- Способность читать мысли направленные собственно на себя, появляются у темного лорда исключительно в момент становления - еще одна степень защиты, предусмотренная природой.
Норт вздохнул и тихо произнес:
- В Золотой век Хешисаи определенно должна была существовать защита от насильственных перемещений. Должна была, иначе орден Огня занял бы ключевые позиции в рекордные сроки. Значит найду.
Он облегченно вздохнул, развернулся и сурово посмотрел на меня. Я продолжала смотреть на него все так же настороженно, обдумывая ситуацию в принципе. Призрачные грани? Да, способ защиты есть. Его действительно разрабатывали в Золотой век Хешисаи по приказу наследного принца Роана, и разрабатывал Дакхур - опытный сильный артефактор, собственно учитель мастера Сирилла, который развил его учение о необходимости защиты артефакторов и создал знаменитый, действенный и обеспечивающий защитой артефакт Сириллана… потерянный мной в Некросе. Но это все мелочи, а вот Призрачные грани… О них мне было известно только из общего курса Истории Магии, преподаваемом в первый год обучения, и то удалось вспомнить лишь несколько скупых фраз вроде «Созданы как антипод Серым граням и Подпространству, которыми в совершщенстве владеют демоны». И вот сейчас я стояла и думала о том, что соприкоснулась с самими Призрачными гранями! Была в них, свободно находилась и передвигалась, научилась откликаться на зов и вырываться без дозволения вызвавшего… То есть я владею Призрачными гранями!
Невероятно!
Невероятно и просто потрясающе!
От открывшихся возможностей закружилась голова!
И тут Норт напряженно позвал:
- Риа?!
Я не слушала, я думала. Думала о том, как смогу это использовать и что сделать.
И в этот момент распахнулась дверь.
Я обернулась, все еще витая в осознании открывшихся возможностей, и… все мысли сняло как рукой. В дверях стояла женщина. Долговязая несуразная женщина в платье прислуги дома Гаэр-аша, а за ней, досадливо хлопнув себя по лбу виднелся злой Гобби, который явно пытался эту «служанку» остановить.
- Драсти, - возопило это несуразное нечто,- убраться надобно. Вам. А то итить вашу на лево, время уборки пришло. Освободите комнату!
И ни разу не женственный ученик отступников чисто мужской походкой ворвался в комнату Норта, содрал с себя передник и принялся деловито, но совершенно непрофессионально пытаться вытирать пыль, приговаривая:
- Охохонюшки, грязи-то, грязи!
Я от изумления рот приоткрыла, Норт вспыхнул – практически в прямом смысле, покрывшись призрачным синеватым огнем, словно его облили спиртом, а после подожгли. Гобби выдал пантомиму на тему «Это конец», а ученик отступников, актер из которого был из рук вон никакой, подошел ко мне, сунул что-то со шкафа и приказал:
- На-ка, иди в мусор выброси, это явно гадость какая-то. - Это родовой браслет, древний, почти четыреста лет, бесценный артефакт!
Парень в женском одеянии пожал плечами, и мне доверительно прошептал:
- Я же говорю – гадость.
Единственное что я на это могла сказать, так это:
- Ты что здесь делаешь?!
Ответ сильно удивил:
- Ты в его комнату заявилась, чтобы расплатиться за мое спасение, да?
Вообще в чем-то он был прав, но по факту:
- Нет, чтобы получить втык за то, что пользовалась… Призрачными гранями, да?
Ученик потрясенно кивнул, от чего женский парик сполз на лоб, а вот после его глаза округлились и он простонал:
- Призрачные грани, во имя Великой цели! Я не подумал! Риа, тысяча проклятых кинжалов, я же тебя в грани втянул!
И он посмотрел на меня с ужасом. Я на него с откровенным интересом. Ужас в его глазах сменился некоторым удивлением, после чего он протянул:
- Ну да, ты же наша, вот и реагируешь соответственно.
Я улыбнулся. Ученик в парике улыбнулся в ответ и хотел было что-то сказать, но в следующий миг вдруг стремительно поднялся в воздух и взвыв вылетел в окно. Уже там, за пределами дома Гаэр-аша завис на мгновение, удостоился ледяного «Свободен!» от Норта, и был вышвырнут силой за пределы ворот, упав где-то там, вне моей видимости.
После чего полуобнаженный Дастел преспокойно подойдя к окну закрыл створки, и взмахом руки запер дверь, отсекая нас от Гобби и прислуги, показавшейся в коридоре.
Потрясенной мне, мягко, опасно приближающийся Норт, с какой-то предвкушающей улыбкой, сообщил:
- Он приземлился в сугроб. Мягко и безопасно, это я тебе как целитель гарантирую.
Я было открыла рот, но не успела ничего сказать, как некромант, подойдя вплотную, хрипло произнес:
- Ты должна мне поцелуй, Риа. И вызвал я тебя конечно для втыка, но раз уж ты гарантировала оплату за мои услуги целителя, то будь добра выполнять взятые на себя обязательства.
И он посмотрел на меня. Требовательно и с решимостью сверкнувшей в глазах. Затем молча взял меня за руку, поднял ее и продолжая пристально смотреть мне в глаза, прижал раскрытую ладонь к своей груди. Прижал так, что я отчетливо ощутила и прикосновение к его коже, от чего безумно смутилась, и мощное биение его сердца. Все ускоряющееся биение.
И я замерла, перестав дышать и вовсе позабыв о том, что собиралась сказать… что-то возмущенное и правильное… точно правильное… совершенно точно…
Норт, все так же пристально глядя мне в глаза, не отрываясь от них ни на миг, потянулся за моей второй рукой, его пальцы скользнули по запястью, захватили в плен ладонь, неотвратимо подняли и вновь раскрыв ладонь, прижали к его животу. Практически посередине, заставив ощутить и твердость мышц, и так же отдаленное гулкое биение сердца. И мир как-то разом сузился, словно во всей вселенной вдруг остались только мы с Нортом. Я, испуганно замершая, с непонятным, странным, охватывающим меня чувством, и он - терпеливо и неотвратимо заставляющий ощутить его присутствие, его силу, его нарастающее биение сердца, словно он хотел сказать - оно бьется для тебя. Только для тебя. Всегда для тебя.
Я едва дышала. От нахлынувшей слабости вдруг закружилась голова и ноги ослабли, и почему-то я отчетливо понимала, что происходи что-то… что-то такое странное…
- Норт…- прошептала, пытаясь отступить.
Он удержал, все так же пристально глядя мне в глаза, и тихо произнес:
- Тшш. Я же ничего не делаю, так? - невольно кивнула, как зачарованная глядя на него. – И не сделаю, - продолжил Норт. - Успокойся, дыши глубже. Один маленький невинный поцелуй, и я тут же отпущу тебя. Всего лишь поцелуй, Риюш, легкий и мимолетный. Ну же?
И очень медленно, так, словно боялся спугнуть, Дастел начал наклоняться ко мне, не отрывая взгляда от моих испуганных широко распахнутых глаз. И вероятно они распахнулись еще шире, когда, замерев на расстоянии дыхания от моих губ, Норт остановился, ожидая от меня исполнения договора.
И время словно остановилось…
Замерло, став тягучей жаркой патокой, в которой каждое движение давалось с неимоверным трудом, и слышалось только мое дыхание и биение моего сердца…
Мгновение, второе, третье…
Внезапный щелчок на моем левом запястье, холод железа и тихо сказанное Нортом:
- Этот браслет мой подделавший внешность сына и мужа темный предок, надел на руку своей супруги в их первую и последнюю ночь, и, пожалуй, лишь он спас ее и дитя темного от расправы, когда вскрылся подлог. Это один из древнейших артефактов Темной империи, он сотни лет хранился в роду Веридан.
И Норт отступил от меня, а после и вовсе указал на дверь.
Все еще пребывающая в странном оцепенении я, лишь удивленно воззрилась на некроманта, намекая, что условия сделки не выполнены. И получила в ответ:
- Вечером поцелуешь.
- Почему вечером? - переспросила я.
- По трем причинам, - невозмутимо начал Дастел, подойдя к шкафу с одеждой и вынимая из него рубашку. - Причина номер один - я умею ждать, сокровище мое. Причина номер два – предвкушение стоит любого ожидания. И причина номер три, - он оглянулся, улыбнулся мне и протянул, - ты будешь думать обо мне весь оставшийся день хочешь ты того, или нет.
И натянув рубашку, Норт повторно указал мне на дверь, со словами:
- Время тренировки с Эдвином.
***
Тренировалась я… одна. Точнее, как одна - под присмотром сразу и ректора и Норта, и Дана, и Эдвина. Эти четверо сидели и обсуждали что-то с мрачной решимостью на лицах. И насколько я знала этих четверых - кому-то очень и очень не повезет в будущем. Причем, вероятно, в ближайшем будущем. И пронимала я это все отчетливее, по мере того, как в четвертый раз пробегала мимо порога и на нем сидящих.
В момент пятой пробежки, Эдвин скомандовал:
- Боевое плетение Кейвен, мишень выползающее из-за забора умертвие!Натасканная им уже до такой степени, что реагировала автоматически, не задумываясь начала создавать плетение, встраивая в него плетение «Энг» и одновременно старательно ища то самое умертвие, по которому нужно было нанести удар.
И тут Норт сказал:
- Нет, котика убивать нельзя, у меня нет никакого желания лечить его повторно!
Осознав, о ком речь, сбилась с шага, заклинание ушло в остатки столба, искромсанного накануне ректором, и теперь добитого в щепки мной, а грязный, ободранный и злой ученик вечных прекратил ползти, и встал, выпрямившись во весь рост.
Во дворе дома Гаэр-аша воцарилась удивленная тишина.
- Та-ак, - недобро протянул ректор.
- Это вообще что? - поинтересовался Дан.
- Отступник, - холодно пояснил для него Эдвин. - Молодой, зеленый еще, но уже отступник. Вопрос в том, что он тут делает.
В следующий момент вопрос отпал – просто за пределами забора послышался перестук копыт и чей-то зычный голос:
- Отступник был здесь. Ищите!
Ученик вечных, все в том же платье прислуги, правда теперь жутко грязном и потрепанном, нервно глянул на ворота, затем стремительно подошел ко мне, и тихо, так чтобы остальные не услышали, проговорил:
- Не могу войти в Призрачные грани. Никак. Видимо последствия нарушения энергетических после ранения. Не получается связаться с нашими, а без них не покинуть город. Мне нужна помощь.
И он вопросительно посмотрел на меня.
- Да конечно, - поспешно ответила. - Что нужно сделать? Связаться с кем-то? Что передать?
Ученик открыл было рот, чтобы ответить и… и не смог. Попытался снова - и ничего не вышло. Его огромные черные глаза округлились, кадык судорожно дергался, несуразные длинные руки метнулись к шее и ослабленные опали, а во взгляде появился какой-то священный ужас. Испугавшись, я в ужасе метнулась к нему, ухватила за ледяные ладони, приподнимаясь на носочки и вглядываясь в его лицо, пытаясь понять что происходит и…
- Девочка моя! - раздался ледяной, полный ярости голос ректора.
И я с нахлынувшим ужасом поняла, что происходит с учеником отступников.
Очень медленно повернула голову и через плечо посмотрела на лорда Гаэр-аша. Глава Некроса, пристально глядя на меня, зло спросил:
- Ты хотя бы иногда соображаешь, что делаешь?
Я промолчала, неожиданно ощутив нарастающее глухое раздражение.
«Прекрати раздражаться!» - раздался разъяренный приказ в моей голове.
А дальше откровенно взбешенное: «Да стоит тебе всего раз продемонстрировать отступникам, что ты доступна через Призрачные грани, и твою смерть можно считать свершившимся фактом! Риа, прекрати… Тьма, я даже не знаю, как не сорваться на ругательства! Прекрати совершать действия, не отдавая себе отчета в последствиях! Это опасно! Ты, Тьма тебя раздери, хоть сама соображаешь насколько?»
Холодный зимний ветер, завывая, ворвался во двор, коснулся ледяным холодным дыханием щеки, и не охладил ни на йоту. Меня все больше и больше злила эта ситуация.
Не просто злила, внезапно я испытала настоящее бешенство! Ярость, которая всколыхнулась во мне волной жара!
И развернувшись к ректору всем телом, я, с трудом сдерживая гнев, закричала:
- Это мое дело! Моя жизнь! И последствия от моих действий тоже мои! Я… - с трудом заставила себя остановиться, осознав, что едва не проорала «Я вас ненавижу!»
Мне удалось остановиться лишь по одной причине – утверждение про ненависть было бы ложью. Ложью, которая, несомненно, причинила бы боль Гаэр-ашу, а я меньше всего хотела сделать ему больно опять… снова… в очередной раз. Нет, я не хотела этого, всей душой не хотела, несмотря на все, что было между нами. И я не понимала почему сорвалась, и откуда во мне столько гнева?
Но слова рвались откуда-то изнутри: злые, гневные, рванные, непонятные даже мне самой! Ярость душила, гнев стиснул спазмом горло, ладони сжались в кулаки и вдруг руки отозвались резкой болью. Не понимая, что происходит, я подняла руки и с изумлением увидела по четыре кровоточащих прокола на каждой ладони… Еще не понимая, глянула на ногти и… остолбенела. Они стали острыми. Вытянувшимися, светлыми и отливающими серебром.
Когти!
Это были когти!
- Ого, - потрясенно произнес ученик отступников, делая шаг ближе, и заинтересованно глядя на мои руки.
Я испуганно посмотрела на него, затем на ногти, заметила бесшумно приближающегося Гаэр-аша. Глава Некроса подошел, устало посмотрел мне в глаза, затем взял мою руку, поднес к губам и осторожно подул на пальцы, не отрывая взгляда от меня. А я с изумлением посмотрела на когти… они, словно успокоенные действиями ректора, медленно втянулись обратно, став совершенно обыкновенными ногтями… с серебристым оттенком, словно выкрашенные лаком.
- Успокоилась? - опуская, но не отпуская мою руку, спокойно поинтересовался лорд Гаэр-аш.
Я неуверенно кивнула.
- Хорошо, - взгляд его оставался все столь же пристальным. – В дом иди, и собирайся - нам выезжать через четверть часа.
Хотела было кивнуть повторно, повернуться и уйти, но вспомнила об ученике отступников. Ученике, вновь застывшего статуей и я прекрасно понимала чьих рук это дело. Вот только имело ли смысл спорить? Глядя на Гаэр-аша отчетливо понимала - спором ничего не добьюсь.