Закон о дальневосточном гектаре родился под влиянием двух обстоятельств. Во-первых, популистский ход с целью создания видимости, что природное достояние России народное, а не олигархическое, как можно было бы подумать, глядя на картину с экспортом природных ресурсов. Да и гектар земли в дар – это явный задел на ассоциацию Путина со щедрым правителем, раздающим земли народу. Во-вторых, это попытка решить проблему освоения Дальнего Востока. Заселение Дальнего Востока за счет бесплатного гектара – еще одна уловка статистически улучшить показатели демографической картины в федеральном округе.
Земля в дар народу – это, конечно, дело правильное, но если предусмотреть все возможные последствия этого поступка. Закон вступил в силу 1 июня 2016 года для жителей Дальнего Востока и 1 февраля 2017 года для всех граждан. Согласно нему, у любого жителя страны есть возможность единожды бесплатно получить дальневосточный гектар под жилое строительство, фермерское хозяйство или предпринимательскую деятельность. Чтобы получить участок, нет необходимости переезжать в регион, но на этапе освоения человек будет вынужден переехать. Лица могут объединиться и получить один земельный участок для общих целей. Это так называемая коллективная заявка, на которую власти возлагают большие надежды. По истечении срока безвозмездного пользования (пять лет) человек имеет право оформить участок в собственность или взять в аренду на сорок девять лет. Если речь идет об участке из лесного фонда, то разрешена только аренда. Успех сделки будет зависеть уже от органов власти, которые будут принимать решение о предоставлении участка в собственность. Однако участок нужно осваивать и отчитываться за это.
Через 3 года переселенец обязан отчитаться о целевом использовании надела (если участок простаивает, то его могут изъять без права восстановления).
Обещает государство и меры поддержки: льготную ипотеку под 4 % годовых, субсидирование бизнеса и подъемные. Кстати, ни одна из мер поддержки в законе «Об особенностях предоставления гражданам земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности и расположенных на территориях субъектов Российской Федерации, входящих в состав Дальневосточного федерального округа, и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не прописана. При этом точных данных по подъемным средствам нет. Министр Российской Федерации по развитию Дальнего Востока Галушка А., рассуждая о гектаре, говорил не о подъемных, а о средствах, предусмотренных при переезде в рамках программы трудовой мобильности. С его ошибки СМИ сообщили, что подъемные переселенцам составят 250 тыс. руб. Но в рамках программы трудовой мобильности предусмотрены 225 тыс. руб., которые получают не переселенцы, а предприятия – участники программы в качестве компенсации за организацию переезда, аренду жилья, обучение специалиста и другие цели. Переселенец еще должен будет в течение трех лет отработать на предприятии. Поэтому какие именно подъемные получат обладатели гектара, ответить не могут даже в правительстве.
Сразу после открытия регистрации на участки земли Фонд борьбы с коррупцией провел свое исследование и выявил, что в самый первый день регистрации, когда и сайт еще не работал, уже нашлись «счастливчики», которые смогли зарегистрировать свои участки в Приморском крае на берегу озера Ханка. Вся береговая линия оказалась на второй день уже занята. И самое интересное, что среди участков был земельный надел, образованный несколькими лицами, так называемая коллективная заявка. То есть уже в первый день нашлись лица, которые воспользовались возможностью получения большого участка за счет привлечения дополнительных лиц или «мертвых душ». Такая оперативность в день, когда сайт не давал возможности забронировать участок, недвусмысленно говорит о коррупционной составляющей. И весьма вероятно, что это только одна из схем.
История России знала несколько примеров массового переселения населения в рамках освоения земель. Во-первых, это столыпинская реформа, согласно которой крестьянам предоставлялось право на переселение, участок в Сибири, субсидии и подъемные. Государство выделяло при этом средства на прокладку дорог, благоустройство на новом месте, медицинское обслуживание, общественные нужды. К 1910 году средства на продовольственное и медицинское обслуживание были значительно увеличены. В результате этих инициатив переселилось 2,44 млн человек. Что примечательно в этом проекте – государство не бросало граждан, а изначально ориентировалось на создание необходимой инфраструктуры. Хотя, конечно, стоит отметить, что государственная поддержка и тогда была недостаточной.
Во-вторых, это программа освоения целины, когда на целинные земли направлялись специалисты с семьями, комсомольцы. Они работали в рамках общей государственной задачи, получая и частный надел в колхозах или совхозах.
Конечно, это иной пример, поскольку землю не давали в собственность, а только в пользование (что, впрочем, тогда мало отличалось), но он показателен с той точки зрения, что государство тоже не бросало своих граждан без гарантий инфраструктурного сопровождения. В программе освоения целины было достаточно перегибов, но все же она шла в рамках большой задачи, над которой совместно работали и государство, и народ. И уезжали молодые комсомольцы на покорение целины под сопровождение оркестра, с плакатами, песнями и большой идеей в душе. Центральный Комитет Коммунистической партии учредил почетные грамоты, медали, ордена в честь этого события.
Дальневосточный гектар же ныне ценностно пуст: государство не призывает население поднять и возродить Дальний Восток, оно заявляет гражданам – хотите бесплатно землю? Приезжайте за ней на Дальний Восток. Но сами, без нас, я и так сделало много – землю дало, а дальше вы уже самостоятельно…
Власти рассчитывали на эффект бесплатности, который привлечет россиян. Однако после первого радостного возгласа вспомнилась классическая пословица: «бесплатный сыр только в мышеловке». Рассуждая о пользе этого гектара для простого россиянина, задаешь множество вопросов. Конечно, речь идет не о тех, кто берет гектар по принципу «чтобы был», раз бесплатно раздают. При таком подходе через 5 лет эти заявители гектар в собственность не оформят. Речь идет о тех, кто действительно планирует использовать его по назначению.
Вопрос первый. Как жить в изоляции без инфраструктуры?
В регион приходят люди. Им выдается участок, который, согласно закону, должен располагаться вне границ городских округов, городских поселений и сельских поселений. Расстояние до населенных пунктов тоже оговорено. И теперь внимание, вопрос. Куда должны приехать люди? В лес и поле? Никакой инфраструктуры для них не предусмотрено. Власти могут рассмотреть вопрос строительства дороги и прокладки энергетики лишь при коллективной заявке от 20 человек. Но это пока так говорится, после 2018 года прозвучит волшебная формула «денег нет, но вы держитесь»…
Есть ли там автомобильные дороги – большой вопрос. Вероятно, дорога соответствует понятию «бездорожье», в таком случае в дождливое время собственник сможет прибыть туда разве что на вертолете. А это, как мы понимаем, достаточно ограниченный контингент собственников. Да и если человек переедет туда жить, то закономерен вопрос не только о тепло-, энерго-, водо– и газоснабжении, но и о доступности детских садов, школ, медицинских учреждений и магазинов. Всего этого нет и, вероятно, не будет.
В таком случае зачем приезжать на пустое место, когда с таким же успехом можно недорого приобрести этот гектар в центре, в заброшенной деревне, где хотя бы инфраструктура какая-то есть и транспортное сообщение? Да и освоение обойдется дешевле.
Итак, отдачу от гектара получить смогут лишь люди состоятельные, которые приедут осваивать землю со своими средствами и не будут нуждаться в работе, которая в регионе дефицитна. В Якутии уже прошли митинги против этой инициативы под лозунгами: «Сохраним землю для будущих поколений», «Нет рейдерскому захвату земельных участков», «Ваучеры, бесплатный гектар, а что дальше, господа олигархи?». Очевидно, что действующие собственники земельных участков понимают, что можно сделать с их районом, если человек состоятельный объединит усилия с «мертвыми душами» и подаст коллективный запрос не на 1 га, а на значительно большие участки.
Да и жилье построить – это либо свои средства нужны, либо ипотека. Но в случае ипотеки под какой залог банк ее будет давать? Под недостроенный дом – сомнительно. Под земельный участок – так он не принадлежит, а передан в безвозмездное пользование. Выходит, что под гарантии имущества в другом регионе. Но если в другом регионе есть жилье, зачем же загонять себя в кабалу и отправляться в далекие неосвоенные земли?
А тем, кто готов рискнуть и ждать, что государство поможет коллективным заявителям и проведет инфраструктуру, стоит посмотреть хотя бы одну прямую линию с президентом, когда люди из Центральной России десятилетиями не могут добиться починки дороги, ремонта школы или садика, проведения воды, канализации, газа или света. Что уж тогда говорить о Дальнем Востоке?..
Вопрос второй. А для чего пригоден дальневосточный гектар?
16 % подавших заявки планируют на гектаре заняться растениеводством, пчеловодством, животноводством и другими видами аграрной деятельности. Однако посмотрим на картину объективно. Один гектар земли для профессионального занятия сельским хозяйством – это мало. Для обработки гектара потребуется и специальная техника, и прочее оборудование. А урожай с одного гектара этого всего даже не покроет. Да и вопрос о пригодности этих земель для ведения сельского хозяйства стоит очень остро. Это не Краснодарский край, где растет все. Это Дальний Восток с сорокаградусными морозами и коротким летом. Есть, конечно, районы, где все успеет вызреть. Но тогда встанет вопрос о себестоимости такой продукции, которая окажется выше выращенной китайцами.
Если предположить, что все же найдутся те, кто сможет там построить свой бизнес, то последует проблема реализации готовой продукции. Государство не выступит заказчиком, а значит, новому предпринимателю придется еще и усиленно искать каналы сбыта, что в условиях малой заселенности Дальнего Востока сделать будет не так и легко.
Вопрос третий. Как помогут переселенцу?
Самый главный вопрос, который задает любой переселенец: на что, кроме гектара земли, можно ему рассчитывать?
Подъемные в 225 тысяч рублей – это в рамках совершенно другой программы и в кассу работодателя, да и то эта цифра не прописана в мерах поддержки переселенцев. В случае переезда безработного на Дальний Восток он получает подъемные в размере единовременной выплаты от одного до пяти пособий по безработице, то есть сумма подъемных равна от 4,9 тыс. до 24,5 тыс. рублей. Самая большая выплата положена в Камчатском крае: безработному гражданину в пятикратном размере прожиточного минимума (для Корякского округа – двенадцатикратный размер), членам семьи – в двукратном размере. Прожиточный минимум на Камчатке составил в конце 2016 года 19 451 руб. То есть на семью с двумя детьми сумма подъемных составит 250 тыс. руб.
Это самый щедрый регион, а в Еврейской автономной области подъемные безработным гражданам и членам их семей составляют 500 рублей! Удивительная щедрость!
Что касается льготной ипотеки, то обещание ее вроде бы и звучало из уст чиновников, но на официальном сайте проекта среди мер поддержки ее не значится. Правда, есть пункт о вычете из процентной ставки по ипотеке 0,2 пункта, и это при ставке на ипотеку в 13 %. Это явно не те 4 %, о которых говаривали чиновники.
Что касается работы, то здесь две опции: содействие в поиске работы, которое сводится к тому, что переселенцу предлагается откликнуться на вакансию на сайте hcfe.ru. и выслать свое резюме, и трудоустройство на предприятии-резиденте ТОР через отправку резюме. В чем здесь мера поддержки, когда резидент ищет работу сам, понять сложно. Но самое интересное, что на указанном сайте всего 13 вакансий, а поданных заявок на гектар уже свыше 69,5 тыс., одобренных – свыше 6,5 тыс.
Для развития сельского хозяйства предусмотрены гранты, да и то преимущественно на конкурсной основе. Размер колеблется от 1,5 до 10 млн руб., при этом грант не предполагает, что государство покроет всю сумму. Как правило, это не более 60 %. И возмещение затрат по кредитам, лизингу. Но, как мы помним, механизм возмещения крайне запутан, и переезжающий сначала уплатит полностью свою часть, и только через какое-то время государство ему компенсирует затраченные средства. Для получения более полной информации о грантах сайт Надальнийвосток.рф перенаправляет на местные министерства, а там никакой информации по грантам найти не удается.
Теоретически на поддержку каждого переселенца выделяется несколько десятков тысяч рублей, в то время как для переезда нужны миллионы. На дом потребуется порядка 3–5 млн. руб, необходима машина для бездорожья – джип, это еще 2 млн. Сюда же можно плюсовать затраты на докторов, на школу и детские сады для детей. А на предлагаемые государством деньги разве что только на заправку бензинового бака машины на месяц хватит. Учитывая, что 55 % участников программы планируют построить дом и разбить приусадебный участок для личного подсобного хозяйства, ожидая хороших подъемных, можно прогнозировать, что 55 % полученных земель не будут освоены.
Вопрос четвертый. Можно ли слову чиновников верить?
По мысли российских законодателей, человек должен переехать на Дальний Восток и осваивать новые земли. Через пять лет придет время подводить итоги и оформлять землю в собственность. И на этом этапе могут возникнуть проблемы, сопряженные уже не с законодательством, а со спецификой работы российских чиновников. Нет никаких гарантий, что у человека, который освоился и вложил все свои сбережения в этот гектар, не попросят за бесплатную передачу в собственность денежную компенсацию в обход государственных органов. И предлог может быть при этом любой: как нецелевое использование земли, так и нарушение лесного или земельного законодательства.
Поэтому одно дело – вкладываться в свой собственный участок, и совсем другое – в тот, который только потенциально может стать собственным. Учитывая традиционные схемы «отжатия» бизнеса в России, есть вероятность, что освоенные гектары захотят получить в дар представители каких-нибудь властных ведомств. И закон, как известно, будет на их стороне.
Вопрос пятый. Кто проиграет?
Не стоит забывать, что у этих гектаров уже могут быть собственники как неформальные, которые их осваивают, так и не признанные государством в связи с ошибками кадастра. Например, в Ханкайском районе Приморского края, который подпал под закон о дальневосточном гектаре, есть участок площадью 150 га, расположенный в районе сел Рассказово – Кировка – Турий Рог. Фактически это невостребованные паи, их статус так и не урегулирован с крестьянами и их наследниками. Это все может стать почвой для возникновения споров.
Второй момент – права коренных народов, проживающих в районах предоставления гектара. В Хабаровском крае Ассоциация коренных малочисленных народов Севера (АКМНС) выступила против сокращения площади территорий традиционного природопользования народов Приамурья более чем на 50 %: с 30,6 тыс. га до 14,8 тыс. га, что, по мнению ее членов, сопряжено с реализацией закона о дальневосточном гектаре. Притом сокращение прошло без согласования с органами местного самоуправления.
Вопрос шестой. Вопросы экологии – о них кто подумал? Согласно закону о гектаре, разрешено осуществление любой деятельности, не запрещенной российским законодательством. Даже лес – и тот можно продавать. А значит, нет никаких барьеров для предприимчивых бизнесменов для вырубки леса и продажи его в Китай.
Аналогично будет обстоять дело с участками, расположенными на берегу водоемов: никакие службы не будут следить за соблюдением экологии при эксплуатации участка. И хотя, может, через 5 лет потенциальный собственник и не будет оформлять участок, но за этот срок он может существенно подорвать экологию этого гектара.
Да уже на этапе подачи заявок возникают непредвиденные курьезы. Житель Приморья, например, смог получить участок в центре Лазовского федерального заповедника, система не отказала в регистрации заявки. Как сообщила представитель амурского филиала Всемирного фонда дикой природы (WWF) России Анна Барма, цветовые обозначения заповедных зон исчезли с карты в октябре 2016 года. Экологи обеспокоены тем, что никто не проверяет правильность выдачи гектаров возле особо охраняемых природных территорий, на землях коренных народов или охотхозяйств. Этим мониторингом занимается множество организаций, но не все они обладают правом отказывать в удовлетворении заявки.
Вопрос седьмой. Защита от иностранцев.
Есть вероятность, что эти земли в итоге перейдут иностранцам. Однако закон на этот счет установил ограничение: «Не допускается заключение договоров купли-продажи, дарения, аренды, договоров безвозмездного пользования, договоров доверительного управления имуществом, иных договоров, предусматривающих переход прав собственности, владения и (или) пользования, в отношении земельных участков, предоставленных гражданам в соответствии с настоящим Федеральным законом, и образованных из них земельных участков, в том числе и при совершении последующих сделок, если стороной такого договора является иностранное государство, международная организация, иностранный гражданин, лицо без гражданства, иностранное юридическое лицо или юридическое лицо, в уставном (складочном) капитале которого имеется доля иностранного государства, международной организации, иностранных граждан, иностранных юридических лиц, лиц без гражданства» (ст. 11).
Законодательно участок земли вроде как застрахован, но ведь никто не запретит его правообладателю пустить на эти земли китайцев в обход официальным документам аренды. Да и такой момент: когда станет очевидно, что затея несостоятельна в том виде, в котором ее сейчас хотят реализовать, правительство скажет, что Дальний Восток россияне осваивать не хотят, единственный верный путь – позволить его освоить иностранцам, предоставив им в аренду эти участки. Ведь если не сами, то пусть хоть иностранные инвесторы постараются. Учитывая «дальновидность» нашего правительства, исключать этот вариант отнюдь не приходится.
Последний вопрос. А они в своем уме?
Вопрос не праздный, но относится он не к переселенцам, а к власти. Она понимает, что этот гектар на Дальнем Востоке на таких условиях самоустранения государства никому не нужен? И поданные заявки, которых сейчас около 70 тысяч, – это заявки тех, кто не имеет намерения и желания переезжать и осваивать Дальний Восток, за исключением тех, кто уже там живет. Но, судя по выступлениям представителей власти, они верят или делают вид, что верят в эту идею.
Министр Дальнего Востока Галушка, например, рассуждал о важности гектара в контексте демографического возрождения региона. Зампред правительства РФ и полпред президента в Дальневосточном ФО Юрий Трутнев выделился еще больше, заявив на форуме в Сочи, что «мы же ищем еще более крупные заявки, такие, которые могут стать зародышами новых городов, населенных пунктов». Интересно было бы представить себе новые города, в которых у каждого жителя было бы по гектару в собственности. Но, впрочем, чиновников абсурдность таких рассуждений не смущает.
Что касается премьера страны, то он был более сдержан в своих оценках: «Не думаю, что он даст такой же эффект, как известное решение, принятое в период Столыпина, но определенный позитивный эффект для развития Дальнего Востока с точки зрения мобильности трудовых ресурсов и перемещения туда людей он несомненно даст».
Премьер, как и многие чиновники, которые смотрят на заявки из Москвы и Петербурга, убежден, что жители этих городов смогут там открыть свой бизнес и завести дело, при этом сменив место жительства? Но смог бы Кремль, например, хотя бы форумы свои перенести из Сочи и Питера в чистые поля Дальнего Востока? Вряд ли, а в глупость народа почему-то верят…
Итак, раздача одного гектара без инфраструктурного сопровождения и мощной материальной поддержки иначе, как нелепостью не назовешь. Притом в таком абсурдном исполнении освоение малоосвоенных земель не проходило ни при царе, ни при советской власти.
Зачем же тогда? С какой целью была затеяна вся эта громкая кампания по дальневосточному гектару земли?
Во-первых, гектар – типичный популистский трюк, рассчитанный на доверчивых избирателей. Ровно такой же, как единовременная выплата пенсионерам в размере пяти тысяч рублей, объявленная перед выборами в Государственную Думу 2016 года.
Во-вторых, скрытая двухходовка. На первом шаге власть предоставляет народу бесплатный гектар без соответствующих условий на его освоение. На втором шаге признает, что программа гектара провалилась, освоили гектар единицы, поэтому целесообразно для развития региона привлекать силы из-за рубежа. Если россияне не готовы переезжать на Дальний Восток, то правительство откроет ворота китайцам. Хотя это уже сделано давно, тем не менее после провала гектара усилия в направлении привлечения соседних народов только возрастут.
Вполне возможно, что гектар стал этаким отвлекающим маневром от экспансии Китая на Дальнем Востоке в результате подписанных с Москвой соглашений. Как-никак, соглашений было много, они предполагали привлечение китайских инвестиций и рабочей силы. Да и разговоры о передаче в аренду Китаю земель все еще не утихают.
В-третьих, программа развития Дальнего Востока с ее территориями опережающего развития себя исчерпала. Стало очевидно, что регион не развивается, а стоит на месте. Численность населения сокращается в результате миграционного оттока в другие регионы России. При этом естественный прирост увеличивается только за счет Якутии.
Надеяться людям стало совсем не на что. Регион, который процветает, не стал бы демографически депрессивным. Местное население массово мигрирует, а приезжают в основном жители СНГ и соседнего Китая.
В-четвертых, раздача бесплатного участка земли очень напоминает ваучерную приватизацию. В контексте радости властей за коллективные заявки возникает все больше опасений, что ряд состоятельных лиц уже затеял концентрацию земель Дальнего Востока в своих руках. А дальше земля станет рыночным товаром…
Так на что надеются чиновники? Что народ, возрадовавшись бесплатным землям, в массе своей начнет их осваивать или хотя бы переезжать на Дальний Восток? Но эйфория по «халяве» быстро сменится новой апатией и не увенчается успехом. На какие бы ухищрения ни шла элита и властные круги, скрывать масштабы бедствия в российской экономике уже не получается.
Пока еще регионы ассоциируют разруху с местными властями, но не за горами тот день, когда связь в причинно-следственной цепочке будет восстановлена, и народ придет к осознанию, что рыба гниет с головы.
А где находится рыбья голова в российском государстве – вопрос несложный. Каждый день по телевизору показывают…