Частнее чтобы нам дать понятие о храмовом музыкальном искусстве древних евреев в период его полного развития, мы должны решить следующие вопросы: α) о самом содержании храмовых песней ветхозаветных и их распределениях по временам исполнения; β) об устройстве музыкальных инструментов и γ) способах исполнении их и о характере этой музыки.
I. В древнейшие периоды истории человеческой песнь составляла основание всех культов. Египтяне (Исх. 32, 18) Финикияне (Иез. 20, 13) Халдеи (Дан. 3, 5, 7) и Греки не отделяли песни от своих богослужений. По греческим законам даже вне храма воспрещено было употреблять другие напевы, кроме трех священных: дорического, фригийского и лидийского. Точно также древний Египет знал одни храмовые песни. Розеллини, указывает древнеегипетский памятник, изображающий женщину, которая для усыпления дитяти не находит другой колыбельной песни кроме храмовой[75]. Сосредоточиваясь таким образом около храма и храмовых священнодействий, древняя песнь в этом круге скоро должна была получить широкое развитие, как потому, что этого требовало разнообразие храмовых праздников, так и потому, что к святилищу устремлялись все силы народного гения для воспевания гимнов, достойных своего божества. Таким образом нечего удивляться сравнительному множеству св. песней и разнообразию их употребления, какие указывают раввинские предания в древней иудейской церкви. Низкий уровень народного развития напрасно некоторые считают возражением против какой либо сложности богослужения, потому что в развитии религиозного чувства этот уровень именно не был низким.
Касательно употребления священных песней в ветхом завете вообще нужно сказать что они разделялись на св. песни храмовые или богослужебные и народные или домашние. Между храмовыми песнями нужно различать повседневные и праздничные. При жертвоприношении каждого из семи дней недели пелись особенные псалмы, а именно:
в 1-й день недели 24 псалом
в 2-й день недели 48 псалом
в 3-й день недели 82 псалом
в 4-й день недели 94 псалом
в 5-й день недели 81 псалом
в 6-й день недели 93 псалом
в субботу 92 псалом
Причину такого распределения псалмов по дням недели талмуд[76] объясняет так: в «первый день недели пели псалом: «Иегове принадлежит земля»…, потому что в первый день творения Иегова явил себя владыкою мира. Во второй день пели псалом: «велик Иегова» потому, что в этот день Иегова разделил свои дела и воцарился над творением. В третий день: «Бог стал в сонме Божием», потому что в этот день явилась земля, над которою есть суд и судии; своею премудростью Бог раскрыл землю и устроил мир своим разумом. В четвертый день пели: «Бог отмщений Иегова», потому что в четвертый день Бог создал солнце луну и звезды и определил наказание тем, которые будут поклоняться этим светилам. В пятый день пели: «радуйтеся Богу помощнику нашему», по причине разнообразия тварей, сотворенных в сей день для хваления имени Его. В шестой день пели: «Иегова воцарился», потому что в этот день Он положил конец своим делам и успокоился как царь устроивший свои владения». Каждый из этих псалмов при пении разделялся на три части довольно продолжительными паузами. Вместе с голосами в это время замолкала и музыка. Взамен этого в каждой паузе, говорит талмуд, раздавался звук трубы и при каждом звуке было поклонение. Таким образом и звук трубы три раза слышан был в обыкновенные дни при жертвоприношении. Только в преддверии субботы, кроме указанного порядка, трубы звучали еще дважды, раз для оповещения народу оставить все житейские дела, другой для отделения дня простого от праздника. По субботам во время принесения особенной субботней жертвы, независимо от повседневной, левиты пели песнь Моисея: «вонми небо» и притом так, что на каждую субботу приходилась одна шестая часть песни по порядку, а всю песнь оканчивали в шесть суббот, затем начинали сначала и т. д. Это было при утреннем жертвоприношении. А при вечернем пелась песнь Моисея из Исхода (15) «поем Иеговы». Отсюда понятно место Апокалипсиса[77], где говорится, что святые, идя в вечное субботствование, поют песнь Моисея. При прибавочной субботней жертве, также как и при обыкновенной, певцы и музыканты также делали три паузы, а священники трижды трубили.
В великие праздники при жертвоприношениях пели так называемый галлел (хвалитные псалмы). Галлел был двух родов: галлел малый или обыкновенный и галлел большой. Первый назывался еще галлел египетский, потому что был пет в память освобождения из Египта и состоял из псалмов 113-118 включительно, надписанных словом аллилуиа. О происхождении египетского галлела есть следующая легенда в талмуде[78]: «Когда Моисей определял от какого места и до какого должно было идти по выходе из Египта, то его голос слышан был от одного конца Египта и до другого, по пути сорока дней, и как дана была сила голосу Моисея, так равно дана была сила и голосу Фараона, который прошел по всему Египту. Что же сказал Фараон? Он сказал: встаньте, отойдите от моего народа, потому что как прежде вы были рабами Фараона, так от сего времени вы рабы Иеговы. Посему в галлеле говорится: хвалите Его рабы Иеговы, а не рабы Фараона». Это сказание, объясняя установление галлела в память освобождения из Египта, в тоже время указывает на образ исполнения его, по которому он должен быть слышен по всей земле, т. е. пет по возможности громко. Маймонид в своем трактате Mehillah et chanuchah говорит о галлеле следующее: обычай читать галлел во дни первых мудрецов был таков: начальник общества, который должен был читать галлел, после прочтения молитвы, начинал: «аллилуя», и весь народ отвечал: «аллилуя». Начальник продолжал и говорил»: «хвалите Его рабы Иеговы», народ отвечал: «аллилуя» и так отвечали 123 раза по числу лет Аарона. Только первый стих каждого псалма в галлеле сполна повторял народ за читающим. Такое чтение галлела по раввинскому преданию установлено было писцами, во 1-х потому что эти псалмы начинаются и оканчиваются прославлением Иеговы и 2-х потому, как говорит Маймонид, что эти псалмы отличаются особенным богатством содержания: здесь говорится об исшествии из Египта, разделении моря, законоположении Мессии, воскресении мертвых и проч. Кроме галлела египетского был еще большой галлел, установленный, как говорит предание, по тому случаю, что в Лидде одно время был низведен дождь на землю после продолжительной засухи[79]. Состав большого галлела определяют неодинаково: «рабби Иуда говорит, что он начинался от слов: «исповедайтеся Иегове» и продолжался до псалма: «на реках вавилонских». Рабби Иоханин: от песни степеней до «на реках вавилонских». Рабби Иаков от слов: «ибо Иегова избрал себе Иакова» (134, 4) до «на реках вавилонских»[80]. По этому поводу Буксторф замечает, что большой галлел употреблялся не одинаково: иногда длиннее, иногда короче[81].
Частнее 1) в праздник Пасхи левиты пели галлел меньший или египетский. «Тридцать человек, говорит предание, из какого либо общества входили в притвор храма, в котором одном позволялось закалать Пасху и в то время когда они занимались закланием агнца, левиты пели галлел. Это пение отличалось от пения при обыкновенных жертвах тем, что оно происходило при самом заклании животного, тогда как при других жертвах им сопровождалось возливание вина, которого в настоящем случае не полагалось. Если левиты оканчивали галлел, а собрание еще не окончило заклания и очищения агнца, то галлел повторялся второй и третий раз. 2) В день пятидесятницы во время принесения начатков плодов, левиты пели также галлел малый или египетский. 3) В праздник кущей, когда священник с золотым сосудом шел к источнику силоамскому, пред ним звучала труба, а когда, взойдя на высшие ступени алтаря, священник возливал, вместе с вином, принесенную воду, народ восклицал к нему: «простри руку твою»; за тем, по совершении возлияния, начиналось пение песней степеней (119-133). Но при каждой жертве, во все восемь дней праздника, левиты пели галлел, ежедневно вновь начинавшийся, говорит талмуд иерусалим., потому, что возлияние ежедневно возобновлялось. Кроме ежедневного рядового жертвоприношения, в праздник кущей приносились прибавочные жертвы, при которых певчие и музыканты исполняли особенную часть какого либо псалма
в 1-й день псалом 105
в 2-й день псалом 29
в 3-й день псалом 50 до стиха 16
в 4-й день псалом 94 до стиха 16
в 5-й день псалом 94 до стиха 8
в 6-й день псалом 81 до стиха 6
в 7-й день псалом 82 до стиха 5
Таким образом в праздник кущей было три различных пения псалмов, соответственно трем родам жертв. 4) В праздник обновления (Иоан. 10, 22) установленный Иудою Маккавеем по случаю возобновления храма, при жертвоприношениях ежедневно в продолжение 8 дней праздника пели египетский галлел. 5) В день очищения особенного пения не было. Вероятно что только при обыкновенных жертвах левиты пели обыкновенные псалмы, а время вхождения первосвященника во святое святых провождалось в благоговейном молчании, прерывавшемся только звуком колокольчиков на первосвященнических одеждах. 6) В первый, день нового года не полагалось галлела, а пелся псалом 80 «радуйтеся Богу». Если же первый день года приходился в пятый день недели, когда и по обыкновенному положению надлежало петь этот псалом, то его повторяли дважды, раз при обыкновенной жертве, другой при прибавочной, притом последний раз начинали пение с 6-го стиха. При вечерней жертве пели псалом 29. Если первый день года приходился в субботу, пелись псалмы только нового года.
Нужно заметить, что пение псалмов никогда не начиналось прежде связанного с жертвоприношением обряда возлияния вина на жертвенник. У раввинов высказывается такое правило: «никто не поет, разве после приношения вина, потому что пение возможно только в радости сердца; посему и в храме не пели иначе, как разве при жертвоприношении и именно после излияния вина, которое веселит Бога и людей (Суд. 9, 13)». Трактат tamid (7) так описывает процесс жертвоприношения: «когда первосвященник хотел приносить жертву, то приходил к ступеням храма вместе с саганом (praefectus), становившимся справа… приносили жертвенное вино и саган становился подле рога алтаря, держа утиральник. Два жреца, стоя у трапезы тука, трубили между тем на двух серебряных трубах, за тем проходили и становились при кимвалисте, один с правой стороны, другой с левой. Когда первосвященник наклонялся для возлияния вина жертвенного, саган делал знак утиральником, и кимвалист ударял в кимвалы и левиты начинали петь»[82]. Что касается места певцов во храме, то они стояли при восточных воротах двора священников, где были сделаны подмостки для царя[83]. В 1 Хр. 25, 2 говорится, что Асаф или хор его пел под непосредственным руководством царя,— для чего, конечно, хор должен был занимать место близ царя. Только в праздник кущей, при пении псалмов восхождения, левиты становились на ступенях восхождения, как назывались ступеньки на всходе между мужеским притвором и женским, у восточных ворот. Ступени возвышались на пол локтя каждая, а по числу равнялись количеству псалмов восхождения, 15[84].
Кроме храмового употребления священных песней, древнееврейское предание упоминает еще об употреблении их вне храма. Так на вечери пасхальной евреи пели галлел египетский и большой. Египетский галлел пели по частям после второй чаши и после четвертой — чаши благословения или хваления. Кто оставался за столом до пятой чаши, тот должен был встретить ее пением большого галлела. Галлел начинаем был председателем, который вместе с тем предлагал присутствующим чашу с вином. Эти предания подтверждаются свидетельством Нового Завета о тайной вечери. Евангелие говорит, что на этой вечери пели (Матф. 26, 30). Как председатель вечери, Иисус Христос первый, совершает благодарение, т. е. поет стихи галлела, на которые конечно ученики по обычаю отвечают «аллилуя»; далее когда Иисус Христос приглашает пить чашу всех: пийте от нея вси, то здесь нужно разуметь четвертую чашу, чашу благословения, от которой, по иудейскому обычаю, не мог отказываться никто, даже женщины и дети. Но после этой законной чаши благословения Иисус Христос отказывается от следующей чаши свободной, не предписанной обычаем[85]. Но тем не менее великий галлел, заканчивавший вечерю, был пропет апостолами сообща: и воспевше изыдоша… Древность пения за пасхальною вечерею указывает еще пророк Исаия (30, 29). При обыкновенных пиршествах пели только псалом 23: «Иегова пастырь мой» пред вкушением пищи[86]. Особенные песни также назначались для путешествующих в Иерусалим с начатками плодов. Входя в ворота города, путешественники, имея впереди себя свирельщика, пели слова: «ноги наши стали в воротах твоих Иерусалим». Подойдя к горе храма, каждый должен был возложить на плечи ношу с начатками плодов и петь 150 псалом. При вступлении пришедших в притвор, священники встречали их пением псалма 30 «вознесу тебя Боже мой», а пришедшие отвечали: «исповедую пред Иеговою Богом, что я вошел в землю, которую Иегова клялся дать отцам нашим»[87]. Еще к псалмам, употреблявшимся вне богослужения в ветхом завете нужно отнести: α) псалом 21, надписанный при появлении зари — это благодарственная утренняя молитва, общая как для служителей храма, так и для всего народа; β) псалом 69, надписанный hazkir в воспоминание, или по халдейскому перифразу: ad recordandum usum thuris; полагают, что его пели во время зажжения светильников и ежедневного каждения священников, которое конечно, не проходило без молитвы; γ) псалом 81 «Бог стал в сонме Божием». В этом псалме находят отношение к синагоге и полагают, что его пели судьи во время заседаний, на что указывает и надписание этого псалма в халдейском перифразе: ad laudandum pro sedentibus judicibus ordinariis, qui incumbunt testimonio legis[88].
Вообще нужно сказать, что псалмы и молитвы ветхозаветные никогда не читались, а пелись или покрайней мере произносились речитативом[89]. О певучести древних семитов могут свидетельствовать нынешние арабы, у которых все занятия сопровождаются припевами, а отсутствие голоса или неумение владеть голосом считается величайшим нравственным недостатком.