Сомнения одолевали Эбби.

Она должна была, нет, просто обязана отказаться.

– О чем конкретно ты хотел поговорить? Мы могли бы сделать это тогда утром, но тебе не терпелось свалить из моего дома.

– А ты бы хотела, чтобы меня увидели соседи? – с нажимом поинтересовался он.

Эбби издевательски рассмеялась:

– Значит, ты уехал посреди ночи, спасая мою репутацию?

Он слегка покраснел.

– Не совсем.

– Совсем нет! – поправила Эбби. – Удивительно, и как это у тебя хватило смелости вернуться сюда.

– Вот и сделай выводы, – настаивал он. – Ну же, Эбби!

– Я не готова, – возразила она, лихорадочно раздумывая над тем, что согласиться было бы полным безумием. – У тебя самого вон штаны мокрые.

– Высохнут, – отмахнулся он. – А ты, по-моему, выглядишь прекрасно.

– Как же.

– Правда! – Его глаза потемнели. – Какие сомнения в моей искренности после того, как мы провели ночь?

– Больше я не собираюсь с тобой спать.

– Хорошо. – Похоже, Люк был на все согласен. – Так ты поужинаешь со мной?

– Мне нужно в душ. – Эбби надеялась, что он потеряет терпение.

– Потом сходишь. За окном, кстати, ливень. Не смеши меня, Эбби. Ты все равно намокнешь.

Спор можно было продолжить, но она не стала. «А что такого?» – спросила она себя. Она взрослая женщина, а не ребенок. К тому же Люк у нее в долгу из-за своих поступков.

Или это отговорки? Может, она просто хочет проводить больше времени с человеком, которого, по идее, должна презирать?

– Ладно, – протянула она. – Буду через минуту. Только уберу волосы.

Но прежде чем уйти, она тщательно запрет дверь, чтобы он услышал лязг щеколды. Если последует за ней, они наверняка снова закончат в постели.

Эбби вдруг вспомнила, что Люк не один. Когда он вылезал из машины, он кому-то что-то сказал.

– Постой! – Она схватила его за рукав, когда он уже выходил на улицу. – Ты же приехал не один? Если твоя очередная девушка…

– У меня нет девушки, – отрезал он, скидывая ее руку. – А с Феликсом ты еще познакомишься.

«Бентли» красовался возле ее двери, несмотря на знак «Парковка запрещена».

С водительского места вышел мужчина несколько старше Люка, поджарый, с небольшой лысиной, одетый в черное. Он улыбнулся и обогнул машину, чтобы распахнуть дверцу перед девушкой.

– Добрый вечер, мисс, – учтиво приветствовал он, видимо ожидая, когда Эбби сядет. – Прохладно сегодня, не правда ли?

От изумления Эбби разинула рот. Люк ухмыльнулся.

– Не обращай на него внимания. Иногда он забывает, что из обслуги, – пошутил он и подвел ее к машине. – Познакомься, Феликс Лэйдлоу, мой водитель, дворецкий и иногда повар. Все правильно, Феликс?

– Как скажешь, – уклончиво ответил водитель. – Но не воспринимайте его слова буквально, мисс. Мы с Люком давно знакомы, вместе служили. Ну и времечко было, верно, Люк?

Люк вскинул брови, словно просил Феликса не продолжать. Но тот не унимался.

– Он спас мне жизнь. В Афганистане. Больше десяти лет назад.

Люк нахмурился.

– Трогайся уже, – буркнул он, закрывая дверцу машины. – Едем в «Белл», в Читтерфорде. Думаю, ты знаешь, где это.

Феликс не обиделся и продолжал болтать о чем-то своем, пока они не добрались до пункта назначения.

Эбби была даже рада, что не приходится поддерживать разговор. А судя по тому, как Люк уставился в окно, он чувствовал то же самое.

«Белл» оказался небольшим, но довольно известным пабом. Едва они очутились внутри, их окружил потрясающий аппетитный запах. Хотя Эбби и была уверена, что не голодна, блюда в меню выглядели уж слишком заманчиво, чтобы отказываться.

Водитель с ними, конечно, не пошел. Люк сказал, что позвонит, когда они закончат. Феликс, похоже, остался доволен.

Их подвели к столику для двоих. Вазу с розами и хрустящую белую скатерть прекрасно оттенял мягкий свет лампы.

– Классно, – восхитилась Эбби, оглядываясь, лишь бы не смотреть ему в глаза. – Ты бывал здесь раньше?

– Мой отец бывал.

К ним подошла официантка и спросила, будут ли они заказывать спиртное. Вспомнив ее любовь к белому вину, Люк заказал бокал шардоне, а себе пиво.

– Ах, ну да. Ты же говорил, что он живет в Бате. – Эбби старательно поддерживала светскую беседу. – Здесь очень мило.

– Ты тоже очень милая, – неожиданно ласково заметил Люк, и она залилась краской.

– Не говори так. – Эбби разозлилась на то, что его слова повергли ее в ступор. – Лучше расскажи про Феликса.

– И что ты хочешь про него знать?

Эбби пристально посмотрела на него.

– Ну, например, как ты спас ему жизнь.

– Он преувеличивает.

– Разве? – Эбби приподняла бровь. – А мне так не показалось.

– Вертолет, на котором я летел, нужно было экстренно посадить в Южном Афганистане, – отрывисто отчеканил он. – Феликса ранило, и я вытолкнул его наружу.

– Вертолет загорелся?

Люк плотно сжал губы.

– Не делай из меня героя, Эбби.

Девушка смотрела на него во все глаза.

– Ты умеешь управлять вертолетом?

– Сменим тему, – отрезал он. – Твои родители живут в Эшфорде?

– Нет. – Она помедлила. – Мой отец погиб в автокатастрофе, когда мне было пять, а мама умерла несколько лет назад.

– Извини, – искренне сказал Люк и через несколько мгновений молчания уставился в меню. – Так что ты будешь?

Выбрать оказалось непросто. Эбби в итоге остановилась на авокадо и прошутто, кусочке каменного окуня с гребешком и масляным соусом. Когда официантка вернулась с напитками, Люк, едва взглянув на меню, тоже заказал себе авокадо и порцию стейка.

Снова настала тишина. Эбби отпила вина.

– Про отца ты мне рассказал, а про мать – ни слова.

– Она с нами не живет, – кратко пояснил он. – Ушла, когда мне было десять. Отец человек не бедный, тем не менее она нашла себе мужчину богаче.

– Ты с ней не видишься?

– Нет. – Люк явно не хотел говорить об этом. – Слышал, что она замужем четвертый раз. Не знаю, где она сейчас, и знать не хочу.

Поколебавшись, Эбби отважилась:

– Ты из-за этого не женишься?

Горячность ответа ее удивила.

– Я был женат, Эбби! На девушке, за которой ухаживал еще до того, как в моей жизни появилась ты.

– Вот как… – Настала ее очередь смущаться. Она поджала губы и с вызовом произнесла: – Значит, и ты был не свободен, когда мы встретились.

Люк помрачнел.

– Я был свободен, Эбби. Я не делал ей предложения. Любой может это подтвердить.

– Но тогда…

– И я по дурости решил, что ты такая же невинная пташка, какой выглядела. – Он фыркнул. – А потом угадай, что случилось? Оказалось, ты вовсе не невинна.

Эбби онемела, он продолжил:

– Наш брак долго не просуществовал. Как я уже говорил, предложений я не делал, впрочем, Соня из-за этого сильно не страдала. Более чем уверен, она сначала пробила мой счет в банке, а потом приняла кольцо.

Эбби покачала головой:

– Какой ты циничный!

– Что за обвинения? Будто ты другая!

– Надеюсь, нет. И возможно, у меня больше причин быть циником, чем у тебя.

Он смерил ее презрительным взглядом.

– Как ты легко себя оправдываешь! Извини, но я не стану лить слезы над твоей горькой участью.

У Эбби возникло желание прямо сейчас уйти из ресторана, но появилась официантка, и пришлось остаться на месте.

– Ты правда думаешь, что я останусь ужинать с тобой после этого? – процедила она, когда официантка ушла.

– Не собираюсь просить прощения за мои слова.

– Я их и не жду. Пойду вызову такси.

Но прежде чем она встала, Люк схватил ее за руку и остановил.

– Ладно, не надо было касаться прошлого. Но ведь ты первая начала, спросив про мою мать. Она чуть не разрушила жизнь отцу!

– Не намекаешь ли ты на то, что я чуть не разрушила твою жизнь?

Люка, похоже, это застигло врасплох.

– Ну нет. Это уж слишком, – пробормотал он, сжал ей запястье и нежно попросил: – Не уходи. Что бы тогда ни случилось, я по-прежнему тебя хочу.

Ее тело налилось жаром, напоминающим жидкий огонь.

Эбби посмотрела на его жилистую руку, удерживавшую ее запястье, и внутри у нее все сжалось. Бессмысленно притворяться, что она его не хочет.

Высвободив руку, она спокойно проговорила:

– Чего ты от меня ждешь, Люк?

– Чтобы ты осталась. Если я пообещаю держать себя в руках, мы можем хорошо провести вечер. Еда пахнет изумительно, ты уже заметила, и, несмотря ни на что, я наслаждаюсь твоим обществом.

Эбби вздохнула.

– Ладно. – Она уже поняла, что потом об этом пожалеет. – Не попробовать эти блюда было бы святотатством.

– Твое великодушие не знает границ, – сухо иронизировал он. – Ешь. И пей вино. Как там говорится? Алкоголь может и бешеного зверя усмирить.

– Вообще-то это про музыку. – Эбби не смогла сдержать улыбку. – Но, стоит признать, вино великолепное.

Несмотря на такое насыщенное начало, оставшееся время Эбби провела на редкость приятно.

Когда Люк не язвил, он был прекрасным собеседником. Как в тот вечер в баре, когда они познакомились.

Она бы могла его полюбить. И непременно развелась бы с мужем, если бы не плачевное состояние матери.

Феликс привез их в Эшфорд около десяти. Эбби призналась, что завтра должна встать в пять, чтобы ехать к оптовикам за поставками. А потом предстоит готовить ячменные лепешки и маффины, загрузить кофемашину до открытия кафе в семь сорок. Люк понял, что задерживаться допоздна она не планирует.

Но когда они дошли до ее дома, она почувствовала, что просто обязана пригласить его выпить кофе, которого они не стали дожидаться в ресторане.

– Феликс, заходите тоже, – предложила она, слабо надеясь, что тот согласится.

Мужчина отказался, сказав, что поужинает в фастфуде.

Хорошо, что Харлей привлекал к себе внимание. Пес ужасно обрадовался и все время мельтешил под ногами Люка, гавкая от удовольствия.

Эбби отправилась на кухню, набрала воды в фильтр. Кофе по-быстрому, конечно, готовить проще, но запах у него не такой потрясающий.

Она поздно спохватилась, что Люк может зайти на кухню. А вот и он. Здесь. Ослабил галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, рукава закатаны до локтей.

«И когда это он успел снять пиджак?» – удивилась Эбби. Он решил, что имеет полное право сюда заходить? И почему, интересно, она представляет его голым, хотя на нем шикарные брюки и рубашка терракотового цвета?

Он чертовски сексуален. Она отвела глаза и сосредоточилась на кофе. Весь вечер ей удавалось игнорировать непроизвольное влечение к нему. Можно же потерпеть и чуть дольше.

Но интимная обстановка собственного дома ее разгорячила.

Как не вовремя возникают физические потребности!

– Почему бы тебе не посидеть в гостиной? – резковато осведомилась она. – Ты меня нервируешь.

Люк приподнял бровь:

– Неужели?

– Да. Тебе нравится раздражать людей?

– Что я сделал, чтобы заслужить такие слова? Или что-то пропустил?

– Нет. – Эбби понимала, что ее нападки безосновательны. – Ты ничего не сделал. Это я, наверное, устала. Тяжелый день.

– Мне уйти?

Уйти? Ну уж нет!

Она поставила чашки, встретила его взгляд. И поняла, что ходит по краю.

– Поступай как хочешь, – сдалась она, гадая, что за этим последует. – Мне все равно.