– Нас вырубили.

– Каким образом?! А неуязвимость?!

– Я думал, что люди не разработали препарат, способный парализовать любое тело. Не знаю, что они задумали, но мне это не нравится.

Я услышала звук мотора. В голове промелькнула безумная мысль. Если они смогли вырубить меня, то получится и с Ильей?!

Глава 23

Илья

Эрик сидел напротив меня со стаканом бренди в руках. Смотрел в упор, делая вид, что не замечает, как трещат стены и рушится потолок. Боря с Софией стояли позади Апокалипсиса, пялясь на то, как Михаил пальцами выбивает чечетку по столу.

Всадник знал, что так случится, но не подавал вида.

– Она их привела? – прозвучал громкий голос Эрика.

– Нет. Они пришли за ней.

– И заодно разрушили здание?!

Апокалипсис стукнул по столу. Я ощущал страх всадника каждой клеточкой тела. Он млел перед Эриком, опускал голову, как провинившийся ребенок. Даже смешно. У меня это существо никогда не вызывало такого безумного страха.

– Зачем им понадобилась Лана? – развел руками Боря.

– Кому им? Кто они такие? – не понимала София.

– Сопротивление. Пытаются свергнуть меня с поста президента и установить свои законы. Революцию затеяли. Людишки!

Михаил злился, ерзая на стуле. Побелка сыпалась ему на голову, и он не успевал отряхиваться. Чувствовал себя никчемным и жалким. Я ликовал внутри. Мотылек преподносил сюрприз за сюрпризом. Даже пророку не разгадать наверняка, что она вымочит в тот или иной момент.

– Почему мы не знали о них до настоящего времени, Михаил?!

– Их мало. Я не придал значения…

– Не придал говоришь?!

Апокалипсис встал со стула и поднял с пола кирпич, выпавший из стены, которая почти обвалилась. Швырнул его в голову всадника. Тот не посмел увернуться, стойко принимая удар.

– Неважно значит! Шутки значит! – обвел он рукой кабинет. – Пока Марат воюет на границе, разносят здание, где хранится вся база чипов! И это сделала кучка протестантов! И ты блядь говоришь, что значения не придал! – схватил он всадника за горло.

– Вам не кажется, что пора уходить?

София была похожа на приведение. Пыль покрыла ее черные волосы и ресницы. Боря поддержал ее кивком.

– Отправляемся в особняк. Алчность и Голод, проконтролируйте, чтобы вся база данных была перенесена туда. А ты отправишься на поиски штаба этих тварей. Плевать, как ты это сделаешь! Мне нужна голова их предводителя и Лана. Без них можешь не показываться мне на глаза!

Вскоре всадник оказался в подземелье, где держали Аню с Вадимом. То, что он собирался сделать, возмущало меня до крика, но я молчал.

– Хочешь жить? – улыбнулся Михаил.

Вадим выглядел довольно здоровым после перенесенных побоев. Новейшая медицина сделала свое дело.

Парень кивнул и опустил взгляд. Так быстро сломался! Куда делся героизм, с которым он сообщал, что спал с Ланой? Испугался за свою шкуру! Подумал бы об этом, когда пытался залезть к моей женщине в трусы! Я ненавидел его всей душой и с радостью бы прикончил парня на месте.

Всадник похлопал его по спине, как старого товарища. Дрожь пробивала от того, что мои руки касались этого дерьма!

– В таком случае ты будешь жить, но взамен окажешь мне услугу.

Вадим кивнул, не осмелившись посмотреть Михаилу в глаза. Всадник распорядился вживить ему новый чип, который кардинально отличался от прежнего. Его поместили в висок парня с такой аккуратностью, что следа не осталось. Чип работал, как радар, микрофон и камера одновременно. Всадник мог лежать в кровати и по ноутбуку наблюдать за происходящим глазами парня, слышать его ушами и в любой момент лишить Вадима жизни нажатием на одну кнопку.

У парня не осталось выбора. Михаил посылал его в логово врага. Он до конца не был уверен, где именно оно находится. В мыслях крутился квадрат неприметной местности, до которой разведчик должен был добираться пешим ходом, дабы не привлечь лишнего внимания.

– А мне нравится этот парень, – в мыслях рассмеялся всадник, чтобы задеть меня.

Я упорно молчал, притаившись.

Он расположился на диване, приказал подать ужин и стал всматриваться в экран ноутбука, наблюдая за тем, как Вадим выходит из дома и направляется в обозначенную точку.

Я вспомнил Аню, которая продолжала томиться в подвале со связанными руками. Она не проронила ни слова, когда Михаил прошел мимо нее. Как долго она сможет терпеть заточение и как скоро сдастся и примет сторону Апокалипсиса?

Глава 24

Лана

Когда смогла открыть глаза, оказалось, что я привязана к кровати, будто пациентка психбольницы. Могла двигать только шеей. В остальном такое ощущение, что осталась парализованной. Вокруг серые стены и потолок, а в воздухе витает стойкий запах железа. Не просто аромат комнаты. Он принадлежал человеку, который за мной наблюдал, но не показывался.

– Что вам нужно?

Ко мне подошел статный крупный мужчина. Смуглая кожа, темно-коричневые волосы и серые глубокие глаза. Он улыбался, держа руки в карманах. На груди бронежилет. Сам весь в черном.

– Вопросы здесь задаю я, принцесса.

– Я внимательно слушаю.

Он присел рядом и коснулся моей руки холодной сталью ножа.

– Я смотрел видео, на котором взрывали церковь. Не мог не заметить великого чуда, которое ты явила миру.

– Из-за этого я здесь? Кто вы такие?

– Казалось, мы договорились, что вопросы задаю я.

Он схватил меня за подбородок и заглянул в глаза.

– Как тебе удалось выжить и остаться невредимой?

– А к чему этот цирк? – я дернула руками, привязанными к кровати. – Здоровый мужик испугался девчонки?

– Прекращай отвечать вопросом на вопрос.

– И все же?

– Неудобно?

– А ты как думаешь?

Он рассмеялся и достал ключ из кармана. Освободил меня из плена, и я села в кровати, опираясь на спинку. Стальная дверь была плотно заперта, а небольшое окошко запаяно решеткой. Я почувствовала себя преступницей в камере.

– Сама все расскажешь или тебя для профилактики снова уколоть?

Как же меня подмывало спросить, что за препарат они мне вкололи и где его взять, но тогда разговор выглядел бы еще глупее, чем вначале. Я не понимала, с кем имею дело, но страха перед этим крупным мужчиной не испытывала. Расскажи все, как есть, он все равно не поверит. Я решила пошутить.

– Слышал о Тунгусском метеорите?

Он кивнул.

– Упал прямо мне на голову. С тех пор я не старею, и взрывы меня не берут.

Я видела на его лице замешательство. Он судорожно переваривал информацию, а я едва сдержалась, чтобы не расхохотаться.

– Решила запудрить мне мозги?!

Он подскочил с кровати, схватил меня за горло и, глядя прямо в глаза, вогнал клинок в живот. Прокрутил его и выдернул, поражаясь тому, что на нем не осталось и капли крови, а на мне и следа от прокола.

– Жестоко. А ведь мог бы и перепутать. Вдруг бы поймал похожую девчонку, а не ту самую.

– А мне плевать, принцесса. Я убил столько хорошеньких, но болтливых девчонок, что можно открывать личное кладбище.

– Похвально, – ухмыльнулась я. – В таком случае ты не по ту сторону баррикад. Тебе в телохранители президента заказана дорога.

– Не дерзи, пока не узнала, с кем связалась. Хватит церемоний. Рассказывай откуда у тебя способности? Тебе же лучше сразу признаться или мне придется подвергнуть тебя ряду не самых приятных экспериментов. Выбирай, принцесса, – подмигнул мужчина.

– Я за правду.

Меня на самом деле испугало слово «эксперимент». Черт его знает, что этому полоумному придет в голову. Лучше его не недооценивать, все-таки нашел способ обездвижить.

– Я расскажу все как есть, но для начала скажи хотя бы, как тебя зовут и кто ты такой.

Дверь со скрежетом отворилась. В камеру заглянул парень в черном.

– Слышь, Скала, там ужин. На девчонку тоже тарелку ставить?

– Ставь. Сейчас приведу.

Когда мы остались одни, он вздохнул и сказал:

– У нас нет имен. Только клички.

Я ухмыльнулась.

– Что ж, Скала, все началось со смерти моих родителей в теракте в Московском метро. Я переехала к тетке и попала в занятную игру. Двенадцать человек бились за будущее мира. Святой против семи грехов и четырех всадников апокалипсиса. Выиграли всадники, и начался конец света. Вот и вся история, – пожала я плечами.

– И кто же ты в этой истории?

С его лица не сходила ехидная улыбка.

– Я четвертый всадник апокалипсиса, зовущийся смертью, если ты, конечно, читал библию, – подковырнула я.

– Поверь, я знаю о ней больше, чем ты думаешь. Интересно, почему же тогда ты идешь против своих собратьев?

– Потому что один из них убил моего брата, который был святым. И вообще апокалипсис мне не по душе.

– Думаешь, я поверю в этот бред? Власти хотели устроить заварушку уже давно. Я узнал об этом из первых уст и уже не первый год собираю людей для восстания. А заинтересовался тобой потому, что ты каким-то чудесным образом собрала такую массу людей, которая мне и не снилась.

– Тебе нужен союзник в моем лице? Хочешь сменить власть? – заулыбалась я.

– Именно так. Тот факт, что ты привела народ для того, чтобы захватить здание Корпорации уже говорит о том, что мы на одной стороне. У нас общий враг.

– Могу сказать, что без твоей помощи восстание погасили бы снайперы, – призналась я, вспоминая «зомби», обвязанных взрывчаткой.

– Тебе не хватает оружия, а мне людей, – подмигнул он. – Ну так что, принцесса? Объединим усилия ради общей цели?

Предложение прельщало. Это как глоток свежего воздуха, который я долго искала. Военного подхода к делу не хватало изначально. Кто мы без оружия и стратегии? Лишь кучка пушечного мяса, из которого Эрик легко сделает фарш, сотрет с лица земли и продолжит творить свои грязные делишки.

– Я согласна. И сразу хочу попросить о помощи. Нужно найти моих друзей…

– Не проблема. Достанем кого угодно! Хоть из-под земли.

Он протянул мне руку. Я деловито ее пожала.

– Предлагаю поужинать. Потом я проведу тебе экскурсию. Покажу, как устроена наша жизнь в бункере, а после я хочу, чтобы ты начала собирать людей, которых мы будем тренировать.

– Договорились. Но искать моих друзей вы начнете уже сегодня.

– Идет.

Мы вышли из камеры в просторный коридор, по которому сновали люди в черном. Боковым зрением я заметила, что Скала прячет шприц за спиной. Не доверился так сразу. Но я думала о другом. О том, кто заставлял мое сердце подстреленной птицей биться в груди. Где он сейчас, что с ним?

– Думаю, не сладко. Корпорация разрушена. Начнется охота на повстанцев. Если они найдут бункер… Никакое оружие не поможет. Я понимаю, что у тебя появилась надежда, но она призрачна. Эрик не оставит все, как есть. Единственный вариант – это выловить всю его свиту и обездвижить навсегда.

– А как же книга?

Я провела ладонью по сумке, которая все время висела у меня на плече. Там покоилась книга, с помощью которой можно изгнать всадника из тела. Последний шанс вернуть Илью. Другого не будет. Загвоздка в том, что некому совершить этот ритуал. Помощи ждать не от кого.

– Не дави на жалость. Я не знаю, что это такое.

– Уриил, уверяю, я не попрошу тебя об этом. Давай просто хорошо общаться. Мне надоело ссориться.

– Заметано! – рассмеялся всадник.

Бункер оказался очень просторным. Напрягали только мрачные темно-серые стены. Абсолютно голые. Лампы, дающие мало света, гудели. От этого звука не скрыться. Он давил на мозги, вызывая отвращение. Скопление запахов людских душ в запертом помещении раздражало не меньше противного звука. После игры я научилась блокировать ароматы, не всасывая их полной грудью, не обращая внимания на тот или иной амбре. Хотя к приятным иногда принюхивалась, пытаясь найти их источник. На мгновение мне показалось, что я учуяла запах терпкой ванили. За секунду в голове промелькнули те дни, когда жила у тети. Только сейчас поняла, что они были самыми светлыми и беззаботными с момента смерти родителей. Тогда я по-настоящему влюбилась, по-настоящему подружилась и нажила настоящих врагов. Казалось, это происходило не со мной. Игра уничтожила ту наивную, забитую судьбой девчонку. Оставила обиженную и злую женщину, которая из кожи вон лезет, чтобы вернуть все на свои места. Но уже никогда не будет так, как раньше. Грязь, в которой мы утонули с Ильей, не смыть даже кровью.

Я не задумывалась о том, что будет, когда все закончится. Смогу ли я так же искренне с любовью смотреть в его глаза? Столько мерзости нас окружает! Мотылек с опаленными крыльями нашей любви забился в угол. Его поместили в банку и наблюдают, как он корчится от боли. Наверное, только чудо может спасти это чувство. Но самое парадоксальное, что не будь этого дерьма в нашей жизни, мы бы никогда не встретились.

– Налево столовая, – Скала повел меня к туннелю, который вел в просторное помещение, полностью заставленное железными столами и стульями.

Стук ложек о тарелки стих, когда я вошла в столовую и заняла первое попавшееся место. Мужчины, женщины и дети разглядывали меня с интересом, но не говорили ни слова. Скала тоже не спешил представлять меня народу. Он указал на столешницу с подносами. Я вспомнила школьные годы, взяла красный поднос и встала в очередь. Выбор был невелик. Гречневая каша, сомнительного вида сосиски и овощное рагу, напоминающее блевотину. Из первых блюд борщ. Его я и выбрала, наложив в тарелку побольше хлеба.

Скала сел напротив меня, без стеснения, с аппетитом поглощая еду. Я последовала его примеру, стараясь не замечать колких взглядов.

Вскоре все забыли о моем присутствии, и за соседним столом завязалась интересная беседа.

– Слышали, война началась?

– Ага. Со стороны черного моря напали.

– Не только. Еще на две границы.

– Официально власти говорят, что другие страны хотят нас поработить. Третья мировая. К патриотизму взывают народ. Огромную армию собрали. Все с чипами, как роботы идут в бой. Говорят, скоро ядерное оружие в ход пойдет.