Около восьми утра самолет Люка приземлился в Хитроу.

Вылет из Гонконга задержали, и ему пришлось болтаться по аэропорту больше трех часов.

К тому времени, когда он вышел из зала прилета и увидел своего водителя Феликса, пропало всякое желание любезничать.

– Как полет? – поинтересовался Феликс.

Люк наградил его мрачным взглядом.

– Давно ждешь?

Водитель пожал плечами.

– Пару часов, плюс-минус. Я проверял вылеты по Интернету и увидел, что ваш рейс задержали. Но этим расписаниям нельзя доверять. Лучше приехать в аэропорт и убедиться лично.

Он наконец вызвал унылую улыбку у своего работодателя.

– Вообще-то расписания проверяют, – сухо уточнил Люк, закинул ногу на ногу и уставился на хмурое небо. – Долгая была поездочка.

– Могу представить! – Феликс посмотрел на него в зеркало. – Тебе бы теперь махнуть на Маэ[5].

– Это да.

Люк замолчал. Наверное, стоило позвать Джоди и улететь в отпуск, как он и собирался. Но после инцидента в Эшфорде у него пропал всякий настрой.

Поэтому он провел пару недель в Мельбурне с Рэем Карпентером и его семьей. О бизнесе не упомнил ни разу, хотя и намеревался.

– Какие новости? – кротко поинтересовался он.

– Смотря что тебя интересует. Какой-то парень из Уилтшира, где ты хотел начинать строительство, подал петицию. Оказалось, здания, которые ты надеялся снести, имеют историческую ценность и могут перейти под охрану.

Что это за парень, можно было не спрашивать.

Грег Хью.

Неужели здесь замешана Эбби? Теперь это предстоит выяснить.

Уже почти стемнело, когда Эбби вернулась домой после прогулки с собакой. Начался сильный дождь.

Они пару раз обошли вокруг парка, потом она зашла в гастроном. Не хотелось признавать, но что правда, то правда: Эшфорду нужен приличный супермаркет. С парковкой. С кафе та же проблема, поскольку поставить машину действительно негде.

«Если бы еще было что ставить», – подумала она, вздохнув. В своем старом фургоне она хранила припасы для оптовиков. А его самого приходилось втискивать в переулок между магазинами.

Развод оказался не из легких. Кроме того, оплатив похороны матери, Эбби оказалась почти разоренной. Лишь небольшие деньги, вырученные за продажу родительского дома, позволили ей переехать из Лондона. Она так отчаянно хотела сбежать из города, что потратила все сбережения.

Покинуть Лондон было самым удачным ее поступком. Останься она в столице, Гарри бы ее достал. Он человек мстительный и отпустил ее только из страха, что друзья поднимут его на смех, если он опротестует развод.

Эбби вышла с черного хода, заперла дверь и медленно поднялась по лестнице в квартиру. Рядом резвился Харлей.

Интересно, сколько ей еще позволят здесь пожить?

Завтра суббота – самый хлопотливый день недели. Горожане закупаются продуктами и часто захаживают в кафе обедать. Ну, по крайней мере, все воскресенье Эбби отдыхает.

Она направилась в кухоньку, чтобы сложить покупки и дать Харлею еды. Квартира состояла из гостиной, небольшой комнаты и ванной. Ничего общего с люксовыми апартаментами, где она жила с Гарри. Но для нее это рай на земле. Был.

Эбби с тоской оглядела содержимое холодильника. Есть не хотелось, поэтому она решила принять душ.

Оставив Харлея наедине с его бадьей, Эбби направилась в ванную. Несколько минут просто стояла под горячими струями. Почему-то сегодня ее это не расслабляло.

Она никак не могла забыть последний визит Люка. Три недели назад встреча завершилась тем, что она вышвырнула его из кафе. То есть попросила уйти.

Основной причиной ее уныния был не столько бизнес, сколько Люк.

Он явно считал, что Гарри поступил с ней справедливо. Но пропади она пропадом, если соберется рассказать ему правду!

Переехав в Эшфорд, Эбби заставила себя забыть о страданиях. Лишь иногда у могилы матери вся эта история вновь всплывала в памяти.

Если бы мама узнала, как жила дочь, у нее бы волосы на голове зашевелились. Но это стоило того, чтобы Аннабель Лэйси ни в чем не нуждалась.

Выйдя из душа, Эбби услышала стук в дверь.

«Даже не стук, а грохот», – с раздражением подумала она. Харлей залаял. Ну, и кто сюда пожаловал?

На ум сразу пришел Грег Хью, которого она точно не впустит. правда, справедливости ради, за все годы, которые она здесь прожила, он ни разу не побеспокоил ее поздно вечером.

Грохот повторился. Харлей залаял сильнее. Если не поспешить, мисс Миллер, управляющая магазина подарков, которая тоже жила на верхнем этаже, забеспокоится.

Этого допустить нельзя. Эбби быстро выжала волосы, закуталась в халат и бросилась в комнату.

– Тихо! – урезонивала она пса, отчаянно вилявшего хвостом.

Однако не стоит открывать дверь, не узнав, кто это ломится среди ночи. В Эшфорде у нее была пара подруг, наподобие Лори Йетс. Но та обычно звонила перед приходом.

Эбби открыла дверь на лестницу и включила свет. Харлей без тени сомнений ринулся в коридор и снова залаял, словно спрашивая: «Чего же ты ждешь?» Покорно вздохнув, Эбби поплелась за ним.

– Кто там? – настороженно поинтересовалась она.

– Это я. Открой дверь, Эбби! Здесь льет как из ведра.

Люк.

У нее перехватило дыхание. Что он тут делает?!

– Я не одета, – оправдывалась она. Харлей снова залаял. – Что ты хотел?

Люк выругался.

– Открой чертову дверь, Эбби! – кричал он, явно теряя терпение. – Хочешь, чтобы у меня началось воспаление легких?

Она чуть не заявила, что ей все равно, но ведь это не так. Через пару секунд она убрала засов и открыла тяжеленную дверь.

На улице действительно был потоп. Люк вымок до нитки. Его серая кашемировая куртка от дождя стала темно-коричневой. Он шагнул в дом, порыв холодного ветра заставил ее задрожать. Прислонившись к двери, Люк пристально посмотрел на нее.

Эбби прекрасно знала этот взгляд, который не упускал ни одной детали.

Что он задумал? Почему здесь? Неужели принес плохие новости?

Она даже разозлилась на себя за такие вопросы. Хоть Люк и владелец этой земли, он не имеет никакого права нарушать ее личное пространство. Она не собиралась следовать примеру Харлея, который носился вокруг него, безостановочно махая хвостом, а потом поднялся по лестнице, демонстрируя своим видом, чтобы Люк следовал за ним. Пес побежал в комнату. Скорее всего, за любимой игрушкой, чтобы похвастаться Люку.

– Что это ты такой мокрый? – наконец увидела она, специально не приглашая его пройти в дом. Надо было просто разрядить обстановку.

– Я шел с площади, – резко ответил он. – Ты не поверишь, но остаться сухим под дождем невозможно.

Вот же едкая скотина!

Эбби захотелось вышвырнуть его за дверь. Но прежде она узнает, зачем он сюда пришел.

– Думаю, тебе лучше подняться. – Она указала на лестницу. – Здесь холодно.

– Да ну неужели?

Снова сарказм. Эбби решила не обращать внимания. Пошла вперед него по лестнице, поздно сообразив, что халат закрывает голые ноги лишь до колена. Плюс ко всему под халатом больше ничего не было.

Комната выглядела довольно жалко. Цветочная обивка дивана обтрепалась, несмотря на яркие подушки, которыми Эбби попыталась его украсить. Люк наверняка заметит сильную разницу с ее предыдущим жильем.

Тем не менее присутствие Харлея и неяркое освещение придавали комнате уют. Люк зашел в комнату и закрыл за собой дверь, от чего Эбби сразу заволновалась.

– Ну, может быть, снимешь куртку? – запоздало предложила она.

Люк тут же последовал ее совету.

– Спасибо. – Он облегченно вздохнул и повесил куртку на спинку стула. – Как-то необычно промозгло для этого времени года. – Люк огляделся. – Давно ты здесь живешь?

– Около четырех лет, – неохотно ответила Эбби. – А почему ты спрашиваешь?

– Просто интересно. Именно тогда ты и уехала из Лондона?

Она покачала головой.

– Ты задаешь слишком много вопросов. Чего явился?

Люк нахмурился и не ответил.

В бордовой рубашке, галстуке и темно-серых брюках, прилипших к ногам от влаги, он выглядел очень заманчиво. Можно ли устоять против такой сексуальности?

Эбби затаила дыхание.

– Значит, ты жила с Лоуренсом еще год после той ночи в баре, – раздраженно отметил он. – Вот, наверное, был шок, когда он тебя выгнал.

– Теперь понятно, зачем ты пришел, – заметила она с отвращением. – Ищешь оправдания? Никак не можешь успокоиться? Спешу тебя разочаровать! Это я бросила Гарри, а не он меня!

– Я здесь не из-за этого.

– А больше не из-за чего. – Она потуже затянула пояс халата. – У тебя было – сколько? – четыре недели на раздумья. Даже удивительно, что так долго.

Его терпение лопнуло. Он подошел к ней и прижал к себе, не замечая капель дождя, стекавших по лицу. Схватив ее за подбородок, он прижался губами к ее губам.

Руки скользнули к ее бедрам, теперь Эбби должна была почувствовать каждую мышцу его напряженного тела.

Господи, что же эта женщина с ним делает, раз он не может с собой совладать?

Эбби слабо запротестовала, однако потом прильнула к нему. Люк даже забеспокоился, что скоро дойдет до кульминации, и, сопротивляясь бушующим эмоциям, постарался включить мозги. Он здесь для того, чтобы обсудить петицию Грега Хью. А не для того, чтобы снова позволить себя одурачить.

Но какой же страстью от нее веяло! Его руки перешли от ее бедер к груди. Не отрываясь от ее губ, он скинул с нее халат.

Пояс легко поддался, и голодному взору предстало обнаженное тело.

– О да, – жарко прошептал он. – Ты прекрасна, как я и представлял.