Почему-то с приходом Шарлин Грант еще больше почувствовал себя чужаком. Все-таки Кейнам она была гораздо ближе. Гранта невыносимо бесило их присутствие, ведь он хотел побыть с Мэг наедине. Его дочери делали операцию. То есть их дочери. Что плохого, если ему хотелось поддерживать Мэг тет-а-тет?

Впрочем, она в это время увлеченно болтала с Порцией, а Шарлин разговаривала с Гриффином и Сидни. Сидеть на месте Грант не мог, слишком нервничал, поэтому отправился в столовую за кофе, а на обратном пути свернул в сад под открытым небом, где Шарлин его и нашла через полчаса. В центре сада находился пруд с карпами, откуда вытекал ручей. Над ним высился деревянный мостик. Архитекторы, видимо, стремились создать у посетителей этого места ощущение дзена. Грант стоял, уперев локти в перила.

– Рискну предположить, – произнес он. – Это Грейс проболталась?

– Само собой. Твоя сестра не умеет держать секреты, ты же знаешь. Она собиралась приехать, но Квин подхватила какую-то болячку.

Шарлин поднялась на мостик, и они вместе уставились на рыбок.

– Я никак не пойму, почему ты от меня все скрывал? – Она пристально посмотрела на него. – Надеюсь, ты не планируешь после операции отослать Мэг с Перл обратно в Викторию и никогда их больше не видеть?

– Конечно нет. Что-то ты слишком много знаешь для того, кто только вчера вернулся из отпуска.

Шарлин пожала плечами:

– Твоя сестра не умеет хранить секреты, я уже говорила.

– И много она тебе выложила?

– Достаточно.

– Достаточно для чего? – спросил Грант, с ужасом ожидая, что сейчас у него сдадут нервы.

Шарлин была одной из немногих людей, которыми он дорожил. И его поступок она бы не одобрила.

– Для того, что все понять. Мэг должна была стать частью плана мести. А теперь ты раскаиваешься. – Она вздохнула и повернулась к нему: – Грант, я за тебя волнуюсь.

– Потому что я еще хуже Холлистера?

– Потому что ты чересчур долго на него обижался. Ты винил его во всех своих неудачах.

– Он натворил слишком много бед. Не отрицай. Он сделал тебя несчастной.

– Мой милый мальчик! – Шарлин потрепала его по щеке. – Никто не сделает нас несчастными, если мы сами этого не позволим.

– Брехня. Существуют уроды, которые из злости заставляют страдать всех вокруг.

– Ты что, хочешь стать одним из них? Как Холлистер?

– Я хочу, чтобы он заплатил за все, что натворил.

– Но это не твоя забота. Ты разве не понимаешь? Он уже заплатил. – Шарлин отвернулась и снова вгляделась в ручей и пруд. – У нас с твоим отцом никогда не было таких богатств. Мы прожили вместе не так долго, как хотелось бы, но все эти годы мы были счастливы. И годы с тобой и твоей сестрой тоже были счастливыми. Знаешь, мне кажется, счастливые люди приводят Холлистера в бешенство. Думаю, он сойдет с ума, если узнает, что ты счастлив с его дочерью. Если она способна сделать тебя счастливым.

С Мэг и Перл Гранту было хорошо, как никогда в жизни. Вопрос в том, хорошо ли им было с ним?

* * *

Мэг скоро обнаружила, что Грант исчез. Сначала она подумала, что он просто вышел на минутку, но время шло, а он не возвращался. Мэг посмотрела время в телефоне. Пролистала журнал. Отхлебнула чая. Снова проверила время.

Куда он пропал? Не мог же он уехать?

Мэг не надеялась, что он будет сидеть рядом с ней весь день и держать за руку, но…

Она опять проверила время. С тех пор как они оставили Перл, прошло несколько часов. Мэг встала, и к ней тут же подскочила Сидни.

– Тебе что-нибудь нужно? Хочешь еще чаю?

– Нет, я…

Мэг оглядела комнату. За соседними креслами и диванами устроилась еще одна семья, но, если их не считать, повсюду были Кейны. Так вот почему он убежал?

– Я в порядке. Просто хочу размяться.

Пару минут спустя она нашла Гранта в больничном саду. Он сидел на скамейке у журчащего фонтана, уперев локти в колени.

– Никогда бы не подумала, что тебя напугает комната, полная Кейнов.

– Они не напугали… Просто взяли количеством.

Он подвинулся, освобождая ей место на скамейке.

– Я ничего не имею против одиночества, – сказал Грант. – Но ты не обязана ждать здесь со мной.

Мэг секунду поколебалась, а потом села рядом с ним. Он машинально ее приобнял. Она положила голову ему на плечо и разрешила себе немного расслабиться. Обычно малейшее его прикосновение заставляло ее трепетать. Но сегодня было по-другому. Как-то спокойнее. И вдруг Грант про изнес то, чего она никак не ожидала от него услышать.

– Я считаю, мы должны пожениться.

На мгновение Мэг забыла, как дышать. А потом медленно вылезла из-под его руки и откашлялась.

– Пожениться?

– Я хочу, чтобы у нас была настоящая семья. Чтобы мы жили вместе.

– Здесь, в Хьюстоне?

Грант кивнул, едва заметно нахмурившись.

– Я не могу уехать из Виктории, – пробормотала Мэг. Это была отговорка, но довольно убедительная. – Я не могу бросить пекарню.

– Ты без нее несколько недель, и все отлично.

– Сейчас меня заменяют. Но навсегда переехать в город, который от магазина в трех часах езды, – совсем другое дело.

Грант пожал плечами:

– Придумаем что-нибудь.

– Но зачем? Почему бы не оставить все как есть?

– Потому что Перл – моя дочь.

– Миллионы отцов – может, и сотни миллионов – живут вместе детьми и не придают этому особого значения.

– Сотни миллионов? – Грант криво усмехнулся. – Ты преувеличиваешь.

Мэг закатила глаза:

– Точные цифры – не мой конек.

– Я уже понял.

– А многих мужиков, вроде моего папаши, вообще не волнует, сколько у них детей.

– Вот именно, – неожиданно жестко произнес Грант. – Я знаю, как Холлистер поступил с твоей матерью и всей твоей семьей. И я…

– И ты так же поступил со мной, – закончила Мэг за него.

– Не так же. Но почти.

Она кивнула, наконец-то во всем разобравшись.

– Поэтому ты считаешь, что у тебя есть шанс на искупление. Если ты вольешься в жизнь Перл, станешь ей настоящим отцом, то перестанешь быть мерзавцем, как Холлистер.

– От этого выиграю не я один. В Хьюстоне у Перл будет все. Лучший медицинский уход. Лучшие физиотерапевты.

– Да, но…

– Ты могла бы забыть о деньгах.

– О каких деньгах? – настороженно переспросила Мэг.

– О наследстве. Ты сама говорила, что этих денег тебе не надо. Вот выйдешь за меня замуж и забудешь о них.

– Как благородно, – ухмыльнулась она.

Грант улыбнулся:

– Да нет, я не это имел в виду. Деньги Холлистера меня не волнуют. Я про то, что если ты не хочешь переживать о своем финансовом положении, то выйти замуж за банкира будет для тебя идеальным решением.

– Мастерски заговариваешь зубы, – сухо сказала она. – Почти убедил.

– Мэг, нам же хорошо вместе. Из нас выйдет отличная семья.

– Чтобы стать настоящим отцом для Перл, тебе не обязательно жениться.

– Но я хочу, чтобы мы все были вместе. Все время. И прошлой ночью мне показалось, что ты хочешь того же.

У них с самого начала был прекрасный секс. Мэг этого не отрицала. Но какой смысл Гранту становиться приходящим отцом, если он мог уболтать ее на свадьбу? Ему так выгоднее. Заодно заработает себе искупление.

Грант не сводил с нее глаз. Его сжатые губы и сгорбленные плечи выдавали его отчаяние. Он ждал ответа.

Мэг пожала плечами:

– Ну, не знаю.

– Ты хочешь, чтобы я что-то сказал, попросил? Хочешь романтического жеста? Чтобы я упал на колени и поклялся в вечной преданности?

Мэг отвернулась, горько усмехнувшись. Да, она всего этого хотела. Конечно, хотела! Но она не станет выходить замуж только потому, что это удобно. Она бы согласилась, если бы он ее попросил. Если бы он не мог без нее жить. Вообще-то она не считала себя особенно романтичной. Она была рассудительной и практичной. Но только не рядом с Грантом.

За несколько последних недель она не только простила ему свое разбитое сердце, но и сдуру вручила ему его снова. И Грант оказался слишком тупым, чтобы это понять.

Грант все смотрел на нее. Выжидал. А потом улыбнулся, да так, что у нее в животе запорхали бабочки.

– Так что скажешь? Ты выйдешь за меня?

Но прежде, чем Мэг ответила, дверь открылась, и в сад зашла Лэни.

– Перл вывезли из операционной. С тобой хочет поговорить врач.