Вопросительно глядевшему долговязому юноше, открывшему дверь, Уильям Кармайкл сказал:
— Будьте любезны, пришлите ко мне мистера Джима.
Так же вопросительно взглянул на дядю и вошедший потом в комнату Джим Фанторп. Старший, кивнув, крякнул и поднял на него глаза.
— Явился.
— Звали?
— Взгляни-ка.
Молодой человек сел и взял протянутые ему бумаги. Старший не отрываясь глядел на него.
— Что скажешь?
Ответ последовал незамедлительно:
— Подозрительная история, сэр.
И опять старший компаньон фирмы «Кармайкл, Грант и Кармайкл» характерным образом крякнул.
А Джим Фанторп перечел письмо, пришедшее авиапочтой из Египта.
«…Большой грех — писать в такой день деловые письма. Мы жили неделю в „Мена-хаусе“, ездили в Эль-Файюм[262]. Послезавтра мы собираемся пароходом подняться по Нилу до Луксора[263] и Асуана[264], а может, и до Хартума[265]. Когда мы сегодня утром зашли в Бюро Кука[266]насчет билетов, кого, Вы думаете, мы там увидели? Моего американского опекуна, Эндрю Пеннингтона! Мне кажется, Вы его видели два года назад, когда он приезжал в Англию. Я не знала, что он в Египте, и он не знал, что я тут! Еще он не знал, что я замужем! Должно быть, он разминулся с моим письмом, где я писала ему о своем замужестве. Оказывается, он отправляется в то же самое плавание по Нилу, что и мы. Бывают же такие совпадения! Большое спасибо за то, что при Вашей загруженности Вы находите время и для меня. Я…»
Молодой человек перевернул страницу, но тут мистер Кармайкл забрал письмо.
— Достаточно, — сказал он. — Остальное не суть важно. Что ты думаешь обо всем этом?
Племянник минуту подумал и сказал:
— Не совпадение это, я думаю…
Собеседник согласно кивнул.
— Хочешь в Египет? — вдруг гаркнул он.
— Вы полагаете, есть смысл?
— Я полагаю, что нам нельзя зевать.
— Но почему — я?
— Пошевели мозгами, сынок. Линит Риджуэй тебя никогда не видела, как и Пеннингтон. Самолетом ты еще можешь застать их.
— М-м… мне это не нравится, сэр. Что я должен делать?
— Смотреть глазами. Слушать ушами. Шевелить мозгами, если они у тебя есть. И если нужно — действовать.
— М-м… мне это не нравится.
— Допускаю, но делать нечего.
— Это действительно необходимо?
— Это крайне необходимо, — сказал мистер Кармайкл, — так мне представляется.