Началась суета, а я стояла посреди дороги и думала о том, что фанатики в лесу обречены на смерть, и им нужно помочь. Пусть они сами не попросили помощи, но я не могла оставить их в беде. Они шли за мной на верную смерть с голыми руками.

– А еще есть места? – металась я от машины к машине, выискивая свободные места. Если потесниться, думаю, что влезут и фанатики.

Вскоре кортеж развернулся, и мы вновь оказались в лесу. Я сразу подошла к старику. Умолять пойти за мной не собиралась. Просто хотела поговорить. Устроилась на траве в позе лотоса и посмотрела в его затуманенные возрастом глаза.

– Есть убежище. Оно находится в подземелье разрушенной церкви, – я не зря упомянула святыню, надеясь, что это сыграет свою роль. – Там есть все для существования. В лесу вы долго не протянете. Осень. Скоро настанут холода. Жизнь в палатках станет невыносимой.

Будто в подтверждение моих слов прохладный порыв ветра взъерошил волосы, заставляя поежиться.

Старик долго молчал, не отводя от меня взгляда, словно сканировал на ложь. И тогда в разговор вмешался священник, который привел меня в общину. Максим положил руку на плечо старца и заговорил:

– Она права. Здесь мы погибнем. Все равно придется уходить. А куда идти? Нас убьют по пути или просто вымрем от голода в дороге.

Максима народ поддержал сразу. Их изнеможенные лица жаждали покоя и комфорта. Только старец отрицательно качал головой.

– Она нас бросила. Мы лишились большинства, – прокряхтел он.

Наверное, нужно было начать оправдываться и рассказать историю о том, как попала в бункер, но мне настолько не хотелось это делать, что я молчала. Казалось, что если вымолвлю еще хоть слово, будет похоже на то, что я унижаюсь. Умоляю их пойти. Я поднялась на ноги и скрестила руки на груди.

– Нам пора ехать.

Перед глазами стояло бледное лицо Ильи, в клочья разрывая сердце. Я могу не успеть. Вдруг с ним что-то случится, пока меня нет? Слепо доверять Ане я уже не могла.

Я пошагала к машине, и Элвис завел мотор.

– Мы с тобой! – крикнул Максим, и люди побросали палатки, выстраиваясь у автомобилей. Только старец не сходил с места, но остальные на него даже не смотрели. Инстинкт самосохранения порой сильнее веры.

И вот все места уже были заняты, и я сидела на переднем сидении. С надеждой смотрела на старика. Не упрямься уже! Я не стану уговаривать!

Машина тронулась с места, а он нет. Может, стоит засунуть гордость куда подальше и попытаться уговорить его?

Но я просто отвернулась, чтобы не видеть его последнего взгляда. У каждого есть выбор, и старец его сделал.

Мы выехали на трассу, и я расслабилась. Потянуло в сон. Я старалась не закрывать глаза, но веки казались свинцовыми, погружая в темноту и покой.

Я встрепенулась от криков. Сначала не поняла, что происходит. Вылетела из машины, с ужасом понимая, что на нас напали. Колонну обстреливали с вертолета и несколько до зубов вооруженных военных вытаскивали людей из автомобилей, расстреливая на месте. Люди Скалы отбивались, как могли. С тесаком в руках Артур резал горло одному за другим, но его одного не хватит, чтобы перебить церберов Эрика. Однажды я уже убивала. Нужно только повторить. Нужно снова решиться ради невинных, которым обещала убежище.

Я выхватила нож у одного из наших, ведь стрелять никогда не умела и бросилась в бой. Автоматные очереди решетили мое неуязвимое тело, превращая одежду в дуршлаг. Я в агонии ярости прыгала на здоровых мужиков, втыкая в их глотки нож, защищая невинные души. Я должна доставить их в убежище любой ценой. Я обещала им нормальную жизнь.

Воздействовать на запахи в бою оказалось сложнее, чем я думала. Было намного проще и быстрее перебить их, как тараканов. Вскоре от крови, что брызгала в лицо, все казалось багровым. Вертолет, из которого обстреливали колонну, получилось сбить гранатами и тогда все закончилось.

Крики стихли, оставляя место стонам. Артур склонялся над раненными, вылечивая их на месте, а я думала не о трупах, на которых стояла, а о том, что его дара не хватит на Илью и придется ждать нового дня. Я едва сдерживала себя, чтобы не остановить целителя.

Элвис подбежал ко мне и со страхом разжал мою руку, чтобы забрать нож. Я посмотрела на парня.

– Поехали! Как можно скорее, пока не прислали подкрепление!

После моего крика началось движение. Люди стали загружаться в машины. Я оторвала Артура от очередного раненного и потянула за собой.

– Потом долечишь, – бросила я, толкая его в салон к слепой и забившейся в угол Инне.

– Что случилось?! – вопила она.

– Все уже случилось. Едем домой.

Глава 31

Лана

В палате стоял гул. Медсестры и врачи суетились. Между кроватями можно едва протиснуться. Больные лежали практически друг на друге, и только койка Ильи находилась под незыблемым контролем Гордости. Казалось, он просто спит и не замечает происходящего.

Среди раненныхя сразу заметила знакомое лицо. Только его тут не хватало! Вадик лежал на соседней от пророка кровати и улыбался во весь рот. Я делала вид, что не замечаю его присутствия, но долго игнорировать не получится.

Артур был истощен, как выжатый лимон, но продолжал держать на привязи Инну, которая сидела на стуле в углу палаты. Правда, уже только взглядом, а не веревкой. Она закрыла лицо руками и не двигалась. Что стало с активной, уверенной в себе «зажигалкой»? Он превратил Инну в затравленное животное, не подающее голос. Но разбираться с этим сейчас некогда. Я подвела Артура к Илье и прошептала:

– Верни его.

– Что случилось? Кому удалось погрузить его в это состояние?

– Изгнали всадника.

Он качнул головой. Гнев понимал, о чем я говорю и на секунду опешил.

– Я не уверен, что смогу. Слишком мало сил. Может…

– Нет! Пожалуйста, – взмолилась я, готовая в любой момент сменить его настрой даром.

Вадик внимательно следил за нами, чем раздражал еще больше. Вот уж кого нужно лечить в последнюю очередь.

В палату ворвался Скала, и я с шумом выдохнула. Скопление людей, их запахов и голосов сводило с ума.

– Так вот он какой! Целитель! Интересно посмотреть на вашу работу.

Мужчина устроился рядом с Артуром, внимательно наблюдая за его движениями.

Я сжала руку Ильи, пытаясь не думать о внешних раздражителях. Главное поднять его на ноги, а на остальное наплевать!

Гнев склонился над пророком и приложил ладонь к его лбу. Закатил глаза и лучистый свет заструился из его руки, распространяя дар по бледному телу. Я сжала кулаки, пытаясь уловить трепет ресниц любимого. Аня схватила меня за плечи, впиваясь в кожу ногтями. Мне стало легче от ее поддержки.

Время остановилось. Я ловила каждый миг. Почему так долго он не приходит в себя?!

Артур резко оторвался от Ильи и едва не упал. Я подхватила его под руки.

– Прости, Лан, не хватает сил. Давай завтра попробуем?

Я сдержала слезы отчаяния и кивнула.

– Я такого еще не видел! – восторгался Скала. – Пройдемся в лабораторию? Мы должны изучить этот дар!

– Мне нужен плотный ужин и коньяк. Потом хороший сон и только после этого днем я продолжу лечение, – распорядился Грех, и я пожала плечами, заглядывая в глаза мужчины.

– Все будет! Идите за мной, – кивнул в сторону двери Скала.

– Пойди, поешь, – посмотрела я на Аню.

– Недавно ужин носили. Я не голодна. Посижу эту ночь тут. А ты иди с Артуром. Отдохни после поездки.

Я обняла подругу, подошла к Инне и прижала к себе ее хрупкое тело.

– Сейчас покушаем и пойдем спать. А завтра он вернет тебе зрение. Вернет тебя, – обещала я.

Она промолчала, будто не поверила моим словам.

Нам накрыли царский для этого места стол в моей комнате. Скала постарался на славу. Картошка, жареное мясо и малосольные огурцы. Вместо водки бутылка коньяка.

Инну пришлось кормить с рук. Поела она, как котенок и калачиком свернулась на кровати. Вскоре засопела, а мы с Артуром сидели напротив друг друга, и я не знала с чего начать разговор.

– Ты многое пропустила, – вымученно улыбнулся он. – Считаешь меня монстром, но я не нашел другого выхода.

– Что ты…

– Давай я расскажу, потом будешь судить.

– Хорошо, – отхлебнула я жуткий на вкус коньяк со странным запахом.

– У Макса была самая большая палатка. Инна вечно там пропадала. Говорила, что ей не нравится ютиться в нашей. Я подозревал, что дело не чисто, но отметал эти мысли. Она ложилась со мной в постель каждую ночь,и у нас все было. Я впервые влюбился, Лана! Поверил, что смогу быть с ней счастливым, как вы с Ильей. Тот день, когда ты исчезла, разделил мою жизнь пополам. Я приоткрыл полотно палатки и сначала увидел лицо Инны – она лежала животом на столе, плотно прижав широко расставленные пальцы к столешнице. Сзади нее – Максим, штаны болтаются на щиколотках, лицо поднято к потолку и искривлено судорогой. Я застал их в кульминационный момент. Увидев меня, Инна дернулась вперед, будто в стремлении закрыть полотно, а Макс застонал и ухватился за член, оказавшийся на виду. Сдержать эякуляцию он не сумел, и сперма брызнула в сторону, угодив на зеркало. Я смотрел, как вязкая жидкость стекает вниз на банку с вареньем. Потом я перевел взгляд на Инну. Ее пальцы с ногтями ярко-красного цвета распластались по столу, а ко лбу прилипла прядь волос. А потом снова взглянул на Максима. Казалось, он мечтает о том, чтобы повалиться на постель и заснуть. В ладони он сжимал еще не успевший обмякнуть член, который по размерам явно превосходил мое достоинство. Описывать то, что я испытал тогда, не буду. В ярости я схватил ее за волосы и голую поволок к реке. Прижал ее к земле, достал нож и выколол глаза. Даже не помню, чтобы она кричала. Вообще ничего не слышал и не чувствовал.

Я передернулась, представив эту картину. Не нашла, что ответить. Момент предательства так четко вырисовывался у меня в голове, что жалость к Инне на миг отпустила. Спящая в глубине души змея встрепенулась и поползла по венам, напоминая о видео, на котором Илья сношается с проституткой. Я не видела в живую, как Артур, но легче от этого не стало. Меня тормозило только то, что им управлял всадник, а у Артура такой привилегии не было. Очень плохо, что не было! Сейчас я все могу валить на него и прощать без зазрения совести. Что бы я делала, если бы в Илье не сидел всадник и он действительно грязно мне изменил? Глаза бы точно не выкалывала. А член отрезала бы в раз! И пусть всю жизнь смотрит на свою никчемность!

– Правильный подход к делу! – смеялся внутри Уриил.

– Не надо. Только тебя не хватало до кучи. Пожалуйста.

– Понял. Отваливаю.

– Твое молчание меня убивает похлеще этого пойла, – хохотнул Артур.

– Не хочу об этом говорить. Просто пообещай, что завтра вернешь ей зрение после того, как вылечишь Илью. Артур, ты любовь ее не купишь, не выбьешь силой. Верни все на свои места и наблюдай. Твоя от тебя никуда не денется.

– Я тоже всегда так рассуждал, пока Инна…

– Гнев подтолкнул?

– Нет. Он не правил мной в тот момент, как и сейчас.

– Знаю, – улыбнулась я, купаясь в запахе апельсинов.

– Я верну тебе Илью. Все для этого сделаю. А теперь расскажи по порядку, что с вами случилось?

Я вздохнула, и начала с самого начала. С того самого дня, когда Инна лишилась зрения.

Глава 32

Лана

Слух о том, что в обществе появился чудотворец-целитель, распространилась за ночь и дошла до каждого. Люди с самого утра выстроились в очередь у госпиталя. Они хотели побороть не только сильные недуги, но и не значительные болячки. В итоге Артура пришлось вести в палату Ильи под конвоем, чтобы не порвали по пути. Народ падок на чудо. Стоит показать лишь раз, и станут поклоняться. В бункере появился новый идол. Но мне плевать на остальных, я вела Артура к кровати Ильи, нервно сжимая кулаки.

Аня просидела с ним всю ночь и заметно устала. Я попросила Скалу выделить ей комнату в моем крыле и отправила отдыхать. Теперь жизнь любимого в руках Гнева.

К моему удивлению, Вадик уже вставал с постели и разгуливал по палате. То и дело пытался заговорить со мной и не сводил глаз. Я продолжала игнорировать парня. Если он не поймет, что общаться с ним не желаю, придется применить новые способности.

Подтащив стул к койке Ильи, я присела и взяла его за руку. Посмотрела на Артура с надеждой и кивнула. Он снова приложил ладонь ко лбу пророка. Белесый свет загорелся так ярко, что полностью покрыл лицо Ильи. Я то и дело думала о том, что у целителя ничего не получится и придется идти на поклон к Эрику. Это будет такой крах для всех, кто меня окружает, что мурашки пробежали по телу. Я стану изгоем. Стану ненавидеть саму себя за эту слабость. Но как жить дальше, воевать против Апокалипсиса и бороться за мир, в котором нет Ильи? Впереди ждала сплошная пытка.

Моя ладонь вспотела от напряжения. Я сильно сжимала руку пророка в желании ощутить шевеление пальцев. Я потерялась во времени. Казалось, Артур колдует над Ильей не меньше часа. Не происходило ровным счетом ничего. Я прикусила губу, чтобы не застонать от разочарования. Закрыла глаза, глотая слезы, а они катились по щекам.

Пожалуйста, пожалуйста, милый! Очнись! Умоляю!

– Не плачь, Лан…

Я больше не слышала слова утешения всадника. Он ничем мне не поможет.

– Артур, – протянула я и посмотрела на парня.

Он не слышал меня, полностью сосредоточившись на лечении. Его лицо выражало такую безумную муку, что грех, словно старик морщил лоб, облизывал пересохшие губы и прищуривался.

Я знала, он не успокоится, пока не израсходует всю силу, и останавливать его я не собиралась. Плевать, что другим сегодня не достанется! Я проклинала сейчас весь мир! Посмотрела на бледную руку, что сжимала так сильно и ослабила хватку. Этот жест говорил о том, что я уже сдалась. Надорвалась внутри. Лопнула последняя струна надежды, оголяя стонущую от боли душу. Вспомнилась наша последняя ночь в номере. Неужели это все, что от него осталось? Неужели я больше никогда не почувствую его прикосновений, не услышу голоса и не загляну в голубые льдинки, что пленили своим холодом?