— Вас желает видеть мосье Пуаро, сэр.

— Проклятый сыщик! — вырвалось у ван Олдина.

Найтон сочувственно молчал. Ван Олдин вскочил со стула и зашагал по комнате.

— Я полагаю, вы уже видели эти гнусные газеты?

— Да, я взглянул, сэр.

— Все еще смакуют подробности?

— Боюсь, что так, сэр.

Миллионер опять сел и сжал голову руками.

— Кто бы мог подумать, — простонал он. — Господи, угораздило же меня связаться с этим маленьким бельгийцем! Мне хотелось правды — и он вытащил ее на свет Божий! Но я думал только о том, как найти убийцу.

— Считаете, что вашему зятю лучше было бы ускользнуть от правосудия?

Ван Олдин вздохнул.

— Я предпочел бы совершить правосудие собственными руками.

— Подобный поступок вряд ли был бы мудрым, сэр.

— Ладно… Так вы говорите, этот тип хочет меня видеть?

— Да, мистер ван Олдин, и немедленно.

— Надо — значит, надо. Он может прийти сегодня же утром.

Явившийся вскоре мосье Пуаро был сама бодрость и жизнерадостность. Не смущаясь холодным приемом, он пустился в беззаботную болтовню: в Лондон он ездил, чтобы показаться доктору, — было упомянуто громкое имя.

— Нет, нет, pas la guerre, это память о моей службе в полиции, пулевое ранение.

Пуаро коснулся своего левого плеча и вполне правдоподобно поморщился.

— Вы, мистер ван Олдин, на редкость везучий человек, вы совсем не похожи на типичного американского миллионера, страдающего от несварения желудка.

— Не жалуюсь, — сказал ван Олдин, — я веду чрезвычайно скромную жизнь, пища самая простая, и стараюсь не переедать.

— Вы уже виделись с мисс Грей, не так ли? — с невинным видом повернулся Пуаро к секретарю.

— Я… да, раз или два.

Он слегка покраснел, а ван Олдин удивленно воскликнул:

— Ну и ну, а мне об этом ни полслова…

— Я не знал, что вам это может быть интересно.

— Мне очень нравится эта девушка, — сказал ван Олдин.

— И страшно жаль, что она вновь похоронила себя в Сент-Мэри-Мид, — посетовал Пуаро.

— Это очень благородно с ее стороны, — с пылом заявил Найтон. — Мало кто еще согласился бы пойти на это ради того, чтобы скрасить последние дни сварливой старухе.

— Я умолкаю, — чуть прищурился Пуаро, — но тем не менее повторю — страшно жаль. А теперь, господа, к делу!

Оба его собеседника воззрились на него с удивлением.

— Постарайтесь спокойно меня выслушать. Мосье ван Олдин, представьте на минуту, что убийца вашей дочери совсем не ваш зять, а кто-то другой.

— Что?!

— Я говорю, представьте, что вашу дочь убил не мистер Кеттеринг, а кто-то еще.

— Вы сошли с ума, мосье Пуаро?

— Нет, я не сошел с ума. Некоторые считают, что я несколько эксцентричен, но в профессиональном смысле — тут уж не сомневайтесь — у меня, как говорится, «все дома». Так вот, вы были бы этому рады? Если бы дело повернулось так, как я говорю?

Ван Олдин пристально смотрел на сыщика.

— Естественно, был бы рад, — сказал он наконец, — мосье Пуаро, это представляет чисто теоретический интерес, или ваш вопрос вызван какими-то новыми фактами?

Пуаро поднял глаза к потолку.

— Есть шанс, — спокойно сказал он, — что убийцей в конце концов признают графа де ла Рош. По крайней мере, я сумел опровергнуть его алиби.

— Как вам это удалось?

Пуаро пожал плечами.

— У меня свои методы. Немного деликатности, чуть-чуть сообразительности — и вы у цели.

— Но рубины, — сказал ван Олдин, — рубины, которые были в руках у графа, оказались подделкой.

— Вы правы. И мотивом преступления в данном случае могло быть лишь желание заполучить рубины. Но вам не приходило в голову, что графа могли опередить. Рубины мог украсть кто-то другой.

— Но это совершенно новая версия, — воскликнул Найтон.

— И вы верите в этот вздор, мосье Пуаро?

— Доказательств пока нет, — тихо ответил ван Олдину Пуаро, — пока это только версия. Но, должен сказать вам, мосье ван Олдин, имеющиеся факты стоят того, чтобы ими заняться. Вам нужно выехать со мной на юг Франции, чтобы разобраться в этом деле на месте.

— Выехать? Это действительно так необходимо?..

— Я думал, что вы сами этого захотите.

В тоне Пуаро проскользнул легкий упрек, который не укрылся от ван Олдина.

— Да-да, конечно, — сказал он, — когда мы выезжаем, мосье Пуаро?

— Но у вас накопилось столько неотложных дел, — пробормотал Найтон.

Однако миллионер уже принял решение и просто отмахнулся от Найтона.

— Полагаю, это дело — самое неотложное. Что ж, мосье Пуаро, едем завтра. Каким поездом?

— «Голубым экспрессом», разумеется, — улыбнулся Пуаро.