочных проходов к соседним помещениям. По мере того как бойцы удалялись от командира, связь с их сенсориумами ослабевала. Как только сержант Даэрон свернул в примыкающий коридор, контакт исчез полностью; теперь к великому магистру поступали данные только от стоявших рядом космодесантников.

— Впереди термальный след, — доложил брат Мерит. — Возможно, противник.

— Или атмосферный теплообменник, — заметил Азраил, изучив оранжевое пятно на дисплее.

Он жестами направил Велиала, Галада и Мерита к правым дверям, а сам вместе с Туриваилом и Гарвилом подошел к левым.

Первым через порог ступил воин с громовым молотом, прикрываясь штормовым щитом от возможных атак. Он с трудом прошел в дверь по высоте и, полуобернувшись в проеме, ободрал наплечниками косяк.

— Еле протиснулся, — буркнул Гарвил. — Мечом тут не помашешь.

Тамбур оказался таким небольшим, что Туриваил и последовавший за ним Азраил едва поместились в каморке перед лестницей и створками кабины лифта. На другом конце коридорчика появились Велиал и Мерит, заполнив собой все свободное пространство.

Подъемник рядом с сержантом был открыт. Отступив насколько возможно, Велиал указал командиру на кабину:

— Думаю, влезем мы только по одному.

— Если лифт вообще нас выдержит, — добавил Мерит.

— Возможно, таков замысел врага, — сказал им великий магистр. — Разделить нас и изолировать в тесных помещениях.

Не успели другие воины ответить, как вдали раздался резкий грохот болтеров.

— Атакуем цели! — рыкнул вокc голосом Теризона. — Ничего критичного, брат-капитан.

— Даэрон, докладывай! — потребовал Азраил, обеспокоенный тем, что сержант и его отделение все еще отрезаны от сенсориумной сети. — Что вы обнаружили?

— Как вы и предполагали, великий магистр, здесь комната с генератором — жидкотопливным и крайне примитивным. Отключить его?

Командир посмотрел на маленький подъемник, затем на лестницу.

— Нет, пока не надо. Мы попробуем отыскать более подходящий маршрут на верхние этажи. Продолжайте прикрывать наш фланг.

— Вас понял, великий магистр. Неприятели по-прежнему держатся поодаль. Буду сообщать о любых значительных изменениях.

Азраил повернулся к Велиалу:

— В донжоне наверняка имеются средства доставки тяжелых грузов к орудийным башням. Подъемники для боеприпасов или нечто вроде. Вернемся в зал и обследуем помещения на северной стороне оплота.

Темные Ангелы зашагали вслед за командиром в просторную центральную палату и дальше, к арочному проходу напротив того, куда отправилось отделение Даэрона. Вид голых стен тревожил великого магистра: хотя Железный Сталагмит и был изначально военным объектом, здесь также заседало правительство планеты, велись приемы высокопоставленных лиц, торговых делегаций… Обстановка выглядела слишком аскетической для подобных церемоний.

Азраил догадался, что прежде зал украшали знамена и прочие драпировки, но обитатели донжона сорвали их, когда обратились против Империума. Тем не менее по опыту воин знал, что мятежники обычно расписывают стены собственными лозунгами и эмблемами — заполняют пустоту после расправы со сверхгосударственной символикой, демонстрируя свою независимость и превосходство в силе. Здесь же не было ничего, что указывало бы на цели повстанцев, их идеалы либо принадлежность к той или иной стороне.

Имелись ли у них свои интересы вообще, или бунтари просто шли на поводу у Повелителей Ночи? Ради чего отступники явились на Рамиил? Верховный магистр считал, что за путчем стоят Падшие — Темные Ангелы, совершившие предательство в мрачные времена Ереси Хоруса. В таком случае перед орденом стояла тяжелейшая задача: подавить восстание, одолеть вероломных легионеров и, если удастся, захватить зачинщиков так, чтобы об этом узнали только посвященные боевые братья.

В свете подобных размышлений становилось более понятным решение Наберия провести стремительный локальный штурм Железного Сталагмита. Владыка ордена надеялся таким образом нанести решающий удар по противнику, избежав при этом вмешательства Падших. В группу быстрого реагирования он включил воинов Крыла Смерти, Первой роты ветеранов, знающих о существовании древних изменников. Кроме того, кордон вокруг цитадели поддерживали бойцы Крыла Ворона, Второй моторизованной роты, готовые перехватить бегущих из донжона отступников до того, как они добрались бы до главных сил Темных Ангелов.

Хороший план, рассыпавшийся в момент, когда враги сбили десантно-штурмовой корабль Наберия.

Из зала вел узкий коридор, где терминаторам пришлось перестроиться в колонну по одному. Возглавлял строй Велиал, в паре метров за ним шел Азраил, дальше — все прочие воины с Меритом в арьергарде. Сенсориумы мало чем помогали бойцам, лишь в общих чертах обрисовывая схему переходов и комнат. По мере удаления от главной палаты планировка донжона все больше напоминала лабиринт. Впрочем, в пятидесяти метрах впереди находилось достаточно обширное помещение, примыкавшее к стене крепости. Великий магистр отметил его в сенсориумной сети как пункт назначения.

— Возможно, там незаметный запасной вход, — пояснил он отделению. — Надеюсь, эта комната — погрузочная площадка для тяжелых грузов.

— Мне одному не нравится, насколько легко все идет? — поинтересовался брат Кадаил. — Мы почти не встречаем сопротивления.

— Не отвлекайся, — велел Азраил, хотя и разделял сомнения терминатора. — Если враги надеются заманить нас в ловушку, то это к лучшему. Они быстро пожалеют о своей дерзости.

Дальше космодесантники шли в молчании. Они миновали несколько складов, почти целиком заполненных ящиками и мешками с провизией. Между ними и прогибающимися полками оставались лишь тесные проходы.

— Сюда свезли немало припасов, — заметил Кадаил.

— Они готовились к худшему, — сказал Велиал.

— Похоже, брат-сержант, мятежники узнали о наступлении задолго до нашего прибытия, — продолжал Кадаил. — Такие запасы нужно собирать неделями.

— Это не аргумент, — возразил сержант. — Отделяясь от Империума, они понимали, что возмездие в той или иной форме неизбежно.

Азраил только краем уха улавливал их разговор, не прислушиваясь, как к нерегулярным вокс-переговорам или докладам других отделений. Его мысли занимали вопросы, которые наверняка пытался решить и Наберий. Будучи великим магистром Крыла Смерти, Азраил полностью осознавал необходимость скрывать правду о Падших от большинства воинов ордена. В ряде случаев он лично возглавлял отряды, которые в решающий момент незаметно захватывали опасных предателей.

Но в прошлом стратегию действий всегда разрабатывал Наберий. Только теперь воин понял, что от него требуется выиграть кампанию, не выходя при этом за жесткие рамки секретности. Обескураживающая перспектива.

Изменения на сенсориуме вернули Азраила в настоящее. Отделение достигло Т-образного перекрестка; из разветвления выходило два более широких коридора, в которых прошли бы плечом к плечу пара терминаторов. Нужное помещение находилось всего в десяти метрах впереди, идущий влево проход примерно через тридцать метров поворачивал вдоль внешней стены.

Внимание командира привлек энергетический всплеск, прокатившийся по соседним комнатам. Еще раньше другие бойцы инстинктивно остановились, заметив то же самое. Сейчас Велиал сделал пару шагов к цели; Азраил же, повернувшись влево, навел оружие на боковой коридор. В диапазоне обычного зрения он ничего не разглядел, но сенсориум выделил оранжевым и желтым цветами силовые кабели, змеящиеся по стенам и внутри них.

Раздалось низкое, неотчетливое гудение. Великий магистр не мог определить его источник — звук доносился с потолка и стен, спереди и сзади.

— Слышите это? Видите что-нибудь? — спросил замыкавший строй Мерит. Терминатор прикрывал тыл отделения, и в его пикт-потоке Азраил заметил тень, медленно ползущую по коридору к Темным Ангелам. — Похоже, у меня какие-то сбои.

— Я тоже слышу, брат, как и все остальные, — ответил Галад.

Темнота оказалась отсутствием питания в сети, но его не отключили, не перекрыли в одночасье. Словно бы нечто двигалось по проводам, поглощая электрический ток. Вскоре перестали работать и сенсориумы, если не считать кратких шумов или редких искр, похожих на далекие звезды.

— Трон Императора, оно… пожирает свет! — воскликнул Мерит.

При всей театральности и немыслимости такого заявления, воин был прав. Когда тень достигла участка, освещенного прожекторами доспеха, — в двадцати метрах от терминатора, — лучи особо мощных люменов как будто наткнулись на черную стену, которая с каждой секундой приближалась на несколько сантиметров.

— Мне открыть огонь, великий магистр?

— Четыре очередью, для проверки, — скомандовал Азраил, изучая другие пикт-потоки.

Мрак надвигался с одной стороны — все прочие направления были свободны.

Резко и громко рявкнул штурмболтер Мерита. Снаряды с визгом промчались по коридору. При попадании в черную завесу огоньки их ускорителей мигнули и исчезли. Болты либо не детонировали вовсе, либо грохот и вспышки утонули в наползающей тени.

— Сержант Даэрон, докладывай, — кратко приказал Азраил, заставляя себя говорить спокойно. — Теризон, как обстановка?

Ему ответили помехи.

— Движение!

Предупреждение Велиала заставило воинов вздрогнуть: следя только за мраком, они запоздали с реакцией на долю секунды. Сержант открыл огонь, и в его пикт-потоке командир мельком увидел развевающуюся рясу и бледное лицо. Миг спустя темноту озарила тройная вспышка разрывов, и тут же на сенсориуме возникло множество сигналов. Все они приближались к Азраилу и Велиалу спереди; позади отделения была только тень.

— Клянусь, там что-то есть, — прошептал Мерит. — Нечто шевелится во тьме.

Мрак пронзал сенсориумы копьем пустоты. Окруженное зримой чернотой, оно вытягивало из мира краски и звуки. В тех зонах, где датчики еще действовали, метки противников утраивались, учетверялись — толпы мятежников хлынули в коридор с нижних и верхних уровней.

Как только в зоне видимости появились новые повстанцы, терминаторы открыли огонь. Спереди и сбоку в них летели трескучие лазерные разряды. Теперь Азраил отчетливо рассмотрел неприятелей: облаченные в рясы с капюшонами, а не в полевую форму, они скрывали лица под волчьими масками, как и солдаты у ворот. Судя по тому, что град болтов сражал не всех, под балахонами мятежники носили броню.

— Очередные еретехи, хулители Бога-Машины, — передал командир остальным.

— Отступники всех видов заслуживают лишь презрения, — отозвался Галад. — Неважно, в чем именно они заблуждаются.

— Зато важно, на что они способны. — Меч Велиала блеснул синевой. — Приготовиться к ближнему бою!

— Великий магистр? — подавленно произнес Мерит. Азраил подумал бы, что космодесантник испуган, но знал, что это невозможно. Впрочем, он понимал тревогу боевого брата: тот стоял уже в десяти метрах от всепоглощающей тьмы, непроницаемой для датчиков. Она казалась бездонной пучиной — пастью, грозящей пожрать весь мир. — Жду приказов!

— Командуй атакой, Велиал. — Азраил вновь открыл огонь, целясь в защищенные шлемами головы врагов. Двое рухнули, третий метнулся обратно в дверной проем. Еще несколько мятежников позади него выпустили по Темному Ангелу шквал лазерных лучей. — Я буду удерживать этот фланг. Мерит, отступай к моей позиции.

— Благодарю, великий магистр, — ответил воин-ветеран и зашагал спиной вперед, целясь из штурмболтера в ползущую к нему волну черноты.

— Гарвил, ко мне! — бросил Велиал, взмахом меча указывая другому терминатору, чтобы тот встал слева.

Силовое поле громового молота искрило, синие блики отражались от проводов и арматуры на стенах.

Два космодесантника двинулись вперед плечом к плечу. Велиал стрелял короткими очередями из штурмболтера, Гарвил отражал щитом прерывистые лазерные разряды.

Ослепительно яркий сгусток плазмы, с воем пронесшийся по коридору, зацепил наплечник сержанта и взорвался голубоватым гейзером. Терминатора и стену за ним захлестнула раскаленная материя.

5

Индекс даты: 887939.М41#1441

— Огонь на подавление! — рявкнул великий магистр.

Кадаил, прицелившись, несколько секунд подряд выпускал очереди болтов, давая ошеломленному сержанту время оправиться от попадания плазмы. Горстка еретехов отступила под пламенным ураганом снарядов.

Авточувства брони Азраила уловили тяжелые шаги позади, и он узнал поступь Мерита. За десять лет совместных битв с подключением к общей сети воины так превосходно изучили друг друга, что не только чувствовали эмоциональное состояние товарища, но и разделяли его восприятие окружения. Усилием воли командир закрылся от тлетворного беспокойства, излучаемого собратом.

— Вероятно, тень — какое-то антитехническое импульсное поле, — сказал он, пытаясь успокоить Мерита.

Заметив движение, Азраил выстрелил влево, и под очередью из штурмболтера дверной проем разлетелся тучей каменных осколков.

— Разумеется, великий магистр, — без всякой уверенности отозвался ветеран. — Пожалуй, так и есть. Ничего загадочного или сверхъестественного.

По коридору разнесся грохот от удара громовым молотом Гарвила, затем более пронзительный треск силового меча Велиала и оборвавшийся крик. Меж тем Азраил израсходовал магазин.

— Обмен позициями, — велел он Мериту. — Сдерживай их.

Терминаторы повернулись спиной к спине, как единый механизм; теперь ветеран мог беспрепятственно обстреливать еретехов. Великий магистр оказался лицом к наползающей тьме. Перезаряжая оружие, он внимательно рассматривал волну черноты. При виде нее непросто было оставаться бесстрастным: непроглядный мрак как будто излучал угрозу.

Тень не отображалась на сенсориуме, и Азраилу пришлось самому определять расстояние до нее. Семь с половиной метров.

В пикт-потоке Гарвила сверкнул новый плазменный шар. Ножные латы не выдержали попадания, и космодесантник выругался, рухнув на одно колено. Кадаил, немедленно подступив к боевому брату, ударом силового кулака отшвырнул еретеха, бросившегося на Темных Ангелов с зазубренным топором.

Великий магистр, стараясь не отвлекаться, пристально рассматривал край темной тучи в том месте, где она касалась стены. По размерам слепого пятна на сенсориуме Азраил понял, что «поле» — чем бы оно ни было — пронизывает феррокрит и на несколько метров углубляется в соседние комнаты.

Он выстрелил из гранатомета. Снаряд по дуге понесся вперед и исчез в тени, но через две секунды командир услышал тишайший звук, подобный вздоху из глубин черноты.

Велиал, срубив очередному неприятелю голову в шлеме, доложил:

— Проход к цели зачищен, великий магистр.

Сержант и Кадаил достигли дверей в обширное помещение, в котором, как надеялся Азраил, размещались грузовые лифты. Насколько он мог судить по сенсориуму, другого выхода из зала не имелось. Еретехи, кажется, не особенно мешали терминаторам добраться до него — возможно, противник знал, что воины застрянут там и пожиратель энергии настигнет их.

— Удерживать позицию, — выпустив в тень-стену веер гранат, Темный Ангел побежал к ней, паля на ходу из штурмболтера, — пока я не вернусь.

Он коснулся черноты силовым кулаком на вытянутой руке. Сверкнули тревожные руны, в доспехе раздался оглушительный визг перегруженных систем. Многоярусное кристаллическое ядро реактора менее чем за секунду повысило выходную мощность до ста пятидесяти процентов, компенсируя внезапную потерю питания.

Азраил почувствовал, что замедляется — сервоприводы и искусственные мышцы тактической дредноут-брони отключались по мере того, как тьма вытягивала из них энергию. Мрак, словно вампир, присосался ко всем устройствам доспеха: сенсориум, двигательная система и комплекс жизнеобеспечения быстро отключились друг за другом.

На миг и еще на мгновение великого магистра окутало ничто. Обратная связь с броней пропала, но он чувствовал запах пота и вкус металла внутри шлема. Красные линзы в сантиметрах от переносицы, с которых исчезли ретинальный дисплей и показания сенсориума, теперь отражали глаза Азраила.

Космодесантник ощущал себя калекой; разъемы и гнезда «черного панциря», соединявшие его с доспехом, засели в плоти кусочками косного металла. Боли не было, но их холод резко контрастировал с теплотой тела.

Как и рассчитывал воин, по инерции он пронесся вперед и через две секунды после входа в тень выскочил из нее с другой стороны.

Свет и звук внезапно вернулись, ослепив и оглушив магистра ордена. В конечности брони вновь хлынула энергия, и надрывный вой приводов показался воину пением горна. Выпущенные им болты и гранаты взорвались в паре шагов впереди, на замысловатой конструкции из проводов и металлических деталей, высотой в полтора метра и шириной чуть уже коридора.

За устройством, которое продолжало неторопливо ползти вперед на стальных гусеницах, стояли три еретеха. Терминатор увидел, что их глаза под волчьими масками шлемов расширились от страха. Предатели потянулись за длинноствольными пистолетами, висящими в кобурах под рясами.

Космодесантник выстрелил. Первый снаряд попал в лицо ближайшему еретеху, женщине; визор изменницы с пронзительным визгом разлетелся на раскаленные осколки, ее саму отбросило назад. Второй противник начал пригибаться, но два болта, попавшие ему в макушку, разнесли голову изнутри. Капюшон отчасти сдержал ударную волну, и, пока убитый падал, содержимое раздробленного черепа стекало по грубой ткани одеяния.

Третий даже не шелохнулся, когда снаряд прожужжал у него над плечом. Ствол его пистолета, как успел заметить Азраил, оканчивался странным самоцветом вроде рубина, а не дулом или фокус-линзой. Миг спустя искра не крупнее ногтя впилась в нагрудник терминатора.

Крошечный разряд пробил несколько слоев металла и керамита, вскрыв кирасу, словно взмах молниевого когтя. Жгучая боль пронзила грудную мышцу Темного Ангела; он отшатнулся, но сумел нажать на спуск, и два болта врезались в торс еретеха. Пара ярких взрывов взметнула в воздух клочья рясы и окровавленные чешуйки брони.

Рана в груди Азраила тоже кровоточила, но недолго — ее закрыл сгусток из слипшихся модифицированных клеток.

За теневым генератором находились еще несколько еретехов, однако корпус машины перекрывал им секторы обстрела.

Напрягшись, великий магистр уперся плечом в лобовую металлическую пластину устройства. Гусеницы завизжали и заскребли по жесткому полу; рычащие моторы боролись со жгутами могучих псевдомускулов терминаторского доспеха. Медленно, но неудержимо машина толкала космодесантника по феррокритовому покрытию. Зафиксировав скольжение, когитаторы выпустили из подошв сабатонов мнемостальные шипы, которые пробороздили камень и крепко впились в феррокрит.

Рокот двигателей теневого генератора сменился громким визгом. Заглянув за бронещит, Азраил увидел, что мятежники в рясах карабкаются на силовую установку и кожухи гусениц. С лязгом магнитного зацепа он закрепил штурмболтер на наголеннике и ухватился освободившейся рукой за низ лобовой пластины.

— Усилить сервоприводы, — скомандовал воин доспеху.

Тот отозвался мгновенно: гудение кристаллического реактора переросло в пульсирующее жужжание. Временный приток энергии хлынул в спинные гидравлические системы и конечности брони.

Выпрямив ноги в коленях, терминатор начал поднимать машину за переднюю часть. По мере того как траки отрывались от пола, ему становилось все проще бороться с тягой моторов. Взревев, Азраил рванул дьявольское устройство вверх и, повернув его, сбросил залезших на корпус мятежников.

Под стоны рвущегося металла великий магистр опрокинул громоздкий теневой генератор на горстку технокультистов. Тела одних отступников расплющились в кровавое месиво на неподатливом полу, других зажало между крутящимися гусеницами и стеной. Рясы, руки и ноги еретехов затягивало в ведущие колеса, размалывающие кости и плоть.

Космодесантник толкнул устройство вперед, словно таран. Тяга моторов уже не противостояла мощи доспеха, и Азраил побежал, давя неприятелей перевернутой машиной. За необычным генератором поля следовало немало повстанцев, и все они едва успевали завопить или панически вскрикнуть при виде громадины, что неслась на них, как потерявший управление тяжелый погрузчик.

Через двадцать метров и пару дюжин сокрушенных врагов устройство врезалось в стену на пересечении коридоров, вмяв еще троих культистов в блоки крошащегося феррокрита. Из теневого генератора посыпались искры, лопнувшие маслопроводы изрыгнули пламя. За считанные секунды адское устройство охватил зеленый огонь.

На заработавшем сенсориуме великий магистр увидел, что его товарищи осаждены с трех сторон. Модуль сканирования отображал их маячки как островок светлых пятен в море неприятельских сигналов. Толпа мятежников заполняла не только коридор, пустовавший еще полминуты назад, но и помещение, бывшее целью терминаторов. Очевидно, у еретиков имелись какие-то другие способы попасть на первый этаж.

Дальше на схеме виднелись бойцы Крыла Смерти — отделения Теризона и Каролуса, приближавшиеся со стороны главного зала. Воины Даэрона оставались вне радиуса обзора.

— Даэрон, доложить обстановку, — Боксировал Азраил, возвращаясь к отделению Велиала.

— Отбили пару атак. Ничего серьезного, великий магистр. Думаю, они просто пытаются задержать нас.

— Генератор щита цитадели еще действует. Соединись с Каролусом и найди источник питания. Даю вам пять минут на отключение барьера.

— Вас понял, великий магистр. Будем искать, куда ведут кабели энергосистемы донжона.

6

Индекс даты: 887939.М41#1444

В центральном коридоре, куда вернулся Азраил, царил истинный хаос. Наступающие еретехи прорывались через залпы терминаторов, и на обоих флангах бушевал свирепый ближний бой. Велиал неутомимо и метко разил врагов клинком. Вопли и взвизги мятежников смешались с треском разрядов и грохотом силовых кулаков, любой удар которых разрывал тела неприятелей.

Технокультисты пытались уничтожить космодесантников всевозможным оружием — от простых монтировок до жужжащих цепных мечей и окруженных энергополями когтей на механических щупальцах. Многие из них были наделены внушительными бионическими протезами и аугментациями в виде рук-поршней или же дополнительными конечностями, метающими клинки в Темных Ангелов.

Коридор был забит трупами, и у терминаторов почти не осталось места для маневров. Каждый фланг удерживали два воина, поэтому Азраилу никак не удавалось продвинуться вперед. Выпустив несколько болтов, он прикончил еретехов с искрящими дуговыми резаками и лазерными дрелями, в буквальном смысле висевших на броне Мерита и Гарвила.

— Велиал, Кадаил, протолкнитесь мимо двери, чтобы я мог зачистить вход, — скомандовал великий магистр, шагая к сержанту. — Гарвил и Мерит, отступайте на новую позицию.

Срубив голову очередному врагу, Велиал начал давить толпу в сторону, полагаясь на массу доспеха. Кадаил пробил силовым кулаком тела двух культистов, выскочивших из помещения, и скосил очередью снарядов еще одну группу внутри него. Натиск еретехов ослаб, и воин последовал за своим сержантом, продолжая палить из штурмболтера. Путь к двери был свободен.

Азраил на секунду задержался у порога, оценивая обстановку. На полу перед ним валялись десятки мертвых врагов; ободранные и расколотые плиты были покрыты лужами крови и беспорядочно разбросанными конечностями. Как и предполагал великий магистр, дальнюю стену целиком занимали ворота, укрепленные брусьями метровой толщины и запертые сцепкой массивных шестерен. Погрузочная площадка была уставлена грудами ящиков и контейнеров. Укрываясь за ними, повстанцы метали гранаты и стреляли в космодесантника. У воина по-прежнему ныла грудь после попадания странного разряда, поэтому, атакуя в ответ, он выбирал противников в самых вычурных одеяниях. Считая их вожаками, Темный Ангел предполагал, что они владеют таким же необычным оружием. Болты цепляли края бочек и упаковочных клетей, щепки и металлическая стружка взметались посреди вихря осколков разрывных снарядов.

Слева располагались два открытых грузовых лифта, способных вместить трех или четырех терминаторов каждый. Не идеальный, но приемлемый вариант. Определенно лучше лестницы.

— Отделение Велиала, ко мне. Поднимаемся. — Великий магистр переключился на вокс-канал роты. — Жду докладов! Даэрон, генератор щита обнаружен? Теризон, где ты находишься? Валтасар, главные ворота захвачены?

— Двумя уровнями ниже мы нашли источник энергии, великий магистр. Возможно, это генератор. Через девяносто секунд будем там.

— У вас есть шестьдесят, — ответил Азраил.

— Главный зал на первом этаже и подходы к нему зачищены, брат-капитан. Три отделения пробиваются по флангам к Даэрону и Каролусу. Подъемники и лестница внутри охраняемого периметра. В других точках входа работают огнеметчики.

— Ворота наши, владыка, но Четвертая рота продвигается с трудом. Противник вышел из боя с Третьей и атакует отряды магистра Шеола на юго-западном направлении. Мы окружены, и долго здесь оставаться нельзя. Магистр Надаил предлагает повести Третью на помощь Шеолу, чтобы ускорить наступление.

— Нет, для полномасштабного штурма еще не время, — резко ответил Азраил и вновь поменял вокс-частоту. Подступив к ближайшим еретехам, он смял в силовом кулаке стальные трубы, за которыми пригибались враги, и расстрелял тех двумя короткими очередями из штурмболтера. — Шеол, тебе хватит двух минут, чтобы прорваться к стенам?

— У них тут бункеры для вылазок и передвижные танковые ловушки, не обнаруженные предварительным сканированием. Усиливается перекрестный огонь, — доложил капитан Четвертой роты. — Мы можем добраться до цели в срок, но потери составят десять или даже пятнадцать процентов.

Азраил хотел досадливо выругаться, но вспомнил, что теперь общее командование на нем. В изначальные планы ордена не входило тщательное изучение и последующий штурм Железного Сталагмита: это обошлось бы слишком дорого при сомнительных выгодах, ведь пара рот могла сдерживать любые угрозы, просто осаждая крепость. Операция по возвращению останков Наберия и знамени Темных Ангелов, при всей ее важности для боевого духа братьев, уже казалась ему сомнительным предприятием.

— Если за шестьдесят секунд не добьетесь успеха, возвращайтесь на прежние позиции, — велел он.

Шагнув вправо, капитан присоединился к Велиалу и Мериту, которые вошли в погрузочный зал. Построившись цепью, три терминатора смели огнем всех, кто преграждал им путь к лифтам. Командир вновь переключился на канал Крыла Смерти:

— Валтасар, если в течение минуты Четвертая не подойдет к воротам, вместе с другими отделениями на охране периметра отступайте в цитадель.

— Вас понял.

Галад и Гарвил переступили порог и двинулись вправо, стреляя на ходу. Кадаил удерживал еретехов у входа.

Раздался звонок, двери одного из подъемников начали закрываться.

— Неконтактный подрыв! — отрывисто приказал Азраил системам доспеха и выпустил осколочную гранату в просвет между створками. — Брат Тезалион?

— Да, брат-капитан? — отозвался технодесантник, прикрепленный к отделению Колдераина.

— Найди систему управления лифтами и взломай ее.

— Уже направляемся туда, великий магистр, — заверил повелителя сержант Колдераин. — Мы этажом ниже вас. Через тридцать секунд выполним задачу.

Где-то наверху повстанцы открыли двери подъемника. Прозвучал краткий хлопок, и сенсориум подсветил точку детонации фраг-снаряда.

Азраил прорвался через следующую баррикаду; непрерывно паля из болтера и орудуя кулаком, он не останавливался ни на секунду. Велиал у его плеча прокладывал мечом не менее кровавую тропу.

— Великий магистр, говорит Шеол. До стен не доберемся.

— Понял тебя, брат-капитан. Продолжай атаковать неприятеля на периметре, пока не отступит отделение Валтасара. Затем возвращайся на осадные позиции.

— Лучше бы нам поскорее выбираться отсюда, — заметил Кадаил.

— Не спорю, брат.

Они подошли к неподвижному лифту. Командир уже хотел перейти на частоту Первой роты, чтобы скомандовать сбор у ворот донжона, но заметил почти прямо над собой руну маячка Наберия.

К удивлению воина, сигнал чуть вздрагивал в ритме пульса — слабого и прерывистого, но ощутимого. Их вылазка из операции, теоретически способной укрепить боевой дух, тут же превратилась в спасение живого, дышащего собрата.

Мысли о том, что еретехи оскверняют труп магистра ордена, побуждали Азраила к действию. Вероятность того, что Наберия держат в плену, показалась лидеру Крыла Смерти угрозой его собственной жизни, самой цели его существования. Сердца великого магистра забились чаще, наполняя организм приливом новых сил.

Другие воины отреагировали так же.

— Клянусь Ангелами, магистр ордена жив! — Брат Галад направился к закрытым дверям подъемника, воздев кулак, будто собирался снести их одним ударом.

Остальные терминаторы удивленно восклицали.

— Не понимаю, — сказал Кадаил, — мы же получили подтверждение его гибели.

— От раненого брата, который уже мертв, — напомнил Гарвил.

— Или нет, — произнес командир.

В его кровь хлынули стимуляторы, как гормональные, гак и искусственные. Время словно бы растянулось, мир вокруг обрел особую четкость. Азраила охватила жажда действия, непреодолимое желание рвануться вперед. Сначала он повиновался, но удержался на пороге открытой кабины. Заставляя себя критически оценить ситуацию, великий магистр оседлал волну боевой эйфории. Теперь он направлял свой мыслительный процесс, а не бездумно несся в потоке своего сознания.

— Возможно, выжил не только Наберий, но и бойцы из его командного отделения, — пояснил Азраил. Он снова обратился ко всей роте, говоря быстро, но внятно: — Всем сержантам! Параметры миссии изменились. Я с отрядом Велиала эвакуирую верховного магистра Наберия и знамя ордена. Главная цель — захватить и разрушить генератор щита, второстепенная — контролировать лифты. Если удастся выполнить первую задачу, мы телепортируемся из донжона, если нет — вернемся на подъемниках. До моего возвращения командуют сержанты Теризон и Валтасар. Тактические группы организовывать и развертывать по обстоятельствам.

Еретехи, не сумевшие преградить терминаторам путь к лифтам, немного отошли назад для перегруппировки. Несколько изменников продолжали обстреливать Кадаила из дверных проемов и прячась за колоннами в глубине коридора. Откуда-то сверху донесся скрежет цепных передач и ворчание мотора — кабина во второй шахте возвращалась в погрузочный зал.

— Тезалион, ты перехватил управление?

— Никак нет, великий магистр. Я еще не подключился к пульту.

Азраил указал на двери спускающейся клети, и отделение выстроилось неровным полукругом, подняв штурмболтеры и тяжелые огнеметы. Со скрипом и грохотом подъемник достиг первого этажа.

— Уничтожить все, что там внутри, — приказал Велиал своим бойцам.

Створки шумно раздвинулись, явив громадное создание, которое едва помещалось в кабине. Существо вдвое крупнее терминатора склоняло набок округлую голову, упиравшуюся в потолок клети. Как и прочие еретехи, оно носило темно-красную рясу, покрытую масляными потеками и жжеными дырочками от припоя. Видимые участки темно-серой кожи чудовища покрывала длинная жесткая шерсть. Под шипение пистонов тварь пригнулась и вытянула обезьяньи руки, готовясь к прыжку на сержанта. Из ее оскаленной пасти торчали клыки длиной с палец.

Оглушительно прогремел залп из штурмболтеров. Десяток снарядов, поразивших гиганта за пару секунд, изрешетили ему грудь и лицо, почти оторвали голову.

Громадное тело вывалилось из лифта. Разбитая чаша черепа с вытекающими мозгами шлепнулась на феррокрит в считанных сантиметрах от сабатонов Велиала. Растоптав ее, терминатор вонзил меч в позвоночник создания.

— Для верности, — объяснил он братьям, извлекая клинок из рассеченного хребта.

Пока Мерит оттаскивал тушу в сторону, командир изучил нутро кабины. Металлическое покрытие было усеяно рытвинами от осколков гранаты Азраила, на пороге виднелись брызги свернувшейся крови. Воин отметил странную деталь: в углу лежало до нелепости целое ухо.

— Великий магистр, говорит Тезалион. Управление подъемниками перехвачено. Куда хотите отправиться?

7

Индекс даты: 887939.М41#1452

По шахте лифта разносился лязг цепей, сопровождаемый визгом древних механизмов. Азраил старался думать о чем-то еще, кроме пульсирующего сигнала Наберия всего в нескольких десятках метров над ними. Точное местоположение маячка на схеме скрывалось в размытом пятне энергетических откликов и меток живых существ; очевидно, на верхних ярусах донжона кипела какая-то тревожащая активность.

— Мы свершим воздаяние, великий магистр, — заверил его Велиал.

Необычно было находить успокоение в словах подчиненного, но Азраил все равно внял ему. Сержант неизменно излучал уверенность, четко говорил и действовал. Превосходные качества для лидера.

— Велиал, ты когда-нибудь думал о чине магистра? Если Наберий погиб, орден ждут перестановки. Я бы с радостью выдвинул тебя в командиры роты.

— Тщеславие отвлекает от долга, великий магистр.

— Мы живем, чтобы служить, сержант. Возглавлять братьев — не только честь, но и обязанность.

— Если мне поручат командование, я не стану отказываться. Но искренне могу сказать, что не жажду повышения. Мне подойдет любая роль, в которой я буду полезен ордену.

Они поднялись на пятьдесят метров. Теперь кабина слегка раскачивалась; свободного пространства наверху стало меньше, и лязг цепей звучал громче.

— А вы желаете руководить, великий магистр? Стремитесь командовать? — Вопрос Велиала прозвучал тихо, уважительно и совершенно неожиданно.

Азраил помолчал секунду, подбирая нужные слова.

— Нет, брат, Я рожден для этого.

Проскрипев еще пару десятков метров, лифт доставил воинов на этаж, где сигнал Наберия был сильнее всего. Сержант потянул вбок тормозной рычаг, и клеть, содрогнувшись, остановилась. На сенсориумах сливались воедино тепловые, световые, шумовые отклики. Из очертаний силовых кабелей и люменов, систем жизнеобеспечения и панелей управления дверьми в инфопотоке сформировалась скелетная модель небольшого тамбура перед просторным залом. Через двадцать метров изображение размывалось, но пульсации маячка на броне магистра ордена неодолимо манили к себе.

— На то воля Льва, — произнес Азраил, нажимая руну у выхода. Со скрипом раздвинулись створки.

Вестибюль примерно десятиметровой длины оказался немногим шире кабины. В отличие от всего комплекса, обставленного аскетично, в военном стиле, эта прихожая была пышно украшена. На потолке сверкала люстра, сабатоны великого магистра утопали в толстом ковре.

За баррикадой из деревянных скамей и столов укрывались два десятка отступников. Среди них Азраил заметил и еретехов — таких же, как те, что атаковали воинов на первом этаже, — и солдат, товарищи которых обороняли внешние укрепления Железного Сталагмита.

В открытую кабину хлынул яростный поток выстрелов. Пули и лазерные лучи рикошетили и шипели, врезаясь в доспехи терминаторов или стены. Шагая навстречу буре, великий магистр выпустил очередь болтов в перевернутую столешницу прямо перед собой и разнес на куски троих повстанцев.

Из-за спины командира открыл огонь Велиал. Его снаряды превратили какой-то диван в груду щепок и клочья обивки; окровавленные тела врагов, прятавшихся за мебелью, сползли по обоям пастельного цвета.

В дальнем конце вестибюля распахнулись двери; укрываясь за их рамой, новые противники обстреляли воинов. Азраил ответил длинной очередью из штурмболтера — каждый разрывной снаряд обращал участок оштукатуренной стены в пыль, пробивая ее насквозь в смертоносных фонтанах щепок и осколков кирпичей.

Пронзительный скрежет сообщил о прибытии второго лифта, и секундой позже остальные бойцы Велиала ворвались в тесный проход, безошибочно наводя оружие на бунтарей. Хотя болты прочертили пламенные следы в сантиметрах от сержанта и великого магистра, случайные попадания им не грозили.

Доверив зачистку тамбура боевым братьям, Азраил без промедления направился ко входу в зал. Широко шагая, он подошел к порогу, где лежали грудой тела пяти солдат. Еще один мятежник попытался ударить терминатора створкой двери, но тот выбросил вперед силовой кулак, и деревянная панель разлетелась ворохом острых лучин, пронзивших лицо и горло врага. Раненый отшатнулся с криком, захлебываясь кровью.

Дальше начиналась темнота. Лишь на созданной сенсориумом проекции великий магистр увидел, что помещение тянется не меньше чем на сотню метров в направлении центра донжона. Палату окружал лабиринт небольших комнат и коридоров — отдельных кабинетов, складов и служебных проходов.

В центре всего этого яркой звездой сиял сигнал Наберия, манивший Азраила подобно пению сирены. Космодесантник почти не замечал ни повстанцев, что занимали позиции с обеих сторон зала, ни шквального огня, высекающего искры из доспеха.

Включив прожекторы брони, он залил помещение ослепительным светом. Закрываясь от сияния, мятежники стали уязвимыми целями, и великий магистр непрерывными очередями скосил десяток врагов за несколько секунд.

По стенам и потолку зала ползли кабели и трубы, похожие на щупальца; на полу они сплетались змеиными кольцами. Из вентиляционных решеток-ртов вырывались клубы пара и газов, мерцающие цветные индикаторы словно бы смотрели на Азраила из витков полуорганических устройств.

Пройдя еще несколько шагов, терминатор осветил то, что скрывалось в глубине зала. Увиденное заставило воина оступиться.

Наберий висел в разбитом доспехе, пронзенный во множестве мест паутиной из железных шипов и ребристых трубок. Внизу, на забрызганных кровью клубках, лежали его шлем и сломанное древко знамени ордена. Полотнище стяга, обгоревшее и грязное, покрывало вздымающуюся полумеханическую массу. Его открытые глаза казались белыми на маске лица, багряной от длинной кровоточащей раны на лбу. С головы космодесантника черными слезами стекала блестящая маслянистая жидкость. Верховный магистр непрерывно шевелил губами, безмолвно повторяя какие-то слова.

Он был окружен технокультистами в волчьих масках, поднятых над запавшими глазами и выступающими скулами. Перед полутрупом Наберия стоял, раскинув руки, еретех в золотой рясе — очевидно, вождь. С его лысеющей головы спадали нити седых волос, доходившие почти до пояса. В одном кулаке он сжимал змеевидный посох с навершием в форме шестерни, в другом — кинжал с тремя переливчатыми клинками, которые извивались как живые.

Поглощенные ритуалом, изменники не обращали внимания на буйство насилия вокруг них, даже когда в зал вошли новые воины Крыла Смерти и предателей накрыл почти несмолкающий ураган болтов, что повергали в прах людей и машины. Вместе с остальными Азраил открыл огонь по главным культистам. Полыхнув двигателями, его снаряды понеслись к целям, но замерли в метре от них. Болты висели в воздухе, пока не выгорело топливо, после чего со стуком посыпались на пол.

Техномаги не оборачивались.

Ужасная картина настолько захватила Темного Ангела, что он едва заметил всплеск сигналов на сенсориуме. Справа от него, за одним из дверных проходов, возник нематериальный круговорот тошнотворных цветов, в центре которого неистово вертелись звезды. В глубине вихря материализовались громадные воины; пока они выходили из бреши в реальном пространстве, с их брони слетали искры энергии.

Создания, не уступавшие в размерах бойцам Крыла Смерти, были легионерами-изменниками в терминаторских доспехах типа «Катафракт», созданных еще до основания Империума. Среди вычурной золотой отделки и некрашеных заплат из металла и керамита виднелись участки иссиня-черного, полночного цвета. По броне ползали разряды молний, словно пойманные в слое эмали.

Повелители Ночи — деспотичные приспешники темных сил, вдохновители мятежа на Рамииле.

Верные и предавшие воины разом открыли огонь в блеске прожекторов. Снаряды комбиболтеров и штурмболтеров, разминувшись на лету, высекли пучки искр из стен и доспехов. Над точками попаданий взмывали осколки керамита, и неприятели продолжали обмениваться залпами в упор.

Обстреливая вероломных Астартес, великий магистр по-прежнему надвигался на технокультистов. За ним следовал Велиал со своими бойцами.

Слева донесся басовитый рык, и находившееся там отделение Повелителей Ночи расступилось, как штормовое море. Из пульсирующего за их спинами варп-портала появился угловатый силуэт. Нечто даже более крупное, чем терминаторы, затмило собою свет, и пол задрожал под равномерными грузными шагами.

С металлическим скрежетом дредноут прорвался через завесу реальности и замер на пороге двери в зал. Громадный бронированный шагоход заполнял собою проем. Его центральный саркофаг украшало рельефное изображение скелета с крыльями летучей мыши и сложенными на ребрах руками. Зловещая фигура казалась насмешкой над образом Ангела Смерти, очень часто встречавшимся в символике ордена Азраила.

Дредноут был вооружен двумя молниевыми когтями-косами, окруженными алым силовым полем. Оно бросало кирпично-красные отсветы на корпус шагохода, увитый электрическими разрядами. Гигант вошел в зал; удивительно, но полумашина выглядела сгорбленной, будто бы с трудом удерживала равновесие. Остановившись в паре метров от группы еретехов, она испустила пронзительный механический вопль — крик безумной ярости, разнесшийся по всему помещению.

Стоявшие позади нее изменники накрыли Темных Ангелов залпами болтеров и ракетных установок. С другой стороны зала продолжали обстрел терминаторы-катафракты, и верные Астартес попали под перекрестный огонь. Дредноут, что возвышался над Азраилом, пошел в атаку, размахивая мерцающими лезвиями кос.

Великий магистр кое-как уклонился от первого когтя, но слишком громоздкий доспех не позволил ему увернуться от второго. Потрескивающий разрядами клинок глубоко пробороздил наплечник и украшающий его почетный знак Крукс Терминатус.

Схватив проносящееся мимо оружие силовым кулаком, Азраил сомкнул пальцы огромной латной перчатки на сетчатых сочленениях. Под шипение и вой борющихся сервоприводов шагоход попытался выдернуть конечность; нанести удар другой косой ему мешал собственный корпус. Упершись когтистыми лапами в каменный пол, он выпустил острые стопоры и закрепился на месте. Из вычурно отделанных выхлопных труб ринулись струи пара, дредноут развернулся в поясе и протащил космодесантника в направлении катафрактов.

Мерит и Кадаил бросились на предателей, орудуя силовыми кулаками. Гарвил, последовав за ними, первым ударом громового молота попал отступнику в грудь, и Повелителя Ночи сотряс взрывной разряд энергии.

Велиал с силовым мечом в руке прошел мимо великого магистра, стреляя из штурмболтера по отделению изменников слева. Обнаружив приближение врага, шагоход с металлическим ревом выбросил в его сторону коготь-косу, но не зацепил сержанта. В ответ воин Крыла Смерти ударил гиганта мечом по ноге; посыпались искры, защитные пластины пересекла глубокая рытвина.

Клинок Велиала еще дважды лязгнул по толстой броне. Обоих ударов хватило бы, чтобы сразить человека, но боевой машине они не слишком повредили. Дредноут зарычал и отшатнулся, вновь стараясь разрубить сержанта силовой косой. Второй коготь он вращал и дергал на себя, но Азраил не разжимал хватку.

Шквал болтов от главной двери возвестил о прибытии отделения Валтасара. На рокот штурмового орудия Манаила ответили частые выстрелы автоматического «Жнеца» в руках одного из предателей, и зал наполнился визгом проносящихся снарядов.

— Тебе приказали уничтожить генератор щита, сержант! — резко бросил Азраил, меняя стойку.

Отказавшись от прежней тактики, шагоход теперь наваливался всем корпусом на космодесантника, рассчитывая повергнуть его наземь.

— Вы передали мне командование, великий магистр, — напомнил сержант. Его бойцы рассредоточились, продолжая вести ураганный огонь по Повелителям Ночи в силовой броне. — Генератором занимается Теризон с тремя отделениями. Устройство будет разрушено в течение минуты. Так как вы не отвечали на вызовы, я решил идти к вам на помощь.

Азраил только сейчас осознал, что вокс-сеть молчит уже две минуты. Он не замечал этого, излишне сосредоточившись на спасении Наберия. Сенсориум работал, но внешние края экрана сканирования мелко дрожали — еретехи каким-то образом наводили помехи на датчики.

— Ослабьте его, великий магистр! — крикнул Велиал, оказавшийся позади дредноута.

Мгновенно повиновавшись, Азраил выпустил косу шагохода, нырнул у него под плечом и впечатал силовой кулак ниже реактора, в менее прочную броню. От первого удара керамит треснул и раскололся, от второго — полностью рассыпался.

Взревев, гигант выдернул стопоры из пола и развернулся. Его коготь не задел великого магистра, но сочлененная рука врезалась Темному Ангелу в грудь, и воин с грохотом рухнул навзничь. Боевая машина Повелителей Ночи подступила к нему, занося лапу для повторной атаки.

Перехватив меч двумя руками, Велиал всадил его в брешь от силового кулака Азраила. Дредноут спазматически задергался: клинок, войдя во внутренний саркофаг, пронзил телесные останки космодесантника-предателя.

Коса вновь обрушилась на великого магистра, но выпад получился не идеально точным — конечности шагохода сотрясались в ритме последних судорог управлявшего им изменника. Темный Ангел вскинул силовой кулак, и коготь скользнул по его тыльной стороне. Два энергетических поля столкнулось в ослепительной вспышке. Острие клинка, углубившись в разбитый наплечник Азраила, засело в мышце.

Дредноут в последний раз вздрогнул и застыл.

— К еретехам! — рявкнул великий магистр, когда Велиал обошел гиганта, чтобы помочь командиру. — Наберий важнее всего.

Отделение Валтасара, продвинувшееся до середины зала, прикрыло Азраила огнем, и тот вытянул косу шагохода из раненного плеча. Потекла кровь, от боли у воина сжались пальцы. Перекатившись набок, он неуклюже поднялся с пола в громоздком доспехе.

Бойцы Велиала увязли в сражении с катафрактами: два Повелителя Ночи уже лежали замертво, но погиб и Кадаил. Его броня была вспорота от груди до горла, тело под ней превратилось в месиво из обрывков плоти и раздробленных костей.

Добравшись до кольца технокультистов, сержант осыпал градом ударов невидимую стену вокруг них. Со стороны он напоминал помешанного, избивающего воздух. Подойдя к собрату, великий магистр обрушил кулак на вождя отступников. Рука остановилась в полуметре от цели, встретив сопротивление необъяснимой силы, которая постепенно замедляла атаку, а не мгновенно прерывала ее. Отводя конечность, Азраил как будто тащил увесистый груз.

— Великий магистр!

Крик Валтасара заставил командира взглянуть на сенсориум. В одном из пикт-потоков был виден побежденный дредноут, позади которого вспыхнул и с треском начал расширяться энергетический вихрь.

— Не сработает, сержант, — сказал великий магистр Велиалу, который двумя руками обрушивал меч на незримую преграду.

Отступив на шаг, Азраил внимательно осмотрел зал в поисках решения. Бойцы Валтасара оттеснили Повелителей Ночи на левом фланге, но изменники сдерживали Темных Ангелов шипящими выстрелами из мелтагана, способными прожечь даже терминаторскую броню. Мерит и Гарвил отходили под натиском новой группы катафрактов. Учитывая, что уже открывался следующий портал, битва определенно складывалась не в пользу Крыла Смерти.

— Напрямую не пробиться, — проговорил великий магистр вслух, чтобы сосредоточиться. Он выпустил гранату по дуге, метя в центр круга еретехов, но снаряд, как и болты до него, остановился в воздухе. После детонации осколки полетели вовне, отраженные защитным барьером. — Сверху тоже…

Взгляд Азраила вновь упал на изможденное лицо Наберия. Космодесантники на мгновение встретились глазами, и в тот момент великий магистр увидел… пустоту. В полутрупе с мертвым взором не осталось ничего от воина, которого помнил командир Крыла Смерти. Ощутив холод его отсутствующего взгляда, Азраил осознал всю гнусность деяния технокультистов.

— Он не выжил, — сказал великий магистр Велиалу, изучая кабели и трубки, что удерживали их повелителя над полом. — Не по-настоящему. Враги поддерживают существование тела, вот и все.

— Нас ждал капкан с приманкой, и мы охотно шагнули в него, — подытожил сержант, придя к тому же заключению.

— Наберий воздаст им и после смерти, — сурово произнес Азраил. — Вокс-захват, код «Авангард-четыре-восемь-альфа».

«Вокс-захват подтвержден», — отобразилось на дисплее воина.

— Приоритет действующего командира. Подготовиться к передаче на объект «Альфа». Код «терминус».

Фокус сенсориума переместился на пульсирующую точку жизненных показателей Наберия.

«К передаче кода "терминус" готов», — машинный дух терминаторского доспеха непрерывным гудением подтверждал приказы Азраила.

— Выполнять.

Реактор брони верховного магистра перегрузился всего за три секунды — так быстро, что еретехи ничего не успели понять. Только что культисты окружали кольцом свой трофей, уверенные, что археотех и союзные Повелители Ночи защитят их от врагов. Миг спустя жертва отступников исчезла в огненном шаре, испепелившем все и вся в радиусе трех метров.

В пламени детонации ядра плоть рассыпалась прахом, рясы сгорели бесследно, а отражающие доспехи превратились в стекловидный шлак. Невидимый щит мгновенно рухнул, и Велиала с Азраилом омыли потоки жара и света — последние отголоски ударной волны.

С гибелью еретехов отключились и вокс-подавители. Ожившие каналы связи наполнились какофонией сигналов, один из которых звучал настойчивее прочих:

— …наведение по вашим координатам. Готовы к телепортации. Великий магистр Азраил, «Кающийся воин» ждет распоряжений. Завершили наведение по вашим координатам. Готовы к…

— «Кающийся воин», говорит Азраил! Немедленно эвакуировать все отделения Крыла Смерти в стандартной последовательности.

Переступив через останки технокультистов, Темный Ангел вытащил измазанное золой знамя ордена из-под трупа их вождя. Уцелело меньше квадратного метра полотнища, фрагмент с расправленными перьями белого крыла. И все же этого хватило: штандарт не погиб. Символизм здесь был очевиден.

— Отделения, приготовиться к переносу!